Гражданская война в Гватемале (1960–1996)

Гражданская война в Гватемале (1960-1996): причины, геноцид майя, земельный вопрос, роль United Fruit Company и левых правительств. История конфликта.

71 мин чтения

100%

Источник: Guatemalan Civil War — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Гражданская война в Гватемале 1960–1997 годов

Гражданская война в Гватемале — это вооружённый конфликт, проходивший в Гватемале с 1960 по 1996 год между правительством Гватемалы и различными левыми повстанческими группировками. Правительственные силы подвергаются осуждению за совершение геноцида против населения майя в Гватемале во время гражданской войны и за широкомасштабные нарушения прав человека в отношении гражданского населения. В основе конфликта лежали давние проблемы несправедливого распределения земли. Богатые гватемальцы, преимущественно потомки европейцев, и иностранные компании, такие как американская United Fruit Company, контролировали значительную часть земли и практически не платили налогов, что приводило к конфликтам с бедными коренными жителями, работавшими на земле в невыносимых условиях. Демократические выборы во время Гватемальской революции 1944 и 1951 годов привели к власти левые правительства, стремившиеся улучшить условия труда и провести земельную реформу. Государственный переворот 1954 года, поддержанный Соединенными Штатами, установил военный режим Карлоса Кастильо Армаса с целью предотвращения реформ, за которым последовала серия правых военных диктатур. Гражданская война началась 13 ноября 1960 года, когда группа младших офицеров левого толка предприняла неудачную попытку восстания против правительства генерала Идигораса Фуэнтеса. Выжившие офицеры создали повстанческое движение, известное как MR 13. В 1970 году полковник Карлос Мануэль Арана Осорио стал первым из ряда военных диктаторов, представлявших Институциональную демократическую партию (PID). PID доминировала в гватемальской политике в течение двенадцати лет, используя избирательные махинации в пользу двух протеже полковника Араны (генерала Кьель Эухенио Лаугеруд Гарсиа в 1974 году и генерала Ромео Лукаса Гарсиа в 1978 году). PID утратила контроль над политикой Гватемалы, когда генерал Эфраин Риос Монт вместе с группой младших офицеров армии захватил власть в результате военного переворота 23 марта 1982 года. В 1970-х годах социальное недовольство продолжало нарастать среди многочисленного населения коренных народов и крестьян. Многие организовались в повстанческие группы и начали оказывать сопротивление правительственным войскам. В 1980-х годах гватемальские военные обеспечили почти абсолютную власть на протяжении пяти лет, успешно внедрившись и уничтожив врагов во всех социально-политических институтах страны, включая политические, социальные и интеллектуальные круги. На заключительном этапе гражданской войны военные разработали параллельную, полускрытую, малозаметную, но эффективную систему контроля над национальной жизнью Гватемалы. По оценкам, в ходе конфликта было убито или насильственно исчезло от 140 000 до 200 000 человек, включая от 40 000 до 50 000 пропавших без вести. Хотя столкновения происходили между правительственными силами и повстанческими группировками, большая часть насилия представляла собой масштабную скоординированную кампанию одностороннего насилия со стороны гватемальского государства против гражданского населения, начиная с середины 1960-х годов. Военная разведка координировала убийства и насильственные исчезновения противников государства. В сельских районах, где повстанцы сохраняли свои опорные пункты, правительственные репрессии привели к массовым убийствам крестьян, включая целые деревни. Первые такие случаи произошли в департаментах Исабаль и Сакапа (1966–1968 гг.), а с 1978 года — в преимущественно западных высокогорьях, населённых майя. В начале 1980-х годов массовое убийство народа майя было признано геноцидом. Другими жертвами репрессий стали активисты, подозреваемые в оппозиции правительству, возвращающиеся беженцы, критически настроенные ученые, студенты, левые политики, профсоюзные деятели, религиозные работники, журналисты и беспризорные дети. "Comisión para el Esclarecimiento Histórico" (Комиссия по историческому прояснению) оценила, что правительственные силы совершили 93% нарушений прав человека в ходе конфликта, в то время как партизаны — 3%. В 2009 году суды Гватемалы приговорили бывшего военного комиссара Фелипе Кусанеро, первого человека, осужденного за преступление, связанное с приказом о насильственных исчезновениях. В 2013 году правительство провело судебный процесс против бывшего президента Эфраина Риоса Монтта по обвинению в геноциде за убийство и исчезновение более 1700 коренных жителей иксильской общины майя во время его правления в 1982–1983 годах. Обвинения в геноциде были основаны на отчете "Memoria del Silencio" (Память молчания), подготовленном Комиссией по историческому прояснению, назначенной ООН. Это также был первый случай, когда гватемальский суд признал изнасилования и насилие, которым подвергались женщины майя. Из 1465 зарегистрированных случаев изнасилования солдаты несли ответственность за 94,3%. Комиссия пришла к выводу, что правительство могло совершить геноцид в Киче между 1981 и 1983 годами. Однако через несколько дней Верховный суд страны отменил приговор, потребовав повторного судебного разбирательства из-за предполагаемых процессуальных нарушений. Судебный процесс возобновился 23 июля 2015 года, но присяжные не смогли вынести вердикт до смерти Монтта в заключении 1 апреля 2018 года.

The Guatemalan Civil War was a civil war in Guatemala fought from 1960 to 1996 between the government of Guatemala and various leftist rebel groups. The government forces have been condemned for committing genocide against the Maya population of Guatemala during the civil war and for widespread human rights violations against civilians. The context of the struggle was based on longstanding issues of unfair land distribution. Wealthy Guatemalans, mainly European descended, and foreign companies such as the American United Fruit Company had dominated control over much of the land, and paid almost zero taxes in return – leading to conflicts with the rural indigenous poor who worked the land under miserable terms. Democratic elections during the Guatemalan Revolution in 1944 and 1951 had brought popular leftist governments to power, who sought to ameliorate working conditions and implement land distribution. A United States backed coup d'état in 1954 installed the military regime of Carlos Castillo Armas to prevent reform, who was followed by a series of right wing military dictators. The Civil War started on 13 November 1960, when a group of left wing junior military officers led a failed revolt against the government of General Ydigoras Fuentes. The surviving officers created a rebel movement known as MR 13. In 1970, Colonel Carlos Manuel Arana Osorio became the first of a series of military dictators representing the Institutional Democratic Party or PID. The PID dominated Guatemalan politics for twelve years through electoral frauds favoring two of Colonel Carlos Arana's protégés (General Kjell Eugenio Laugerud García in 1974 and General Romeo Lucas García in 1978). The PID lost its grip on Guatemalan politics when General Efraín Ríos Montt, together with a group of junior army officers, seized power in a military coup on 23 March 1982. In the 1970s social discontent continued among the large populations of indigenous people and peasants. Many organized into insurgent groups and began to resist the government forces. During the 1980s, the Guatemalan military assured almost absolute government power for five years; it had successfully infiltrated and eliminated enemies in every socio political institution of the nation, including the political, social, and intellectual classes. In the final stage of the civil war, the military developed a parallel, semi visible, low profile but high effect, control of Guatemala's national life. It is estimated that 140,000 to 200,000 people were killed or forcefully "disappeared" during the conflict, including 40,000 to 50,000 disappearances. While fighting took place between government forces and rebel groups, much of the violence was a large coordinated campaign of one sided violence by the Guatemalan state against the civilian population from the mid 1960s onward. The military intelligence services coordinated killings and "disappearances" of opponents of the state. In rural areas, where the insurgency maintained its strongholds, the government repression led to large massacres of the peasantry, including entire villages. These took place first in the departments of Izabal and Zacapa (1966–68), and in the predominantly Mayan western highlands from 1978 onward. In the early 1980s, the widespread killing of the Mayan people was considered a genocide. Other victims of the repression included activists, suspected government opponents, returning refugees, critical academics, students, left leaning politicians, trade unionists, religious workers, journalists, and street children. The "Comisión para el Esclarecimiento Histórico" has estimated that government forces committed 93% of human right abuses in the conflict, with 3% committed by the guerrillas. In 2009, Guatemalan courts sentenced former military commissioner Felipe Cusanero, the first person to be convicted of the crime of ordering forced disappearances. In 2013, the government conducted a trial of former president Efraín Ríos Montt on charges of genocide for the killing and disappearances of more than 1,700 indigenous Ixil Maya during his 1982–83 rule. The charges of genocide were based on the "Memoria del Silencio" report – prepared by the UN appointed Commission for Historical Clarification. This was also the first time that the Guatemalan Court recognized the rape and abuse that Mayan women suffered. Out of the 1465 cases of rape that were reported, soldiers were responsible for 94.3 percent. The Commission concluded that the government could have committed genocide in Quiché between 1981 and 1983. A few days later, however, the sentence was reversed by the country's high court. They called for a renewed trial because of alleged judicial anomalies. The trial began again on 23 July 2015, but the jury had not reached a verdict before Montt died in custody on 1 April 2018.

Предыстория

После революции 1871 года либеральное правительство Юсто Руфино Барриоса расширило производство кофе в Гватемале, что потребовало больших земельных площадей и значительного количества рабочих. Барриос учредил «Положение о поселенцах», которое принуждало коренное население работать за низкую заработную плату на землевладельцев – креолов, а позднее немецких колонистов. Барриос также конфисковал общинные земли коренных народов, которые были защищены во времена испанской колонии и при консервативном правительстве Рафаэля Карреры. Он раздавал эти земли своим сторонникам из числа либералов, которые стали крупными землевладельцами. Убико пренебрежительно относился к коренному населению, называя его «животным», и утверждал, что для «цивилизации» им необходима обязательная военная подготовка, сравнивая это с «приручением ослов». Он передал сотни тысяч гектаров компании United Fruit Company, освободил её от налогов в Тикисате и разрешил американским военным размещать базы в Гватемале. Убико считал себя «новым Наполеоном». Он одевался помпезно, окружал себя статуями и портретами императора, постоянно отмечая сходство в их внешности. Он милитаризовал множество политических и социальных институтов – включая почту, школы и даже симфонические оркестры – и назначил военных офицеров на многие государственные должности. Он часто совершал поездки по стране, проводя «инспекции» в парадной форме, в сопровождении военного эскорта, передвижной радиостанции, официального биографа и членов кабинета министров. После 14 лет репрессивной политики и высокомерного поведения Убико в 1944 году столкнулся с мирным неповиновением со стороны городских интеллектуалов, профессионалов и младших офицеров армии. 1 июля 1944 года Убико подал в отставку на фоне всеобщей забастовки и общенациональных протестов. Он планировал передать власть бывшему директору по политическим вопросам, генералу Родерико Анзуэто, которого считал подконтрольным. Однако его советники указали на то, что пронацистские симпатии Анзуэто сделали его непопулярным и что он не сможет контролировать армию. Поэтому Убико выбрал триумвират в составе генерал-майора Буэнавентуры Пиньеды, генерал-майора Эдуардо Виллаграна Аризы и генерала Федерико Понсе Вайдеса. Эти три генерала обещали созвать национальное собрание для проведения выборов временного президента, но когда конгресс собрался 3 июля, солдаты взяли всех под прицел и заставили проголосовать за генерала Понсе, а не за популярного гражданского кандидата, доктора Рамона Кальдерона. Понсе, ранее уволенный из армии из-за алкоголизма, получал приказы от Убико и сохранил многих чиновников, работавших в администрации Убико. Репрессивная политика администрации Убико продолжалась. Оппозиционные группы вновь начали организовываться, к ним присоединились многие видные политические и военные лидеры, считавшие режим Понсе неконституционным. Среди военных оппозиционеров были Якобо Арбенс и майор Франсиско Хавьер Арана. Убико уволил Арбенса с должности преподавателя в Escuela Politécnica, после чего Арбенс жил в Сальвадоре, организуя группу революционных эмигрантов. 19 октября 1944 года небольшая группа солдат и студентов во главе с Арбенсом и Араной атаковала Национальный дворец, что вошло в историю как «Октябрьская революция». Понсе был разгромлен и изгнан; Арбенс, Арана и юрист Хорхе Ториелло сформировали хунту. Они объявили о проведении демократических выборов до конца года. Победителем выборов 1944 года стал преподаватель Хуан Хосе Аревало, доктор наук, получивший стипендию в Аргентине во время правления генерала Лазаро Чакона благодаря своим выдающимся педагогическим способностям. Аревало оставался в Южной Америке несколько лет, работая профессором в университетах разных стран. Вернувшись в Гватемалу в первые годы режима Хорхе Убико, его коллеги попросили его представить президенту проект создания факультета гуманитарных наук в Национальном университете, которому Убико категорически возражал. Осознав диктаторский характер Убико, Аревало покинул Гватемалу и вернулся в Аргентину. Он вернулся в Гватемалу после революции 1944 года и баллотировался от коалиции левых партий, известной как Partido Acción Revolucionaria («Партия революционного действия», PAR), получив 85 процентов голосов на выборах, которые широко признаны свободными и честными. Аревало провел социальные реформы, включая установление минимальной заработной платы, увеличение финансирования образования, почти всеобщее избирательное право (исключая неграмотных женщин) и трудовые реформы. Однако многие из этих изменений принесли пользу лишь представителям среднего класса, мало затронув крестьян-земледельцев, составлявших большинство населения. Несмотря на относительную умеренность реформ, правительство Аревало не пользовалось популярностью в правительстве США, среди части католической церкви, крупных землевладельцев, работодателей, таких как United Fruit Company, и офицеров гватемальской армии, которые считали его правительство неэффективным, коррумпированным и находящимся под сильным влиянием коммунистов. Во время его президентства произошло не менее 25 попыток государственного переворота, в основном организованных богатыми либеральными военными. В 1944 году «Октябрьские революционеры» взяли под контроль правительство. Они провели либеральную экономическую реформу, укрепив гражданские и трудовые права городского рабочего класса и крестьян. Параллельно сформировалась группа левых студентов, профессионалов и коалиций либерально-демократических правительств во главе с Хуаном Хосе Аревало и Якобо Арбенсом Гусманом. Декрет 900, принятый в 1952 году, предписывал перераспределение неиспользуемых земель крупных поместий, что угрожало интересам землевладельцев и, в первую очередь, компании United Fruit Company. Учитывая тесные связи UFCO с высокопоставленными чиновниками администрации Эйзенхауэра, такими как братья Джон Фостер Даллес и Аллен Даллес, которые были государственным секретарем и директором Центрального разведывательного управления (ЦРУ) соответственно и оба входили в совет директоров компании, правительство США приказало ЦРУ начать операцию PBFortune (1952–1954 гг.) и остановить «коммунистический переворот» в Гватемале, как его воспринимала United Fruit Company и Государственный департамент США.

After the 1871 revolution, the Liberal government of Justo Rufino Barrios escalated coffee production in Guatemala, which required much land and many workers. Barrios established the Settler Rule Book, which forced the native population to work for low wages for the landowners, who were Criollos and later German settlers. Barrios also confiscated the common native land, which had been protected during the Spanish Colony and during the Conservative government of Rafael Carrera. He distributed it to his Liberal friends, who became major landowners. Ubico was disdainful of the indigenous population, calling them "animal like", and stated that to become "civilized" they needed mandatory military training, comparing it to "domesticating donkeys". He gave away hundreds of thousands of hectares to the United Fruit Company, exempted them from taxes in Tiquisate, and allowed the U. S. military to establish bases in Guatemala. Ubico considered himself to be "another Napoleon". He dressed ostentatiously and surrounded himself with statues and paintings of the emperor, regularly commenting on the similarities between their appearances. He militarized numerous political and social institutions—including the post office, schools, and even symphony orchestras—and placed military officers in charge of many government posts. He frequently travelled around the country performing "inspections" in dress uniform, followed by a military escort, a mobile radio station, an official biographer, and cabinet members. After 14 years, Ubico's repressive policies and arrogant demeanor finally led to pacific disobedience by urban middle class intellectuals, professionals, and junior army officers in 1944. On 1 July 1944, Ubico resigned from office amidst a general strike and nationwide protests. He had planned to hand over power to the former director of policy, General Roderico Anzueto, whom he felt he could control. But his advisors noted that Anzueto's pro Nazi sympathies had made him unpopular and that he would not be able to control the military. So Ubico instead chose to select a triumvirate of Major General Buenaventura Piñeda, Major General Eduardo Villagrán Ariza, and General Federico Ponce Vaides. The three generals promised to convene the national assembly to hold an election for a provisional president, but when the congress met on 3 July, soldiers held everyone at gunpoint and forced them to vote for General Ponce rather than the popular civilian candidate, Dr. Ramón Calderón. Ponce, who had previously retired from military service due to alcoholism, took orders from Ubico and kept many of the officials who had worked in the Ubico administration. The repressive policies of the Ubico administration were continued. Opposition groups began organizing again, this time joined by many prominent political and military leaders, who deemed the Ponce regime unconstitutional. Among the military officers in the opposition were Jacobo Árbenz and Major Francisco Javier Arana. Ubico had fired Árbenz from his teaching post at the Escuela Politécnica, and since then Árbenz had been living in El Salvador, organizing a band of revolutionary exiles. On 19 October 1944, a small group of soldiers and students led by Árbenz and Arana attacked the National Palace in what later became known as the "October Revolution". Ponce was defeated and driven into exile; Árbenz, Arana, and a lawyer named Jorge Toriello established a junta. They declared that democratic elections would be held before the end of the year. The winner of the 1944 elections was a teaching major named Juan José Arévalo, Ph. D., who had earned a scholarship in Argentina during the government of general Lázaro Chacón due to his superb professor skills. Arévalo remained in South America for a few years, working as a university professor in several countries. Back in Guatemala during the early years of the Jorge Ubico regime, his colleagues asked him to present a project to the president to create the Faculty of Humanism at the National University, to which Ubico was strongly opposed. Realizing the dictatorial nature of Ubico, Arévalo left Guatemala and went back to Argentina. He went back to Guatemala after the 1944 Revolution and ran under a coalition of leftist parties known as the Partido Acción Revolucionaria ("Revolutionary Action Party", PAR), and won 85 percent of the vote in elections that are widely considered to have been fair and open. Arévalo implemented social reforms, including minimum wage laws, increased educational funding, near universal suffrage (excluding illiterate women), and labor reforms. But many of these changes only benefited the upper middle classes and did little for the peasant agricultural laborers who made up the majority of the population. Although his reforms were relatively moderate, he was widely disliked by the United States government, portions of the Catholic Church, large landowners, employers such as the United Fruit Company, and Guatemalan military officers, who viewed his government as inefficient, corrupt, and heavily influenced by communists. At least 25 coup attempts took place during his presidency, mostly led by wealthy liberal military officers. In 1944, the "October Revolutionaries" took control of the government. They instituted liberal economic reform, benefiting and politically strengthening the civil and labor rights of the urban working class and the peasants. Elsewhere, a group of leftist students, professionals, and liberal democratic government coalitions developed, led by Juan José Arévalo and Jacobo Árbenz Guzmán. Decree 900, passed in 1952, ordered the redistribution of fallow land on large estates, threatening the interests of the landowning elite and, mainly, the United Fruit Company. Given the strong ties of the UFCO with high Eisenhower administration officers such as the brothers John Foster Dulles and Allen Dulles, who were Secretary of State and Central Intelligence Agency (CIA) director, respectively, and were both in the company board, the U. S. government ordered the CIA to launch Operation PBFortune (1952–1954) and halt Guatemala's "communist revolt", as perceived by the United Fruit Company and the U. S. State Department.

