Психологическая устойчивость к кризисам

Введение

Способность справляться с кризисом психологически

Психологическая устойчивость – это способность справляться с кризисом на ментальном и эмоциональном уровне или быстро восстанавливаться до состояния, предшествовавшего кризису. Этот термин получил широкое распространение в 1970-х и 1980-х годах благодаря психологу Эмми Вернер, которая провела сорокалетнее исследование группы гавайских детей из семей с низким социально-экономическим статусом. На уровень психологической устойчивости человека влияет множество факторов. К внутренним факторам относятся личностные качества, такие как самооценка, саморегуляция и позитивный взгляд на жизнь. К внешним факторам относятся системы социальной поддержки, включая отношения с семьей, друзьями и обществом, а также доступ к ресурсам и возможностям. Люди могут использовать психологические интервенции и другие стратегии для повышения своей устойчивости и более эффективного преодоления трудностей. К ним относятся когнитивно-поведенческие техники, практики осознанности, развитие психосоциальных факторов, укрепление положительных эмоций и развитие самосострадания.

Обзор

Устойчивый человек использует "ментальные процессы и поведение для укрепления личных ресурсов и защиты от потенциально негативного воздействия стрессоров". Психологическая устойчивость – это адаптация психологических черт и опыта человека, позволяющая ему восстановить или сохранить здоровое психическое состояние во время кризисов и хаоса, избежав долгосрочных негативных последствий. Измерить и проверить эту психологическую конструкцию сложно, поскольку устойчивость может интерпретироваться по-разному. Большинство психологических парадигм (биомедицинской, когнитивно-поведенческой, социокультурной и др.) имеют собственное представление о том, как выглядит устойчивость, откуда она берется и как ее можно развивать. Существует множество определений психологической устойчивости, большинство из которых сосредоточены вокруг двух ключевых понятий: неблагоприятные обстоятельства и позитивная адаптация. Положительные эмоции, социальная поддержка и жизнестойкость могут способствовать развитию устойчивости. Психологически устойчивый человек способен противостоять неблагоприятным психическим состояниям, часто связанным с неблагоприятными жизненными обстоятельствами. Это отличается от психологического восстановления, которое связано с возвращением к тем психическим состояниям, которые предшествовали травматическому опыту или личной потере. Исследования психологической устойчивости показали, что она играет решающую роль в поддержании психического здоровья и благополучия. Устойчивые люди лучше справляются с жизненными вызовами, сохраняют позитивные эмоции и восстанавливаются после неудач. Они демонстрируют более высокий уровень самоэффективности, оптимизма и навыков решения проблем, что способствует их способности адаптироваться и преуспевать в сложных ситуациях. Когда человек "подвергается ежедневному стрессу, это нарушает его внутреннее и внешнее ощущение равновесия, создавая как проблемы, так и возможности". Рутинные стрессовые факторы повседневной жизни могут оказывать положительное влияние, способствуя развитию устойчивости. Некоторые психологи считают, что не сам стресс способствует устойчивости, а восприятие человеком стресса и его ощущение контроля над ситуацией. Наличие стресса позволяет людям тренировать свою устойчивость. Неизвестно, какой уровень стресса является оптимальным для каждого человека. Некоторые люди способны выдерживать больше стресса, чем другие. Стресс проявляется в жизни человека во время трудных жизненных переходов, связанных с развитием и социальными изменениями; травматических событий, включая горе и потерю; и давления окружающей среды, такого как бедность и насилие в обществе. Устойчивость – это интегрированная адаптация физических, психических и духовных аспектов к обстоятельствам, а также целостное ощущение себя, способное поддерживать нормативные задачи развития на различных этапах жизни. Институт детского развития при Университете Рочестера объясняет, что "исследования в области устойчивости сосредоточены на изучении тех, кто живет с надеждой и юмором, несмотря на тяжелые потери". Устойчивость – это не только преодоление глубоко стрессовой ситуации, но и выход из нее с сохранением "эффективного функционирования". Устойчивость позволяет человеку восстановиться после невзгод, став более сильным и находчивым.

A resilient person uses "mental processes and behaviors in promoting personal assets and protecting self from the potential negative effects of stressors". Psychological resilience is an adaptation in a person's psychological traits and experiences that allows them to regain or remain in a healthy mental state during crises/chaos without long term negative consequences. It is difficult to measure and test this psychological construct because resilience can be interpreted in a variety of ways. Most psychological paradigms (biomedical, cognitive behavioral, sociocultural, etc.) have their own perspective of what resilience looks like, where it comes from, and how it can be developed. There are numerous definitions of psychological resilience, most of which center around two concepts: adversity and positive adaptation. Positive emotions, social support, and hardiness can influence a person to become more resilient. A psychologically resilient person can resist adverse mental conditions that are often associated with unfavorable life circumstances. This differs from psychological recovery which is associated with returning to those mental conditions that preceded a traumatic experience or personal loss. Research on psychological resilience has shown that it plays a crucial role in promoting mental health and well being. Resilient people are better equipped to navigate life's challenges, maintain positive emotions, and recover from setbacks. They demonstrate higher levels of self efficacy, optimism, and problem solving skills, which contribute to their ability to adapt and thrive in adverse situations. When a person is "bombarded by daily stress, it disrupts their internal and external sense of balance, presenting challenges as well as opportunities." The routine stressors of daily life can have positive impacts which promote resilience. Some psychologists believe that it is not stress itself that promotes resilience but rather the person's perception of their stress and of their level of control. The presence of stress allows people to practice resilience. It is unknown what the correct level of stress is for each person. Some people can handle more stress than others. Stress is experienced in a person's life course at times of difficult life transitions, involving developmental and social change; traumatic life events, including grief and loss; and environmental pressures, encompassing poverty and community violence. Resilience is the integrated adaptation of physical, mental, and spiritual aspects to circumstances, and a coherent sense of self that is able to maintain normative developmental tasks that occur at various stages of life. The Children's Institute of the University of Rochester explains that "resilience research is focused on studying those who engage in life with hope and humor despite devastating losses". Resilience is not only about overcoming a deeply stressful situation, but also coming out of such a situation with "competent functioning". Resiliency allows a person to rebound from adversity as a strengthened and more resourceful person.

