Первая европейская колония в США: Сан-Мигель-де-Гвалдапе

Введение

Первое европейское поселение в США

Сан-Мигель-де-Гвадальпе (иногда Сан-Мигель-де-Гвадалупе) — недолговечная испанская колония, основанная в 1526 году Лукасом Васкесом де Айллоном. Она была основана где-то на побережье современных штатов Каролина или Джорджия, но точное местоположение до сих пор является предметом научных споров. Это было первое европейское поселение на территории континентальных Соединенных Штатов и третье в Северной Америке к северу от Мексики. Экспедиция Айллона совершила первую высадку в заливе Винья или вблизи него 9 августа 1526 года. Вскоре они сочли эту местность непригодной для поселения и переместились южнее, предположительно в Сапело-Саунд в Джорджии, где колония просуществовала всего два месяца, прежде чем была уничтожена болезнями, голодом, восстанием рабов и враждебным отношением местного индейского населения. Из 600 человек, отправившихся в поход, лишь около 150 дожили до возвращения. Привезенные поселенцами африканские рабы стали первыми задокументированными чернокожими рабами на территории континентальных Соединенных Штатов и организовали там первое восстание рабов.

Открытия и исследования

Лукас Васкес де Айильон был богатым владельцем сахарной плантации на Эспаньоле и магистратом колониального королевского апелляционного суда, Реальной Аудиенсии. В 1521 году он отправил Франсиско Гордильо в экспедицию на Багамы с целью похищения людей для обращения в рабство. Обнаружив острова полностью необитаемыми, Гордильо и еще один корабль, занимавшийся работорговлей, под командованием Педро де Кехоса, направились на северо-запад в поисках земли, обнаруженной ранее в этом направлении другой работорговческой экспедицией. 24 июня 1521 года они высадились в заливе Винья на побережье современной Южной Каролины. После предварительного исследования региона они похитили семьдесят индейцев и вернулись с ними на Эспаньолу. Власти Эспаньолы критиковали это похищение, но не вернули пленников из-за высоких затрат. Никаких наказаний похитителям не последовало. Пленники собирали падаль в городе; большинство умерло, а оставшихся распределили между жителями. Вернувшись на Эспаньолу, Гордильо и Кехос принесли восторженные отчеты об обнаруженной земле. Они утверждали, что для ее завоевания не потребуется военная сила, и что, как только этот район будет заселен, он станет богатой и процветающей колонией. Эти отчеты, по-видимому, вдохновили Айильона, и вскоре он написал испанской короне, прося разрешения исследовать и заселить этот регион. Позже в том же году он отправился в Испанию по делам Аудиенсии, но также воспользовался возможностью лично представить свою просьбу о новой земле. Айильон взял с собой одного из захваченных индейцев, недавно крещенного Франсиско де Чикора, который впоследствии служил переводчиком для испанцев. "Чикора" было испанским названием родины Франсиско, Шакори или Уакаммау, одной из нескольких территорий, где говорили на языках сиу, подчиненных вождю Дате из Дуахе. В Испании они встретили придворного хрониста Петера Мартира, с которым Франсиско долго беседовал о своем народе и родине, а также о соседних провинциях. Франсиско описал жителей Дуахе как "белых" и с "блонд волосами до пят", и рассказал о гигантском индейском царе по имени Дата, который правил расой гигантов. Он также поведал историю о древней расе людей, у которых росли длинные хвосты и которые питались только определенным видом рыбы. Возможно, наиболее интересным для испанцев было то, что он заверил своих слушателей в том, что в этом регионе можно найти жемчуг и другие драгоценные камни. 12 июня 1523 года Айильон получил от Карла V и Совета Индий cédula, или королевскую патентную грамоту, разрешающую ему основать поселение на восточном побережье и вести торговлю с местными жителями. Он должен был стать губернатором пожизненно, а титул альгуасиль майор (высокий шериф) должен был принадлежать ему и его наследникам навсегда. В обмен на эти и многочисленные другие привилегии Айильон должен был провести более детальное исследование региона, основать миссии, церкви и францисканский монастырь для дальнейшего обращения коренного населения, и ему было запрещено внедрять энкомьенду или другие средства принудительного труда индейцев. В соответствии с договором Айильон нанял Кехоса для руководства разведывательным плаванием, состоящим из двух каравелл и около шестидесяти членов экипажа. Они отплыли в начале апреля 1525 года с инструкциями исследовать 200 лиг (640 морских миль) береговой линии, записать необходимые пеленги и глубины, установить каменные знаки с именем Карла V и захватить индейцев, которые могли бы служить гидами и переводчиками для будущих путешествий. Они впервые высадились на берег 3 мая 1525 года, вероятно, в районе реки Саванна. Оттуда они продолжили путь на север, пока не достигли залива Винья, места их первоначальной высадки в 1521 году. Неизвестно, насколько далеко на север продвинулся Кехос, возможно, до залива Чесапик, но он отметил, что побережье за заливом Винья в основном состояло из песчаных дюн и сосновых зарослей. Экспедиция вернулась домой в июле 1525 года.