Помощь правительству США в разведке и борьбе с повстанцами

В 1964 и 1965 годах вооруженные силы Гватемалы начали проводить контрпартизанские операции против MR 13 в восточной Гватемале. В феврале и марте 1964 года гватемальские ВВС начали выборочную бомбардировку баз MR 13 в Исабале, за которой в сентябре и октябре следующего года последовала контрпартизанская облава в соседней провинции Сакапа под кодовым названием "Операция Сокол". На этом этапе конфликта правительство США направило "зеленых беретов" и советников ЦРУ для обучения гватемальских военных контрпартизанской войне. Кроме того, были направлены полицейские советники США и советники по "общественной безопасности" для реорганизации полиции Гватемалы. В ответ на активизацию повстанческой деятельности в столице в июне 1965 года был сформирован специальный отряд Национальной полиции под названием Comando Seis ("Командо Шесть") для борьбы с городскими партизанскими атаками. "Командо Шесть" получило специальную подготовку от Программы общественной безопасности США, а также финансирование и вооружение от советников по общественной безопасности США. В ноябре 1965 года советник по общественной безопасности США Джон Лонган прибыл в Гватемалу по временному обмену с поста в Венесуэле, чтобы оказать помощь старшим военным и полицейским чиновникам в создании городской программы борьбы с повстанцами. При содействии Лонгана гватемальские военные начали "Операцию Limpieza" ("Операция Очистка") – городскую программу борьбы с повстанцами под командованием полковника Рафаэля Арриаги Боске. Эта программа координировала деятельность всех основных органов безопасности страны (включая армию, судебную полицию и национальную полицию) в ходе как тайных, так и открытых операций против партизан. Под руководством Арриаги силы безопасности начали похищать, пытать и убивать ключевых членов PGT. При финансовой поддержке и содействии советников США президент Энрике Перальта Азурдья создал в Национальном дворце Президентское разведывательное управление, в рамках которого существовала телекоммуникационная база данных, известная как Региональный телекоммуникационный центр или La Regional, связывающая Национальную полицию, Финансовую гвардию, Судебную полицию, Президентский дом и Центр военных коммуникаций посредством внутригородской частоты VHF FM. La Regional также служила хранилищем данных о подозреваемых "подрывниках" и имела собственное разведывательное и оперативное подразделение, известное как Policía Regional. Эта сеть была построена на основе "Комитетов по борьбе с коммунизмом", созданных ЦРУ после переворота 1954 года.

In 1964 and 1965, the Guatemalan Armed Forces began engaging in counterinsurgency operations against the MR 13 in eastern Guatemala. In February and March 1964, the Guatemalan Air Force began a selective bombing campaign against MR 13 bases in Izabal, which was followed by a counterinsurgency sweep in the neighboring province of Zacapa under the code name "Operation Falcon" in September and October of the following year. It was at this phase in the conflict that the U. S. government sent Green Berets and CIA advisers to instruct the Guatemalan military in counterinsurgency (anti guerrilla warfare). In addition, U. S. police and "Public Safety" advisers were sent to reorganize the Guatemalan police forces. In response to increased insurgent activity in the capital, a specialty squad of the National Police was organized in June 1965 called Comando Seis ('Commando Six') to deal with urban guerilla assaults. 'Commando Six' received special training from the U. S. Public Safety Program and money and weapons from U. S. Public Safety Advisors. In November 1965, U. S. Public Safety Advisor John Longan arrived in Guatemala on temporary loan from his post in Venezuela to assist senior military and police officials in establishing an urban counterinsurgency program. With the assistance of Longan, the Guatemalan Military launched "Operation Limpieza" (Operation Cleanup) an urban counterinsurgency program under the command of Colonel Rafael Arriaga Bosque. This program coordinated the activities of all of the country's main security agencies (including the Army, the Judicial Police and the National Police) in both covert and overt anti guerrilla operations. Under Arriaga's direction, the security forces began to abduct, torture and kill the PGT's key constituents. With money and support from U. S. advisors, President Enrique Peralta Azurdia established a Presidential Intelligence Agency in the National Palace, under which a telecommunications database is known as the Regional Telecommunications Center or La Regional existed, linking the National Police, the Treasury Guard, the Judicial Police, the Presidential House and the Military Communications Center via a VHF FM intracity frequency. La Regional also served as a depository for the names of suspected "subversives" and had its own intelligence and operational unit attached to it known as the Policía Regional. This network was built on the "Committees against Communism" created by the CIA after the coup in 1954.

Эскалация государственного террора

3 и 5 марта 1966 года G2 (военная разведка) и Судебная полиция провели рейды в трех домах в Гватемала-Сити, задержав 28 профсоюзных деятелей и членов PGT. Среди задержанных были большинство членов центрального комитета ПГТ и лидер крестьянской федерации Леонардо Кастильо Флорес. Все они впоследствии «исчезли» находясь под стражей сил безопасности и в последующие месяцы стали известны в гватемальской прессе как «28». Этот инцидент сопровождался волной необъяснимых «исчезновений» и убийств в Гватемала-Сити и сельской местности, о которых сообщала гватемальская пресса. Когда на некоторое время была снята цензура в прессе, родственники «28» и других, «исчезнувших» в военной зоне Сакапа-Исабаль, обратились в прессу или в Ассоциацию студентов университетов (AEU). Используя свой юридический отдел, AEU впоследствии добилась применения habeas corpus от имени «исчезнувших». Правительство отрицало какую-либо причастность к убийствам и «исчезновениям». 16 июля 1966 года AEU опубликовала подробный доклад о злоупотреблениях в последние месяцы режима Перальты, в котором были названы тридцать пять человек, причастных к убийствам и «исчезновениям», включая военных комиссаров и членов Мобильной военной полиции (PMA) в координации с G2. После публикации этого доклада нападения «эскадронов смерти» на AEU и Университет Сан-Карлос стали усиливаться. Многие студенты-юристы и члены AEU были убиты. Использование подобных тактик резко возросло после инаугурации президента Хулио Сесара Мендеса Монтенегро, который, стремясь умилостивить и заручиться поддержкой военного истеблишмента, предоставил ему карт-бланш на применение «любых необходимых средств» для стабилизации ситуации в стране. Военные впоследствии самостоятельно руководили программой борьбы с повстанцами из президентского дома и назначили вице-министра обороны, полковника Мануэля Франсиско Сосу Авилу главным «координатором борьбы с повстанцами». Кроме того, Генеральный штаб армии и Министерство обороны взяли под контроль Президентское разведывательное управление, которое контролировало филиал Ла Региональ, и переименовали его в Службу национальной безопасности Гватемалы (Servicio de Seguridad Nacional de Guatemala – SSNG). В городе и сельской местности люди, подозреваемые в левых симпатиях, стали беспрецедентно быстро «исчезать» или обнаруживаться мертвыми. В сельской местности большинство «исчезновений» и убийств совершались патрулями армии в форме и местными представителями PMA или военными комиссарами, в то время как в городах похищения и «исчезновения» обычно совершались тяжело вооруженными людьми в штатском, действовавшими из армейских и полицейских учреждений. Армия и полиция отрицали ответственность, обвиняя в этом правые военизированные отряды смерти, не подчиняющиеся правительству. Одним из наиболее печально известных отрядов смерти, действовавших в этот период, была MANO, также известная как Mano Blanca («Белая рука»); первоначально сформированная MLN в июне 1966 года как военизированный фронт с целью помешать президенту Мендесу Монтенегро вступить в должность, MANO была быстро захвачена военными и включена в государственный контртеррористический аппарат. MANO, будучи единственным отрядом смерти, сформированным независимо от правительства, состояла в основном из военнослужащих и получала значительное финансирование от богатых землевладельцев. MANO также получала информацию от военной разведки через Ла Региональ, с которой она была связана с Генеральным штабом армии и всеми основными силами безопасности. Первые листовки MANO появились 3 июня 1966 года в Гватемала-Сити, объявляя о предстоящем создании «Белой руки» или «руки, которая искоренит национальных отступников и предателей родины». В августе 1966 года листовки MANO распространялись над Гватемала-Сити с помощью легких самолетов, которые открыто приземлялись в авиационной части авиабазы Ла-Аурора. Их основная идея заключалась в том, что каждый патриотичный гражданин должен полностью поддерживать инициативу армии по борьбе с повстанцами и что армия является «институтом наибольшей важности в любой широте, представляющим власть, порядок и уважение», и что «нападение на нее, разделение ее или желание ее уничтожения является бесспорной изменой родине».

On 3 and 5 March 1966, the G 2 (military intelligence) and the Judicial Police raided three houses in Guatemala City, capturing twenty eight trade unionists and members of the PGT. Those captured included most of the PGT's central committee and peasant federation leader Leonardo Castillo Flores. All subsequently "disappeared" while in the custody of the security force and became known in subsequent months by the Guatemalan press as "the 28". This incident was followed by a wave of unexplained "disappearances" and killings in Guatemala City and in the countryside which were reported by the Guatemala City press. When press censorship was lifted for a period, relatives of "the 28" and of others who had "disappeared" in the Zacapa Izabal military zone went to the press or to the Association of University Students (AEU). Using its legal department, the AEU subsequently pressed for habeas corpus on behalf of the "disappeared" persons. The government denied any involvement in the killings and disappearances. On 16 July 1966, the AEU published a detailed report on abuses in the last months of the Peralta regime in which it named thirty five individuals as involved in killings and disappearances, including military commissioners and members of the Ambulant Military Police (PMA) in coordination with the G 2. After the publication of this report, "death squad" attacks on the AEU and on the University of San Carlos began to intensify. Many law students and members of the AEU were assassinated. The use of such tactics increased dramatically after the inauguration of President Julio César Méndez Montenegro, who – in a bid to placate and secure the support of the military establishment – gave it carte blanche to engage in "any means necessary" to pacify the country. The military subsequently ran the counterinsurgency program autonomously from the Presidential House and appointed Vice Defense Minister, Col. Manuel Francisco Sosa Avila as the main "counterinsurgency coordinator". In addition, the Army General Staff and the Ministry of Defense took control of the Presidential Intelligence Agency – which controlled the La Regional annex – and renamed it the Guatemalan National Security Service (Servicio de Seguridad Nacional de Guatemala – SSNG). In the city and in the countryside, persons suspected of leftist sympathies began to disappear or turn up dead at an unprecedented rate. In the countryside most "disappearances" and killings were carried out by uniformed army patrols and by locally known PMA or military commissioners, while in the cities the abductions and "disappearances" were usually carried out by heavily armed men in plainclothes, operating out of the army and police installations. The army and police denied responsibility, pointing the finger at right wing paramilitary death squads autonomous from the government. One of the most notorious death squads operating during this period was the MANO, also known as the Mano Blanca ("White Hand"); initially formed by the MLN as a paramilitary front in June 1966 to prevent President Méndez Montenegro from taking office, the MANO was quickly taken over by the military and incorporated into the state's counter terror apparatus. The MANO – while being the only death squad formed autonomously from the government – had a largely military membership, and received substantial funding from wealthy landowners. The MANO also received information from military intelligence through La Regional, with which it was linked to the Army General Staff and all of the main security forces. The first leaflets by the MANO appeared on 3 June 1966 in Guatemala City, announcing the impending creation of the "White Hand" or "the hand that will eradicate National Renegades and traitors to the fatherland." In August 1966, MANO leaflets were distributed over Guatemala City by way of light aircraft openly landing in the Air Force section of La Aurora airbase. Their main message was that all patriotic citizen must fully support the army's counterinsurgency initiative and that the army was "the institution of the greatest importance at any latitude, representative of Authority, of Order, and of Respect" and that to "attack it, divide it, or to wish its destruction is indisputedly treason to the fatherland."

Противоповстанческая операция в Закапе

С увеличением военной помощи со стороны Соединенных Штатов, гватемальская армия численностью 5000 человек в октябре 1966 года предприняла более масштабную операцию по "умиротворению" в департаментах Сакапа и Исабаль, получившую название "Операция Гватемала". Полковник Арана Осорио был назначен командующим военной зоны Сакапа-Исабаль и возглавил программу борьбы с террором, получая руководство и подготовку от 1000 американских "зеленых беретов". Под руководством полковника Араны военные стратеги вооружали и развертывали различные военизированные отряды смерти для дополнения регулярных армейских и полицейских подразделений в тайных террористических операциях против гражданской поддержки ФАР. Вооруженные силы предоставляли этим организациям личный состав, оружие, средства и оперативные инструкции. Отряды смерти действовали безнаказанно – правительство разрешало убивать гражданских лиц, признанных повстанцами или их сторонниками. Гражданский состав военизированных подразделений армии состоял в основном из правых экстремистов, связанных с MLN, основанной и возглавляемой Марио Сандовалом Аларконом, бывшим участником переворота 1954 года. К 1967 году гватемальская армия заявила о контроле над 1800 гражданскими военизированными формированиями. Войска и военизированные формирования, перемещаясь по Сакапе, систематически арестовывали подозреваемых в мятеже и коллаборационизме; заключенных либо убивали на месте, либо они "исчезали" после доставки в тайные лагеря для допросов. В деревнях, которые армия подозревала в поддержке партизан, армия собирала всех крестьянских лидеров и публично казнила их, угрожая убийством других гражданских лиц в случае отказа от сотрудничества с властями. В отчете Amnesty International за 1976 год содержались оценки, согласно которым в период с октября 1966 года по март 1968 года армия и военизированные организации убили от 3000 до 8000 крестьян в Сакапе и Исабале. В январе 1967 года гватемальская армия сформировала "Специальный коммандосский отряд гватемальской армии" (SCUGA) – отряд из тридцати пяти человек, состоящий из антикоммунистических офицеров армии и гражданских лиц правого толка, который был поставлен под командование полковника Максимо Зепеды. SCUGA, которую ЦРУ называло "террористической организацией, спонсируемой правительством и используемой главным образом для убийств и политических похищений", осуществляла похищения, взрывы, уличные убийства, пытки, "исчезновения" и внесудебные казни как реальных, так и подозреваемых коммунистов. SCUGA также некоторое время сотрудничала с Mano Blanca, пока межведомственное соперничество не взяло верх. В марте 1967 года, после назначения полковника Франсиско Сосы Авилы, вице-министра обороны и координатора по борьбе с повстанцами, генеральным директором Национальной полиции, было создано специальное подразделение Национальной полиции по борьбе с повстанцами, известное как Четвертый корпус, для проведения внезаконных операций совместно с SCUGA. Четвертый корпус представлял собой незаконный отряд убийц из пятидесяти человек, действовавший в секрете от других членов Национальной полиции и получавший приказы от полковника Сосы и полковника Ариаги. Операции, проводимые SCUGA и Четвертым корпусом, обычно осуществлялись под прикрытием военизированных формирований, таких как RAYO, NOA, CADEG и другие. К 1967 году в Гватемале действовало по меньшей мере двадцать таких отрядов смерти, которые составляли черные списки подозреваемых "коммунистов", которые затем становились мишенями для убийств. Эти списки часто публиковались с полицейскими фотографиями и фотографиями из паспортов, доступ к которым был только у Министерства внутренних дел. В январе 1968 года по всей стране была распространена брошюра под названием "Народ Гватемалы, узнайте предателей, партизан ФАР", содержащая 85 имен. Многие из названных в брошюре были убиты или вынуждены бежать. Угрозы и предупреждения о смерти направлялись как отдельным лицам, так и организациям; например, в листовке CADEG, адресованной руководству профсоюза FECETRAG, говорилось: "Пришел ваш час. Коммунисты на службе Фиделя Кастро, России и коммунистического Китая. У вас есть время до последнего дня марта покинуть страну". Архиепископ был освобожден невредимым после четырех дней в плену. После инцидента двое гражданских лиц, участвовавших в операции – Рауль Эстуардо Лоренцана и Инес Муньо Падилья – были арестованы и доставлены в полицейской патрульной машине. В пути машина остановилась, полицейские вышли из автомобиля, и неизвестные открыли по ней огонь из автоматического оружия. В одном из сообщений прессы говорилось, что тело Лоренцаны имело 27 пулевых ранений, а Падильи – 22. Сопровождавшие полицейские не пострадали во время покушения. Рауль Лоренцана был известен как "подставное лицо" отряда смерти MANO и действовал из штаб-квартиры Cuartel de Matamoros гватемальской армии и правительственного убежища на авиабазе Ла-Аурора. Армия не осталась в стороне от скандала, и три ее основных руководителя программы борьбы с повстанцами были заменены и отправлены за границу. Министр обороны Рафаэль Ариага Боске был отправлен в Майами, штат Флорида, на должность генерального консула; вице-министр обороны и генеральный директор Национальной полиции полковник Франсиско Соса Авила был направлен в качестве военного атташе в Испанию, а полковник Арана Осорио – послом в Никарагуа, которой в то время правил Анастасио Сомоса Дебайле. Политические убийства, совершаемые "отрядами смерти", в последующие месяцы сократились, а "осадное положение" было заменено "чрезвычайным положением" 24 июня 1968 года.

With increased military aid from the United States, the 5,000 man Guatemalan Army mounted a larger pacification effort in the departments of Zacapa and Izabal in October 1966 dubbed "Operation Guatemala." Colonel Arana Osorio was appointed commander of the Zacapa Izabal Military Zone and took charge of the counter terror program with guidance and training from 1,000 U. S. Green Berets. Under Colonel Arana's jurisdiction, military strategists armed and fielded various paramilitary death squads to supplement regular army and police units in clandestine terror operations against the FAR's civilian support base. Personnel, weapons, funds and operational instructions were supplied to these organizations by the armed forces. The death squads operated with impunity – permitted by the government to kill any civilians deemed to be either insurgents or insurgent collaborators. The civilian membership of the army's paramilitary units consisted largely of right wing fanatics with ties to the MLN, founded and led by Mario Sandoval Alarcón, a former participant in the 1954 coup. By 1967, the Guatemalan army claimed to have 1,800 civilian paramilitaries under its direct control. Blacklists were compiled of suspected guerilla's collaborators and those with communist leanings, as troops and paramilitaries moved through Zacapa systematically arresting suspected insurgents and collaborators; prisoners were either killed on the spot or "disappeared" after being taken to clandestine detention camps for interrogation. In villages which the Army suspected were pro guerrilla, the Army rounded up all of the peasant leaders and publicly executed them, threatening to kill additional civilians if the villagers did not cooperate with the authorities. In a 1976 report, Amnesty International cited estimates that between 3,000 and 8,000 peasants were killed by the army and paramilitary organizations in Zacapa and Izabal between October 1966 and March 1968. In January 1967, the Guatemalan Army formed the 'Special Commando Unit of the Guatemalan Army' – SCUGA – a thirty five man commando unit composed of anti communist army officers and right wing civilians, which was placed under the command of Colonel Máximo Zepeda. The SCUGA – which the CIA referred to as a "government sponsored terrorist organization used primarily for assassinations and political abductions" – carried out abductions, bombings, street assassinations, torture, "disappearances" and summary executions of both real and suspected communists. The SCUGA also worked with the Mano Blanca for a period before inter agency rivalry took over. In March 1967, after Vice Defense Minister and counterinsurgency coordinator Col. Francisco Sosa Avila was named director general of the National Police, a special counterinsurgency unit of the National Police known as the Fourth Corps was created to carry out extralegal operations alongside the SCUGA. The Fourth Corps was an illegal fifty man assassination squad which operated in secrecy from other members of the National Police, taking orders from Col. Sosa and Col. Arriaga. Operations carried out under by the SCUGA and the Fourth Corps were usually carried out under the guise of paramilitary fronts, such as RAYO, NOA, CADEG and others. By 1967, at least twenty such death squads operated in Guatemala City which posted blacklists of suspected "communists" who were then targeted for murder. These lists were often published with police mugshots and passport photographs which were only accessible to the Ministry of the Interior. In January 1968, a booklet containing 85 names was distributed throughout the country entitled People of Guatemala, Know the Traitors, the Guerillas of the FAR. Many of those named in the booklet were killed or forced to flee. Death threats and warnings were sent to both individuals and organizations; for example, a CADEG leaflet addressed to the leadership of the labor federation FECETRAG read: "Your hour has come. Communists at the service of Fidel Castro, Russia, and Communist China. You have until the last day of March to leave the country." The Archbishop was released unharmed after four days in captivity. In the aftermath of the incident, two civilians involved in the operation – Raul Estuardo Lorenzana and Ines Mufio Padilla – were arrested and taken away in a police patrol car. In transit, the car stopped and the police officers exited the vehicle as gunmen sprayed it with submachine gunfire. One press report said Lorenzana's body had 27 bullet wounds and Padilla's 22. The police escorts were unharmed in the assassination. Raul Lorenzana was a known "front man" for the MANO death squad and had operated out of the headquarters of the Guatemalan Army's Cuartel de Matamoros and a government safe house at La Aurora airbase. The army was not left unscathed by the scandal and its three primary leaders of the counterinsurgency program were replaced and sent abroad. Defense Minister Rafael Arriaga Bosque was sent to Miami, Florida to become Consul General; Vice Defense Minister and Director General of the National Police, Col. Francisco Sosa Avila was dispatched as a military attache to Spain and Col. Arana Osorio was sent as Ambassador to Nicaragua, which was under the rule of Anastasio Somoza Debayle at the time. Political murders by "death squads" declined in subsequent months and the "state of siege" was reduced to a "state of alarm" on 24 June 1968.