История

Первое исследование устойчивости было опубликовано в 1973 году. В исследовании использовалась эпидемиология – изучение распространенности заболеваний – для выявления рисков и защитных факторов, которые сейчас помогают определить устойчивость. Год спустя та же группа исследователей разработала инструменты для изучения систем, поддерживающих развитие устойчивости. Эмми Вернер была одним из первых ученых, использовавших термин «устойчивость». Она изучала когорту детей с острова Кауаи, Гавайи. Кауаи был довольно бедным, и многие дети в исследовании росли с родителями, страдающими алкоголизмом или психическими заболеваниями. Многие родители также были безработными. Вернер отметила, что из детей, выросших в этих неблагоприятных условиях, две трети демонстрировали деструктивное поведение в подростковом возрасте, такое как хроническая безработица, злоупотребление психоактивными веществами и рождение детей вне брака (у девочек). Однако у трети этих детей не наблюдалось деструктивного поведения. Вернер назвала последнюю группу устойчивыми. Исследование 1989 года показало, что дети с родителем, страдающим шизофренией, могут не получать достаточного уровня заботы и поддержки по сравнению с детьми со здоровыми родителями, и что такие ситуации часто оказывают негативное влияние на развитие детей. С другой стороны, некоторые дети больных родителей преуспевали и демонстрировали успехи в учебе, что побудило исследователей приложить усилия для понимания таких реакций на неблагоприятные обстоятельства. С момента начала исследований в области устойчивости ученые посвятили себя выявлению защитных факторов, объясняющих адаптацию людей к неблагоприятным условиям, таким как жестокое обращение, катастрофические жизненные события или бедность в городских районах. Исследователи стремятся выяснить, как некоторые факторы (например, связь с семьей) могут способствовать положительным результатам. В устойчивости участвуют три типа темпераментальных систем: система стремления к удовольствию, защитная система и система внимания. Устойчивость как черта характера отрицательно коррелирует с личностными чертами невротизма и негативной эмоциональности, которые проявляются в тенденции воспринимать мир как угрожающий, проблемный и вызывающий страдания, а себя – как уязвимого. Устойчивость как черта характера положительно коррелирует с личностными чертами открытости опыту и позитивной эмоциональности, которые проявляются в тенденции уверенно взаимодействовать с миром и противостоять трудностям, проявляя самонаправленность. Устойчивость – это личностные характеристики, отражающие то, как люди подходят к событиям, которые они воспринимают как негативные, и реагируют на них. Устойчивость как черта характера обычно оценивается двумя способами: прямая оценка черт с помощью методик измерения устойчивости и косвенная оценка устойчивости, при которой существующие психологические конструкции используются для объяснения устойчивых результатов. Как правило, методики измерения устойчивости как черты характера изучают, как люди склонны реагировать и справляться с неблагоприятными событиями. Косвенная оценка устойчивости, иногда называемая буферным подходом, рассматривает устойчивость как противоположность риску, сосредотачиваясь на том, как психологические процессы взаимодействуют с негативными событиями, чтобы смягчить их последствия. Возможно, индивидуальную черту настойчивости, концептуально связанную с упорством и устойчивостью, также можно измерить поведенчески с помощью сложных, трудных или иным образом неприятных заданий.

