Введение
Сер Теодор Уилсон Харрис (24 марта 1921 – 8 марта 2018) – гайанский писатель. Он начал с поэзии, но затем стал романистом и эссеистом. Его стиль письма часто описывают как абстрактный и насыщенный метафорами, а тематика его произведений – как широкую и разнообразную. Харрис считается одним из самых оригинальных и новаторских писателей в англоязычной литературе послевоенного периода.
Sir Theodore Wilson Harris (24 March 1921 – 8 March 2018) was a Guyanese writer. He initially wrote poetry, but subsequently became a novelist and essayist. His writing style is often said to be abstract and densely metaphorical, and his subject matter wide ranging. Harris is considered one of the most original and innovative voices in postwar literature in English.
Биография
Уилсон Харрис родился в Нью-Амстердаме в Британской Гвиане, где его отец работал в страховой компании. Его родителями были Теодор Уилсон Харрис и Миллисент Джозефин Гласфорд Харрис. После обучения в Королевском колледже в столице Гайаны, Джорджтауне, он стал государственным геодезистом, прежде чем посвятить себя карьере лектора и писателя. Знания о саваннах и тропических лесах, полученные за двадцать лет работы геодезистом, легли в основу многих его книг, в которых доминируют гайанские пейзажи. Опыт жизни в гайанской глубинке также сформировал его подход к художественной литературе. Он пишет: «Влияние лесов и саванн на те экспедиции оказалось бесценным для языка тех романов, которые я написал позже. Исчезновение моего отчима в этой огромной глуши, когда я был ребенком, стало началом моего погружения в загадку поисков и путешествий из видимого в невидимый мир, который сам постепенно становится видимым, требуя дальнейшего проникновения в другие видимые миры без конца и завершения» («Автобиографическое эссе», в Adler 2003: ix–x). В период с 1945 по 1961 год Харрис регулярно публиковал рассказы, стихи и эссе в литературном журнале Kyk over Al и входил в группу гайанских интеллектуалов, включавшую Мартина Картера, Сидни Сингха, Милтона Уильямса, Яна Керью и Ивана Ван Сертиму. Позже Харрис самостоятельно издал свои поэтические публикации в журнале в сборнике «Вечность до сезона» (1954). В 1945 году Харрис женился на своей первой жене, Сесили Кэрью (сестре известного гайанского романиста Яна Керью). У них было четверо детей, брак распался около 1957 года. В 1959 году Харрис переехал в Англию. В том же году он встретил и женился на своей второй жене, шотландской поэтессе и драматурге Маргарет Уитакер. Они оставались женатыми в течение пятидесяти лет, пока она не умерла в 2010 году. У них не было детей. В 1960 году Харрис опубликовал свой первый роман «Дворец павлина» в издательстве Faber, одобренный к публикации тогдашним главным редактором Т. С. Элиотом. Он стал первым из квартета романов «Гайанский квартет», в который входят «Дальнее путешествие Одина» (1961), «Вся броня» (1962) и «Тайная лестница» (1963). Впоследствии он написал трилогию «Карнавал»: «Карнавал» (1985), «Бесконечная репетиция» (1987) и «Четыре берега реки пространства» (1990). Его последние романы: «Джонстаун» (1996), рассказывающий о массовом самоубийстве последователей лидера культа Джима Джонса, «Темный шут» (2001), полуавтобиографический роман, «Маска нищего» (2003) и «Призрак памяти» (2006). Харрис также писал научно-популярные и критические эссе и был удостоен почетных докторских степеней Университета Вест-Индии (1984) и Университета Льежа (2001). Дважды становился лауреатом Литературной премии Гайаны. В июне 2010 года Харрис был посвящен в рыцари в честь дня рождения королевы Елизаветы II. В 2014 году Харрис получил премию за жизненные достижения от Anisfield Wolf Book Awards.