Убийства посла Джона Гордона Майна и графа Карла фон Сприта

Затишье в политическом насилии, последовавшее за "похищением" архиепископа Касарего, закончилось спустя несколько месяцев. 28 августа 1968 года посол США Джон Гордон Майн был убит повстанцами FAR в одном квартале от консульства США на проспекте Реформа в Гватемала-Сити. Американские официальные лица полагали, что FAR намеревались похитить его с целью организации обмена, но вместо этого застрелили, когда он попытался бежать. Некоторые источники предполагают, что высшее командование гватемальской армии было причастно к убийству посла Майна. Эту информацию американским следователям спустя годы предоставил Хорхе Зимери Саффи, бывший телохранитель полковника Арана Осорио, который бежал в США в 1976 году и был арестован по обвинению в незаконном владении оружием в 1977 году. Гватемальская полиция заявила, что "раскрыла" преступление почти немедленно, сообщив о задержании подозреваемого в тот же день. Подозреваемая, "Мишель Фирк, французская социалистка, арендовавшая автомобиль, использованный при похищении Майна", покончила с собой, когда полиция пришла ее допросить. Убийство посла Майна вызвало общественные призывы к более жестким контрпартизанским мерам со стороны военных и увеличению объемов помощи США в сфере безопасности. За этим последовала новая волна убийств членов оппозиции "эскадронами смерти" под прикрытием нового министра обороны, полковника Роландо Чинчиллы Агилара, и начальника штаба армии, полковника Доротео Рейеса, которые впоследствии в сентябре 1968 года были повышены до звания "генерала". 31 марта 1970 года посол ФРГ граф Карл фон Шприте был похищен, когда его автомобиль был перехвачен вооруженными людьми, принадлежавшими к FAR. Впоследствии FAR направили требование выкупа в размере 700 000 долларов и освобождения 17 политических заключенных (количество которых впоследствии было увеличено до 25). Правительство Мендеса отказалось сотрудничать с FAR, что вызвало возмущение в дипломатических кругах и правительстве Германии. Десять дней спустя, 9 апреля 1970 года, тело фон Шприте было обнаружено после анонимного телефонного звонка, сообщившего о месте его захоронения.

The lull in political violence in the aftermath of the "kidnapping" of Archbishop Casariego ended after several months. On 28 August 1968, U. S. Ambassador John Gordon Mein was assassinated by FAR rebels one block from the U. S. consulate on Avenida Reforma in Guatemala City. U. S. officials believed that FAR intended to kidnap him in order to negotiate an exchange, but instead, they shot him when he attempted to escape. Some sources suggested that the high command of the Guatemalan Army was involved in the assassination of Ambassador Mein. This was alleged years later to U. S. investigators by a reputed former bodyguard of Col. Arana Osorio named Jorge Zimeri Saffie, who had fled to the U. S. in 1976 and had been arrested on firearms charges in 1977. The Guatemalan police claimed to have "solved" the crime almost immediately, announcing that they had located a suspect on the same day. The suspect "Michele Firk, a French socialist who had rented the car used to kidnap Mein" shot herself as police came to interrogate her. The assassination of Ambassador Mein led to public calls for tougher counterinsurgency measures by the military and an increase in U. S. security assistance. This was followed by a renewed wave of "death squad" killings of members of the opposition, under the guise of new Defense Minister Col. Rolando Chinchilla Aguilar and Army chief of staff Col. Doroteo Reyes, who were both subsequently promoted to the rank of "General" in September 1968. On 31 March 1970 West German Ambassador Count Karl Von Sprite was kidnapped when his car was intercepted by armed men belonging to the FAR. The FAR subsequently put out a ransom note in which they demanded $700,000 ransom and the release of 17 political prisoners (which was eventually brought up to 25). The Mendez government refused to cooperate with the FAR, causing outrage among the diplomatic community and the German government. Ten days later on 9 April 1970, Von Sprite was found dead after an anonymous phone call was made disclosing the whereabouts of his remains.

Военные правители

В июле 1970 года полковник Карлос Арана Осорио вступил в должность президента. Арана, опираясь на поддержку армии, представлял альянс MLN – создателей отряда смерти MANO – и Институциональной демократической партии (MLN PID). Арана стал первым в ряду военных правителей, связанных с Институциональной демократической партией, которые доминировали в политике Гватемалы в 1970-х и 1980-х годах (его предшественник, Хулио Сезар Мендес, хотя и находился под влиянием армии, был гражданским лицом). Полковник Арана, руководивший кампанией террора в Сакапе, был ярым антикоммунистом и однажды заявил: "Если для усмирения страны потребуется превратить ее в кладбище, я не буду колебаться". Несмотря на незначительную активность вооруженных повстанцев в тот период, Арана объявил 13 ноября 1970 года о введении еще одного "чрезвычайного положения" и установил комендантский час с 21:00 до 5:00 утра, в течение которого было запрещено движение всех транспортных средств и пешеходов – включая машины скорой помощи, пожарные машины, медсестер и врачей – по всей территории страны. Введение чрезвычайного положения сопровождалось серией полицейских обысков по домам, в результате которых, по сообщениям, в первые пятнадцать дней "чрезвычайного положения" было задержано 1600 человек в столице. Арана также ввел дресс-код, запретив мини-юбки для женщин и длинные волосы для мужчин. В то время иностранные журналисты ссылались на высокопоставленные правительственные источники, которые признали 700 казней, совершенных силами безопасности или военизированными отрядами смерти в первые два месяца "чрезвычайного положения". Это подтверждается секретным бюллетенем Агентства разведывательной службы Министерства обороны США за январь 1971 года, в котором подробно описывается ликвидация сотен подозреваемых в "терроризме и бандитизме" в сельской местности Гватемалы силами безопасности. Хотя правительственные репрессии продолжались в сельской местности, большинство жертв репрессий при Аране были жителями столицы. "Специальные отряды" военных и Четвертого корпуса национальной полиции, действуя "под контролем правительства, но вне рамок судебных процедур", похищали, пытали и убивали тысячи левых, студентов, лидеров профсоюзов и обычных преступников в Гватемала-Сити. В ноябре 1970 года "судебная полиция" была официально расформирована и создано новое полуавтономное разведывательное управление Национальной полиции, известное как "Корпус детективов", сотрудники которого действовали в штатском и впоследствии приобрели дурную славу своими репрессиями. Один из распространенных методов пыток, используемых Национальной полицией в то время, заключался в надевании на голову жертвы резинового "капюшона", наполненного инсектицидом, до удушья. "Ojo por Ojo" подвергал пыткам, убивал и калечил десятки гражданских лиц, связанных с PGT или подозреваемых в сотрудничестве с FAR в первой половине 1970-х годов. В общей сложности, в период с 1966 по 1973 год было убито или пропало без вести около 42 000 гражданских лиц Гватемалы.

In July 1970, Colonel Carlos Arana Osorio assumed the presidency. Arana, backed by the army, represented an alliance of the MLN – the originators of the MANO death squad – and the Institutional Democratic Party (MLN PID). Arana was the first of a string of military rulers allied with the Institutional Democratic Party who dominated Guatemalan politics in the 1970s and 1980s (his predecessor, Julio César Méndez, while dominated by the army, was a civilian). Colonel Arana, who had been in charge of the terror campaign in Zacapa, was an anti communist hardliner who once stated, "If it is necessary to turn the country into a cemetery in order to pacify it, I will not hesitate to do so." Despite minimal armed insurgent activity at the time, Arana announced another "state of siege" on 13 November 1970 and imposed a curfew from 9:00 PM to 5:00 AM, during which time all vehicle and pedestrian traffic — including ambulances, fire engines, nurses, and physicians—were forbidden throughout the national territory. The siege was accompanied by a series of house to house searches by the police, which reportedly led to 1,600 detentions in the capital in the first fifteen days of the "State of Siege." Arana also imposed dress codes, banning miniskirts for women and long hair for men. High government sources were cited at the time by foreign journalists as acknowledging 700 executions by security forces or paramilitary death squads in the first two months of the "State of Siege". This is corroborated by a January 1971 secret bulletin of the U. S. Defense Intelligence Agency detailing the elimination of hundreds of suspected "terrorists and bandits" in the Guatemalan countryside by the security forces. While government repression continued in the countryside, the majority of victims of government repression under Arana were residents of the capital. "Special commandos" of the military and the Fourth Corps of the National Police acting "under government control but outside the judicial processes", abducted, tortured and killed thousands of leftists, students, labor union leaders and common criminals in Guatemala City. In November 1970, the 'Judicial Police' were formally disbanded and a new semi autonomous intelligence agency of the National Police was activated known as the 'Detectives Corps' – with members operating in plainclothes – which eventually became notorious for repression. One method of torture commonly used by the National Police at the time consisted of placing a rubber "hood" filled with insecticide over the victim's head to the point of suffocation. The 'Ojo por Ojo' tortured, killed and mutilated scores of civilians linked to the PGT or suspected of collaborating with the FAR in the first half of the 1970s. Overall, as many as 42,000 Guatemalan civilians were killed or "disappeared" between 1966 and 1973.

Франья Трансверсаль дель Норте

Первый проект заселения в FTN был в Себоль-Чинаяха в Алта-Верапасе. Себоль тогда рассматривался как стратегический пункт и маршрут через реку Канкуэн, которая связывала с Петеном через реку Усумасинта на границе с Мексикой, и единственной дорогой, которая существовала, была грунтовая, построенная президентом Ласаро Чаконом в 1928 году. В 1958 году, во время правления генерала Мигеля Идигораса Фуэнтеса, Межамериканский банк развития (МБР) финансировал инфраструктурные проекты в Себоле. В 1960 году тогдашний капитан армии Фернандо Ромео Лукас Гарсия унаследовал фермы Сакишкиб и Пунта-де-Болонко в северо-восточной части Себоля. В 1963 году он купил ферму "Сан-Фернандо" Эль-Пальмар-де-Сехуш и, наконец, купил ферму "Сепур" недалеко от Сан-Фернандо. В те годы Лукас был членом гватемальского законодательного собрания и лоббировал в Конгрессе увеличение инвестиций в этот регион страны. В те годы регион был важен для животноводства, эксплуатации ценной экспортной древесины и археологических богатств. Контракты на лесоматериалы были заключены с такими многонациональными компаниями, как Murphy Pacific Corporation из Калифорнии, которая инвестировала 30 миллионов долларов США в колонизацию южного Петена и Альты-Верапаса и создала компанию North Impulsadora. Колонизация этого района осуществлялась путем предоставления непригодных для жизни территорий FTN местным крестьянам. В 1962 году DGAA стало Национальным институтом аграрной реформы (INTA) согласно Декрету 1551, который учредил закон об аграрной трансформации. В 1964 году INTA определила географию FTN как северную часть департаментов Уэуэтенанго, Киче, Алта-Верапас и Исабаль, и в том же году священники ордена Мэрикнулл и Ордена Святого Сердца начали первый процесс колонизации, совместно с INTA, перевозя поселенцев из Уэуэтенанго в сектор Иксан в Киче. Северная поперечная полоса была официально создана во время правления генерала Карлоса Араны Осорио в 1970 году Законодательным декретом 60–70 для развития сельского хозяйства.

The first settler project in the FTN was in Sebol Chinajá in Alta Verapaz. Sebol, then regarded as a strategic point and route through Cancuén river, which communicated with Petén through the Usumacinta River on the border with Mexico and the only road that existed was a dirt one built by President Lázaro Chacón in 1928. In 1958, during the government of General Miguel Ydígoras Fuentes, the Inter American Development Bank (IDB) financed infrastructure projects in Sebol. In 1960, then Army captain Fernando Romeo Lucas García inherited Saquixquib and Punta de Boloncó farms in northeastern Sebol. In 1963 he bought the farm "San Fernando" El Palmar de Sejux and finally bought the "Sepur" farm near San Fernando. During those years, Lucas was in the Guatemalan legislature and lobbied in Congress to boost investment in that area of the country. In those years, the importance of the region was in livestock, exploitation of precious export wood, and archaeological wealth. Timber contracts were granted to multinational companies such as Murphy Pacific Corporation from California, which invested US$30 million for the colonization of southern Petén and Alta Verapaz, and formed the North Impulsadora Company. Colonization of the area was made through a process by which inhospitable areas of the FTN were granted to native peasants. In 1962, the DGAA became the National Institute of Agrarian Reform (INTA), by Decree 1551 which created the law of Agrarian Transformation. In 1964, INTA defined the geography of the FTN as the northern part of the departments of Huehuetenango, Quiché, Alta Verapaz and Izabal and that same year priests of the Maryknoll order and the Order of the Sacred Heart began the first process of colonization, along with INTA, carrying settlers from Huehuetenango to the Ixcán sector in Quiché. The Northern Transversal Strip was officially created during the government of General Carlos Arana Osorio in 1970, by Legislative Decree 60–70, for agricultural development.

Партизанская армия бедных

19 января 1972 года члены нового гватемальского партизанского движения (состоящего из выживших бывших лидеров FAR) вошли в Икскан из Мексики и были приняты многими фермерами; в 1973 году, после разведывательного набега на муниципальный центр Коцаль, повстанческая группа решила обустроить лагерь под землей в горах Xolchiché, муниципалитете Чажуль. refn|group=lower alpha|Хосе Луис Аренас, которого в то время журналисты называли "Иксанским тигром", активно участвовал в политике Гватемалы. Он был депутатом Конгресса в период правления Хакобо Арбенса, в оппозиции; в 1952 году основал Антикоммунистическую партию объединения (AUP), которая позже вошла в освободительное движение; ушел в изгнание после первых вооруженных столкновений между "Армией освобождения" и армией Гватемалы, но вернулся с победой Национального освободительного движения и во время правительства полковника Карлоса Кастильо Армаса занимал различные государственные должности. Во время президентства Карлоса Араны Осорио (1970–1974) он возглавлял Агентство по продвижению и развитию Петен (FYDEP); позже оставил политику ради сельского хозяйства на своих плантациях кофе и кардамона в районе Икскан и Иксиль, в Киче. В субботу, 7 июня 1975 года, землевладелец Хосе Луис Аренас был убит на территории своей фермы "La Perla". Перед его офисом находилось около двух-трехсот крестьян, ожидавших выплаты заработной платы. Среди них скрывались четверо членов EGP, которые уничтожили радиосвязь фермы и казнили Аренаса. После убийства партизаны на языке иксиль обратились к крестьянам, сообщив, что они являются членами Партизанской армии бедных и убили "Иксанского тигра" из-за его многочисленных преступлений против членов общины. Нападавшие затем скрылись в направлении Чажуля. Поскольку кооперативы были в значительной степени выведены на открытое пространство, разведывательным службам было относительно легко сопоставить имена членов кооперативов для определения целей программы истребления, которая, по всей видимости, началась вскоре после этого. 7 июля 1975 года, ровно через месяц после убийства Аренаса, контингент армейских десантников прибыл на рыночную площадь Икскан-Гранде. Там они захватили 30 мужчин, членов кооператива Xalbal, и увезли их на вертолетах; все они впоследствии "исчезли". Дело о тридцати мужчинах, арестованных 7 июля, а также семь других случаев "исчезновений" среди членов того же кооператива были упомянуты в показаниях под присягой генералу Кьелю Лаугеруду в ноябре 1975 года. Министерство внутренних дел ответило, отрицая, что правительство похитило "исчезнувших". В том же месяце в прессе появилось сообщение о тревожном письме, напечатанном на мимеографе и разосланном кооперативам Гватемалы от имени "эскадрона смерти" МАНО: в общей сложности 60 лидеров кооперативов были убиты или "исчезли" в Икскане в период с июня по декабрь 1975 года. Еще 163 руководителя кооперативов и деревень были убиты отрядами смерти в период с 1976 по 1978 год. Считая, что католическая церковь составляет важную социальную базу EGP, режим также начал выделять катехистов в качестве целей. В период с ноября 1976 года по декабрь 1977 года отряды смерти убили 143 катехизаторов Католической Акции из епархии Эль-Киче. Задокументированные случаи убийств и насильственных исчезновений в это время представляют собой лишь небольшую часть реального числа убийств, совершенных правительственными силами, особенно в коренных высокогорьях, поскольку многие убийства оставались незарегистрированными. 4 февраля 1976 года Гватемалу потрясло разрушительное землетрясение магнитудой 7,5. В результате катастрофы погибло более 23 000 гватемальцев, и почти миллион остались без надлежащего жилья. Землетрясение оказало и политическое воздействие: очевидная неспособность и коррупция правительства справиться с последствиями катастрофы привели к росту независимой организации и вызвали глубокую критику правительства со стороны многих выживших. Политическая система оказалась неэффективной в обеспечении благосостояния населения. После землетрясения все больше граждан требовали реформ в инфраструктуре и считали, что правительство обязано инвестировать в эти улучшения. В бедных районах, непропорционально сильно пострадавших от землетрясения из-за плохой инфраструктуры, местные группы помогали спасать жертв, извлекать тела погибших, распределять воду, продукты питания и строительные материалы, а также предотвращать мародерство. Политическое давление, возникшее после землетрясения, усилило давление на военное правительство Гватемалы с целью проведения реформ. Силы безопасности впоследствии воспользовались беспорядками, чтобы начать волну политических убийств в Гватемале, о 200 случаях которых сообщила Amnesty International. После землетрясения в индейских высокогорьях начался период усиленной милитаризации, сопровождавшийся дополнительными контрпартизанскими операциями. В то же время правительство Гватемалы становилось все более изолированным на международной арене. В 1977 году администрация президента США Джимми Картера нацелилась на Гватемалу и другие латиноамериканские режимы для сокращения военной помощи в соответствии с разделом 502B Закона о внешней помощи, который гласил, что помощь не будет предоставляться правительству, "систематически нарушающему общепризнанные права человека".

