Метопы Парфенона: История и Судьба Афинских Скульптур

Введение

Мраморная скульптура из Афинского акрополя

Метопы Парфенона – это сохранившийся комплекс из первоначально 92 квадратных резных плит из пентелийского мрамора, расположенных над колоннами перистиля Парфенона на Афинском акрополе. Если над их созданием работало несколько художников, то главным строителем, несомненно, был Фидий. Они были вырезаны между 447 или 446 г. до н.э. и, позднее, 438 г. до н.э., при этом 442 г. до н.э. считается наиболее вероятной датой завершения. Большинство из них сильно повреждены. Как правило, на каждой метопе изображены две фигуры, находящиеся в действии или в состоянии покоя. Интерпретации этих метоп носят лишь предположительный характер, основываясь на едва различимых силуэтах фигур и их сравнении с другими произведениями искусства того времени (преимущественно вазами). На каждой стороне здания представлена одна тема, изображающая сражение: Амазономахия на западе, падение Трои на севере, Гигантомахия на востоке и битва кентавров и лапифов на юге. Метопы имеют исключительно военную тематику, подобно украшению хризоэлефантинной статуи Афины Парфенос, находившейся в Парфеноне. По-видимому, это отражение противопоставления порядка и хаоса, человека и животного (иногда звериных инстинктов в человеке), цивилизации и варварства. Эта общая тема рассматривается как метафора Мидийских войн и, следовательно, триумфа Афин. Большинство метоп были систематически разрушены христианами во время превращения Парфенона в церковь в VI или VII веке н.э. Взрыв порохового склада, устроенного османами в здании, произошел во время осады Афин венецианцами в сентябре 1687 года, что усугубило разрушения. Южные метопы сохранились лучше всего. Пятнадцать из них находятся в Британском музее в Лондоне, а одна – в Лувре. Метопы с других сторон, сильно поврежденные, хранятся в Музее Акрополя в Афинах или остаются на месте, на самом здании. В настоящее время продолжаются переговоры между представителями Великобритании и Греции о будущем метоп, находящихся в Лондоне.

The metopes of the Parthenon are the surviving set of what were originally 92 square carved plaques of Pentelic marble originally located above the columns of the Parthenon peristyle on the Acropolis of Athens. If they were made by several artists, the master builder was certainly Phidias. They were carved between 447 or 446 BC. or at the latest 438 BC, with 442 BC as the probable date of completion. Most of them are very damaged. Typically, they represent two characters per metope either in action or repose. The interpretations of these metopes are only conjectures, starting from mere silhouettes of figures, sometimes barely discernible, and comparing them to other contemporary representations (mainly vases). There is one theme per side of the building, representing a fight each time: Amazonomachy in the west, fall of Troy in the north, Gigantomachy in the east and fight of Centaurs and Lapiths in the south. The metopes have a purely warlike theme, like the decoration of the chryselephantine statue of Athena Parthenos housed in the Parthenon. It seems to be an evocation of the opposition between order and chaos, between the human and the animal (sometimes animal tendencies in the human), between civilization and barbarism. This general theme is considered to be a metaphor for the Median wars and thus the triumph of the city of Athens. The majority of metopes were systematically destroyed by Christians at the time of the transformation of the Parthenon into a church towards the sixth or the seventh century AD. A powder magazine installed in the building by the Ottomans exploded during the siege of Athens by the Venetians in September 1687, continuing the destruction. The southern metopes are the best preserved. Fifteen of them are in the British Museum in London and one is in the Louvre. Those of the other sides, badly damaged, are in the Acropolis Museum in Athens, or still in place on the building. Discussions between UK and Greek officials about the future of the metopes in London are ongoing.

Парфенон

В 480 году до н.э. персы разграбили Акрополь в Афинах, включая «предпарфенон», находившийся тогда в стадии строительства. После побед при Саламисе и Платеях афиняне дали клятву не восстанавливать разрушенные храмы, а оставить их в прежнем виде, в память о персидском «варварстве». Власть Афин постепенно росла, главным образом в рамках Делосского союза, который они контролировали всё более гегемонически. В конечном итоге, в 454 году до н.э., сокровище союза было перенесено из Делоса в Афины. Затем была запущена масштабная строительная программа, финансируемая этим сокровищем, в числе прочего – Парфенон. Это новое здание не предназначалось для использования в качестве храма, а как сокровищница для размещения колоссальной хризоэлефантинной статуи Афины Парфенос. Парфенон возводился между 447 и 438 годами до н.э. «Предпарфенон» (малоизвестный) был гексастилем. Его преемник, значительно больше по размерам, представлял собой октастиль (восемь колонн спереди и семнадцать по бокам перистиля) и имел ширину 30,88 метра и длину 69,50 метра. Секос (закрытая часть, окруженная перистилем) сам по себе имел ширину 19 метров. Таким образом, были созданы два больших помещения: одно, восточное, для размещения статуи высотой около дюжины метров, и другое, западное, для хранения сокровищ Делоского союза. Строительство было поручено Иктину, Калликрату и Фидию. Проект декора был традиционным по форме (пединменты и метопы), но беспрецедентным по масштабу. Пединменты были больше и сложнее, чем всё, что делалось ранее. Количество метопов (92), все вырезанные, было беспрецедентным и не повторялось впоследствии. Наконец, хотя храм был дорического ордера, украшение вокруг секоса (обычно состоящее из метопов и триглифов) было заменено фризом ионического ордера.