Lucas Vázquez de Ayllón was a wealthy sugar planter on Hispaniola and magistrate of a colonial royal appeals court, the Real Audiencia. In 1521 he dispatched Francisco Gordillo on an expedition to the Bahamas to kidnap people as slaves. Finding the islands completely depopulated, Gordillo and another slaving ship piloted by Pedro de Quexos sailed northwest in search of land that a previous slaving expedition had found in that direction. On June 24, 1521, they made landfall at Winyah Bay on the coast of present day South Carolina. After some preliminary exploration of the region, they kidnapped seventy Indians and brought them back to Hispanola. The authorities in Hispaniola criticized this capture, but did not send them back, because of the expense. No penalties were imposed on the captors. The captives scavenged dead animals in the town; most died, and the others were then divided among the inhabitants. When they returned to Hispaniola, Gordillo and Quejo brought back glowing reports of the land they had found. They said it would not require military conquest and once settled the area would become a rich and prosperous colony. Ayllón was apparently inspired by these reports and soon wrote to the Spanish crown requesting permission to explore and settle the region. Later that same year he traveled to Spain on business for the audencia but also used the opportunity to personally press his case for the new land. Ayllón took with him one of the captured Indians who had recently been baptized as Francisco de Chicora and later served as a translator for the Spanish. "Chicora" was the Spanish name for Francisco's homeland, Shakori or Waccamaw, one of several Siouan speaking territories in the region subject to a chief Datha of Duahe. In Spain they met the court chronicler, Peter Martyr, with whom Francisco spoke at length about his people and homeland, and about neighboring provinces. Francisco described the people of Duahe as "white" and having "blond hair to the heels", and told of a gigantic Indian king called Datha, who ruled a race of giants. He also recounted the story of a former race of men who grew long tails and only ate a specific type of fish. Perhaps most interesting to the Spanish, he assured his audience that pearls and other valuable gems could be found in the region. On June 12, 1523, Ayllón obtained a cédula, or royal patent, from Charles V and the Council of the Indies allowing him to establish a settlement on the eastern seaboard and conduct trade with the local natives. He would be governor for life and the title alguacil mayor (high sheriff) would be held by him and his heirs forever. In return for these and numerous other privileges, Ayllón was required to perform a more detailed exploration of the region, establish missions, churches, and a Franciscan monastery to further conversion of the native population, and he was restrained from implementing an encomienda or other means of forcing Indian labor. As required by his contract, Ayllón hired Quejo to lead an exploratory voyage consisting of two caravels and about sixty crewmen. They set sail in early April, 1525 with instructions to explore 200 leagues (640 nautical miles) of coastline, record necessary bearings and soundings, erect stone markers bearing the name of Charles V, and obtain Indians who might serve as guides and interpreters for future voyages. They made their first landfall on May 3, 1525, likely at the Savannah River. From there they continued north until reaching Winyah Bay, the site of their original landing in 1521. It is not clear how much further north Quejo traveled, possibly as far as Chesapeake Bay, but he observed that the coast beyond Winyah Bay was mostly sand dunes and pine scrub. The expedition returned home in July, 1525.