On 19 January 1972, members of a new Guatemalan guerrilla movement (made up of surviving former leaders of the FAR) entered Ixcán, from Mexico, and were accepted by many farmers; in 1973, after an exploratory foray into the municipal seat of Cotzal, the insurgent group decided to set up camp underground in the mountains of Xolchiché, municipality of Chajul. refn|group=lower alpha|José Luis Arenas, who at that time a journalist called "Ixcán Tiger" had been active in Guatemalan politics. He joined as Congress of Republic in the period of Jacobo Arbenz in the opposition; in 1952, he founded the Anti communist Unification Party (AUP), which later became part of the liberationist movement; went into exile when the first armed clashes between the "Liberation Army" and the Guatemalan Army occurred, but returned with the victory of the National Liberation Movement and during the government of colonel Carlos Castillo Armas he held various public offices. During Carlos Arana Osorio presidency (1970–1974) was in charge of the Promotion and Development of Petén agency (FYDEP); later, he left politics for agriculture in his coffee and cardamom plantations in the Ixcán and the Ixil area, in Quiché. On Saturday, 7 June 1975 landowner José Luis Arenas was assassinated on the premises of his farm "La Perla." In front of his office there were approximately two to three hundred peasant workers to receive payment. Hidden among the workers were four members of the EGP, who destroyed the communication radio of the farm and executed Arenas. Following the assassination, the guerrillas spoke in Ixil language to the farmers, informing them that they were members of the Guerrilla Army of the Poor and had killed the "Ixcán Tiger" due to his alleged multiple crimes against community members. The attackers then fled towards Chajul, Due to the fact that cooperatives had largely been drawn out into the open, it was relatively easy for the intelligence services to collate the names of cooperative members in order to designate targets for an extermination program, which seems to have begun shortly thereafter. On 7 July 1975, one month to the date after the assassination of Arenas, a contingent of army paratroopers arrived in the marketplace of Ixcán Grande. There they seized 30 men who were members of the Xalbal cooperative and took them away in helicopters; all were subsequently "disappeared". The case of the thirty men seized on 7 July, as well as seven other cases of "disappearances" among the same cooperative were named in a sworn statement to General Kjell Laugerud in November 1975. The Ministry of the Interior responded by denying that the "disappeared" persons had been taken by the government. That same month, a disturbing mimeographed letter sent to Guatemala City cooperatives in the name of the MANO "death squad" was reported in the press:

A total of 60 cooperative leaders were murdered or "disappeared" in Ixcan between June and December 1975. An additional 163 cooperative and village leaders were assassinated by death squads between 1976 and 1978. Believing that the Catholic Church constituted a major part of the social base of the EGP, the regime also began singling out targets among the catechists. Between November 1976 and December 1977, death squads murdered 143 Catholic Action catechists of the 'Diocese of El Quiche.' Documented cases of killings and forced disappearances during this time represent a small fraction of the true number of killings by government forces, especially in the indigenous highlands, as many killings of persons went unreported. On 4 February 1976, a devastating 7.5 Mw earthquake shook Guatemala. Over 23,000 Guatemalans perished in the disaster and close to a million were left without adequate housing. The earthquake had a political effect as well: the visible incapacity and corruption of the government to deal with the effects of the catastrophe led to a rise in independent organizing and left many survivors deeply critical of the government. The political system was ineffective to ensure the welfare of the populace. In the aftermath of the earthquake, more citizens wanted infrastructural reforms, and many saw it as the government's responsibility to invest in these improvements. In the poor barrios disproportionately affected by the quake, due to poor infrastructure, neighborhood groups helped to rescue victims or dig out the dead, distribute water, food and reconstruction materials, and prevent looting by criminals. The political pressures generated in the aftermath of the earthquake put greater pressure on the military government of Guatemala to induce reforms. The security forces subsequently took advantage of the disorder to engage in a wave of political assassinations in Guatemala City, of which 200 cases were documented by Amnesty International. A period of increased militarization began in the Indian highlands after the earthquake, accompanied by additional counterinsurgency operations. At the same time, the Guatemalan government was becoming increasing isolated internationally. In 1977, the administration of US president Jimmy Carter targeted Guatemala and several other Latin American regimes for a reduction in military assistance in pursuance with Section 502B of the Foreign Assistance Act, which stated that no assistance will be provided to a government "engages in a consistent pattern of gross violations of internationally recognized human rights."

Переход между режимами Лаугеруда и Лукаса Гарсии

В силу своего положения в военной и экономической элитах Гватемалы, а также безупречного владения языком кэкчи, одним из коренных языков Гватемалы, Лукас Гарсия стал идеальным кандидатом на выборах 1978 года; и для дальнейшего укрепления своего имиджа он был объединен в тандем с левым врачом Франсиско Виллаграном Крамером в качестве своего вице-президента. Виллагран Крамер был человеком с признанной демократической репутацией, участвовавшим в Революции 1944 года, и был связан с интересами транснациональных корпораций и элит, поскольку являлся одним из главных советников сельскохозяйственных, промышленных и финансовых палат Гватемалы. Несмотря на демократическую видимость, победа на выборах далась нелегко, и истеблишмент вынужден был навязать Лукаса Гарсию, что лишь усилило дискредитацию избирательной системы, объединившейся против правительства и выступавшей за расширение возможностей для наиболее нуждающихся слоев населения. Для расширения своей университетской деятельности Студенческое объединение (AEU) реконструировало "Студенческий дом" в центре города Гватемала; там они принимали и поддерживали семьи сельских жителей и крестьян, уже политически осознанных. Они также организовывали группы рабочих, занятых в неформальной торговле. 31 января 1980 года группа перемещенных крестьян киче и иксиль оккупировала посольство Испании в Гватемале в знак протеста против похищения и убийства крестьян в Успантане элементами гватемальской армии. Представители правительства Гватемалы, включая начальника Корпуса национальной полиции, назвали их партизанами, коллаборационистами и подрывными элементами, предупреждая по радио и телевидению не обманываться внешним видом крестьян. Во Дворце Национальном состоялась специальная встреча с участием президента Ромео Лукаса, полковника Германа Чупины Барахоны и министра внутренних дел Дональдо Альвареса Руиса. Несмотря на просьбы испанского посла Максимо Кахаля и Лопеса о проведении переговоров, в кабинете генерала Лукаса Гарсии было принято решение о силовом выдворении группы, оккупировавшей посольство. Незадолго до полудня около 300 хорошо вооруженных сотрудников силовых структур оцепили район, перекрыв движение транспорта и отключив электроснабжение, водоснабжение и телефонную связь. По приказу подполковника Педро Гарсиа Арредондо подразделение "Командос шесть" Национальной полиции заняло первый и третий этажи здания, в то время как посол Кахаль заявлял, что они нарушают международное право. В результате пожара, устроенного "Командос шесть", находящиеся в посольстве не смогли покинуть здание. В общей сложности в пожаре погибло 36 человек. На похоронах жертв (в том числе отца Ригоберты Менчу, Висенте Менчу) собрались сотни тысяч скорбящих, и была сформирована новая партизанская группа, посвященная этой дате – Фронт патриотико 31 de enero (Патриотический фронт 31 января или FP 31). Это событие было названо "определяющим моментом" Гватемальской гражданской войны. Правительство Гватемалы выступило с заявлением, в котором утверждалось, что его силы вошли в посольство по просьбе испанского посла, и что оккупанты посольства, которых они назвали "террористами", "пожертвовали заложниками и затем совершили самосожжение". Посол Кахаль опроверг заявления правительства Гватемалы, и Испания немедленно разорвала дипломатические отношения с Гватемалой, назвав это нарушением "самых элементарных норм международного права". Отношения между Испанией и Гватемалой были восстановлены лишь 22 сентября 1984 года. Климат страха, поддерживаемый правительством Лукаса в Гватемале, сохранялся в 1980 и 1981 годах. Политические убийства и исчезновения людей стали обычным явлением, и обычные жители жили в страхе перед отрядами смерти. Национальная полиция под командованием полковника Германа Чупины провела скоординированную кампанию против профсоюзных активистов, который имел тесные связи с Американской торговой палатой и многими бизнес-лидерами. Менеджер франшизы Coca Cola в Гватемале, Джон К. Троттер из Техаса, по-видимому, был личным другом полковника Чупины. Троттер якобы связывался с полковником Чупиной по телефону, сообщая о деятельности профсоюза на заводе, и многие профсоюзные деятели впоследствии исчезли или были найдены мертвыми. Повстанцы безуспешно пытались убить полковника Чупину, а также министра внутренних дел Дональдо Альвареса в феврале и марте 1980 года. 21 июня 1980 года 60 сотрудников в штатском – предположительно из Корпуса детективов – захватили и задержали 27 членов Национального профсоюза трудящихся (CNT) во время нападения на его штаб-квартиру, в то время как вооруженные полицейские перекрыли улицы вокруг здания. Профсоюзных деятелей увезли на неопознанных джипах Toyota или заставили сесть в свои собственные автомобили и увезли. Все 27 членов CNT, задержанных в тот день, исчезли, находясь под стражей полиции. Среди похищенных были члены профсоюза, представлявшие рабочих завода Coca Cola под руководством Джона Троттера. 7 июля 1980 года полковник Мигель Анхель Натарено Салазар, начальник печально известного Четвертого корпуса Национальной полиции, был убит вместе со своим водителем и двумя телохранителями по дороге на работу. За этим последовали убийства трех сотрудников полиции, двух агентов Армии G 2 и охранника Министерства внутренних дел на следующей неделе. 24 августа 1980 года сотрудники Национальной полиции и солдаты армии в штатском под руководством Альфонсо Ортиса, заместителя начальника Корпуса детективов, похитили 17 лидеров профсоюзов и сотрудника католической организации во время семинара в поместье "Emaus Medio Monte", принадлежащем епархии Эскуинтла на южном побережье Гватемалы. Задержанные были доставлены в гаражи Национальной полиции в Зоне 6 города Гватемала, где подверглись пыткам под руководством бывшего начальника "Командос шесть", полковника Педро Гарсиа Арредондо, который был повышен до начальника Корпуса детективов. Все 17 профсоюзных деятелей впоследствии исчезли после пыток под руководством полковника Арредондо. 5 сентября 1980 года Ejército Guerrillero de los Pobres (EGP) совершил террористический акт прямо перед Национальным дворцом Гватемалы, который в то время был штаб-квартирой правительства Гватемалы. Целью было предотвратить масштабную демонстрацию, которую правительство готовило на воскресенье, 7 сентября 1980 года. В результате взрыва двух бомб в автомобиле погибли шесть взрослых и маленький мальчик. Количество раненых и материальный ущерб были неустановленными, не только произведениям искусства из Национального дворца, но и окружающим зданиям, особенно в здании Lucky Building, расположенном напротив Президентского офиса. По мере увеличения числа убийств, совершаемых правительственными силами безопасности и отрядами смерти, росло и число террористических атак повстанцев против частных финансовых, коммерческих и сельскохозяйственных объектов, которые они считали "реакционерами" и "миллионерскими эксплуататорами", сотрудничающими с геноцидальным правительством. Ниже приведен неполный список террористических атак, произошедших в городе Гватемала, представленный в отчете Комиссии ООН:

Due to his seniority in both the military and economic elites in Guatemala, as well as the fact that he spoke q'ekchi perfectly, one of the Guatemalan indigenous languages, Lucas García became the ideal candidate for the 1978 elections; and to further enhance his image, he was paired with the leftist doctor Francisco Villagrán Kramer as his running mate. Villagrán Kramer was a man of recognized democratic trajectory, having participated in the Revolution of 1944, and was linked to the interests of transnational corporations and elites, as he was one of the main advisers of agricultural, industrial and financial chambers of Guatemala. Despite the democratic facade, the electoral victory was not easy and the establishment had to impose Lucas García, causing further discredit the electoral system united against the government and were in favor of opening spaces for the neediest sectors. In order to expand its university extension, the Student Body (AEU) rehabilitated the "Student House" in downtown Guatemala City; there, they welcomed and supported families of villagers and peasant already sensitized politically. They also organized groups of workers in the informal trade. On 31 January 1980, a group of displaced K'iche' and Ixil peasant farmers occupied the Spanish Embassy in Guatemala City to protest the kidnapping and murder of peasants in Uspantán by elements of the Guatemalan Army. Guatemalan government officials, including the National Police Detective Corps Chief, branded them as guerilleros, collaborators, and subversives, warning people on radio and television not to be fooled by the campesinos' appearance. A special meeting was held in the National Palace by President Romeo Lucas, Col. Germán Chupina Barahona, and Minister of the Interior Donaldo Álvarez Ruiz. Despite pleas by Spanish Ambassador Máximo Cajal y López to negotiate, a decision was made among Gen. Lucas García's cabinet to forcibly expel the group occupying the embassy. Shortly before noon, about 300 heavily armed state agents cordoned off the area to vehicular traffic and cut the electricity, water and telephone lines. Under the orders from Lt. Colonel Pedro García Arredondo, the Commando Six unit of the National Police proceeded to occupy the first and third floors of the building over the shouts of Ambassador Cajal that they were violating international law in doing so. A fire ensued as "Commando Six" prevented those inside of the embassy from exiting the building. In all, 36 people were killed in the fire. The funeral of the victims (including the father of Rigoberta Menchú, Vicente Menchú) attracted hundreds of thousands of mourners, and a new guerrilla group was formed commemorating the date, the Frente patriotico 31 de enero (Patriotic Front of 31 January or FP 31). The incident has been called "the defining event" of the Guatemalan Civil War. The Guatemalan government issued a statement claiming that its forces had entered the embassy at the request of the Spanish Ambassador, and that the occupiers of the embassy, whom they referred to as "terrorists," had "sacrificed the hostages and immolated themselves afterward." Ambassador Cajal denied the claims of the Guatemalan government and Spain immediately terminated diplomatic relations with Guatemala, calling the action a violation of "the most elementary norms of international law." Relations between Spain and Guatemala were not normalized until 22 September 1984. The climate of fear maintained by the Lucas government in Guatemala City persisted through 1980 and 1981. Political killings and disappearances of residents were common place and ordinary residents lived in terror of the death squads. A coordinated campaign against trade unionists was undertaken by the National Police under Col. Germán Chupina, who had close ties with the American Chamber of Commerce and with numerous business leaders. The manager of the Coca Cola franchise in Guatemala City, John C. Trotter from Texas, was apparently a personal friend of Col. Chupina. Trotter would allegedly contact Col. Chupina via telephone regarding the activities of the union at the plant, and many unionists subsequently disappeared or were found dead later. The insurgents had attempted unsuccessfully to assassinate Col. Chupina, as well as Interior Minister Donaldo Álvarez, in February and March 1980. In one incident on 21 June 1980, 60 non uniformed agents – likely from the Detectives Corps – seized and detained 27 members of the National Workers Union (CNT) during an attack on its headquarters, in which uniformed police blocked off the streets surrounding the building. The trade unionists were taken away in unmarked Toyota jeeps or forced into their own cars and taken away. All 27 members of the CNT seized on that day disappeared while in the custody of the police. Among those abducted were members of the union representing the workers of the Coca Cola plant under John Trotter. On 7 July 1980, Col. Miguel Ángel Natareno Salazar, head of the infamous Fourth Corps of the National Police, was assassinated along with his driver and two bodyguards while on his way to work. This was followed by the assassinations of three police agents, two special agents of the Army G 2 and a security guard of the Ministry of the Interior in the following week. On 24 August 1980, plainclothes National Police and Army soldiers under the direction of Alfonso Ortiz, the Deputy Chief of the Detectives Corps, abducted 17 union leaders and a Catholic administrator from a seminar at the "Emaus Medio Monte" estate belonging to the diocese of Escuintla, on the southern coast of Guatemala. The detainees were taken to the garages of National Police in Zone 6 of Guatemala City where they were tortured under the direction of the former head of Commando Six, Col. Pedro García Arredondo, who had been promoted to Chief of the Detectives Corps. All 17 unionists subsequently disappeared after being tortured under Col. Arredondo. On 5 September 1980 the Ejército Guerrillero de los Pobres (EGP) carried out a terrorist attack right in front of the Guatemalan National Palace, then the headquarters of the Guatemalan government. The intention was to prevent a huge demonstration that the government had prepared for Sunday, 7 September 1980. In the attack, six adults and a little boy died after two bombs inside a vehicle went off. There was an undetermined number of wounded and heavy material losses, not only from art pieces from the National Palace, but from all the surrounding buildings, particularly in the Lucky Building, which is right across the Presidential Office. As killings by government security forces and death squads increased, so did terrorist attacks against private financial, commercial and agricultural targets by the insurgents, who saw those institutions as "reactionaries" and "millionaire exploiters" that were collaborating with the genocidal government. The following is a non exhaustive list of the terrorist attacks that occurred in Guatemala city and are presented in the UN Commission report:

ДатаИсполнительЦельРезультат15 сентября 1981Восстанические вооруженные силыCorporación Financiera Nacional (CORFINA)Взрыв автомобиля повредил здание и соседние гватемальские и международные финансовые учреждения; убытки составили более Q300 тыс.19 октября 1981EGPГородская партизанская группаФинансовый центр Промышленного банкаСаботаж здания.21 декабря 1981EGPКомандо "Отто Рене Кастильо"Бомбы против недавно построенных объектов: Торговой палаты, Torre Panamericana (штаб-квартиры Банка кофе) и Финансового центра Промышленного банкаВзрывы автомобилей полностью разрушили окна зданий.28 декабря 1981EGPКомандо "Отто Рене Кастильо"Финансовый центр Промышленного банкаВзрыв автомобиля, который практически разрушил одну из башен банка. Несмотря на успехи повстанцев, они допустили ряд фатальных стратегических ошибок. Успехи, достигнутые революционными силами в Никарагуа против режима Сомосы...