The first research on resilience was published in 1973. The study used epidemiology—the study of disease prevalence—to uncover the risks and the protective factors that now help define resilience. A year later, the same group of researchers created tools to look at systems that support development of resilience. Emmy Werner was one of the early scientists to use the term resilience. She studied a cohort of children from Kauai, Hawaii. Kauai was quite poor and many of the children in the study grew up with alcoholic or mentally ill parents. Many of the parents were also out of work. Werner noted that of the children who grew up in these detrimental situations, two thirds exhibited destructive behaviors in their later teen years, such as chronic unemployment, substance abuse, and out of wedlock births (in girls). However, one third of these youngsters did not exhibit destructive behaviors. Werner called the latter group resilient. A 1989 study showed that children with a schizophrenic parent may not obtain an appropriate level of comforting caregiving—compared to children with healthy parents—and that such situations often had a detrimental impact on children's development. On the other hand, some children of ill parents thrived and were competent in academic achievement, which led researchers to make efforts to understand such responses to adversity. Since the onset of the research on resilience, researchers have been devoted to discovering protective factors that explain people's adaptation to adverse conditions, such as maltreatment, catastrophic life events, or urban poverty. Researchers endeavor to uncover how some factors (e. g. connection to family) may contribute to positive outcomes. There are three kinds of temperamental systems that play part in resilience: the appetitive system, defensive system, and attentional system. Trait resilience is negatively correlated with the personality traits of neuroticism and negative emotionality, which represent tendencies to see and react to the world as threatening, problematic, and distressing, and to view oneself as vulnerable. Trait resilience is positively correlated with the personality traits of openness and positive emotionality, that represent tendencies to engage with and confront the world with confidence self directedness. Resilience traits are personal characteristics that express how people approach and react to events that they experience as negative. Trait resilience is generally considered via two methods: direct assessment of traits through resilience measures and proxy assessments of resilience in which existing cognate psychological constructs are used to explain resilient outcomes. Typically, trait resilience measures explore how individuals tend to react to and cope with adverse events. Proxy assessments of resilience, sometimes referred to as the buffering approach, view resilience as the antithesis of risk, focusing on how psychological processes interrelate with negative events to mitigate their effects. Possibly an individual perseverance trait, conceptually related to persistence and resilience, could also be measured behaviorally by means of arduous, difficult, or otherwise unpleasant tasks.

Положительные эмоции

Связь между положительными эмоциями и устойчивостью к невзгодам была широко изучена. Люди, сохраняющие положительные эмоции в условиях трудностей, проявляют большую гибкость в мышлении и решении проблем. Положительные эмоции также помогают восстанавливаться после стрессовых ситуаций. Люди, поддерживающие позитивные эмоции, лучше защищены от физиологических последствий негативных эмоций и лучше подготовлены к адаптивному преодолению, созданию прочных социальных связей и повышению своего благополучия. Способность сознательно отслеживать факторы, влияющие на настроение, коррелирует с позитивным эмоциональным состоянием. Это не означает, что положительные эмоции являются лишь побочным продуктом устойчивости, а скорее то, что переживание положительных эмоций во время стресса может иметь адаптивные преимущества в процессе преодоления. Устойчивые люди, склонные к стратегиям преодоления, которые активно вызывают положительные эмоции – таким как поиск смысла, когнитивная переоценка, юмор, оптимизм и целенаправленное решение проблем – могут укрепить свою устойчивость к стрессу, расширяя доступ к этим позитивным эмоциональным ресурсам. Социальная поддержка со стороны заботливых взрослых способствовала развитию устойчивости участников, предоставляя им возможность участвовать в обычной деятельности. Положительные эмоции оказывают физиологическое воздействие. Например, юмор улучшает функционирование иммунной системы и повышает уровень слюнного иммуноглобулина А – важного антитела, служащего первой линией защиты организма при респираторных заболеваниях. К другим положительным результатам для здоровья относятся более быстрое восстановление после травм, снижение частоты повторных госпитализаций пожилых людей и сокращение продолжительности пребывания в больнице. Одно исследование показало предварительные данные о том, что пожилые люди с повышенной психологической устойчивостью имеют меньше шансов умереть или потерять способность ходить после перелома шейки бедра. В другом исследовании было обнаружено, что устойчивые люди, испытывающие положительные эмоции, быстрее восстанавливаются после сердечно-сосудистой активации, вызванной негативным эмоциональным возбуждением. Несмотря на множество различных определений социальной поддержки, они обычно касаются степени доступа к близким людям, похожим на себя, и использования их поддержки. Социальная поддержка требует солидарности и доверия, тесного общения и взаимных обязательств как внутри семьи, так и за ее пределами. У ветеранов войн, получавших больше социальной поддержки, реже развивалось посттравматическое стрессовое расстройство.

The relationship between positive emotions and resilience has been extensively studied. People who maintain positive emotions while they face adversity are more flexibile in their thinking and problem solving. Positive emotions also help people recover from stressful experiences. People who maintain positive emotions are better defended from the physiological effects of negative emotions, and are better equipped to cope adaptively, to build enduring social resources, and to enhance their well being. The ability to consciously monitor the factors that influence one's mood is correlated with a positive emotional state. This is not to say that positive emotions are merely a by product of resilience, but rather that feeling positive emotions during stressful experiences may have adaptive benefits in the coping process. Resilient people who have a propensity for coping strategies that concretely elicit positive emotions—such as benefit finding and cognitive reappraisal, humor, optimism, and goal directed problem focused coping—may strengthen their resistance to stress by allocating more access to these positive emotional resources. Social support from caring adults encouraged resilience among participants by providing them with access to conventional activities. Positive emotions have physiological consequences. For example, humor leads to improvements in immune system functioning and increases in levels of salivary immunoglobulin A, a vital system antibody, which serves as the body's first line of defense in respiratory illnesses. Other health outcomes include faster injury recovery rate and lower readmission rates to hospitals for the elderly, and reductions in the length of hospital stay. One study has found early indications that older adults who have increased levels of psychological resilience have decreased odds of death or inability to walk after recovering from hip fracture surgery. In another study, trait resilient individuals experiencing positive emotions more quickly rebounded from cardiovascular activation that was initially generated by negative emotional arousal. While many competing definitions of social support exist, they tend to concern one's degree of access to, and use of, strong ties to other people who are similar to oneself. Social support requires solidarity and trust, intimate communication, and mutual obligation both within and outside the family. War veterans who had more social support were less likely to develop post traumatic stress disorder.