Критика
Луи Чуде Сокей утверждает, что общепринятое мнение заключается в том, что невосприимчивость Харриса и его второстепенный или культовый статус во многом обусловлены его прозой – ее сложностью и плотностью, которые, будь то художественная или нехудожественная литература, регулярно исключают его произведения из учебных программ и ритуалов литературной культуры, даже в Карибском регионе. В то же время, возможно, отчасти из-за сложности работ Харриса, "его наследие может и должно иметь значение" для карибского искусства и мысли (там же). Харриса ценили за исследование тем завоевания и колонизации, а также за борьбу колонизированных народов. Читатели отмечают, что его романы – это попытка выразить истину о том, как люди переживают реальность через призму воображения. Харриса критиковали за его романы с часто нелинейным сюжетом и за предпочтение внутренних переживаний внешним реалиям. В "Дворце павлина" (1960) персонаж, который может быть изображен умирающим в одной сцене, может вернуться полностью живым в следующей; действительно, в мире романа Донн и вся его команда уже мертвы, или, возможно, просто носят те же имена, что и предыдущий экипаж: "их живые имена совпадали с именами знаменитого мертвого экипажа, который затонул в порогах и утонул до последнего человека" (36). Критики описывают абстрактные, экспериментальные повествования Харриса как сложные для чтения, плотные, запутанные или непрозрачные. Многие читатели отмечают, что его эссе расширяют границы традиционной литературной критики, а его художественная литература – границы самого жанра романа. Критики связывают творчество Харриса с различными литературными жанрами, включая сюрреализм, магический реализм, мистицизм и модернизм. На протяжении многих лет Харрис использовал различные концепции для определения своего литературного подхода, в том числе: межкультурность, современную аллегорию, эпос и квантовую фантастику. Один критик описал произведения Харриса как основанные на "квантовом проникновении, где существование и несуществование одинаково реальны. О них можно размышлять, как будто оба они истинны". Хена Маес Джелинек утверждает, что до 1982 года многие женские персонажи Харриса были ограничены ролями музы и матери. Джойс Спарер Адлер согласна с этим, но отмечает, что в некоторых романах были более сильные персонажи с большей автономией, такие как Бети в "Дальнем путешествии Одина" (1961) и Магда в "Всей броне" (1962). Однако только в "Ангеле у ворот" (1982) Харрис создает полноценную женскую героиню. Адлер также отмечает, что в "Карнавале" (1985) представлены важные женские персонажи, такие как тетя Бартельби и Амариллис. Таким образом, эти две книги представляют собой значительный прогресс; Адлер указывает на более андрогинное видение сознания, изображенное в них, особенно в "Карнавале" (1985). В интервью Кейт Уэбб Анджела Картер углубляет критическую дискуссию, утверждая, что все персонажи Харриса являются архетипами; следовательно, любая критика плоскости, направленная против женских персонажей, будет применима и к мужчинам. В своем введении к "Традиции, писателю и обществу" (1967) К. Л. Р. Джеймс пишет о диалектическом импульсе, присутствующем в художественной литературе и теории Харриса, связывая Харриса с Гегелем и Хайдеггером. Однако более поздние критические работы, такие как работы Хены Маес Джелинек, Пейджета Генри и Эндрю Банди, утверждали, что Харрис вместо этого опирался на эстетические ресурсы синкретизма африканских и американских систем верований и практик. Сам Харрис писал в "Истории, басне и мифе в Карибском бассейне и Гвиане" (1970), что его работа "прочитывает сквозь шок места и времени предзнаменования способности, которые были скрытыми, нереализованными, в столкновении культур и перемещении народов в Южную Америку и Вест-Индию". Харрису не обязательно полагаться на гегелевскую историческую теорию, поскольку он считает, что философия истории на самом деле заключена в карибском искусстве (там же). Насколько бы материалистический исторический подход Джеймса не оказывал неизгладимого влияния на Карибский регион, современная критика Харриса утверждает, что важность этого подхода не должна заслонять другие карибские философии истории, такие как представленные Харрисом. Пейджет Генри помещает Уилсона Харриса в "мифопоэтическую традицию" карибской мысли в своей основополагающей работе "Разум Калибана" (2000).