DatePerpetratorTargetResult15 September 1981Rebel Army ForcesCorporación Financiera Nacional (CORFINA)Car bomb damaged the building and neighbor Guatemalan and international financial institutions; there were more than Q300k in losses.19 October 1981EGP Urban guerillaIndustrial Bank Financial CenterBuilding sabotage.21 December 1981EGP "Otto René Castillo" commandoBombs against newly built structures: Chamber of Industry, Torre Panamericana (Bank of Coffee headquarters) and Industrial Bank Financial CenterCar bombs completely destroyed the buildings windows.28 December 1981EGP "Otto René Castillo" commandoIndustrial Bank Financial CenterCar bomb against the building which virtually destroyed one of the bank towers. Despite advances by the insurgency, the insurgency made a series of fatal strategic errors. The successes made by the revolutionary forces in Nicaragua against the Somoza regime combined with the insurgency's own successes against the Lucas government led rebel leaders to falsely conclude that a military equilibrium was being reached in Guatemala, thus the insurgency underestimated the military strength of the government. The insurgency subsequently found itself overwhelmed on both urban and countryside fronts. On the urban front, the armed forces began to utilize more sophisticated technology to combat the insurgency. With help of advisors from Israel, a computer system was installed in the annex of the EMP behind the presidential palace in 1980. This computer used a data analysis system used to monitor electrical and water usage as a means of pinpointing the coordinates of potential guerrilla safe houses. In the July 1981, tanks and shock troops were mobilized for a massive series of raids to shut down the guerrilla bases operating in the city. Thirty ORPA safe houses were raided in Guatemala City in the summer of 1981 according to G 2 sources. Large caches of small arms were located in these raids, including 17 American made M 16s which had previously been issued to American units in Vietnam in the late 1960s and early 1970s

Мобилизация повстанцев в сельской местности

Ежедневное число убийств, совершаемых официальными и неофициальными силами безопасности, возросло с 20-30 в 1979 году до консервативной оценки в 30-40 в день в 1980 году. По данным правозащитных источников, только в 1980 году правительство убило 5000 гватемальцев по "политическим мотивам", что сделало Гватемалу крупнейшим нарушителем прав человека в регионе после Сальвадора. В докладе под названием "Гватемала: государственная программа политических убийств" Amnesty International заявила: "В период с января по ноябрь 1980 года около 3000 человек, которых представители правительства называли "подрывными элементами" и "преступниками", были либо расстреляны на месте в ходе политических убийств, либо схвачены и убиты позднее; по меньшей мере 364 других, схваченных в этот период, до сих пор не найдены". Поскольку массовое движение подвергалось тайному, санкционированному террору в городах и жестоким подавлению со стороны армии в сельской местности, его сторонники не видели иного выхода, кроме как взяться за оружие против режима, что привело к росту повстанческого движения. В то же время, когда EGP расширяла свое присутствие в нагорьях, о себе заявило новое повстанческое движение под названием ORPA (Революционная организация вооруженных людей). Состоящая из местной молодежи и университетских интеллектуалов, ORPA выросла из движения под названием Regional de Occidente, которое отделилось от FAR PGT в 1971 году. Лидер ORPA Родриго Астуриас (бывший активист PGT и старший сын лауреата Нобелевской премии Мигеля Анхеля Астуриаса) сформировал организацию после возвращения из изгнания в Мексике. ORPA создала операционную базу в горах и лесах над кофейными плантациями юго-западной Гватемалы и в Атитлане, где пользовалась значительной поддержкой населения. 18 сентября 1979 года ORPA публично заявила о своем существовании, оккупировав кофейную ферму Мухулия в кофейном регионе провинции Кесальтенанго для проведения политического собрания с рабочими. В 1979 году EGP контролировала значительную территорию в треугольнике Иксиль и проводила многочисленные демонстрации в Небахе, Чахуле и Котсале. В том же году владельцы "La Perla" установили связи с армией, и впервые на территории поместья был размещен военный отряд; в этом же здании был создан первый гражданский патруль в этом районе. В то же время высшее командование армии было очень довольным первоначальными результатами операции и убедилось, что ей удалось уничтожить большую часть социальной базы EGP, которую необходимо было изгнать из "треугольника Иксиль". Армейские репрессии в регионе стали более интенсивными и менее избирательными, чем при Лаугеруде Гарсиа; офицерам, выполнявшим план, было приказано уничтожить все города, подозреваемые в сотрудничестве с EGP, и устранить все источники сопротивления. Армейские подразделения, действующие в "треугольнике Иксиль", относились к бригаде Маршала Савала, дислоцированной в Гватемале. Более того, хотя EGP не вмешивалась напрямую, когда армия нападала на гражданское население – якобы из-за нехватки снабжения и боеприпасов – она поддерживала некоторые стратегии выживания. Например, она оптимизировала "планы выживания", предназначенные для предоставления инструкций по эвакуации в случае военного вторжения. Большая часть населения начала участвовать в этих схемах, считая, что они представляют собой единственную альтернативу военным репрессиям. В декабре 1979 года гватемальская армия организовала операцию под ложным флагом в Чахуле – якобы для оправдания репрессивных мер против города. 6 декабря 1979 года гватемальская армия похитила девять крестьян из Успантана и перевезла их в Чахуль на вертолете. Двум из захваченных крестьян удалось сбежать, а остальным солдаты надели оливковую форму. После переодевания крестьянам дали дробовики и приказали идти по дороге за пределами Чахуля. Затем солдаты открыли огонь по крестьянам, убив всех семерых. Армия заявила, что крестьяне были партизанами, которые пытались напасть на отряд в Чахуле. Тела были сожжены и захоронены. В течение трех недель присутствие армии в Чахуле возросло, и репрессии усилились. Репрессии и чрезмерная сила, применяемые правительством против оппозиции, были настолько велики, что стали причиной разногласий в самой администрации Лукаса Гарсии. Это разногласие внутри правительства привело к тому, что вице-президент Лукаса Гарсии Франсиско Виллагран Крамер подал в отставку 1 сентября 1980 года. В своей отставке Виллагран указал на свое несогласие с политикой правительства в области прав человека в качестве одной из основных причин своего решения. Затем он ушел в добровольное изгнание в Соединенные Штаты, заняв должность в юридическом отделе Межамериканского банка развития. В 1980 году вооруженные повстанцы убили видного землевладельца Иксиля Энрике Броля и президента CACIF (Координационного комитета сельскохозяйственных, коммерческих, промышленных и финансовых ассоциаций) Альберто Хаби. В октябре 1980 года был формализован трехсторонний альянс между EGP, FAR и ORPA в качестве условия для кубинской поддержки. В начале 1981 года повстанцы предприняли крупнейшее наступление в истории страны. За этим последовало еще одно наступление к концу года, в ходе которого повстанцы заставили многих гражданских лиц участвовать в боевых действиях. Жители деревень сотрудничали с повстанцами, чтобы саботировать дороги и военные объекты, а также уничтожать все, что имело стратегическую ценность для вооруженных сил. К 1981 году, по оценкам, от 250 000 до 500 000 членов коренного населения Гватемалы активно поддерживали повстанцев. Разведка гватемальской армии (G 2) оценила минимальное количество сторонников EGP среди коренного населения в 360 000 человек.

The daily number of killings by official and unofficial security forces increased from an average of 20 to 30 in 1979 to a conservative estimate of 30 to 40 daily in 1980. Human rights sources estimated 5,000 Guatemalans were killed by the government for "political reasons" in 1980 alone, making Guatemala the worst human rights violator in the hemisphere after El Salvador. In a report titled Guatemala: A Government Program of Political Murder, Amnesty International stated, "Between January and November of 1980, some 3,000 people described by government representatives as "subversives" and "criminals" were either shot on the spot in political assassinations or seized and murdered later; at least 364 others seized in this period have not yet been accounted for." With the mass movement being ravaged by covertly sanctioned terror in the cities and brutal army repression in the countryside, its constituents saw no other option than to take up arms against the regime, which led to the growth of the insurgent movement. At the same time the EGP was expanding its presence in the Highlands, a new insurgent movement called the ORPA (Revolutionary Organization of Armed People) made itself known. Composed of local youths and university intellectuals, the ORPA developed out of a movement called the Regional de Occidente, which split from the FAR PGT in 1971. The ORPA's leader, Rodrigo Asturias (a former activist with the PGT and first born son of Nobel Prize winning author Miguel Ángel Asturias), formed the organization after returning from exile in Mexico. The ORPA established an operational base in the mountains and forests above the coffee plantations of southwestern Guatemala and in the Atitlán where it enjoyed considerable popular support. On 18 September 1979, the ORPA made its existence publicly known when it occupied the Mujulia coffee farm in the coffee growing region of the Quezaltenango province to hold a political education meeting with the workers. In 1979 the EGP controlled a large amount of territory in the Ixil Triangle and held many demonstrations in Nebaj, Chajul and Cotzal. That year, the owners of "La Perla" established links with the army and for the first time a military detachment was installed within the property; in this same building the first civil patrol of the area was established. The Army high command, meanwhile, was very pleased with the initial results of the operation and was convinced it had succeeded in destroying most of the social basis of EGP, which had to be expelled from the "Ixil Triangle". Army repression in the region became more intense and less selective than it had been under Laugerud García; the officers who executed the plan were instructed to destroy all towns suspected of cooperating with EGP and eliminate all sources of resistance. Army units operating in the "Ixil Triangle" belonged to the Mariscal Zavala Brigade, stationed in Guatemala City. Moreover, although the EGP did not intervene directly when the army attacked the civilian population – allegedly due to a lack of supplies and ammunition – it did support some survival strategies. It streamlined, for example, "survival plans" designed to give evacuation instructions in assumption that military incursions took place. Most of the population began to participate in the schemes finding that they represented their only alternative to military repression. In December 1979, the Guatemalan Army staged a false flag incident in Chajul – ostensibly to justify repressive measures against the city. On 6 December 1979, the Guatemalan Army abducted nine peasants from Uspantán and transported them to Chajul in a helicopter. Two of the peasants captured by the army managed to escape, while those remaining were dressed in olive drab by the army. After being put in uniform, the peasants were equipped with shotguns and instructed by soldiers to march down a road outside of Chajul. The soldiers then opened fire on the peasants, killing all seven. The army announced that the campesinos were guerillas, who had attempted to assault the detachment at Chajul. The bodies were later burned and buried. Within three weeks the army presence in Chajul grew and repression escalated. The repression and excessive force used by the government against the opposition was such that it became source of contention within Lucas García's administration itself. This contention within the government caused Lucas García's Vice President Francisco Villagrán Kramer to resign from his position on 1 September 1980. In his resignation, Villagran cited his disapproval of the government's human rights record as one of the primary reasons for his resignation. He then went into voluntary exile in the United States, taking a position in the Legal Department of the Inter American Development Bank. In 1980, armed insurgents assassinated prominent Ixil landowner Enrique Brol, and president of the CACIF (Coordinating Committee of Agricultural, Commercial, Industrial, and Financial Associations) Alberto Habie. In October 1980, a tripartite alliance was formalized between the EGP, the FAR and the ORPA as a precondition for Cuban backing. In early 1981, the insurgency mounted the largest offensive in the country's history. This was followed by an additional offensive towards the end of the year, in which many civilians were forced to participate by the insurgents. Villagers worked with the insurgency to sabotage roads and army establishments, and destroy anything of strategic value to the armed forces. By 1981, an estimated 250,000 to 500,000 members of Guatemala's indigenous community actively supported the insurgency. Guatemalan Army Intelligence (G 2) estimated a minimum 360,000 indigenous supporters of the EGP alone.

Список массовых убийств, совершенных EGP в FTN

Согласно сообщению правого журнала "Crónica", в Гватемале было совершено 1258 партизанских акций против гражданского населения и инфраструктуры, включая более двухсот убийств, шестьдесят восемь похищений, одиннадцать взрывов у посольств и триста двадцать девять нападений на гражданских лиц. Почти все партизанские массовые убийства произошли в 1982 году, когда усилилась милитаризация и широко распространилось присутствие ПАК в общинах; многие из жертв не сотрудничали с партизанами, а в некоторых случаях нападения ПАК предшествовали этим убийствам. При совершении массовых убийств партизанами не использовались информаторы, не проводилась концентрация населения или разделение на группы; также нет свидетельств об изнасилованиях или повторяющихся расправах. Имеются случаи разрушения деревень и меньшая тенденция к массовому бегству, хотя оно и происходило в некоторых случаях. Также чаще использовались списки. В публикации армии Гватемалы сообщается о шестидесяти массовых убийствах, совершенных EGP, утверждая, что они в основном игнорировались в отчетах REHMI и Комиссии по историческому прояснению. Также сообщается, что в середине 1982 года 32 члена "Звездного партизанского фронта" были расстреляны за отказ поднимать флаг EGP. Массовые убийства в Чахуле, Небахе и Икскане во Франья Трансверсаль-дель-Норте #МестоположениеДепартаментДатаОписание1Calapté, UspantánQuiché17 февраля 1982 г. 42 жертвы, убитые мачете.2SalacuínAlta VerapazМай 1982 г. EGP вошла в общину и убила 20 крестьян.3El Conguito (поселение), Las Pacayas (деревня), San Cristóbal VerapazAlta Verapaz19814Sanimtakaj (деревня), San Cristóbal VerapazAlta Verapaz19805San Miguel Sechochoch (ферма), ChisecAlta VerapazМарт 1982 г.6Chacalté, ChajulQuichéИюнь 1982 г. Нападение на "реакционную банду" из ПАК в Chacalté, которая сформировалась в марте и перешла на сторону армии, разочаровавшись в обещаниях партизан. В результате погибло 55 мирных жителей.7San Miguel Acatán (город), San Miguel AcatánHuehuetenangoНеизвестно8Santa Cruz del Quiché (город), Santa Cruz del QuichéQuichéИюль 1982 г.9Chuacaman (поселение), El Carmen Chitatul (деревня), Santa Cruz del QuichéQuichéДекабрь 1982 г.10La Estancia (деревня), Santa Cruz del QuichéQuichéАвгуст 1981 г.11Xesic (деревня), Santa Cruz del QuichéQuiché1981 г.12Patzité (город)QuichéСентябрь 1981 г.13Lancetillo (деревня), UspantánQuichéСентябрь 1982 г.14La Taña (деревня), UspantánQuichéМарт 1982 г.15Tzununul (деревня), SacapulasQuichéФевраль 1982 г.16Salinas Magdalena (деревня), SacapulasQuichéАвгуст 1982 г.17Rosario Monte María (деревня), ChicamánQuichéОктябрь 1982 г.

According to a report by the rightist magazine "Crónica", there were 1258 guerrilla actions against civilians and infrastructure in Guatemala, including more than two hundred murders, sixty eight kidnappings, eleven bombs against embassies and three hundred twenty nine attacks against civilians. Almost all guerrilla massacres occurred in 1982 when further militarization reigned and there was widespread presence of PAC in communities; many of them were victims of non cooperation with the guerrillas and in some cases they came after a previous attack by the PAC. In the massacres perpetrated by the guerrillas there is no use of informants, or concentration of population, or separation of groups; also, there are no recounts of rape or repetitive slaughter. There are cases of razed villages and less tendency to mass flight, even though it occurred in some cases. The use of lists was also more frequent. In a publication of the Army of Guatemala, sixty massacres perpetrated by the EGP were reported, arguing that they were mostly ignored by REHMI and the Historical Clarification Commission reports. It is also reported that in mid 1982, 32 members of "Star Guerilla Front " were shot for not raising the EGP flag. Chajul, Nebaj and Ixcán massacres in Franja Transversal del Norte#LocationDepartmentDateDescription1Calapté, UspantánQuiché17 February 1982There were 42 fatal victims, who were murdered with machetes.2SalacuínAlta VerapazMay 1982EGP entered the community and murdered 20 peasants. 3El Conguito (settlement), Las Pacayas (village), San Cristóbal VerapazAlta Verapaz19814Sanimtakaj (village), San Cristóbal VerapazAlta Verapaz19805San Miguel Sechochoch (farm), ChisecAlta VerapazMarch 19826Chacalté, ChajulQuichéJune 1982Attack against a "reactionary gang" from the PAC in Chacalté, that had just formed in March and was loyal to the Army after becoming disillusioned with guerilla promises. Resulted in 55 dead civilians.7San Miguel Acatán (town), San Miguel AcatánHuehuetenangoUnknown8Santa Cruz del Quiche (city), Santa Cruz del QuichéQuichéJuly 19829Chuacaman (settlement), El Carmen Chitatul (village), Santa Cruz del QuichéQuichéDecember 198210La Estancia(village), Santa Cruz del QuichéQuichéAugust 198111Xesic (village), Santa Cruz del QuichéQuiché198112Patzité (town)QuichéSeptember 198113Lancetillo (village), UspantánQuichéSeptember 198214La Taña (village), UspantánQuichéMarch 198215Tzununul (village), SacapulasQuichéFebruary 198216Salinas Magdalena (village), SacapulasQuichéAugust 198217Rosario Monte María (village), ChicamánQuichéOctober 1982

Операция "Опопел" 1981

Опираясь на продолжающуюся материальную поддержку со стороны Соединенных Штатов и третьих стран, союзных США, вооруженные силы под командованием начальника штаба армии Бенедикто Лукаса Гарсии (брата президента, известного как "генерал Бенни") инициировали стратегию "выжженной земли" для "отделения и изоляции повстанцев от гражданского населения" под кодовым названием "Operación Ceniza" ("Операция Пепел"). В стратегии, разработанной совместно Бенедикто Лукасом Гарсией и подполковником Джорджем Мэйном (военный атташе США и глава американской военной группы в Гватемале), около 15 000 солдат были развернуты для постепенного прочесывания высокогорий. В рамках политики принудительного набора генерал Бенедикто Лукас начал формировать модель "специальных групп" для борьбы с повстанческим движением, в рамках которой стратегические мобильные силы численностью от 3 000 до 5 000 солдат отбирались из крупных военных бригад для проведения поисково-уничтожительных операций в горах. Эти операции привели к огромным потерям среди гражданского населения, исчислявшимся десятками тысяч. Применение тактики геноцида, основанной на "выжженной земле", радикализировало население, породив неприязнь к правительству и приведя к беспрецедентному росту рядов повстанцев. Тем временем отношения между гватемальским военным руководством и режимом Лукаса Гарсии ухудшились. Профессионалы в гватемальской армии считали подход Лукаса контрпродуктивным, поскольку стратегия правительства Лукаса, основанная на военных действиях и систематическом терроре, игнорировала социальные и идеологические причины мятежа, одновременно радикализируя гражданское население. Кроме того, Лукас пошел против интересов военных, поддержав своего министра обороны, Анхеля Анибала Гевару, кандидатом на президентских выборах в марте 1982 года.

Государственный переворот 1982 года и режим Риос Монт

23 марта 1982 года младшие офицеры под командованием генерала Эфраина Риоса Монтта совершили государственный переворот и отстранили от власти генерала Ромео Лукаса Гарсию. Переворот не получил поддержки со стороны каких-либо структур в правительстве Лукаса, за исключением младших офицеров, непосредственно участвовавших в его организации. На момент переворота, как сообщается, большинство старших офицеров Лукаса Гарсии не подозревали о готовящемся заговоре со стороны младших офицеров или каких-либо других лиц. По имеющимся данным, генерал Лукас был готов оказать сопротивление и мог легко подавить переворот, используя свой контингент войск, дислоцированный в президентском дворце, но был вынужден сдаться, когда ему показали его мать и сестру, которым приставили винтовки к головам. После свержения Лукаса Гарсии в доме министра внутренних дел Лукаса, Дональдо Альвареса Руиса, был проведен обыск, в ходе которого обнаружили типографию, тайные камеры заключения и имущество, изъятое у жертв полицейских пыток, включая пятьдесят угнанных автомобилей и множество золотых обручальных колец выпускников. В течение двух месяцев после захвата власти Риос Монтт стремился укрепить свою личную власть и начал устранять офицеров, которых он считал причастными к подготовке контрпереворота. Особенно сплоченной группой офицеров, выступавших против Риоса, был 73-й выпуск Гватемальской военной академии. Чтобы запугать этих офицеров и предотвратить планы контрпереворота, Риос Монтт приказал арестовать и начать расследование в отношении трех наиболее известных его членов: капитанов Марио Лопеса Серрано, Роберто Энрике Летона Хора и Отто Переса Молины. Он пригрозил обнародовать доказательства их коррупции, если они продолжат оказывать ему сопротивление. 9 июля 1982 года Риос Монтт вынудил двух членов хунты подать в отставку, получив полный контроль над правительством, став фактическим главой вооруженных сил и министром обороны.