Когнитивно-поведенческая терапия

Разработан ряд подходов к самопомощи в развитии устойчивости, основанных главным образом на когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) и рационально-эмотивной поведенческой терапии (РЭПТ). Например, групповое когнитивно-поведенческое вмешательство под названием Penn Resiliency Program (PRP) способствует укреплению аспектов устойчивости. Мета-анализ 17 исследований PRP показал, что это вмешательство значительно снижает депрессивные симптомы со временем. В КПТ развитие устойчивости заключается в осознанном изменении поведения и моделей мышления. Первый шаг – изменить характер саморазговора – внутреннего монолога, который подкрепляет убеждения человека в своей эффективности и ценности. Для развития устойчивости человеку необходимо заменять негативные самооценки, такие как «Я не могу это сделать» и «Я не справлюсь с этим», на позитивные. Это помогает снизить психологический стресс при столкновении с трудными задачами. Второй шаг – подготовка к вызовам, кризисам и чрезвычайным ситуациям. Предприятия готовятся к ним, разрабатывая планы реагирования на чрезвычайные ситуации, планы обеспечения непрерывности бизнеса и планы на случай непредвиденных обстоятельств. Аналогично, человек может создать финансовый резерв для смягчения экономических стрессов, поддерживать поддерживающие социальные связи и разрабатывать планы действий в чрезвычайных ситуациях.

Изучение языков и общение

Изучение языков и общение помогают развивать устойчивость у людей, которые путешествуют, учатся за границей, работают в других странах или оказываются беженцами в странах, где не говорят на их родном языке. Исследование, проведенное Британским советом, выявило тесную связь между знанием языков и устойчивостью беженцев. Предоставление адекватных программ изучения английского языка и поддержка сирийских беженцев укрепляют устойчивость не только отдельных людей, но и принимающего сообщества. Язык способствует развитию устойчивости пятью способами: Исследование показало, что люди, которым рассказывали больше историй от семьи или друзей, имели более целостное представление о жизненных трудностях и, следовательно, были более устойчивыми, особенно в окружении иностранных языков или при изучении нового языка. Это схоже с подходами, используемыми в программах "Большие братья и большие сестры", Centered Coaching & Consulting, проекте раннего вмешательства Abecedarian и социальных программах для молодежи с эмоциональными или поведенческими проблемами. Программа позитивной поддержки поведения и вмешательства – это программа, учитывающая травматический опыт и направленная на развитие устойчивости у учащихся младшего школьного возраста. Она включает четыре компонента: позитивное подкрепление, такое как ободряющая обратная связь; понимание того, что поведение является реакцией на неудовлетворенные потребности или инстинктом выживания; развитие чувства принадлежности, компетентности и независимости; и создание среды, поддерживающей ученика с помощью сенсорных инструментов, перерывов для восстановления психического здоровья и игр. Tuesday's Children, организация, оказывающая помощь семьям, работает над укреплением психологической устойчивости через такие программы, как наставничество (Mentoring) и Project Common Bond – восьмидневную инициативу по развитию мира и лидерских качеств для людей в возрасте 15–20 лет со всего мира, непосредственно пострадавших от терроризма. Военные организации проверяют способность личного состава действовать в стрессовых ситуациях, намеренно подвергая их стрессу в ходе обучения. Учащиеся, не демонстрирующие достаточной устойчивости, могут быть отстранены от обучения. Тем, кто проходит отбор, предлагается стрессоустойчивая подготовка. Эта процедура повторяется по мере того, как сотрудники претендуют на все более сложные должности, например, в спецназе.

Language learning and communication help develop resilience in people who travel, study abroad, work internationally, or in those who find themselves as refugees in countries where their home language is not spoken. Research conducted by the British Council found a strong relationship between language and resilience in refugees. Providing adequate English learning programs and support for Syrian refugees builds resilience not only in the individual, but also in the host community. Language builds resilience in five ways: It showed that those who were exposed to more stories, from family or friends, had a more holistic view of life's struggles, and were thus more resilient, especially when surrounded by foreign languages or attempting to learn a new language. as does the Big Brothers Big Sisters Programme, Centered Coaching & Consulting,, the Abecedarian Early Intervention Project, and social programs for youth with emotional or behavioral difficulties. The Positive Behavior Supports and Intervention program is a trauma informed, resilience based program for elementary age students. It has four components: positive reinforcements such as encouraging feedback; understanding that behavior is a response to unmet needs or a survival response; promoting belonging, mastery, and independence; and creating an environment to support the student through sensory tools, mental health breaks, and play. Tuesday's Children, a family service organization, works to build psychological resilience through programs such as Mentoring and Project Common Bond, an eight day peace building and leadership initiative for people aged 15–20, from around the world, who have been directly impacted by terrorism. Military organizations test personnel for the ability to function under stressful circumstances by deliberately subjecting them to stress during training. Those students who do not exhibit the necessary resilience can be screened out of the training. Those who remain can be given stress inoculation training. The process is repeated as personnel apply for increasingly demanding positions, such as special forces.

