Введение
Фильм 1932 года "Кровь поэта" – авангардный фильм Жана Кокто, финансируемый Шарлем де Ноайем и с участием Энрике Ривероса, чилийского актера, добившегося успеха в европейском кино. В этом фильме фотограф Ли Миллер дебютировала как актриса, а также появляется знаменитый воздушный акробат Барбетт. Это первая часть "Орфической трилогии", которая продолжается в фильме "Орфей" (1950) и завершается фильмом "Завещание Орфея" (1960).
The Blood of a Poet (1932) is an avant garde film directed by Jean Cocteau, financed by Charles de Noailles and starring Enrique Riveros, a Chilean actor who had a successful career in European films. Photographer Lee Miller made her only film appearance in this movie, which features an appearance by the famed aerialist Barbette. It is the first part of The Orphic Trilogy, which is continued in Orphée (1950) and concludes with Testament of Orpheus (1960).
Сюжет
"Кровь поэта" разделена на четыре части. В первой части художник рисует лицо и удивляется, когда его рот начинает двигаться. Он стирает рот, но обнаруживает, что тот перенесся на его ладонь. После нескольких экспериментов с рукой и засыпания, художник просыпается и прикладывает рот к рту женской статуи. Во второй части статуя заговорила с художником, уговаривая его пройти сквозь зеркало. Зеркало переносит художника в отель, где он заглядывает в замочные скважины и видит, например, курильщика опиума и гермафродита. Художнику дают пистолет, и бесплотный голос инструктирует его, как застрелиться в голову. Он стреляет в себя, но не умирает. Художник восклицает, что натерпелся достаточно, и возвращается через зеркало. Он разбивает статую молотком. В третьей части студенты играют в снежки. Старший мальчик бросает снежок в младшего, но снежок оказывается куском мрамора. Мальчик умирает от удара. В заключительной части карточный шулер играет с женщиной за столом, накрытым над телом погибшего мальчика. За игрой наблюдает театральная публика. Карточный шулер достает туза червей из нагрудного кармана мертвого мальчика. Ангел-хранитель мальчика появляется и поглощает его тело. Он также забирает туза червей из руки шулера и отступает вверх по лестнице, за дверь. Осознав свое поражение, карточный шулер совершает самоубийство под аплодисменты театральной публики. Женщина-игрок превращается в ранее разбитую статую и уходит в снег, не оставляя следов. В финальных кадрах фильма статуя показана вместе с быком, глобусом и лирой. На протяжении всего фильма появляются призрачные образы, включая вращающиеся проволочные модели человеческой головы и вращающиеся двусторонние маски.
Производство и кино
"Кровь поэта" была снята в период перехода к повествовательному звуковому кино и все еще использовала письменный текст, например, вступительные слова: "Каждое стихотворение – это герб. Его необходимо расшифровать". Фильм считается, наряду с "Золотым веком" (1930), одним из двух французских фильмов, вышедших в конце этого первого этапа авангардного кинопроизводства, которые продолжают развивать модель, представленную в фильме "Андалузский пес": элементы повествования и актерской игры пробуждают психологическое соучастие зрителя в сюжете или сцене, одновременно отстраняя его, не позволяя испытать эмпатию, обрести смысл и завершенность; это образ разобщенной чувственности или "двойственного сознания", восхваляемого сюрреализмом в его критике натурализма. Фильм представляет собой сплав классической эстетики Кокто и барочных стилей сюрреализма. Голос Кокто сатирически исследует одержимость его героя славой и смертью: "Те, кто разбивают статуи, должны опасаться самим стать ими". Растворение личной идентичности представлено в контрасте с западным акцентом на стабильность и повторение. Позже Кокто писал, что во время работы над фильмом он "избегал сознательных проявлений бессознательного, предпочитая своего рода полусон, в котором я блуждал по лабиринтам. Меня интересовал лишь блеск и детали образов, возникавших из этой глубокой ночи человеческого тела. Я сразу же принимал их за документальные сцены из иного мира". Фильм "Кровь поэта" был профинансирован Шарлем, виконтом де Нуай, который выделил Кокто 1 миллион франков на его создание. Кокто пригласил виконта и его жену Мари-Лору де Нуай, а также нескольких их друзей, принять участие в сцене в качестве театральной публики. В этой сцене они разговаривали между собой и, по сигналу, начали аплодировать. Увидев готовый фильм, они были ужаснуты, узнав, что аплодировали карточной игре, закончившейся самоубийством, которая была снята отдельно. Они отказались разрешить Кокто выпустить фильм с этой сценой, поэтому Кокто переснял ее с участием знаменитого артиста женского пола Барбетта и нескольких статистов. Фильм не считается антитеистическим, как "Золотой век" Луиса Бунюэля, но главный герой исследует такие разнообразные темы, как магия, архаичное искусство, Китай, опиум и трансвестизм, прежде чем умереть, играя в карты перед безразличной аудиторией. Автор и кинокритик Леонард Мальтин оценил фильм в три из четырех звезд, назвав его "воображаемым, мечтательным и по-прежнему доставляющим визуальное наслаждение".
quote= elements of narrative and acting arouse the spectator's psychological participation in plot or scene while at the same time distancing the viewer by disallowing empathy, meaning and closure; an image of the disassociated sensibility or 'double consciousness' praised by Surrealism in its critique of naturalism
The film is a blend of Cocteau's classical aesthetics and the Baroque stylings of Surrealism. Cocteau's voice satirically explores his character's obsession with fame and death: "Those who smash statues should beware of becoming one". Dissolution of personal identity is presented in contrast with Western emphasis on stability and repetition. Cocteau would later write that, when he made the film, he "avoided the deliberate manifestations of the unconscious in favor of a kind of half sleep where I labyrinthed myself. I was concerned only with the lustre and detail of the images that emerged from this deep night of the human body. I adopted them forthwith as documentary scenes of another realm". The Blood of a Poet was funded by Charles, Vicomte de Noailles, who gave Cocteau 1 million francs to make it. Cocteau invited the Vicomte and his wife Marie Laure de Noailles, along with several of their friends, to appear in a scene as a theatre party. In the scene, they talked among themselves and, on cue, began applauding. Upon seeing the completed film, they were horrified to learn that they were applauding a game of cards that ended with a suicide, which had been filmed separately. They refused to let Cocteau release the film with their scene included, so Cocteau re shot it with the famed female impersonator Barbette and some extras. The film is not considered to be anti theocratic in the way of Luis Buñuel's L'Age d'Or, but the film's protagonist does explore such varied topics as magic, archaic art, China, opium and transvestism before dying while playing cards in front of an indifferent audience. Author and film critic Leonard Maltin awarded the film three out of four stars, calling it "imaginative, dreamlike, and still a visual delight".