"Виктория 82" и "Операция София"

Архитекторы программы борьбы с повстанцами при Риосе Монте знали о социальных проблемах, порожденных противодействием под руководством Лукаса Гарсии; наиболее контрпродуктивной была широко распространенная неприязнь к государству, вызванная бессистемными массовыми убийствами. 6 июня 1982 года был достигнут компромисс между стремлением армии искоренить повстанцев и желанием "завоевать сердца и умы" гражданского населения, и была реализована новая программа борьбы с повстанцами, известная как "Виктория 82". Авторы плана подчеркнули, что "главная цель – менталитет населения". Программа сочетала в себе жестокую тактику "выжженной земли", разработанную и реализованную при Бенедикто Лукасе Гарсиа, с программами социального обеспечения и государственной помощью, как для стимулирования сотрудничества гражданского населения с армией, так и для смягчения негативных последствий армейских резни. Риос Монт также расширил стратегию "гражданских действий", начатую при Бенедикто Лукасе. Гражданские военизированные формирования, созданные Лукасом, были переименованы в "патрули гражданской самообороны" (PAC), и армия начала призывать значительную часть сельского гражданского населения в ополчение. В начале периода правления Риоса Монте в PAC насчитывалось около 25 000 гражданских лиц. В последующие восемнадцать месяцев это число возросло до 700 000 благодаря политике принудительного призыва. Те, кто возражал против создания гражданских патрулей в своих деревнях, часто подвергались смертной казни или другим жестоким репрессиям со стороны армии. Несмотря на реализацию программ социального обеспечения и гражданских действий, "Виктория 82" по-прежнему прежде всего стремилась уничтожить партизанские силы и их базу посредством операций по уничтожению и тактики "выжженной земли". Как указано в разделе "Цель" плана (II/A/1 3), задача армии заключалась в следующем:

Защищать население. По возможности, возвращать членов местных нерегулярных сил (Fuerzas Irregulares Locales FIL), одновременно устраняя подрывные элементы, отказывающиеся сложить оружие. Уничтожить тайные местные комитеты (Comités Clandestinos Locales CCL) и постоянные военные подразделения (Unidades Militares Permanentes UMP) противника. Хотя в плане проводилось различие между целями армии в отношении FIL и CCL, обе группы состояли из местных безоружных крестьян, проживающих и работающих в целевых районах операции. FIL были гражданскими лицами, которые продолжали заниматься своим обычным делом – ухаживать за посевами в поле или выполнять свои домашние обязанности, – одновременно оказывая содействие действиям самообороны, чтобы затруднить деятельность армии. CCL были местными лидерами, часто представителями общин, которые служили политическими представителями партизан. Уничтожение этих лидеров было приоритетом для армии, поскольку это означало разрыв политической связи между партизанскими отрядами и их социальной базой поддержки.

Реформы в городах

В то время как массовые убийства коренных крестьян в сельской местности достигли беспрецедентного уровня, убийства, совершаемые "эскадронами смерти" в городах, сократились. В апреле 1982 года в отчете военного атташе США, направленном в Вашингтон, сообщалось, что "армия намеревалась действовать, руководствуясь двумя сводами правил: один – для защиты и уважения прав обычных граждан, проживающих в безопасных районах (в основном в городах) и не имеющих отношения к подрывной деятельности, а второй – для районов, где подрывная деятельность была распространена. В этих районах ("зонах боевых действий") применялись бы правила нетрадиционной войны. Партизаны должны были быть уничтожены огнем, а их инфраструктура – ликвидирована посредством программ социального обеспечения". В соответствии с новым "сводом правил" армии, Риос Монт начал проводить изменения в разведывательном аппарате и расформировал или переименовал некоторые структуры безопасности, печально известные своими репрессиями в столице при предыдущих режимах. В марте 1982 года, вскоре после переворота, Риос Монт распустил "Корпус детективов" Национальной полиции и заменил его "Департаментом технических расследований" (DIT). Кроме того, полковник Герман Чупина Барахона, который нес ответственность за значительную часть репрессий в столице во времена правления Лукаса, был вынужден подать в отставку, а полковник Эрнан Понсе Нич, бывший инструктор в Школе американских вооруженных сил, был назначен генеральным директором Национальной полиции. Полковник Гектор Исмаэль Монтальван Батрес был оставлен на некоторое время на посту начальника EMP после переворота, учитывая его опыт. Это ознаменовало начало постепенного возвращения к условиям, существовавшим в Гватемале во времена предшественников Риоса Монтта.

Режим Мехиа Виктореса и переход к демократии: 1983-1986

Риос Монт был свергнут 8 августа 1983 года своим собственным министром обороны, генералом Оскаром Умберто Мехиа Викторесом. Мехиа стал фактическим президентом и оправдал переворот, заявив, что "религиозные фанатики" злоупотребляли своими должностями в правительстве, а также из-за "коррупции чиновников". Риос Монт остался в политике, основав в 1989 году партию Гватемальского республиканского фронта. Избранный в Конгресс, он был избран президентом Конгресса в 1995 и 2000 годах. К моменту прихода к власти Оскара Умберто Мехиа Виктореса, контрпартизанская операция, проводимая под руководством Лукаса Гарсии и Риоса Монтта, в значительной степени достигла своей цели – отделить повстанцев от их гражданской поддержки. Кроме того, гватемальской военной разведке (G 2) удалось внедриться в большинство политических институтов. Она уничтожала оппонентов в правительстве посредством террора и избирательных убийств. Программа борьбы с повстанцами милитаризовала гватемальское общество, создав атмосферу страха и террора, подавлявшую большинство общественных протестов и мятежей. Военные укрепили свою власть практически во всех сферах общества. В 1983 году активистка коренных народов Ригоберта Менчу опубликовала мемуары о своей жизни в тот период – "Я, Ригоберта Менчу, индианка из Гватемалы", которые получили широкое международное признание. Она дочь одного из крестьянских лидеров, погибших во время резни в посольстве Испании 31 января 1980 года. Позднее она была удостоена Нобелевской премии мира в 1992 году, в год празднования 500-летия открытия Америки, за свою деятельность в области социальной справедливости. Ее мемуары привлекли международное внимание к Гватемале и характеру ее институционального террора. Под международным давлением, а также под давлением других латиноамериканских стран, генерал Мехиа Викторес разрешил постепенный возврат к демократии в Гватемале. 1 июля 1984 года состоялись выборы представителей в Учредительное собрание для разработки проекта демократической конституции. 30 мая 1985 года Учредительное собрание завершило разработку новой конституции, которая вступила в силу незамедлительно. Были назначены всеобщие выборы, и гражданский кандидат Винисио Сересо был избран президентом. Постепенное возрождение "демократии" не положило конец "исчезновениям" и убийствам, совершаемым эскадронами смерти, поскольку внесудебное государственное насилие стало неотъемлемой частью политической культуры.

Ríos Montt was deposed on 8 August 1983 by his own Minister of Defense, General Óscar Humberto Mejía Víctores. Mejía became de facto president and justified the coup, saying that "religious fanatics" were abusing their positions in the government and also because of "official corruption." Ríos Montt remained in politics, founding the Guatemalan Republican Front party in 1989. Elected to Congress, he was elected President of Congress in 1995 and 2000. By the time Oscar Humberto Mejia Victores assumed power, the counterinsurgency under Lucas Garcia and Ríos Montt had largely succeeded in its objective of detaching the insurgency from its civilian support base. Additionally, Guatemalan military intelligence (G 2) had succeeded in infiltrating most of the political institutions. It eradicated opponents in the government through terror and selective assassinations. The counterinsurgency program had militarized Guatemalan society, creating a fearful atmosphere of terror that suppressed most public agitation and insurgency. The military had consolidated its power in virtually all sectors of society. In 1983, indigenous activist Rigoberta Menchú published a memoir of her life during that period, I, Rigoberta Menchú, An Indian Woman in Guatemala, which gained worldwide attention. She is the daughter of one of the peasant leaders that died in the Spanish Embassy massacre on 31 January 1980. She was later awarded the 1992 Nobel Peace Prize on the year of the Fifth Centennial celebration of America Discovery for her work in favor of broader social justice. Her memoir drew international attention to Guatemala and the nature of its institutional terrorism. Due to international pressure, as well as pressure from other Latin American nations, General Mejía Victores allowed a gradual return to democracy in Guatemala. On 1 July 1984 an election was held for representatives to a Constituent Assembly to draft a democratic constitution. On 30 May 1985, the Constituent Assembly finished drafting a new constitution, which took effect immediately. General elections were scheduled, and civilian candidate Vinicio Cerezo was elected as president. The gradual revival of "democracy" did not end the "disappearances" and death squad killings, as extrajudicial state violence had become an integral part of the political culture.

Группа взаимной поддержки (ГГП)

18 февраля 1984 года студенческий лидер Эдгар Фернандо Гарсия "исчез" после того, как был схвачен и втащен в фургон на окраине рынка недалеко от его дома в Гватемала-Сити. Фернандо Гарсия был профсоюзным деятелем и членом запрещенной PGT, изучавшим инженерию в Университете Сан-Карлоса. Похитителями были полицейские в форме из БРОЭ и Четвертого корпуса Национальной полиции, проводившие патрулирование с проверкой документов в этом районе. К его похищению причастны полицейские Рамирес Риос, Лансерио Гомес, Хьюго Роландо Гомес Осорио и Альфонсо Гильермо де Леон Маррокин. После похищения Гарсии его жена, Нинетт Монтенегро, ныне депутат Конгресса, основала Группу взаимной поддержки (Grupo de Apoyo Mutuo – GAM), новую правозащитную организацию, которая потребовала от правительства предоставить информацию о пропавших без вести родственниках. Созданная совместно с другими семьями пропавших без вести, GAM оформилась в июне 1984 года, проводя демонстрации, встречаясь с представителями правительства и на протяжении многих лет ведя внутреннюю и международную кампанию по защите прав человека, чтобы установить правду о тысячах пропавших без вести в Гватемале. К организации быстро присоединились сотни других членов семей жертв насилия, поддерживаемого правительством, включая индейцев майя, пострадавших от геноцидальной кампании подавления, проводимой армией в конце 1970-х и начале 1980-х годов. В ноябре 1984 года GAM решительно организовала "символическое шествие" к Учредительному собранию, где они встретились с председателем собрания, чтобы потребовать информацию о местонахождении их "исчезнувших" родственников. Через несколько дней их лично принял генерал Мехия. Там они повторили свои требования о местонахождении пропавших без вести. Вторая встреча 30 ноября 1984 года привела к созданию правительственной комиссии для расследования заявлений GAM. В следующем месяце GAM встретилась с комиссией. Последующая бездеятельность комиссии в последующие месяцы вызвала протесты.

On 18 February 1984, student leader Edgar Fernando Garcia "disappeared" after being seized and dragged into a van on the outskirts of a market near his home in Guatemala City. Fernando Garcia was a trade unionist and member of the outlawed PGT who was studying engineering at the University of San Carlos. The kidnappers were uniformed policemen with the BROE and the Fourth Corps of the National Police who were conducting stop and search patrols in the area. Those identified in his kidnapping were policemen Ramírez Ríos, Lancerio Gómez, Hugo Rolando Gómez Osorio and Alfonso Guillermo de León Marroquín. In the wake of García's kidnapping, his wife, Nineth Montenegro – now a member of Congress – launched the Mutual Support Group (Grupo de Apoyo Mutuo—GAM), a new human rights organization that pressed the government for information about missing relatives. Co founded with other families of the disappeared, GAM took shape in June 1984, holding demonstrations, meeting with government officials and leading a domestic and international advocacy campaign over the years to find the truth behind the thousands of Guatemala's disappeared. The organization was quickly joined by hundreds of additional family members of victims of government sponsored violence, including Mayan Indians affected by the Army's genocidal counterinsurgency sweeps in the late 1970s and early 1980s. In November 1984, the GAM boldly organized a "symbolic journey" to the constituent assembly where they met with the assembly president to demand information on the whereabouts of their "disappeared" relatives. After several days, they were received by General Mejia personally. There they repeated their demands for the whereabouts of their missing. A second meeting on 30 November 1984 led to the formation of a government commission to investigate the reports of the GAM's charges. The following month, the GAM met with the commission. The subsequent inaction of the commission in the following months led to protest.

Репрессии против ГАМ

Военное правительство генерала Мехии Виктореса не проявило реального желания идти на уступки ГАМ и рассматривало организацию как прикрытие для левых подрывных действий. Это особенно проявлялось, когда действия ГАМ начали привлекать международное внимание к ситуации с правами человека в республике. 1 марта 1985 года офис генерального прокурора Гватемалы был захвачен 100 членами ГАМ в знак протеста против бездействия правительственной следственной комиссии. В последующий период правительство начало выдавать предупреждения ГАМ относительно незаконных публичных протестов, начав с предупреждения министра внутренних дел Густаво Адольфо Лопеса Сандовала о необходимости прекратить любые протесты, блокирующие движение транспорта. Генерал Мехия впоследствии заявил в интервью, что считает, что группой манипулируют левые силы. В пасхальную "Страстную неделю" в марте 1985 года подразделения по ликвидации, действующие при правительстве, начали преследовать руководство ГАМ. 30 марта 1985 года старший член ГАМ Гектор Гомес Калито был похищен. Источники в посольстве США сообщили, что за Калито некоторое время велось наблюдение со стороны Департамента технических расследований (DIT). Позже его тело было обнаружено с признаками пыток. После его убийства соучредитель ГАМ и вдова пропавшего студенческого лидера Карлоса Эрнесто Куэваса Молины, Розарио Годой де Куэвас, которая произнесла траурную речь на похоронах Гомеса Калито, была найдена мертвой на дне канавы в 3 км от города Гватемала вместе со своим 2-летним сыном и 21-летним братом. На телах всех трех жертв были обнаружены следы жестоких пыток, предшествовавших смерти. Правозащитники, видевшие тела, сообщили, что 2-летнему сыну Годой были вырваны ногти. Хотя правительство утверждало, что их смерть была случайностью, источники в посольстве отвергли официальную версию событий, заявив, что Годой была намеренной целью, а ее смерть – преднамеренным убийством.

Переход к выборам

В 1985 году Соединенные Штаты поддерживали установление гражданского правления и проведение выборов в Гватемале. Когда они состоялись, Вашингтон объявил о рождении "демократии" в одном из государств, находящихся под его влиянием. Сами выборы были признаны международными наблюдателями процедурно справедливыми, однако их сочли недостаточными для осуществления реальных демократических реформ: выборы в Гватемале в 1985 и 1990 годах, а также в Сальвадоре в 1982, 1984, 1988, 1989 и 1991 годах проходили на фоне государственного террора, унесшего десятки тысяч жизней и подорвавшего деятельность большинства массовых общественных и политических организаций. Кандидаты выдвигались преимущественно от центристских и правых партий, а независимых или критически настроенных СМИ не существовало. Репрессии ограничивали участие граждан в национальной политике лишь голосованием. В избирательных кампаниях участвовала лишь небольшая часть активистов центристских и правых партий, а репрессии сдерживали явку избирателей. Историк Сюзанна Йонас отмечает, что "в основном с 1986 по 1995 год гражданские президенты позволяли армии править закулисно". После первоначального спада насилие со стороны отрядов смерти и другие злоупотребления со стороны армии в конце 1980-х годов значительно возросли.

Применение Cerezo

Винисио Церезо, гражданский политик и кандидат в президенты Гватемалы от Христианской демократии, выиграл первые выборы, проведенные по новой конституции, набрав почти 70 процентов голосов и вступил в должность 14 января 1986 года. После инаугурации в январе 1986 года гражданское правительство президента Церезо объявило, что его главными приоритетами станут прекращение политического насилия и установление верховенства закона. Реформы включали новые законы о habeas corpus и amparo (судебная защита), создание парламентской комиссии по правам человека и учреждение в 1987 году Офиса омбудсмена по правам человека. Верховный суд также начал серию реформ по борьбе с коррупцией и повышению эффективности судебной системы. С избранием Церезо военные отошли от управления страной и вернулись к более традиционной роли обеспечения внутренней безопасности, в частности, борьбе с вооруженными повстанцами. Первые два года правления Церезо характеризовались стабильной экономикой и значительным снижением политического насилия. Недовольные военнослужащие предприняли две попытки государственного переворота в мае 1988 и мае 1989 годов, но высшее военное руководство поддержало конституционный порядок. Правительство подверглось резкой критике за нежелание расследовать или привлекать к ответственности за нарушения прав человека. Последние два года правления Церезо также были отмечены экономическим кризисом, забастовками, протестными маршами и обвинениями в широко распространенной коррупции. Неспособность правительства решить многие проблемы страны, такие как детская смертность, неграмотность, недостаток медицинских и социальных услуг и рост уровня насилия, способствовала росту общественного недовольства. 11 ноября 1990 года состоялись президентские и парламентские выборы. После второго тура голосования Хорхе Антонио Серрано Элиас был приведен к присяге 14 января 1991 года, завершив тем самым первый переход от одного демократически избранного гражданского правительства к другому. Поскольку его партия «Движение солидарных действий» (MAS) получила лишь 18 из 116 мест в Конгрессе, Серрано заключил непрочный союз с Христианскими демократами и Национальным союзом центра (UCN). Деятельность администрации Серрано была неоднозначной. Ему удалось добиться некоторого успеха в укреплении гражданского контроля над армией, заменив ряд высших офицеров и убедив военных участвовать в мирных переговорах с URNG. Он предпринял политически непопулярный шаг, признав суверенитет Белиза, на который до этого Гватемала официально, хотя и безуспешно, претендовала. Правительство Серрано остановило экономический спад, унаследованный от предыдущей администрации, снизив инфляцию и стимулировав реальный экономический рост.

Vinicio Cerezo, a civilian politician and the presidential candidate of the Guatemalan Christian Democracy, won the first election held under the new constitution with almost 70 percent of the vote, and took office on 14 January 1986. Upon its inauguration in January 1986, President Cerezo's civilian government announced that its top priorities would be to end the political violence and establish the rule of law. Reforms included new laws of habeas corpus and amparo (court ordered protection), the creation of a legislative human rights committee, and the establishment in 1987 of the Office of Human Rights Ombudsman. The Supreme Court also embarked on a series of reforms to fight corruption and improve legal system efficiency. With Cerezo's election, the military moved away from governing and returned to the more traditional role of providing internal security, specifically by fighting armed insurgents. The first two years of Cerezo's administration were characterized by a stable economy and a marked decrease in political violence. Dissatisfied military personnel made two coup attempts in May 1988 and May 1989, but military leadership supported the constitutional order. The government was heavily criticized for its unwillingness to investigate or prosecute cases of human rights violations. The final two years of Cerezo's government also were marked by a failing economy, strikes, protest marches, and allegations of widespread corruption. The government's inability to deal with many of the nation's problems – such as infant mortality, illiteracy, deficient health and social services, and rising levels of violence – contributed to popular discontent. Presidential and congressional elections were held on 11 November 1990. After the second round ballot, Jorge Antonio Serrano Elías was inaugurated on 14 January 1991, thus completing the first transition from one democratically elected civilian government to another. Because his Movement of Solidarity Action (MAS) Party gained only 18 of 116 seats in Congress, Serrano entered into a tenuous alliance with the Christian Democrats and the National Union of the center (UCN). The Serrano administration's record was mixed. It had some success in consolidating civilian control over the army, replacing a number of senior officers and persuading the military to participate in peace talks with the URNG. He took the politically unpopular step of recognizing the sovereignty of Belize, which until then had been officially, though fruitlessly, claimed by Guatemala. The Serrano government reversed the economic slide it inherited, reducing inflation and boosting real growth.

Распад правительства Серрано и восстановление

25 мая 1993 года Серрано незаконно распустил Конгресс и Верховный суд и попытался ограничить гражданские свободы, якобы для борьбы с коррупцией. Автогольпе (или автопереворот) провалился благодаря единым, решительным протестам большинства слоев гватемальского общества, международному давлению и силовому обеспечению армией решений Конституционного суда, который признал попытку захвата власти незаконной. Серрано бежал из страны. В отчете Совета по надзору за деятельностью разведки (в то время секретном) сообщается, что ЦРУ оказало содействие в предотвращении этого автопереворота. В соответствии с конституцией 1985 года, конгресс Гватемалы 5 июня 1993 года избрал де Леона, омбудсмена по правам человека, для завершения президентского срока Серрано. Он не принадлежал ни к одной политической партии; не имея политической базы, но пользуясь широкой народной поддержкой, он начал масштабную антикоррупционную кампанию с целью «очищения» Конгресса и Верховного суда, потребовав отставки всех членов этих органов. Вскоре после вступления в должность был убит его двоюродный брат, лидер либеральной партии и двукратный кандидат в президенты. Несмотря на значительное сопротивление со стороны Конгресса, президентское и общественное давление привели к ноябрьскому соглашению 1993 года, заключенному при посредничестве католической церкви между администрацией и Конгрессом. Этот пакет конституционных реформ был одобрен на всенародном референдуме 30 января 1995 года. В августе 1994 года был избран новый Конгресс для завершения несрочного срока полномочий. Под контролем антикоррупционных партий – популистского Гватемальского республиканского фронта (FRG) во главе с Риосом Монттом и правоцентристской Партии национального прогресса (PAN) – новый Конгресс начал дистанцироваться от коррупции, которая характеризовала его предшественников.