Нейрокогнитивная устойчивость

Травма определяется как эмоциональная реакция на травмирующее событие, а посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) – это психическое расстройство, которое развивается после пережитого человеком опасного события, например, автомобильной аварии или стихийного бедствия. Результаты исследования, проведенного на выборке из 226 человек, переживших травму, указывают на положительную связь между устойчивостью к стрессу и улучшенной невербальной памятью, а также показателями эмоционального обучения. Результаты исследования демонстрируют, что у людей, проявляющих устойчивость к стрессу, отмечалась меньшая выраженность симптомов депрессии и посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). В то же время, у тех, кто не обладал устойчивостью к стрессу, была выше вероятность столкнуться с безработицей и иметь в анамнезе попытки суицида. Исследование также выявило, что пережитый в детстве жестокое обращение или воздействие травмы коррелировали с недостатком устойчивости к стрессу. Полученные результаты позволяют предположить, что устойчивость к стрессу потенциально может служить альтернативной оценкой эмоционального обучения, процесса, который часто нарушается при психических расстройствах, связанных со стрессом. Данное открытие может способствовать углублению нашего понимания устойчивости к стрессу.

Молодые люди

Спорт приносит пользу, такую как социальная поддержка или повышение уверенности в себе. Результаты исследования, изучавшего связь между устойчивостью к стрессу и разрешением симптомов у подростков и молодых людей, перенесших спортивные сотрясения мозга (SRC), показывают, что у людей с более низкими начальными оценками устойчивости к стрессу наблюдается большее количество и тяжесть постконкуссионных симптомов (PCSS), повышенный уровень тревоги и депрессии, а также замедленный процесс восстановления после SRC. Кроме того, исследование выявило, что те, кто изначально показывал более низкие результаты в тестах на устойчивость к стрессу, реже описывали ощущение возвращения к состоянию, предшествовавшему травме, и испытывали более выраженное усиление симптомов в результате как физических, так и когнитивных нагрузок, даже после возвращения к занятиям спортом или физической активности. Эта находка иллюстрирует значительное влияние, которое устойчивость к стрессу может оказывать на процесс физического и психического восстановления.

Роль школы

Устойчивые дети в школьной среде хорошо работают и играют, проявляют высокие ожидания и демонстрируют внутренний контроль, самооценку, самоэффективность и автономию. Все это вместе предотвращает дезадаптивное поведение, связанное с выученной беспомощностью. Исследование мексиканско-американских старшеклассников показало, что чувство принадлежности к школе было единственным значимым предиктором академической устойчивости, хотя чувство принадлежности к семье, группе сверстников и культуре способствовало более высокой академической устойчивости. "Несмотря на то, что культурная лояльность в целом не являлась значимым предиктором устойчивости, определенные культурные факторы тем не менее вносят вклад в устойчивые результаты, такие как семейственность, культурная гордость и осознанность". Результаты "указывают на отрицательную связь между культурной гордостью и этнической однородностью школы". Исследователи предполагают, что "этническая идентичность становится более заметной и важной характеристикой в более этнически разнообразной среде".

Роль сообщества

Сообщества играют важную роль в развитии устойчивости. Наиболее очевидным признаком сплоченного и поддерживающего сообщества является наличие социальных организаций, способствующих здоровому развитию личности. Услуги вряд ли будут востребованы, если о них недостаточно информируют. Дети, которых неоднократно переселяют, не могут воспользоваться этими ресурсами, так как их возможности для укрепления устойчивости и участия в жизни сообщества прерываются с каждым переездом.

Результаты в зрелом возрасте

Пациенты, демонстрирующие устойчивость к неблагоприятным событиям в детстве, могут иметь худшие исходы в дальнейшей жизни. В исследовании, опубликованном в Американском журнале психиатрии, были опрошены 1420 участников, проходивших детскую и подростковую психиатрическую оценку до 8 раз в детстве. Из этих 1420 человек 1266 были опрошены уже во взрослом возрасте, и у этой группы был повышен риск развития тревожности, депрессии и проблем с работой или учебой. Это сопровождалось ухудшением физического здоровья. Авторы исследования полагают, что приоритетной задачей общественного здравоохранения должно быть снижение детской травматизации, а не развитие устойчивости.

Развод

Развитие устойчивости может быть полезно всем сторонам, вовлеченным в развод. Уровень устойчивости, который испытывает ребенок после расставания родителей, зависит как от внутренних, так и от внешних факторов. К этим факторам относятся их психологическое и физическое состояние, а также уровень поддержки, которую они получают от школы, друзей и друзей семьи. Несмотря на это, примерно 75–80% этих детей "вырастают в хорошо адаптированных взрослых, не имеющих долгосрочных психологических или поведенческих проблем". Это показывает, что у большинства детей есть достаточная устойчивость, чтобы пережить развод родителей. Последствия развода выходят за рамки разделения родителей. Остаточные конфликты между родителями, финансовые трудности и новые отношения или повторный брак родителей могут вызывать стресс.

