Дело Фигероа против Канады: Право на участие в федеральных выборах.

Введение

Figueroa v Canada (AG), [2003] 1 S. C. R. 912 является знаковым решением Верховного суда Канады относительно права участвовать в федеральных выборах на основании пункта 3 Канадской хартии прав и свобод. Суд признал недействительным положение, требовавшее от политической партии выдвижения 50 кандидатов для получения определенных преимуществ.

Предыстория

Мигель Фигероа, лидер Коммунистической партии Канады, оспорил конституционность статей 24 и 28 Закона о выборах в Канаде, предусматривающих порог в 50 кандидатов, как нарушение Раздела Три Канадской хартии прав и свобод. Судебный иск был подан после всеобщих федеральных выборов 1993 года, когда КПК не смогла выставить как минимум 50 кандидатов. В соответствии с действующим тогда Законом о выборах в Канаде, который был изменен незадолго до выборов 1993 года правительством бывшего консерватора Брайана Малрони, зарегистрированная федеральная партия, не выдвинувшая на всеобщих выборах не менее 50 кандидатов, не только автоматически лишалась регистрации, но и теряла свои чистые активы, которые затем передавались правительству Канады. Мигель Фигероа, действуя от имени членов Коммунистической партии, оспорил эти положения закона, утверждая, что правило о 50 кандидатах, в сочетании с увеличением залогов кандидатов (которые для небольших партий были бы лишь частично возмещаемы) и конфискацией партийных активов, в совокупности представляли собой драконовскую и несправедливую дискриминацию в отношении небольших политических партий. В 1999 году судья Анн Моллой из Высшего суда Онтарио (Общий отдел) признала многие положения закона неконституционными, включая конфискацию партийных активов и невозвратность залогов кандидатов для тех, кто не набрал не менее 15% голосов на выборах. Судья Моллой также отменила требование о пороге в 50 кандидатов для федеральных партий, необходимом для сохранения регистрации. Генеральный прокурор от имени правительства Канады не обжаловал решения Моллой о конфискации активов и невозврате залогов кандидатов; эти разделы Закона о выборах в Канаде впоследствии были изменены парламентом Канады. Однако генеральный прокурор обжаловал решение Моллой об отмене правила о пороге в 50 кандидатов. Дело было передано в Апелляционный суд Онтарио. В 2001 году Апелляционный суд вынес раздельное решение, постановив, что, по его мнению, само правило о 50 кандидатах было конституционным, но отсутствие указания на партию в избирательном бюллетене было неконституционным, поскольку лишало избирателей важной информации о кандидатах при заполнении бюллетеня. Суд обязал парламент установить более низкий порог в таких случаях. После этого решения парламент вновь внес поправки в закон, установив порог в 12 кандидатов для указания партии, что означало, что партии, выдвигающие не менее 12 кандидатов на всеобщих выборах, будут иметь название партии, указанное в бюллетене рядом с именами их кандидатов. Фигероа, в лице Питера Розенталя, затем попытался обжаловать это решение в Верховном суде Канады, утверждая, что решение Апелляционного суда Онтарио было ошибочным в толковании Хартии прав и свобод и что правило о 50 кандидатах фактически представляло собой дискриминацию в отношении небольших партий в соответствии с Хартией. Верховный суд Канады (ВСК) предоставил право на обжалование, и дело было рассмотрено в ВСК в 2002 году.

Miguel Figueroa, the leader of the Communist Party of Canada, challenged the constitutionality of section 24 and 28 of the Canada Elections Act providing for a 50 candidate threshold as a violation of Section Three of the Canadian Charter of Rights and Freedoms. The court challenge originated after the 1993 general federal election when the CPC failed to field at least 50 candidates. Under the then Canada Elections Act, which had been amended just prior to the 1993 vote by the former Conservative government of Brian Mulroney, a registered federal party that fails to run at least 50 candidates in a general election would not only be automatically de registered but would also be stripped of its net assets which would then be turned over to the Government of Canada. Miguel Figueroa, acting on behalf of the Communist Party's membership, challenged these provisions in the Act, arguing that the 50 candidate rule, combined with the increase in candidate depositswhich for smaller parties would be only partially refundableand the seizure of party assets, together constituted draconian and unfair discrimination against smaller political parties. In 1999, Justice Anne Molloy of the Superior Court of Ontario (General Division) struck down many of the Act's provisions as unconstitutional, including the seizure of party assets and the non refundability of candidate deposits for those failing to garner at least 15% of the vote in an election. Justice Molloy also struck down the 50 candidate threshold requirement for federal parties to maintain their registration. The Attorney General, on behalf of the Government of Canada, did not appeal the Molloy rulings on the seizure of assets and the non refundability of candidate's deposits; these sections of the Canada Elections Act were subsequently changed by the Parliament of Canada. However, the A G did appeal Molloy's decision striking down the 50 candidate threshold rule. The case then proceeded to the Ontario Court of Appeal. In 2001, the Court of Appeal rendered a split decision, holding that while in its opinion the 50 candidate rule itself was constitutional, it was unconstitutional to fail to provide the party identifier on the ballot, as this denied important information about candidates to electors when completing their ballot. The Court instructed Parliament to establish a lower threshold in such cases. Following this ruling, Parliament again amended the Act to set a 12 candidate threshold for the party identifier, meaning that parties fielding at least 12 candidates in a general election would have the party name included on the ballot next to their candidates names. Figueroa, represented by Peter Rosenthal, then sought to appeal this judgment to the Supreme Court of Canada, arguing that the ruling of the Ontario Court of Appeal was flawed in interpreting the Charter of Rights and Freedoms, and that the 50 candidate rule did in fact constitute discrimination against smaller parties under the Charter. The Supreme Court of Canada (SCC) granted leave to appeal, and the case was argued before the SCC in 2002.

Отношение суда

Судья Якобуччи, изложив позицию большинства, заявил, что статья 3 защищает не только право голоса, но и право каждого гражданина на участие в политической жизни. Это право обеспечивает возможность для каждого гражданина выражать свое мнение относительно формирования государственной политики и институтов страны. Однако, как отметил Якобуччи, статья 3 не защищает неограниченное участие. Скорее, она защищает: право каждого гражданина играть существенную роль в этом процессе; сам по себе факт отклонения законодательства от принципа абсолютного равенства избирателей или ограничения способности гражданина участвовать в избирательном процессе не является достаточным основанием для заключения о вмешательстве в право каждого гражданина играть существенную роль в избирательном процессе. Для признания нарушения необходимо наличие запрета на "существенное" участие.