Расчет и банкротство

Возвращение Кьехо ознаменовало начало активной подготовки к плаванию с целью основания поселения под руководством самого Айильона. Он потратил значительное состояние и даже залез в долги, чтобы снарядить экспедицию. Был собран флот из шести судов, перевозивших около 600–700 пассажиров и членов экипажа. Среди поселенцев были женщины, дети и порабощенные африканцы. Вместе с ними отправились два монаха-доминиканца, Антонио де Монтесинос и Антонио де Сервантес, для духовного окормления как поселенцев, так и коренного населения. Монтесинос был хорошо известен в Испаньоле своей резкой критикой порабощения и жестокого обращения с индейцами. Были погружены запасы и скот, включая коров, овец, свиней и сто лошадей, и флот отплыл в середине июля 1526 года. 9 августа 1526 года большая колониальная группа высадилась в заливе Винья и столкнулась с первой серьезной неудачей, когда их флагманский корабль «Капитана» налетел на песчаную отмель и затонул. Жертв не было, но большая часть припасов была утеряна. Кроме того, Франсиско де Чикора и другие индейцы, взятые в качестве толмачей и проводников, в первые же дни дезертировали и скрылись в лесу. Айильон приказал построить замену, «Ла Гаварра», вероятно, самый ранний пример европейского судостроения на территории современных Соединенных Штатов. Они искали подходящее место для основания поселения на близлежащем острове Паули, но почва была неплодородной, а немногочисленное индейское население не давало надежды на выгодную торговлю. Было отправлено несколько разведывательных отрядов для поиска лучших возможностей. На основании их докладов Айильон решил переместиться примерно на 200 миль к югу, к «мощной реке», вероятно, к проливу Сапело в современной Джорджии. В начале сентября здоровые мужчины отправились к новому месту на лошадях, а остальные – на кораблях. Достигнув пролива Сапело, они немедленно приступили к строительству домов и церкви, чтобы образовать подобие поселения. 29 сентября 1526 года поселение было названо Сан-Мигель-де-Гуальдапе в честь праздника святого Архангела Михаила. Гуальдапе, вероятно, отсылало к местному племени гуале, вождеству, входившему в состав культуры миссисипцев. Ситуация в колонии, и без того осложненная поздним стартом и потерей флагмана, быстро ухудшилась. Поселенцы страдали от голода, холода, болезней и враждебности коренного населения. Было слишком поздно сеять урожай, и дичи было мало. Окружающие воды кишели рыбой, но поселенцы были слишком больны или не желали ее ловить. Низкий уровень грунтовых вод и пористая почва могли легко привести к загрязнению колодцев отходами жизнедеятельности людей и животных. Болезни распространялись повсеместно, особенно дизентерия и другие заболевания, передающиеся через воду. Айильон надеялся пополнить запасы продовольствия за счет торговли с индейцами, однако те не могли или не хотели оказывать помощь. Ко всему прочему, погода стала аномально холодной, что усилило страдания и недовольство поселенцев. Донсель был полон решимости уничтожить тех, кто все еще ему противился. Однажды ночью он и Базан отправились в засаду, чтобы убить двух своих самых ярых противников. По неясным причинам в ту же ночь некоторые из порабощенных африканцев подожгли дом Донселя. В последовавшей суматохе Гомес и другие лидеры города были освобождены, Базан был смертельно ранен, а Донсель и другие мятежники были арестованы. К тому времени выжившие колонисты пришли к согласию, что пора эвакуировать колонию и вернуться в Испаньолу. К концу октября они уже садились на корабли, а к середине ноября все поселенцы покинули Сан-Мигель-де-Гуальдапе. Плохая погода и нехватка пищи и воды сделали обратное путешествие чрезвычайно трудным. Корабли отделились друг от друга, и время в пути варьировалось от нескольких недель до нескольких месяцев. Несколько пассажиров замерзли насмерть, а на одном корабле произошел случай каннибализма. Из 600 человек, отправившихся в экспедицию в июле, домой живыми вернулось лишь около 150.