Издевательства

Помимо предотвращения издевательств, важно также учитывать вмешательства, основанные на эмоциональном интеллекте, когда издевательства все же происходят. Эмоциональный интеллект может способствовать развитию устойчивости у жертв. Когда человек сталкивается со стрессом и невзгодами, особенно повторяющимися, его способность к адаптации является важным фактором, определяющим, будет ли исход более позитивным или негативным. Одно исследование подростков, проявивших устойчивость к издевательствам, выявило более высокую поведенческую устойчивость у девочек и более высокую эмоциональную устойчивость у мальчиков. Авторы исследования предложили использовать развитие психосоциальных навыков в качестве формы вмешательства. Эмоциональный интеллект укрепляет устойчивость к стрессу, а умение управлять стрессом и другими негативными эмоциями может удержать жертву от дальнейшего проявления агрессии. Регуляция эмоций – важный фактор устойчивости. Исследование, финансируемое ЮНЕСКАП, посвященное тому, как сообщества проявляют устойчивость после стихийных бедствий, показало, что сообщества становятся более устойчивыми в физическом плане, когда их члены объединяются и делают устойчивость общим делом. Социальная поддержка, особенно возможность объединять ресурсы, является ключевым фактором устойчивости. По состоянию на 2014 год эта тема не была изучена достаточно глубоко, но идеи, обсуждавшиеся на данном форуме, в целом соответствовали существующим исследованиям.

Смерть члена семьи

К 2006 году было проведено немного исследований по теме семейной устойчивости после потери члена семьи. Клиническое внимание к переживанию горя фокусировалось на индивидуальном процессе скорби, а не на семье в целом. В данном контексте устойчивость – это "способность поддерживать стабильное равновесие", способствующее балансу, гармонии и восстановлению. Семьи справляются с нарушениями семейной динамики, вызванными смертью, путем реорганизации отношений и изменения привычных моделей функционирования, чтобы адаптироваться к новой ситуации. Люди, проявляющие устойчивость после травмы, успешно переживают процесс скорби без долгосрочных негативных последствий. Одним из наиболее здоровых проявлений в семьях, демонстрирующих устойчивость после смерти, является честное и открытое общение. Это способствует пониманию кризисной ситуации. Обмен опытом переживания потери может способствовать как немедленной, так и долгосрочной адаптации. Эмпатия – важнейший компонент семейной устойчивости, поскольку она позволяет скорбящим понимать точки зрения друг друга, переносить конфликты и справляться с возникающими разногласиями. Другим важным фактором устойчивости является поддержание привычного распорядка, который объединяет семью посредством регулярного общения и порядка. Продолжение образования и поддержание связи со сверстниками и учителями в школе – важная поддержка для детей, переживающих потерю члена семьи.

Профессиональные условия

Устойчивость изучалась в контексте неудач и препятствий в рабочих условиях. Психологическая устойчивость является одной из ключевых концепций позитивной организационной психологии и привлекает внимание исследователей и практиков. Исследования выявили определенные черты личности, личные ресурсы (например, самоэффективность, баланс между работой и личной жизнью, социальные компетенции), личные установки (например, чувство цели, вовлеченность в работу), положительные эмоции и рабочие ресурсы (например, социальная поддержка, позитивный организационный контекст) как потенциальные факторы, способствующие устойчивости в работе. Неудачи и препятствия в этом контексте возникают часто. Они могут нанести вред мотивации и готовности к риску затронутых людей, поэтому их устойчивость необходима для продуктивного участия в будущей инновационной деятельности. Для диагностики и развития устойчивости новаторов требовалась концепция устойчивости, специально адаптированная к особенностям инновационного контекста: Потенциал устойчивости новатора (IRP). Основываясь на социальной когнитивной теории Бандуры, IRP включает шесть компонентов: самоэффективность, ожидание исхода, оптимизм, надежду, самооценку и склонность к риску.

Культурные различия

Существует полемика относительно индикаторов нормального психологического и социального развития при изучении устойчивости в различных культурах и контекстах. Например, Рабочая группа Американской психологической ассоциации по вопросам устойчивости и силы у чернокожих детей и подростков отмечает, что у этих молодых людей и их семей могут быть особые навыки, помогающие им справляться, включая способность противостоять расовой предвзятости. Исследователи в области здоровья коренных народов показали влияние культуры, истории, ценностей общины и географической среды на устойчивость в коренных общинах. Люди, успешно справляющиеся с трудностями, могут также демонстрировать "скрытую устойчивость", когда они не соответствуют общественным ожиданиям относительно нормального поведения (например, в некоторых ситуациях агрессия может способствовать устойчивости, а снижение эмоциональной вовлеченности может быть защитным фактором в условиях насилия).

Устойчивость в индивидуалистических и коллективистских сообществах

В индивидуалистических культурах, таких как в США, Австрии, Испании и Канаде, акцент делается на личных целях, инициативах и достижениях. Независимость, самостоятельность и индивидуальные права высоко ценятся членами этих культур. Идеальный человек в индивидуалистическом обществе – это напористый, сильный и новатор. Люди в этих культурах склонны описывать себя, подчеркивая свои уникальные качества: "Я аналитичен и любопытен". Экономическая, политическая и социальная политика отражает культурный интерес к индивидуализму. В коллективистских культурах, таких как Япония, Швеция, Турция и Гватемала, приоритет отдается семейным и групповым целям. Нормы этих обществ способствуют единству, братству и самоотверженности. Семьи и сообщества практикуют сплоченность и сотрудничество. Идеальный человек в коллективистском обществе – это надежный, честный, чуткий и щедрый, с акцентом на навыки межличностного общения. Коллективисты склонны описывать себя через свои роли: "Я хороший муж и верный друг". В исследовании последствий катастроф для индивидуализма культуры, исследователи определяли эти культуры, выявляя характерные фразы в литературе общества. К словам, отражающим тему индивидуализма, относятся: "способный", "достигать", "отличаться", "свой", "личный", "предпочитать" и "особенный". К словам, указывающим на коллективизм, относятся: "принадлежать", "долг", "давать", "гармония", "подчиняться", "делиться" и "вместе".