Литературная техника
Техника Харриса была названа экспериментальной и новаторской. Харрис описывает, что традиционное письмо отличается от его стиля тем, что "традиционное письмо – это прямолинейное письмо", а "мое письмо – квантовое. Вы знаете о квантовой пуле? Квантовая пуля, когда ее выпускают, оставляет не одну, а две пробоины". Использование нелинейных событий и метафоры является существенным компонентом его прозы. Другая техника, используемая Харрисом, – это сочетание слов и концепций неожиданными, диссонирующими способами, часто в парадоксальном соединении противоположностей. С помощью этой техники комбинирования Харрис демонстрирует лежащий в основе, связующий корень, который не позволяет двум категориям действительно существовать в оппозиции. Эта техника раскрывает и изменяет способность языка фиксировать устоявшиеся убеждения и установки, "освобождая" слова и концепции для ассоциаций по-новому и раскрывая алхимические аспекты сознания. Харрис рассматривает язык как ключ к социальным и человеческим трансформациям. Его подход начинается с понимания языка как силы, способной как порабощать, так и освобождать. Это стремление и понимание лежат в основе его повествовательных тем о человеческом рабстве. Харрис называет язык важнейшим элементом как в подчинении рабов и зависимых крестьян, так и в средствах, с помощью которых можно обратить вспять разрушительные процессы истории. В "Дворце павлина" Харрис стремится разоблачить иллюзию противоположностей, порождающих вражду между людьми. Экипаж речной экспедиции переживает серию трагедий, которые в конечном итоге приводят к смерти каждого члена. По ходу повествования Харрис подчеркивает, что главным фактором их гибели является неспособность примирить бинарные оппозиции в окружающем мире и друг с другом. Используя свою технику разрушения бинарных схем и перекликаясь с африканской традицией, согласно которой смерть не означает конец души, Харрис показывает, что они обретают примирение только в физической смерти, указывая на поверхностность иллюзий противоположностей, которые их разделяли. В одном интервью Харрис отметил: "при описании видимого мира язык развивается и начинает охватывать реальности, которые невидимы". Харрис приписывал свои новаторские литературные техники развитию, которое стало результатом наблюдения за тем, как физический мир ведет себя в соответствии с квантовой теорией. Чтобы приспособиться к своим новым представлениям, Харрис понял, что пишет "квантовую художественную литературу". "Квантовый" компонент его работы – это его попытка соответствовать требованиям самой реальности, на которую глубоко повлияли два десятилетия работы геодезистом во внутренних районах Гайаны. О связи между природой и его литературным стилем Харрис писал: "Стол происходит от дерева в лесу, лес – это легкие земного шара, а легкие земного шара дышат звездами. Существует множество связей, и это квантовые связи. Квантовая механика и физика охватывают эти связи. На тот момент я ничего не читал о квантовой механике и просто выразил свое неприятие абсолютных ограничений, наложенных на природу (мое неприятие природы, призванной служить мне, поддерживать мои структуры), как интуитивно тревожную необходимость. Мне нужно было погрузиться в живой, тревожный, но чрезвычайно богатый текст ландшафтов, речных пейзажей, небесных пейзажей. Язык начал нарушать свой контракт с простыми инструментами, предназначенными для закрепления постепенного лишения. Существовал более сложный и интуитивный подход к языку, в котором испытываешь страдания и через которые воспринимаешь своеобразные экстазы многомерности". (Харрис, "Ткань воображения", A 72). Его письмо называют смело экспериментальным, а повествовательную структуру – "многообразной и гибкой". Распространенные приемы метафикшн-обрамления в его романах включают сны и сны во сне (как в "Гайанском квартете" (1985) и "Темном шуте" (2001)), тропы из эпической поэзии, найденные или полученные архивные материалы (такие как журналы психиатрической лечебницы, проанализированные рассказчиком в "Зале ожидания" (1966) или "Ангеле у ворот" (1982), или документы "Идиота без имени" в "Спутниках дня и ночи" (1975)), и неоднократное использование одних и тех же персонажей в разных романных вселенных (таких как близнецы да Силва из "Дворца", которые появляются на протяжении всего творчества, например, в "Культивированной пустыне" Да Силвы (1977)). Харрис классифицировал свои инновации и литературные техники как квантовую художественную литературу. В интервью с Майклом Гилкесом в июле 2010 года он сказал: "Я пришел к идее квантовой реальности через тот тип ландшафта, с которым я имел дело. Там были деревья, реки, скалы, люди, водопады и различные противоположности в них. Противоположности были в земле, в реках, в водопадах, и чтобы написать об этом, мне нужно было найти метод, который я позже обнаружил как квантовую реальность. Когда я писал "Дворец", я ничего не знал о квантовой физике. Позже я сознательно использовал эту идею, поскольку уже открылся ей. Она проходит через все мои романы". Он использует определение в "Карнавальной трилогии" и в последнем романе, "Четыре берега реки пространства".