Quejo's return marked the beginning of active preparation for a voyage of settlement led by Ayllón himself. He spent his own considerable fortune and even put himself into debt to outfit the expedition. A fleet consisting of six vessels carrying about 600 700 passengers and crew was assembled. Some women, children and enslaved Africans were included among the settlers. Two Dominican friars, Antonio de Montesinos and Antonio de Cervantes were brought along to minister to both the settlers and the natives. Montesinos was well known in Hispanola for his outspoken opposition to enslavement and mistreatment of the Indians. Supplies and livestock, including cows, sheep, pigs and a hundred horses, were loaded and the fleet departed in mid July, 1526. The large colonizing group landed in Winyah Bay on August 9, 1526 and encountered their first significant setback when their flagship, the Capitana, struck a sandbar and sank. There was no loss of life but a large portion of their supplies was lost. In addition, Francisco de Chicora and the other Indians brought along as interpreters and guides, deserted the fleet in the first few days and escaped into the woods. Ayllón ordered a replacement vessel, La Gavarra, to be built, probably the earliest example of European style boat building in what is now the United States. They looked for a suitable site to establish a settlement at nearby Pawleys Island but the soil was poor and a sparse Indian population offered little chance for profitable trade. Several reconnaissance parties were sent out in a wide search for better opportunities. Based on their reports, Ayllón decided to move about 200 miles south to a "powerful river", probably the Sapelo Sound in present day Georgia. Early in September, the able bodied men rode to the new site on horseback while the rest traveled by ship. When they reached Sapelo Sound, they began immediately to construct houses and a church to form a rough settlement. On September 29, 1526, the settlement was christened San Miguel de Gualdape in observance of the feast of St. Michael the Archangel. Gualdape was likely a reference to the local Guale tribe, a chiefdom that was part of the Mississippian culture. The colony's situation, already hampered by a late start and the loss of their flagship, quickly became worse. The settlers suffered from hunger, cold, disease and hostile natives. It was too late in the season to plant crops and game was scarce. The surrounding waters were teeming with fish but the settlers were too sick or otherwise unwilling to catch fish. The shallow water table and porous soil would have made it easy to contaminate their wells with human and animal waste. Disease was rampant, especially dysentery or other water borne illnesses. Ayllón had hoped to supplement their food stores by trading with the Indians; however, the natives were unable or unwilling to provide assistance. On top of everything else, the weather turned unseasonably cold, increasing the settlers misery and discontent. Doncel was determined to eliminate those who still opposed him. One night he and Bazan set out to ambush and kill two of their most vocal opponents. For reasons that are unclear, some of the enslaved Africans set fire to Doncel's house that same night. In the ensuing confusion, Gómez and the other city leaders were freed, Bazan was fatally wounded and Doncel and the other mutineers were arrested. By then, the surviving colonists agreed it was time to evacuate the colony and return to Hispanola. By the end of October they were boarding their ships and by mid November all the settlers had left San Miguel de Gualdape. Bad weather and a shortage of food and water made the voyage home extremely difficult. The ships became separated and sailing time varied from weeks to months. Several passengers froze to death and one ship experienced an incident of cannibalism. Of the 600 people who started the expedition in July, only about 150 returned home alive.

Местоположение

Источники XVI века предоставляют лишь смутную и порой противоречивую информацию о местоположении Сан-Мигель-де-Гуальдапе. В результате, места первоначальной высадки Айллона и его окончательного поселения долгое время являются предметом научных споров. В начале XIX века историк Мартин Фернандес де Наваррете утверждал, что экспедиция сначала высадилась на 33°40', а затем двинулась на север, чтобы основать поселение на реке вблизи мыса Лук-Аут. Другие историки последовали его примеру, полагая, что Айллон отправился на север после первоначальной высадки; в 1861 году Иоганн Коль поместил Гуальдапе на реку Кейп-Фир, а в 1886 году Джон Гилмари Шиа сослался на испанского исследователя XVII века Франсиско Фернандес де Эсиху, который сообщал, что Айллон двинулся на север и поселился на месте будущей английской колонии, Джеймстауна. В 1850-х годах впервые был опубликован полный текст "Historia general" Гонсало Фернандеса де Овьедо, предоставивший важные сведения о местоположении Гуальдапе. Овьедо писал, что экспедиция прошла на юго-запад примерно на 45 лиг и основала колонию на большой реке. В XX веке ученые, как правило, склонялись к признанию юго-западного направления движения, зафиксированного Овьедо. В 1901 году Вудбери Лоуэри утверждал, что первоначальная высадка произошла в районе реки Кейп-Фир, а затем экспедиция двинулась на юг, чтобы основать колонию на реке Пи-Ди. Джон Свонтон утверждал, что Айллон сначала высадился у реки Санти, а затем отправился на юг, чтобы основать Гуальдапе на реке Саванна. В 1956 году Пол Кватлбаум указал место первой высадки на реке Кейп-Фир, а поселения – в заливе Винья. В 1990 году историк Пол Э. Хоффман написал, что Айллон сначала высадился на реке Санти, а затем основал Сан-Мигель-де-Гуальдапе в Сапело-Саунд, в современной Джорджии. Он основывал свою оценку, в частности, на руководстве по мореплаванию, составленном космографом Алонсо де Чавесом в период с 1533 по 1537 год. Дэвид Вебер согласен с этим мнением, отмечая, что Хоффману удалось определить эти места "более убедительно, чем любому другому историку на сегодняшний день". Однако, в 2001 году Дуглас Т. Пек утверждал, что колония была основана на реке Саванна, которая лучше соответствует описанию "большой реки" и, в любом случае, являлась значительным препятствием, которое сухопутная часть экспедиции не могла преодолеть. Археологические попытки обнаружить местоположение колонии не принесли результатов.

