Введение

Фильм 1932 года "Кровь поэта" – авангардный фильм Жана Кокто, финансируемый Шарлем де Ноайем и с участием Энрике Ривероса, чилийского актера, добившегося успеха в европейском кино. В этом фильме фотограф Ли Миллер дебютировала как актриса, а также появляется знаменитый воздушный акробат Барбетт. Это первая часть "Орфической трилогии", которая продолжается в фильме "Орфей" (1950) и завершается фильмом "Завещание Орфея" (1960).

Сюжет

"Кровь поэта" разделена на четыре части. В первой части художник рисует лицо и удивляется, когда его рот начинает двигаться. Он стирает рот, но обнаруживает, что тот перенесся на его ладонь. После нескольких экспериментов с рукой и засыпания, художник просыпается и прикладывает рот к рту женской статуи. Во второй части статуя заговорила с художником, уговаривая его пройти сквозь зеркало. Зеркало переносит художника в отель, где он заглядывает в замочные скважины и видит, например, курильщика опиума и гермафродита. Художнику дают пистолет, и бесплотный голос инструктирует его, как застрелиться в голову. Он стреляет в себя, но не умирает. Художник восклицает, что натерпелся достаточно, и возвращается через зеркало. Он разбивает статую молотком. В третьей части студенты играют в снежки. Старший мальчик бросает снежок в младшего, но снежок оказывается куском мрамора. Мальчик умирает от удара. В заключительной части карточный шулер играет с женщиной за столом, накрытым над телом погибшего мальчика. За игрой наблюдает театральная публика. Карточный шулер достает туза червей из нагрудного кармана мертвого мальчика. Ангел-хранитель мальчика появляется и поглощает его тело. Он также забирает туза червей из руки шулера и отступает вверх по лестнице, за дверь. Осознав свое поражение, карточный шулер совершает самоубийство под аплодисменты театральной публики. Женщина-игрок превращается в ранее разбитую статую и уходит в снег, не оставляя следов. В финальных кадрах фильма статуя показана вместе с быком, глобусом и лирой. На протяжении всего фильма появляются призрачные образы, включая вращающиеся проволочные модели человеческой головы и вращающиеся двусторонние маски.

Производство и кино

"Кровь поэта" была снята в период перехода к повествовательному звуковому кино и все еще использовала письменный текст, например, вступительные слова: "Каждое стихотворение – это герб. Его необходимо расшифровать". Фильм считается, наряду с "Золотым веком" (1930), одним из двух французских фильмов, вышедших в конце этого первого этапа авангардного кинопроизводства, которые продолжают развивать модель, представленную в фильме "Андалузский пес": элементы повествования и актерской игры пробуждают психологическое соучастие зрителя в сюжете или сцене, одновременно отстраняя его, не позволяя испытать эмпатию, обрести смысл и завершенность; это образ разобщенной чувственности или "двойственного сознания", восхваляемого сюрреализмом в его критике натурализма. Фильм представляет собой сплав классической эстетики Кокто и барочных стилей сюрреализма. Голос Кокто сатирически исследует одержимость его героя славой и смертью: "Те, кто разбивают статуи, должны опасаться самим стать ими". Растворение личной идентичности представлено в контрасте с западным акцентом на стабильность и повторение. Позже Кокто писал, что во время работы над фильмом он "избегал сознательных проявлений бессознательного, предпочитая своего рода полусон, в котором я блуждал по лабиринтам. Меня интересовал лишь блеск и детали образов, возникавших из этой глубокой ночи человеческого тела. Я сразу же принимал их за документальные сцены из иного мира". Фильм "Кровь поэта" был профинансирован Шарлем, виконтом де Нуай, который выделил Кокто 1 миллион франков на его создание. Кокто пригласил виконта и его жену Мари-Лору де Нуай, а также нескольких их друзей, принять участие в сцене в качестве театральной публики. В этой сцене они разговаривали между собой и, по сигналу, начали аплодировать. Увидев готовый фильм, они были ужаснуты, узнав, что аплодировали карточной игре, закончившейся самоубийством, которая была снята отдельно. Они отказались разрешить Кокто выпустить фильм с этой сценой, поэтому Кокто переснял ее с участием знаменитого артиста женского пола Барбетта и нескольких статистов. Фильм не считается антитеистическим, как "Золотой век" Луиса Бунюэля, но главный герой исследует такие разнообразные темы, как магия, архаичное искусство, Китай, опиум и трансвестизм, прежде чем умереть, играя в карты перед безразличной аудиторией. Автор и кинокритик Леонард Мальтин оценил фильм в три из четырех звезд, назвав его "воображаемым, мечтательным и по-прежнему доставляющим визуальное наслаждение".