Различия в реагировании на стихийные бедствия

Природные бедствия угрожают разрушить общины, вынудить семьи покинуть свои дома, подорвать культурную целостность и снизить уровень функционирования личности. Сравнение реакций индивидуалистических общин с коллективистскими реакциями общин после стихийных бедствий иллюстрирует их различия и соответствующие сильные стороны как инструментов устойчивости. Некоторые полагают, что поскольку бедствия усиливают потребность в опоре на других людей и социальные структуры, они уменьшают индивидуальную инициативу и чувство автономии, и поэтому регионам, подверженным повышенному риску бедствий, следует развивать коллективизм. Однако интервью и эксперименты с пострадавшими от бедствий показывают, что тревога и стресс, вызванные бедствиями, снижают концентрацию внимания на социальной контекстной информации – ключевом компоненте коллективизма. Таким образом, бедствия могут усиливать индивидуализм. В исследовании связи между социально-экологическими показателями и изменением культурного уровня индивидуализма было установлено, что для каждого показателя частота бедствий была связана с большей (а не меньшей) степенью индивидуализма. Дополнительный анализ показал, что частота бедствий была более тесно связана с изменениями, связанными с индивидуализмом, чем масштаб бедствий или частота бедствий, скорректированная на количество погибших. Выбор имени для ребенка является одним из индикаторов изменений. Урбанизация была связана с предпочтением уникальности в практике именования детей с задержкой в один год, секуляризация – с индивидуалистическими сдвигами в межличностных отношениях в обоих временных интервалах, а распространенность бедствий – с более уникальными практиками именования в обоих временных интервалах. Секуляризация и распространенность стихийных бедствий способствовали изменениям в практике именования. Исследования восстановления после стихийных бедствий фокусируются на психологии и социальных системах, но недостаточно внимания уделяют межличностным связям или формированию и поддержанию отношений. Одна из теорий реагирования на бедствия утверждает, что люди, использующие существующие коммуникационные сети, лучше справляются во время и после бедствий. Более того, они могут играть важную роль в восстановлении после бедствий, организуя и помогая другим использовать коммуникационные сети, а также координируя свои действия с учреждениями. Создание сильных, самодостаточных общин, члены которых знают друг друга, знают о потребностях друг друга и осведомлены о существующих коммуникационных сетях, может стать источником устойчивости в условиях бедствий. Индивидуалистические общества поощряют индивидуальную ответственность за самообеспечение, а коллективистская культура определяет самообеспечение в контексте взаимозависимого сообщества. Даже там, где индивидуализм преобладает, группа преуспевает, когда ее члены выбирают социальные цели вместо личных и стремятся поддерживать гармонию, а также ценят коллективистское поведение выше индивидуалистического.

Natural disasters threaten to destroy communities, displace families, degrade cultural integrity, and diminish an individual's level of functioning. Comparing individualist community reactions to collectivist community responses after natural disasters illustrates their differences and respective strengths as tools of resilience. Some suggest that because disasters strengthen the need to rely on other people and social structures, they reduce individual agency and the sense of autonomy, and so regions with heightened exposure to disaster should cultivate collectivism. However, interviews with and experiments on disaster survivors indicate that disaster induced anxiety and stress decrease one's focus on social contextual information—a key component of collectivism. So disasters may increase individualism. In a study into the association between socio ecological indicators and cultural level change in individualism, for each socio ecological indicator, frequency of disasters was associated with greater (rather than less) individualism. Supplementary analyses indicated that the frequency of disasters was more strongly correlated with individualism related shifts than was the magnitude of disasters or the frequency of disasters qualified by the number of deaths. Baby naming is one indicator of change. Urbanization was linked to preference for uniqueness in baby naming practices at a one year lag, secularism was linked to individualist shifts in interpersonal structure at both lags, and disaster prevalence was linked to more unique naming practices at both lags. Secularism and disaster prevalence contributed to shifts in naming practices. Disaster recovery research focuses on psychology and social systems but does not adequately address interpersonal networking or relationship formation and maintenance. One disaster response theory holds that people who use existing communication networks fare better during and after disasters. Moreover, they can play important roles in disaster recovery by organizing and helping others use communication networks and by coordinating with institutions. Building strong, self reliant communities whose members know each other, know each other's needs, and are aware of existing communication networks, is a possible source of resilience in disasters. Individualist societies promote individual responsibility for self sufficiency; collectivist culture defines self sufficiency within an interdependent communal context. Even where individualism is salient, a group thrives when its members choose social over personal goals and seek to maintain harmony, and where they value collectivist over individualist behavior.