"The table comes from a tree in the forest, the forest is the lungs of the globe, and the lungs of the globe breathe on the stars. There are all sorts of connections and those are quantum connections. Quantum mechanics and physics would embrace those connections. At that stage I had read nothing of quantum mechanics and I simply addressed my repudiation of absolute chains upon nature (my repudiation of a nature there to serve me, to prop up my structures) as an intuitive disturbing necessity. I needed to immerse myself in the living, disturbing, but immensely rich text of landscapes/riverscapes/skyscapes. Language began to break its contract with mere tools framed to enshrine a progressive deprivation. There was a more complex and intuitive approach to language in which one suffers and through which one perceives the peculiar ecstasies of dimensionality." (Harris, "The Fabric of the Imagination" A 72)
His writing has been called ambitiously experimental and his narrative structure is described as "multiple and flexible". Common metafiction framing techniques in his novels include dreams and dreams within dreams (as in the Guyana Quartet (1985) and The Dark Jester (2001)), tropes from epic poetry, found or received archival material (such as the asylum journals analysed by the narrator in The Waiting Room (1966) or The Angel at the Gate(1982), or the papers of Idiot Nameless in Companions of the Day and Night (1975)), and the repeated use of the same characters across different novel universes (such as the da Silva twins from Palace, who reappear throughout the oeuvre, for example in Da Silva Da Silva's Cultivated Wilderness (1977)). Harris categorized his innovations and literary techniques as quantum fiction. In a July 2010 interview with Michael Gilkes, he said: "I came to the idea of a quantum reality through the kind of landscape I was dealing with. You had trees, rivers, cliffs, human beings, waterfalls and you had various opposites in them. There were opposites in the land, in the rivers, in the waterfalls, and in order to write about this I had to find a method which I later discovered was a quantum reality. At the time when I wrote Palace I knew nothing of quantum physics. Later on I used the idea consciously, since I had already opened myself to it. It runs through all my novels." He uses the definition in The Carnival Trilogy and in the final novel, The Four Banks of the River of Space.
Смерть и наследие
Харрис умер 8 марта 2018 года в своем доме в Челмсфорде, Англия, от естественных причин. Столетие со дня его рождения было отмечено фестивалем Bocas Lit Fest.
Нефантастическая литература
1967: Традиция, писатель и общество: критические эссе. Лондон: New Beacon Books. 1970: История, басня и миф в Карибском бассейне и Гвиане. Джорджтаун: Национальный совет по истории и искусству. 1974: Ископаемое и психика. Остин: Университет Техаса. 1981: Исследования: серия бесед и статей 1966–1981. Орхус: Dangaroo Press. 1983: Чрево пространства: межкультурное воображение. Вестпорт: Greenwood Press. 1992: Радикальное воображение: лекции и беседы. Льеж: L3. 1999: Незавершенный генезис воображения: избранные эссе Уилсона Харриса. Лондон: Routledge.