Sixteenth century sources provide only vague and sometimes contradictory information regarding the location of San Miguel de Gualdape. As a result, the sites of Ayllón's initial landing and eventual settlement have been the subject of a long running scholarly dispute. In the early nineteenth century, historian Martín Fernández de Navarrete said the expedition first landed at 33°40' and then proceeded north to establish their settlement on a river near Cape Lookout. Other historians followed his lead and said Ayllón travelled north after the initial landing; in 1861 Johann Kohl placed Gualdape on the Cape Fear River; and in 1886, John Gilmary Shea cited the seventeenth century Spanish explorer Francisco Fernández de Écija who reported that Ayllón travelled north and settled at the future site of the English colony, Jamestown. In the 1850s, the complete text of Historia general by Gonzalo Fernández de Oviedo was first published, providing important clues about the location of Gualdape. Oviedo wrote that the expedition travelled southwest for about 45 leagues where they established their colony on a great river. In the twentieth century, scholars tended to accept the southwesterly direction of travel recorded by Oviedo. In 1901, Woodbury Lowery wrote that the initial landing took place near Cape Fear River and then proceeded south to establish the colony on the Pee Dee River. John Swanton said Ayllon first landed at Santee River and then travelled south to establish Gualdape on the Savannah River. In 1956, Paul Quattlebaum put the first landing at Cape Fear River and the settlement at Winyah Bay. In 1990, historian Paul E. Hoffman wrote that Ayllon first landed at the Santee River and afterwards established San Miguel de Gualdape at Sapelo Sound in present day Georgia. He based his estimate in part on a handbook of sailing directions compiled by cosmographer Alonso de Chavez between 1533 and 1537. David J. Weber agrees with this assessment, saying that Hoffman has been able to identify these sites "more satisfactorily than any other historian has done to date." However, writing in 2001, Douglas T. Peck asserted that the colony was established at the Savannah River, a better match with the description of a "great river" and in any case, a significant barrier that the overland portion of the expedition could not have crossed. Archaeological attempts to locate the site of the colony have been unsuccessful.

Наследие

После неудачи в Сан-Мигель-де-Гуальдапе испанцы пришли к выводу, что Айллон не подготовился должным образом к холодной погоде и более агрессивному местному населению. Многие считали, что регион по-прежнему представлял интерес, но для будущего успеха требовалось военное руководство и поддержка. Следующая попытка исследовать этот регион была предпринята Эрнандо де Сото, и его экспедиция отражала убеждение в необходимости более решительного, военного подхода.

Рабство и восстание

Среди 600 поселенцев, сопровождавших Аиллона, находилось неизвестное количество порабощенных африканцев. Гонсало Фернандес де Овьедо и Вальдес, современный летописец экспедиции, упоминает лишь, что было привезено "несколько" чернокожих рабов. Историк Пол Хоффман полагает, что они, скорее всего, были домашними слугами или ремесленниками, а не работниками на плантациях. Однако нет никаких свидетельств современников об их побегах. Этот эпизод, когда порабощенные люди поддержали действующую власть против мятежников, рассматривается как первое восстание рабов на материковой части Северной Америки.

Первая католическая месса

Доминиканские монахи Фр. Антонио де Монтесинос и Фр. Антонио де Сервантес находились среди колонистов в Сан-Мигель-де-Гуальдапе. Они ежедневно совершали мессу, что делает это место первым на территории современных Соединенных Штатов, где была отслужена месса. Точное место и дата этого события неизвестны.