Понятие устойчивости в языке

Хотя не во всех языках есть прямой перевод английского слова "resilience" (устойчивость), почти в каждой культуре есть слово, относящееся к схожему понятию, что говорит об общем понимании того, что такое устойчивость. Даже если слово не переводится напрямую как "resilience" на английский, оно передает смысл, достаточно близкий к этому понятию, и используется в языке в этом значении. Если в языке нет конкретного слова для обозначения устойчивости, носители языка обычно используют похожее слово, подразумевающее устойчивость в зависимости от контекста. Многие языки используют слова, которые переводятся как "эластичность" или "упругость", и применяют их в контексте для передачи значения устойчивости. Например, одно из основных слов для "resilience" в китайском языке буквально переводится как "отскок", одно из основных слов в греческом – "упругость" (другое – "бодрость духа"), а одно из основных слов для "resilience" в русском языке – "эластичность", как и в немецком. Однако это не относится ко всем языкам. Например, если испаноговорящий человек хочет сказать "resilience", у него есть два основных варианта, которые переводятся как "сопротивление" и "защита от невзгод". Во многих языках слова лучше передают значение "настойчивости" или "стойкости", чем "resilience". Хотя в этих языках может и не быть слова, точно соответствующего "resilience", англоговорящие часто используют слова "настойчивость" или "стойкость", говоря об устойчивости. В арабском языке есть слово, обозначающее исключительно устойчивость, но также есть два других распространенных выражения, передающих это понятие, которые дословно переводятся как "способность к восстановлению" или "реактивность организма", но лучше передаются как "ударная прочность" и "живучесть организма" соответственно. В некоторых языках, например, в финском, есть слова, выражающие устойчивость таким образом, что их невозможно точно перевести на английский. В Финляндии слово и понятие "sisu" (сису) недавно были изучены с помощью специальной шкалы Sisu, которая учитывает как положительные, так и отрицательные стороны сису. Показатели сису, измеренные по шкале Sisu, коррелируют с английскими эквивалентами, но отрицательная сторона сису, по-видимому, не имеет аналогов в шкалах, используемых в английском языке. Иногда "sisu" переводят как "стойкость" на английский язык; "sisu" объединяет в себе понятия устойчивости, настойчивости, решимости, упорства и мужества в одно слово, которое стало неотъемлемой частью финской культуры.

While not all languages have a direct translation for the English word "resilience", nearly every culture has a word that relates to a similar concept, suggesting a common understanding of what resilience is. Even if a word does not directly translate to "resilience" in English, it relays a meaning similar enough to the concept and is used as such within the language. If a specific word for resilience does not exist in a language, speakers of that language typically assign a similar word that insinuates resilience based on context. Many languages use words that translate to "elasticity" or "bounce", which are used in context to capture the meaning of resilience. For example, one of the main words for "resilience" in Chinese literally translates to "rebound", one of the main words for "resilience" in Greek translates to "bounce" (another translates to "cheerfulness"), and one of the main words for "resilience" in Russian translates to "elasticity," just as it does in German. However, this is not the case for all languages. For example, if a Spanish speaker wanted to say "resilience", their main two options translate to "resistance" and "defense against adversity". Many languages have words that translate better to "tenacity" or "grit" better than they do to "resilience". While these languages may not have a word that exactly translates to "resilience", English speakers often use the words tenacity or grit when referring to resilience. Arabic has a word solely for resilience, but also two other common expressions to relay the concept, which directly translate to "capacity on deflation" or "reactivity of the body", but are better translated as "impact strength" and "resilience of the body" respectively. A few languages, such as Finnish, have words that express resilience in a way that cannot be translated back to English. In Finnish, the word and concept "sisu" has been recently studied by a designated Sisu Scale, which is composed of both beneficial and harmful sides of sisu. Sisu, measured by the Sisu Scale, has correlations with English langugage equivalents, but the harmful side of sisu does not seem to have any corresponding concept in English language based scales. Sometimes sisu has been translated to "grit" in English; sisu blends the concepts of resilience, tenacity, determination, perseverance, and courage into one word that has become a facet of Finnish culture.

Смешанная модель

Смешанная модель устойчивости может быть выведена из прямых и опосредованных показателей устойчивости. Поиск латентных факторов среди 61 прямой и опосредованной оценки устойчивости выявил четыре основных фактора: или "пластичность", отражающая стремление к росту, действенность и снижение сдерживающих факторов, проявляющееся в предпочтении нового и разнообразного опыта и уменьшении фиксированных поведенческих паттернов. Эти результаты позволяют предположить, что адаптивность можно рассматривать как дополнение к росту, действенности и снижению ингибирования. Среди исследователей также существуют разногласия относительно того, является ли психологическая устойчивость чертой характера или состоянием. Психологическая устойчивость также упоминается как… Однако, в целом, признается, что устойчивость – это ресурс, который можно развивать. Подростки с высоким уровнем адаптации (то есть устойчивости) часто испытывают трудности с другими психологическими проблемами в дальнейшей жизни. Это связано с перегрузкой их систем реагирования на стресс. Существуют данные, подтверждающие, что чем выше устойчивость, тем ниже уязвимость. Брэд Эванс и Джулиан Рид критикуют дискурс об устойчивости и его растущую популярность в своей книге "Устойчивая жизнь". Авторы утверждают, что это может переложить ответственность за реагирование на катастрофы на отдельных лиц, а не на скоординированные общественные усилия. В связи с развитием неолиберализма, изменением климата, развитием стран третьего мира и другими дискурсами, Эванс и Рид утверждают, что продвижение устойчивости отвлекает внимание от ответственности правительства и переносит его на самоответственность и позитивные психологические эффекты, такие как посттравматический рост.