Возобновление мирного процесса (1994-1996)

При де Леоне мирный процесс, теперь осуществляемый при посредничестве Организации Объединенных Наций, получил новый импульс. Правительство и URNG подписали соглашения о правах человека (март 1994 года), о переселении перемещенных лиц (июнь 1994 года), об историческом прояснении (июнь 1994 года) и о правах коренных народов (март 1995 года). Они также добились значительного прогресса в достижении социально-экономического и аграрного соглашения. Арсу победил благодаря своей поддержке в Гватемала-Сити, где он ранее занимал пост мэра, и в прилегающих городских районах. Портильо выиграл во всех сельских департаментах, за исключением Петен. При администрации Арсу мирные переговоры были завершены, и правительство и партизанский фронт URNG, получивший статус легальной политической силы, подписали мирные соглашения, положившие конец 36-летнему внутреннему конфликту 29 декабря 1996 года. Генеральный секретарь URNG, Команданте Роландо Моран, и президент Альваро Арсу совместно были удостоены премии мира ЮНЕСКО за их усилия по прекращению гражданской войны и достижению мирного соглашения. Совет Безопасности Организации Объединенных Наций принял резолюцию 1094 от 20 января 1997 года о направлении военных наблюдателей в Гватемалу для контроля за выполнением мирных соглашений.

Потери

К концу войны, по оценкам, погибло или пропало без вести от 140 000 до 200 000 человек. Подавляющее большинство погибших в результате нарушений прав человека стали жертвами официально санкционированного террора со стороны правительственных сил. Внутренний конфликт описан в докладе Архиепископского управления по правам человека (ODHAG). ODHAG приписывает почти 90% зверств и более 400 массовых убийств гватемальской армии (и военизированным формированиям), и менее 5% зверств – партизанам (включая 16 массовых убийств). В докладе 1999 года, подготовленном под эгидой ООН Комиссией по историческому прояснению (CEH), утверждается, что государство несет ответственность за 93% нарушений прав человека, совершенных во время войны, а партизаны – за 3%. Пик насилия пришелся на 1982 год. 83% жертв были представителями народа майя. Обе стороны сознательно использовали террор как политику. Аналитики Кейт Дойл и Питер Корнблух сообщают, что «после небольшого мятежа, последовавшего за переворотом, военные лидеры Гватемалы, при поддержке США, разработали и усовершенствовали масштабную контрпартизанскую кампанию, в результате которой десятки тысяч людей были убиты, искалечены или пропали без вести». Историк Стивен Г. Рэб отмечает, что «уничтожив демократически избранное правительство Якобо Арбенса Гусмана (1950–1954), Соединенные Штаты положили начало почти сорокалетнему циклу террора и репрессий». В результате государственного переворота к власти пришел полковник Кастильо Армас, ставший главой правительства, и затем он и «Соединенные Штаты практически немедленно начали милитаризацию Гватемалы, финансируя и реорганизуя полицию и армию».

США меняют подход

В докладе Комиссии по историческому прояснению (CEH) показано, что Соединенные Штаты институционализировали свою "Доктрину национальной безопасности" практически во всех странах Латинской Америки. В Гватемале эта стратегия была впервые применена "в качестве антиреформистской, а затем антидемократической политики, в конечном итоге вылившись в преступную контрпартизанскую борьбу". В 1962 году администрация Кеннеди изменила задачу армий в Латинской Америке, включая Гватемалу, с "полушарной обороны" на "внутреннюю безопасность". Чарльз Мичлинг-младший, руководивший американским планированием контрпартизанских операций и внутренней обороны с 1961 по 1966 год, объясняет результаты этой новой инициативы как переход от терпимости к "алчности и жестокости латиноамериканских военных" к "прямому соучастию" в их преступлениях и, наконец, к поддержке США "методов отрядов уничтожения Генриха Гиммлера".

Обучение в США

Также в 1962 году гватемальский специалист Сюзанна Джонас заявила, что спецназ США создал тайную военную базу для подготовки. После успешного (при поддержке США) переворота против президента Мигеля Идигораса Фуэнтеса в 1963 году американские советники начали работать с полковником Карлосом Мануэлем Араной Осорио для подавления партизан, "широко используя современные стратегии и технологии борьбы с повстанческим движением, применявшиеся во Вьетнаме". В последующие годы Арана получил прозвище "Мясник из Сакапы". Amnesty International ссылалась на оценки, согласно которым в период с октября 1966 года по март 1968 года армия и военизированные формирования под командованием полковника Араны убили от 3000 до 8000 крестьян в Сакапе и Исабале. Другие оценки указывают на гибель 15 000 крестьян с целью уничтожения 300 подозреваемых повстанцев. После июля 1966 года, когда президент Хулио Сесар Мендес Монтенегро подписал соглашение, разрешающее армии проводить более агрессивную программу борьбы с повстанцами, в Гватемалу прибыло большое количество американских военных и советников по вопросам безопасности. По оценкам, в период 1966–1968 годов в Сакапе действовало до 1000 американских "зеленых беретов", обеспечивавших обучение и поддержку гватемальским контрповстанческим операциям. Джонас утверждает, что соотношение военных советников к местным военным чиновникам в Гватемале было самым высоким среди всех стран Латинской Америки в конце 1960-х и 70-х годов, и что "существуют веские доказательства прямой роли американских военных советников в формировании отрядов смерти: сотрудники посольства США предположительно участвовали в разработке августовского меморандума 1966 года, в котором описывалось создание военизированных групп, а военный атташе США в этот период публично заявил о своей причастности к их формированию в рамках операций по "борьбе с террором". Ретроспективный анализ биографических реестров и списков дипломатических служб правительства США показал, что многие из тех же американских сотрудников, действовавших в Гватемале в 1960-х и 70-х годах, также служили в Южном Вьетнаме, особенно в рамках программ гражданских операций и поддержки революционного развития (CORDS).

Also in 1962, Guatemalan specialist Susanne Jonas has alleged that U. S. Special Forces set up a secret military training base. After a successful (U. S. backed) coup against president Miguel Ydígoras Fuentes in 1963, U. S. advisors began to work with Colonel Carlos Manuel Arana Osorio to defeat the guerrillas, borrowing "extensively from current counterinsurgency strategies and technology being employed in Vietnam." In subsequent years, Arana earned the nickname "Butcher of Zacapa". Amnesty International cited estimates that 3,000 to 8,000 peasants were killed by the army and paramilitary organizations in Zacapa and Izabal under Colonel Arana between October 1966 and March 1968. Other estimates are that 15,000 peasants were killed to eliminate 300 suspected rebels. After July 1966, when President Julio César Méndez Montenegro signed a pact permitting the army to pursue a more aggressive counterinsurgency program, there was an influx of American military and security advisors in Guatemala. Up to 1,000 U. S. Green Berets were estimated to be operating in Zacapa during the 1966–68 period, providing training and support for Guatemalan counterinsurgency operations. Jonas claims that the ratio of military advisers to local military officials in Guatemala was the highest of any Latin American country in the late 1960s and 70s, and moreover that "there is substantial evidence of the direct role of U. S. military advisers in the formation of death squads: U. S. Embassy personnel were allegedly involved in writing an August 1966 memorandum outlining the creation of paramilitary groups, and the U. S. military attaché during this period publicly claimed credit for instigating their formation as part of "counterterror" operations." A retrospective analysis of U. S. government Biographic Register and Foreign Service Lists revealed that many of the same U. S. personnel operating in Guatemala during the 1960s and 70s also served in South Vietnam, particularly in Civil Operations and Revolutionary Development Support (CORDS).

Администрация Картера

В 1977 году администрация Картера опубликовала доклад, в котором правительство Гватемалы было названо "грубым и систематическим нарушителем прав человека", при этом отмечалось, что ситуация улучшается при администрации президента Кьеля Эухенио Лаугеруда Гарсии. Возмущенное этим докладом, правительство Лаугеруда отказалось от всей военной помощи США 11 марта 1977 года. Конгресс затем сократил военную помощь Гватемале в этом году и запретил ее предоставление после 1978 года. Несмотря на запрет, скрытая и открытая поддержка армии Гватемалы со стороны США продолжалась, поскольку администрация продолжала отправлять оборудование в Гватемалу через ЦРУ или переклассифицировала военные материалы как гражданские. В 1978, 1979 и 1980 финансовых годах (за которые администрация Картера несет ответственность), США предоставили Гватемале около 8,5 млн долларов в виде прямой военной помощи, в основном в виде кредитов на иностранные военные закупки, а также выдали экспортные лицензии на коммерческие поставки оружия на сумму 1,8 млн долларов, что незначительно отличается от показателей администраций Никсона и Форда. По словам Элиаса Барахоны, бывшего пресс-секретаря Министерства внутренних дел Гватемалы в период с 1976 по 1980 год, Соединенные Штаты также тесно сотрудничали с правительством генерала Ромео Лукаса Гарсии в разработке стратегий борьбы с партизанами в рамках "Программы по ликвидации коммунизма". Это было подтверждено и другими высокопоставленными государственными служащими, работавшими под руководством Лукаса Гарсии. Кроме того, реакция американских политиков в многосторонних кредитных организациях в период правления Картера была в лучшем случае неоднозначной, и экономическая и финансовая помощь продолжала поступать в Гватемалу. США проголосовали против только 2 из 7 многосторонних банковских кредитов, выданных Гватемале в период с октября 1979 года по май 1980 года. В августе 1980 года стало известно, что США полностью изменили свою позицию в отношении многосторонней помощи Гватемале. В то время США отказались наложить вето на кредит в размере 51 миллиона долларов от МБР, который предназначался для использования правительством в неспокойном регионе Киче на севере Гватемалы.

In 1977, the Carter administration published a report citing the Guatemalan government as a "gross and consistent human rights violator" while noting that the situation was improving under the administration of president Kjell Eugenio Laugerud García. Angered by this report, the Laugerud government renounced all U. S. military assistance on 11 March 1977. Congress then reduced military aid to Guatemala for that year and prohibited military aid after 1978. Despite the prohibition, covert and overt U. S. support for the Guatemalan army continued as the administration continued to send equipment to Guatemala through the CIA or reclassified military items as non military. In fiscal years 1978, 1979 and 1980 (the three years for which the Carter administration can be held responsible), the U. S. delivered approximately $8.5 million in direct military assistance to Guatemala, mostly Foreign Military Sales credits, as well as export licensing for commercial arms sales worth $1.8 million, a rate which differs very little from that of the Nixon Ford Administrations. According to Elias Barahona, former Press Secretary for the Ministry of Home Affairs in Guatemala from 1976 to 1980, the United States also worked closely with the government of Gen. Romeo Lucas Garcia on the development of anti guerilla strategies through the "Programme for the Elimination of Communism". This was also confirmed by several other senior civil servants who worked under Lucas Garcia. Additionally, the reaction of U. S. policymakers in multilateral lending institutions was at best ambiguous during the Carter administration and economic and financial aid continued to reach Guatemala. The U. S. only voted against 2 of 7 multilateral development bank loans for Guatemala between October 1979 and May 1980. In August 1980, it was reported that the U. S. had reversed its position entirely on multilateral development assistance to Guatemala. At that time, the U. S. refused to veto a $51 million loan from the IDB that was earmarked for government use in the turbulent Quiché area of northern Guatemala.

Рейган увеличивает военную помощь и сотрудничество

После избрания Рональда Рейгана США предприняли более активные меры для обеспечения тесных отношений с правительством Гватемалы. В апреле 1981 года команда президента Рейгана по национальной безопасности согласилась предоставить военную помощь гватемальскому режиму для уничтожения левых партизан и их "механизмов гражданской поддержки", согласно документу из Национального архива. США оказали армии Гватемалы военную логистическую поддержку, которая была переклассифицирована как невоенный "контроль региональной стабильности" с целью обхода эмбарго Конгресса. Эта помощь включала поставку 150 джипов и грузовиков стоимостью 3,2 миллиона долларов США, а также трех вертолетов Bell 212 и шести вертолетов Bell 412 стоимостью 10,5 миллиона долларов США, которые, по сообщениям, были жизненно важны для возможности армии Гватемалы транспортировать свои войска в горные районы для проведения операций по борьбе с повстанцами. Подполковник Джордж Мэйнс – бывший военный атташе США и начальник американской военной группы в Гватемале – также работал с начальником штаба армии Гватемалы Бенедикто Лукасом Гарсией над планированием и разработкой программы борьбы с повстанцами, которая была реализована режимом Лукаса Гарсии в горной местности в конце 1981 и начале 1982 года. Мэйнс поддерживал тесные отношения с генералом Бенедикто Лукасом, выступая в качестве советника по вопросам борьбы с повстанцами. В интервью журналисту-расследователю Аллену Найрну подполковник Мэйнс заявил, что Бенедикто Лукас регулярно консультировался с ним. Когда в 1982 году к власти пришел генерал Эфрайн Риос Монт, администрация увидела возможность оправдать оказание дополнительной помощи Гватемале, включая поставку запасных частей для вертолетов на сумму 4 миллиона долларов. В октябре 1982 года выяснилось, что спецназ армии США инструктирует курсантов армии Гватемалы широкому спектру тактик борьбы с повстанцами в Escuela Politecnica – главной школе подготовки офицеров армии Гватемалы. Капитан Джесси Гарсия, 32-летний боец спецназа, которого газета New York Times опросила во время учебных маневров в октябре 1982 года, описал свою работу в Гватемале как "не сильно отличающуюся" от работы американских советников в Сальвадоре. Спецназ США действовал в Гватемале как минимум с 1980 года под прикрытием Программы обмена личным составом и официально классифицировался как "преподаватели английского языка". Учебная программа для гватемальских курсантов, предлагаемая американским спецназом в этот период, включала обучение наблюдению, стрелковому оружию, артиллерии, подрывному делу, засадам, "тактике штурмовых вертолетов" и методам разрушения городов. Другой американский боец спецназа, опрошенный New York Times, майор Ларри Салмон, который действовал в Гватемале с 1980 по 1982 год, рассказал, как он помогал гватемальцам планировать тактическую подготовку и проводил инструктаж для парашютной бригады гватемальской армии. К 1983 году также было подтверждено, что гватемальские военные офицеры вновь проходят обучение в Школе Америки в Панаме. В начале 1982 года, с разрешения Государственного департамента и Пентагона, десять американских легких танков M41 Walker Bulldog были незаконно доставлены в Гватемалу компанией ASCO – бельгийской компанией – за 34 миллиона долларов США. Эти 10 танков входили в состав груза из 22 танков, отправленных правительством США из Бельгии в Доминиканскую Республику. Было выгружено только двенадцать танков, а остальные были отправлены гватемальским военным в Пуэрто-Барриос на Карибском побережье.

After the election of Ronald Reagan, the U. S. undertook more active measures to ensure close relations with the Guatemalan government. In April 1981, President Reagan's national security team agreed to supply military aid to the Guatemalan regime in order to exterminate leftist guerrillas and their "civilian support mechanisms," according to a document from the National Archives. The U. S. provided military logistical support to the Guatemalan Army, which was reclassified as non military "regional stability controls" to circumvent the Congressional Embargo. Such aid included a $3.2 million shipment of 150 jeeps and trucks and shipments of three Bell 212 and six Bell 412 helicopters – worth $10.5 million – which were reportedly indispensable to the Guatemalan Army's capacity to transport its troops into the highlands for counterinsurgency sweeps. Lieutenant Col. George Maynes – former U. S. Defense Attache and Chief of the U. S. MilGroup in Guatemala – also worked with Guatemalan Army Chief of Staff Benedicto Lucas Garcia in the planning and development of the counterinsurgency program which was implemented by the Lucas Garcia regime in the highlands in late 1981 and early 1982. Maynes had close relations with Gen. Benedicto Lucas, functioning as an advisor in counterinsurgency matters. In an interview with investigative journalist Allen Nairn, Lt. Col. Maynes stated that Benedicto Lucas consulted with him on a regular basis. When Gen. Efrain Rios Montt seized power in 1982, the administration saw an opportunity to justify additional aid for Guatemala, including a $4 million shipment of helicopter spare parts. In October 1982, it was discovered that the U. S. Army Special Forces were instructing Guatemalan Army cadets in a wide range of counterinsurgency tactics at the Escuela Politecnica, the Guatemalan Army's main officer training school. Captain Jesse Garcia, a 32 year old Green Beret interviewed by the New York Times during a training exercise in October 1982, described his work in Guatemala as "not much different" than that of U. S. advisors in El Salvador. The U. S. Special Forces had been operating in Guatemala since at least 1980 under the guise of the Personnel Exchange Program, and were officially classified as "English Instructors". The curriculum offered to Guatemalan cadets by the U. S. Special Forces during this period included training in surveillance, small arms, artillery, demolitions, ambushes, "helicopter assault tactics" and how to destroy towns. Another U. S. Green Beret interviewed by the New York Times – Major Larry Salmon – who had operated in Guatemala from 1980 to 1982, described how he had helped the Guatemalans plan their tactical training and had given course instructions to the Guatemalan Army Parachute Brigade. By 1983, it was also confirmed that Guatemalan military officers were once again being trained at the U. S. School of the Americas in Panama. In early 1982, with authorization from the State Department and The Pentagon, ten American made M41 Walker Bulldog light tanks were illegally delivered to Guatemala by ASCO – a Belgian company – at a cost of US$34 million. The 10 tanks were part of a U. S. government authorized shipment of 22 tanks from Belgium to the Dominican Republic. Only twelve of the tanks were unloaded and the remainder were shipped to the Guatemalan military in Puerto Barrios on the Caribbean coast.

Администрация Рейгана отвергает сообщения о нарушениях прав человека

В 1984 году Human Rights Watch раскритиковала президента США Рональда Рейгана за его визит к Риосу Монтту в Гондурас в декабре 1982 года, где Рейган отверг сообщения о нарушениях прав человека, поступавшие от известных правозащитных организаций, и при этом утверждал, что Риос Монтт незаслуженно подвергается критике. Human Rights Watch сообщила, что вскоре после этого администрация Рейгана объявила об отмене пятилетнего запрета на продажу оружия и, более того, одобрила продажу военных запасных частей на сумму 6,36 миллиона долларов Риосу Монтту и его силам. Human Rights Watch определила степень ответственности США следующим образом:

Учитывая ее долгую историю оправданий правительства Гватемалы и неспособность публично отказаться от этих оправданий даже в момент разочарования, мы считаем, что администрация Рейгана несет сооветствующую долю ответственности за грубые нарушения прав человека, совершаемые правительством Гватемалы. В январе 1983 года, вскоре после высказывания президента Рейгана о "незаслуженной критике", помощник госсекретаря по правам человека Эллиотт Абрамс выступил по телевидению в защиту объявленного возобновления военной помощи: он заявил, что винить в массовых убийствах армией и последовавшем за этим потоке беженцев следует "партизан, воюющих с правительством". Резни и беженцы – "цена стабильности". По мере роста оппозиции политике США, лондонский журнал The Economist через три месяца отметил: "Либеральные американцы могут обоснованно ожидать, что условием военной помощи Гватемале станет смягчение политических преследований умеренной оппозиции, что в конечном итоге сыграло на руку крайне левым силам".

