Введение

Буддийская религиозная практика

Чод (лит. «разрубать») – духовная практика, встречающаяся главным образом в традиции Юндрунг Бон, а также в школах тибетского буддизма Ньингма и Кагью (где она классифицируется как Ануттарайога Тантра в Кагью и Ануйога в Ньингме). Также известная как «разрезание эго», эта практика основана на сутрах Праджняпарамита, или «Совершенство мудрости», которые излагают концепцию «пустоты» буддийской философии. Согласно буддистам Махаяны, пустота – это высшая мудрость, заключающаяся в понимании отсутствия самосущего существования у всех явлений. Чод сочетает философию Праджняпарамиты со специфическими методами медитации и тантрическими ритуалами. Практикующий чод стремится пробудить силу страха посредством таких действий, как ритуалы, проводимые на кладбищах, и визуализация подношения своего тела в тантрическом пиру, чтобы подвергнуть свое понимание пустоты окончательному испытанию.

Определение

и санскрит chedasādhanā буквально означают "практику отсечения". В стандартном тибетском языке (престижном диалекте, связанном с буддизмом и основанном на речи Лхасы) произношение gcod обозначается как IPA //.

Индийские предки

Форма чода практиковалась в Индии буддийскими махасиддхами до X века. Две практики чода в буддизме и в Бон представляют собой отдельные линии преемственности. Авадхуты, известные в тибетском буддизме как ньонпа, славятся выражением своего духовного понимания посредством "безумной мудрости", непостижимой для обычных людей. Практикующие чод – это особенно почитаемый тип "сумасшедших святых", вызывающих страх и/или благоговение из-за своей роли обитателей крематориев. По мнению тибетолога Жерома Эду, практикующие чод часто ассоциировались с ролью шамана и изгнаника злых духов.

Иконография

В чёде адепт символически предлагает плоть своего тела в форме ганачакры или тантрического пира. Иконографически кожа тела практикующего может представлять собой поверхностную реальность или майю. Она отделяется от костей, которые символизируют истинную реальность потока сознания. Комментаторы отмечают сходство между ритуалом чёда и прототипическим посвящением шамана, однако один автор указывает на существенное различие: посвящение шамана происходит непроизвольно, тогда как чодпа сознательно принимает ритуальную смерть в церемонии чёда. Традиционно чёд считается сложным, потенциально опасным и неподходящим для некоторых практикующих.

Происхождение

Некоторые источники описывают Мачиг Лабдрон как основательницу практики чёда. Это справедливо, поскольку она является основательницей тибетских буддийских линий Махамудры чёда. Мачиг Лабдрон приписывают авторство названия "чёд" и разработку уникальных подходов к практике. Биографии указывают на то, что она получила эту практику через источники, восходящие к традициям махасиддхов и тантры. Она не является основательницей линий Дзогчен, хотя они и признают её, и её имя не встречается в родословных чёда традиции Бон. Одной из ключевых основ для формирования Махамудры чёда послужил труд Дампы Сангье "Умиротворение страданий".

Передача в Тибет

Существует несколько агиографических описаний того, как чод пришел в Тибет. Один намтар (духовная биография) утверждает, что вскоре после того, как Камалашила одержал победу в знаменитых дебатах с Мохейяном о том, должен ли Тибет принять "прямой" путь к просветлению или его "постепенный" путь, Камалашила использовал технику пховы, чтобы перенести свой поток сознания в труп, заражённый эпидемией, чтобы безопасно устранить опасность, которую он представлял. Поскольку поток сознания Камалашилы был занят, махасиддха по имени Дампа Сангье наткнулся на пустую кутен ("физическую основу") Камалашилы. Падампа Сангье не был кармически наделён привлекательной телесной формой, и, обнаружив очень красивое и здоровое пустое тело Камалашилы, которое он принял за свежий труп, недавно умершего человека, использовал пхову, чтобы перенести свой собственный поток сознания в тело Камалашилы. Поток сознания Падампы Сангье в теле Камалашилы продолжил путь к Гималаям и тем самым передал учения об "Устранении страданий" и индийскую форму чёда, которая внесла вклад в Махамудра-чёд Мачиг Лабдрон. Поток сознания Камалашилы не смог вернуться в своё собственное тело и поэтому был вынужден войти в пустое тело Падампы Сангье.

Третий Кармапа: систематизатор чёда

Чод был маргинальной и периферийной практикой, а чодпы, её практикующие, происходили извне традиционных тибетских буддийских и индийских монастырских институтов. Для всех, кроме самых продвинутых практиков, существовало противопоказание к посещению крематориев для практики. Тексты, касающиеся чода, были одновременно эксклюзивными и редкими в ранней традиционной школе. Более того, из-за кочевого образа жизни практикующих, они могли носить с собой немного текстов. Поэтому их также называли кусулу или кусулупа, то есть они редко изучали тексты, сосредотачиваясь на медитации и практике: «Неконвенциональное отношение к жизни на периферии общества отстраняло чодпов от богатых монастырских учреждений и типографий. В результате оригинальные тексты и комментарии к чоду, часто переписываемые вручную, никогда не получали широкого распространения, и многие из них были навсегда утрачены». Ранджунг Дордже, 3-й Кармапа-лама (1284–1339) был важным систематизатором учений чода и значительно способствовал их распространению в литературных и практических линиях Кагью, Ньингма и, в особенности, Дзогчена. Именно в этом переходе от крематориев к монастырским институтам тибетского буддизма ритуал чода стал внутренней практикой; крематорий превратился во внутреннюю воображаемую среду. Шеффер отмечает, что Третий Кармапа был систематизатором чода, разработанного Мачиг Лабдрон, и перечисляет ряд его работ на тибетском языке, посвященных чоду. Среди этих работ – редакции, планы и комментарии.

На Западе

Исторически чод практиковался преимущественно вне тибетской монастырской системы чодпами – йогами, йогини и нэгпами, а не бхикшу и бхикшуни. По этой причине материалы о чод были менее доступны западным читателям, чем некоторые другие тантрические буддийские практики. Первые сведения о чод на Западе появились благодаря Александре Дэвид-Неэль, французской путешественнице, жившей в Тибете. Ее путевые заметки «Магия и тайна в Тибете», опубликованные в 1932 году, содержат описание этой практики. Уолтер Эванс-Венц опубликовал первый перевод литургии чод в своей книге 1935 года «Тибетская йога и тайные доктрины». Анила Ринчен Палмо перевела несколько эссе о чод в сборнике 1987 года «Cutting Through Ego Clinging: Комментарий к практике чод». С тех пор чод стал более заметным в основных направлениях западных научных и академических исследований.