Поддержка военной разведки

Координатор CEH Кристиан Томусшат заявил, что до середины 1980-х годов правительство Соединенных Штатов и американские транснациональные корпорации оказывали сильное давление «для поддержания архаичных и несправедливых социально-экономических структур страны». Кроме того, по его словам, американские спецслужбы, включая ЦРУ, оказывали прямую и косвенную поддержку «некоторым незаконным государственным операциям». В 1980-х и 1990-х годах ЦРУ наняло гватемальских сотрудников разведки в качестве информаторов и снабжало их разведданными для их военных усилий против партизан, фермеров, крестьян и других противников. Среди них полковник Хулио Роберто Альпирес, командующий базой Секции военной разведки (G 2). Альпирес обсуждал в интервью, как ЦРУ помогло консультировать и управлять G2. Он утверждал, что агенты США обучали сотрудников G2. Альпирес описал участие в сессиях ЦРУ на базах G2 по тактике «контра-подрывной деятельности» и «как управлять факторами власти», чтобы «укрепить демократию». Он сказал, что чиновники ЦРУ были доступны для ответов на вопросы G2, и что G2 часто консультировалась с агентством о том, как решать «политические проблемы». Агентство также помогло предоставить «техническую помощь», включая коммуникационное оборудование, компьютеры и специальное огнестрельное оружие, а также совместное использование вертолетов, принадлежащих ЦРУ, которые вылетали из ангара в гражданском аэропорту Ла-Аврора и с отдельного авиационного объекта США. ЦРУ также снабжало гватемальскую армию и G 2 «гражданской материальной помощью», которая включала в себя медицинские принадлежности, металлические детали джипов образца Вьетнамской войны, компасы и рации. Когда его попросили обобщить отношения ЦРУ с Управлением военной разведки (D 2), один из командиров D 2 заявил: «Это довольно просто, и я не буду это отрицать: между 1960-ми и 1990-ми годами у нас была структура, созданная ЦРУ. Деньги, ресурсы, обучение и связи поступали все от и через ЦРУ. Это происходило потому, что наша разведка, в конечном счете, должна была служить интересам США». В докладе Совета по надзору за разведкой от 1996 года говорится, что военная помощь была прекращена во время администрации Картера, но позже возобновлена при администрации Рейгана. «После того, как в 1985 году было избрано гражданское правительство во главе с президентом Церезо, открытая нелетальная военная помощь США Гватемале возобновилась. Однако в декабре 1990 года, в основном в результате убийства гражданина США Майкла ДеВайна членами гватемальской армии, администрация Буша приостановила почти всю открытую военную помощь». «Средства, которые ЦРУ предоставило гватемальским службам связи, были жизненно важны для D 2 и Archivos». ЦРУ «продолжало оказывать эту помощь после прекращения открытой военной помощи в 1990 году». «Общий уровень финансирования ЦРУ гватемальских служб последовательно снижался с 3,5 миллиона долларов в 1989 финансовом году до 1 миллиона в 1995 году». В докладе говорится, что «связь ЦРУ с гватемальскими службами также принесла пользу интересам США, заручившись помощью главной разведки и службы безопасности Гватемалы – военного разведывательного управления (D 2) – в таких областях, как отмена «автопереворота» 1993 года». «В условиях сильных протестов граждан Гватемалы и международного сообщества (включая Соединенные Штаты) и, что самое главное, в условиях отказа гватемальской армии поддержать его, «автопереворот» в стиле Фухимори президента Серрано потерпел неудачу». и заявила, что несколько членов администрации Джорджа Буша-старшего «клеветали» на нее, отрицая ее историю. Во время поездки в Гватемалу в 1999 году после публикации доклада Комиссии по установлению истины президент США Билл Клинтон принес извинения, заявив, что «поддержка военных сил или разведывательных подразделений, которые участвовали в насильственных и широко распространенных репрессиях, описанных в докладе, была неправильной». К 1983 году газета New York Times сообщила, что Израиль не только действовал в качестве суррогата для Соединенных Штатов (по аналогии с его действиями в Никарагуа), но также работал над противодействием Советскому Союзу и расширением рынка израильского оружия. По подсчетам Стокгольмского международного института исследований мира (SIPRI), 39 процентов оружия, импортированного Гватемалой в период с 1975 по 1979 год, было из Израиля. Эти поставки включали автоматические винтовки Galil, пистолеты-пулеметы IMI Uzi, пулеметы общего назначения FN MAG, самолеты IAI Arava STOL, бронированные автомобили RBY MK 1, патрульные катера, полевые кухни и большие количества боеприпасов. Многочисленные источники – включая израильскую прессу – оценивали, что в Гватемале действовали до 300 израильских советников. Характер консультативной роли Израиля в Гватемале включал обучение разведке и наблюдению, а также курсы по борьбе с городским партизанским движением. При финансировании USAID израильские специалисты – действуя в качестве субподрядчиков для Соединенных Штатов – проводили семинары по пыткам с «контрас» в Гватемале, Никарагуа и Гондурасе. Высокопоставленные офицеры из Гватемалы также посещали курсы по допросам в Тель-Авиве – также при финансировании USAID. Хотя Израиль был в основном прокси для Соединенных Штатов, влияние израильской подготовки и роль израильских советников в ведении войны в этот период неоднократно подчеркивались высшими гватемальскими военными чиновниками в 1980-х годах. В 1981 году начальник штаба гватемальской армии генерал Бенидикто Лукас Гарсия – архитектор политики «выжженной земли» гватемальской армии – провозгласил, что «израильский солдат является образцом для наших солдат». В интервью ABC News в 1982 году генерал Эфраин Риос Монтт приписал успех своего переворота тому факту, что его солдаты «были обучены израильтянами». Генерал Родольфо Лобос Самора, ведущий военный чиновник во время конфликта, упомянул Соединенные Штаты, Израиль и Аргентину как страны, которые «спонтанно» предложили военную помощь Гватемале. Несмотря на некоторую публичную похвалу Израилю, некоторые гватемальские чиновники тем не менее критиковали роль Израиля. Генерал Эктор Грамахо заявил в интервью: «Возможно, некоторые израильтяне научили нас разведке, но по причинам бизнеса торговцы оружием (израильские) воспользовались нами, продавая нам оборудование в три раза дороже».

The CEH's coordinator, Christian Tomuschat, stated that until the mid 1980s the United States government and U. S. based multinationals exerted strong pressures "to maintain the country's archaic and unjust socioeconomic structures." In addition, he said, U. S. intelligence agencies, including the CIA, provided direct and indirect support to "some illegal state operations". In the 1980s and 1990s, the CIA employed Guatemalan intelligence officials as informants and supplied them with intelligence for their war efforts against guerrillas, farmers, peasants, and other opponents. Among them, Colonel Julio Roberto Alpirez, base commander of the Military Intelligence Section (G 2). Alpirez discussed in an interview how the CIA helped advise and to run G 2. He claimed that U. S. agents trained G 2 men. Alpirez described attending CIA sessions at G 2 bases on "contra subversion" tactics and "how to manage factors of power" to "fortify democracy." He said the CIA officials were on call to respond to G 2 questions, and that the G 2 often consulted the agency on how to deal with "political problems." The agency also helped to provide "technical assistance" including communications equipment, computers and special firearms, as well as collaborative use of CIA owned helicopters that were flown out of a piper hangar at La Aurora civilian airport and from a separate U. S. Air facility. The CIA also supplied the Guatemalan army and G 2 with "civil material assistance," which included medical supplies, Vietnam era metal jeep parts, compasses, and walkie talkies. When asked to summarize the CIA's relations with the Army Intelligence Directorate (D 2), one D 2 commander stated, "It's quite simple and I won't deny it: between the 1960s and 1990s, we had a structure from the CIA. The money, the resources, the training, and the relations were all from and through the CIA. This was the case because our intelligence, in the end, has had to serve the interests of the U. S."

An Intelligence Oversight Board report from 1996 writes that military aid was stopped during the Carter administration but later resumed under the Reagan Administration. "After a civilian government under President Cerezo was elected in 1985, overt non lethal U. S. military aid to Guatemala resumed. In December 1990, however, largely as a result of the killing of U. S. citizen Michael DeVine by members of the Guatemalan army, the Bush administration suspended almost all overt military aid." "The funds the CIA provided to the Guatemalan liaison services were vital to the D 2 and Archivos." The CIA "continued this aid after the termination of overt military assistance in 1990." "Overall CIA funding levels to the Guatemalan services dropped consistently from about $3.5 million in FY 1989 to about 1 million in 1995." The report writes that "the CIA's liaison relationship with the Guatemalan services also benefited U. S. interests by enlisting the assistance of Guatemala's primary intelligence and security service – the army's directorate of intelligence (D 2) – in areas such as reversing the 'auto coup" of 1993'" "In the face of strong protests by Guatemalan citizens and the international community (including the United States) and – most importantly – in the face of the Guatemalan army's refusal to support him, President Serrano's Fujimori style 'auto coup' failed." and said that several members of the George H. W. Bush administration "slandered" her by denying her story. On a trip to Guatemala in 1999 after the publication of the Truth Commission report, U. S. President Bill Clinton issued an apology declaring that "support for military forces or intelligence units which engaged in violent and widespread repression of the kind described in the report was wrong." By 1983, the New York Times reported that Israel was not only acting as a surrogate for the United States (in a similar fashion to its actions in Nicaragua), but also working to oppose the Soviet Union and grow the market for Israeli arms. The Stockholm International Peace Research Institute (SIPRI) calculates that 39 percent of Guatemala's weapons imports between 1975 and 1979 were from Israel. These shipments included Galil automatic rifles, IMI Uzi submachine guns, FN MAG general purpose machine guns, IAI Arava STOL aircraft, RBY MK 1 armored cars, patrol boats, field kitchens, and large quantities of ammunition. Numerous sources – including the Israeli press – estimated that up to 300 Israeli advisors were operating in Guatemala. The nature of Israel's advisory role in Guatemala included training in intelligence and surveillance and courses in urban counterinsurgency. With funding from USAID, Israeli specialists – acting as subcontractors for the United States – held torture workshops with the Contras in Guatemala, Nicaragua and Honduras. High ranking officers from Guatemala also attended courses in interrogation in Tel Aviv – also with funds from USAID. Though primarily a proxy for the United States, impact of Israeli training and the role of Israeli advisors in prosecuting the war during this period was publicly emphasized numerous times by top ranking Guatemalan military officials during the 1980s. In 1981, Guatemalan Army Chief of Staff Gen. Benedicto Lucas Garcia – the architect of the Guatemalan army's "scorched earth" policy – proclaimed that the "Israeli soldier is the model for our soldiers". In a 1982 interview with ABC News, Gen. Efraín Ríos Montt attributed the success of his coup to the fact that his soldiers "were trained by Israelis". General Rodolfo Lobos Zamora, a leading military official during the conflict, mentioned the United States, Israel, and Argentina as countries that "spontaneously" offered military aid Guatemala. Despite some public praise for Israel, some Guatemalan officials were nonetheless critical of Israel's role. General Héctor Gramajo stated in an interview, "Maybe some Israeli's taught us intelligence but for reasons of business The hawks (Israeli arms merchants) took advantage of us, selling us equipment at triple the price."

Аргентинская поддержка

Военные режимы в Южноамериканском Южном конусе оказывали материальную поддержку и проводили обучение для правительства Гватемалы. Аргентина, в частности, являлась важным источником как материальной помощи, так и вдохновения для гватемальских военных. Многие тактики, используемые гватемальскими силами безопасности, были схожи с теми, что применялись Аргентиной во время «грязной войны». Вовлечение Аргентины в сотрудничество с правительством Гватемалы вписывалось в более широкий контекст операции «Чарли» – секретной операции (поддерживаемой ЦРУ), направленной на предоставление разведывательной подготовки и помощи в борьбе с повстанцами правительствам Сальвадора, Гондураса и Гватемалы в дополнение к операциям США в регионе. Считается, что участие Аргентины в Гватемале началось в 1980 году и заключалось в обучении методам борьбы с повстанцами, многие из которых использовались режимом Виделы во время его собственной «грязной войны» против левых «подрывников» и подозреваемых партизан. Аргентинские военные советники, направленные в Гватемалу (а также в Сальвадор и Гондурас), были ветеранами «грязной войны», знакомыми с методами, применяемыми военными и силами безопасности, и имевшими опыт в использовании пыток и политических убийств. Отряд печально известного батальона 601 разведки (элитного батальона аргентинских спецназов) работал непосредственно с отрядами смерти. Благодаря своим связям в гватемальских силах безопасности, аргентинцы были вовлечены в деятельность «Тайной антикоммунистической армии» (ESA), которая совершила тысячи убийств левых политических активистов, студентов, профсоюзных деятелей и других лиц в Гватемале во время режима Лукаса Гарсии в рамках своей «кампании по умиротворению». Аргентинские военные советники также участвовали в сельском контрнаступлении гватемальской армии в 1981 году в ходе «Операции Пепел-81». Сотрудничество Аргентины с правительствами Центральной Америки прекратилось во время Фолклендской войны в 1982 году. Одним из аргентинских офицеров разведки, который, как известно, активно действовал в Гватемале в тот период, был Альфредо Марио Минголла, участвовавший в «кокаиновом перевороте» 1980 года в Боливии, в результате которого к власти пришел генерал Луис Гарсия Меса. С помощью бывшего офицера СС и нацистского военного преступника Клауса Барби и аргентинских советников, таких как Минголла, боливийский режим жестоко подавлял оппозицию. Минголла также был одним из аргентинских советников, участвовавших в обучении батальона 3-16 в Гондурасе при поддержке ЦРУ, который несёт ответственность за сотни исчезновений. В Гватемале Минголла работал с военной разведкой (G2), которая координировала многие убийства и исчезновения в Гватемале. Помимо обучения офицеров в Гватемале, аргентинские советники предположительно обучали гватемальских офицеров в Гондурасе. Аргентинское обучение гватемальцев в Гондурасе было подтверждено перебежчиком из батальона 3-16, Хосе Федерико Валье, который описал свою подготовку в разведке в 1980 году. Валье был одним из 120 стажеров из нескольких стран Центральной Америки, посещавших курсы, проводимые американскими, аргентинскими, чилийскими и панамскими советниками. Валье утверждает, что среди этих стажеров было от 60 до 70 офицеров из Сальвадора и Гватемалы. Гватемальцы также проходили обучение в Аргентине. В октябре 1981 года правительство Гватемалы и аргентинская военная хунта формализовали секретные соглашения, расширившие участие Аргентины в правительственных операциях по борьбе с повстанцами. В рамках соглашения двести гватемальских офицеров были отправлены в Буэнос-Айрес для прохождения углубленной военной разведывательной подготовки, включавшей обучение методам допроса. Аргентина также поставляла военную технику гватемальскому режиму в конце 1970-х и начале 1980-х годов, хотя объём этих поставок неизвестен. Правительство Аргентины известно поставками оружия и техники израильского производства гватемальским военным в несколько эпизодов.

Military regimes in the South American Southern Cone provided material support and training to the Guatemalan government. Argentina
in particular was a prominent source of both material aid and inspiration to the Guatemalan military. Many of the tactics used by the Guatemalan security forces were similar to those used by Argentina during the Dirty War. Argentina's involvement with the Guatemalan government fit within the broader context of Operation Charly, a covert operation (backed by the CIA) aimed at providing intelligence training and counterinsurgency assistance to the governments in El Salvador, Honduras and Guatemala as a supplement to U. S. operations in the region. Argentine involvement in Guatemala is believed to have begun in 1980 and consisted of training in counterinsurgency methods, many of which were employed by the Videla regime during its own "dirty war" against leftist "subversives" and suspected guerillas. Argentine military advisors sent to Guatemala (as well as El Salvador and Honduras) were veterans of the "dirty war" who were familiar with the techniques employed by the military and security forces and were experienced in the use of torture and political assassination. A squadron of the notorious Batallón de Inteligencia 601 (Argentina's elite special forces battalion) worked directly with the death squads. Through its connections in the Guatemalan security forces, the Argentines were involved with the 'Secret Anticommunist Army' (ESA) carried out thousands of assassinations of leftist political activists, students, unionists and others in Guatemala City during the Lucas Garcia regime as part of its "pacification campaign." Argentine military advisors also participated in the Guatemalan army's rural counteroffensive in 1981 during "Operation Ash 81". Argentina's collaboration with the governments in Central America came to an end during the Falklands War in 1982. One Argentine intelligence officer who is known to have been active in Guatemala during this time is Alfredo Mario Mingolla, who participated in the 1980 'Cocaine Coup' in Bolivia which put General Luis García Meza in power. With the help of former SS officer and Nazi German war criminal Klaus Barbie and Argentine advisors such as Mingolla, the Bolivian regime violently repressed its opposition. Mingolla was also one of the Argentine advisors known to have been involved in training Battalion 3–16 in Honduras with the CIA, which was responsible for hundreds of disappearances. In Guatemala, Mingolla worked with the military intelligence services (G 2), which was responsible for coordinating many of the assassinations and disappearances in Guatemala. In addition to training officers in Guatemala, Argentine advisors are alleged to have trained Guatemalan officers in Honduras. Argentine training of Guatemalans in Honduras has been attested to by a defector from Battalion 3–16, Jose Federico Valle, who described his training in intelligence in 1980. Valle was one of 120 trainees from several Central American countries who attended courses offered by American, Argentine, Chilean and Panamanian advisors. Valle claims that among these trainees were 60 to 70 officers from El Salvador and Guatemala. Guatemalans were also trained in Argentina as well. In October 1981, the Guatemalan government and the Argentine military junta formalized secret accords which augmented Argentine participation in government counterinsurgency operations. As part of the agreement, two hundred Guatemalan officers were dispatched to Buenos Aires to undergo advanced military intelligence training, which included instruction in interrogation. Argentina also provided shipments of military hardware to the Guatemalan regime in the late 1970s and early 1980s, though the scale of these shipments is unknown. The government of Argentina is known to have supplied quantities of Israeli made weapons and hardware to the Guatemalan military on several occasions.

Южноафриканская поддержка

В 1980-х годах гватемальские спецслужбы поддерживали тайные связи с Южной Африкой. Известно, что Южная Африка оказывала правительству Гватемалы военную консультативную помощь и проводила обучение тактике борьбы с повстанческим движением, основанной на опыте, который Южноафриканские оборонные силы (САДФ) и военизированные формирования (такие как Koevoet) применяли в Намибии и других странах. Особенно интересовал G2 опыт южноафриканцев в борьбе с кубинскими войсками в Анголе. Это сотрудничество происходило в период, когда Южная Африка поддерживала тесные отношения с Соединенными Штатами и Израилем, которые являлись ключевыми союзниками гватемальского режима. В то время ЦРУ активно поддерживало усилия режима апартеида по подрыву правительства МПЛА в Анголе, главным образом через поддержку ЮНИТА. Израиль также оказал помощь Южной Африке в развитии собственной оборонной промышленности в период ее растущей международной изоляции. Хотя полный масштаб этого сотрудничества неизвестен, сообщается, что в начале 1983 года ряд гватемальских офицеров посетили Южную Африку и Намибию для изучения южноафриканских методов, применяемых против движения за независимость SWAPO. По имеющимся данным, Южная Африка также предлагала отправить в Гватемалу войска для борьбы с повстанцами, однако реакция гватемальских коллег на это предложение неизвестна. Кроме того, в ноябре следующего года сообщалось, что высокопоставленные южноафриканские генералы Л. Б. Эразм и Александр Потгетер возглавили делегацию САДФ в Гватемале, которая посетила гватемальские военные базы и объекты и провела переговоры с высокопоставленными представителями правительства Мехиа Виктореса по вопросам военной помощи.