Общая структура

На дорических мраморных зданиях метопы украшали антаблемент над архитравом, чередуясь с триглифами. Они являлись напоминанием о деревянных балках, поддерживавших крышу. Пространство между триглифами, изначально простое, не украшенное каменное поле, вскоре стало использоваться для нанесения рельефной декорации. Парфенон украшали девяносто два полихромных метопа: четырнадцать на каждом из восточного и западного фасадов и тридцать два на каждой из северной и южной сторон. Для их идентификации ученые обычно нумеруют их слева направо римскими цифрами. Метопы вырезали из практически квадратных пентилийских мраморных плит высотой 1,20 метра при переменной, но в среднем 1,25 метра ширине. Изначально мраморный блок имел толщину 35 сантиметров: скульптуры были выполнены в высоком рельефе, даже в очень высоком рельефе по краю округлого выступа, возвышаясь примерно на 25 сантиметров. Метопы располагались на высоте около дюжины метров и содержали в среднем по два персонажа каждый. Ни одно древнегреческое здание никогда не украшалось таким количеством метопов, ни до, ни после постройки Парфенона. На Храме Зевса в Олимпии, построенном ранее Парфенона, резьбой были украшены только метопы внутреннего портика; на Храме Гефеста, современном Парфенону, резьбой были украшены только метопы восточного фасада и последние четыре (с восточной стороны) на северной и южной сторонах.

Темы и интерпретации

Нет древнего описания метоп, которое позволило бы дать окончательную интерпретацию. Первое литературное упоминание о резном убранстве Парфенона принадлежит Паусанию, написавшему во втором веке нашей эры; однако он описывает лишь фронтоны. Тем не менее, сопоставление с темами современной аттической керамики может предложить возможные интерпретации. Общая тема девяноста двух метоп носит исключительно воинственный характер, как и у хризоэлефантинной статуи Афины, но в отличие от фронтонов и фриза. Кажется, что это противопоставление порядка и хаоса, человека и животного (иногда различных животных инстинктов в человеке), цивилизации и варварства, даже Запада и Востока. В целом, это часто рассматривается как метафора персидских войн. В основе может лежать тема брака и того, как нарушение его гармонии приводит к хаосу. С тех пор, как и в других частях Парфенона, здесь прославлялись гражданские ценности, основой которых был брак между гражданами и их дочерьми. Метопы на восточной, северной и западной сторонах пострадали главным образом от систематического разрушения христианами в VI или VII веке: поэтому трудно точно установить, что они изображали. На востоке, наиболее почитаемой стороне, темой метоп была гигантомахия. Зевс и Гера (или Афина) изображались на центральных метопах, а сражения были организованы симметрично вокруг них. На западе изображались греки, сражающиеся с противниками в восточных одеяниях. Наиболее распространенная интерпретация – амазономахия; однако метопы настолько повреждены, что сейчас трудно определить, были ли противники греков мужчинами или женщинами. Если это были мужчины, то это могли быть персы; однако изображений персов на лошадях немного. Во время осады Афин венецианцами Франческо Морозини в 1687 году метопы на северной стороне были сильно повреждены взрывом порохового склада, находившегося в Парфеноне. Тем не менее, были предложены идентификации: на одной из метоп предположительно изображены Менелай и Елена, на другой – Эней и Анхис. Таким образом, главной темой этой стороны могло быть падение Трои. Наконец, южные метопы не пострадали от христианского иконоборчества, но были повреждены взрывом 1687 года. Последние сохранившиеся, расположенные по краям Парфенона, изображают битву кентавров и лапитов, но центральные метопы, известные лишь по рисункам, приписываемым Жаку Керре, вызывают споры об интерпретации. Некоторые археологи полагают, что это могла быть чисто афинская схватка между людьми и кентаврами.

There is no ancient description of metopes that could give a definitive interpretation. The first literary evocation of the carved decoration of the Parthenon was written by Pausanias in the second century AD; however, he only describes the pediments. Nevertheless, a comparison with the themes of contemporary Attic ceramics can suggest possible interpretations. The general theme of the ninety two metopes is purely warlike, as with the chryselephantine statue of Athena but in contrast to the pediments and the frieze. It seems to be an opposition between order and chaos, between the human and the animal (sometimes between the different animal tendencies in the human), between civilization and barbarism, even between the West and the East. The whole is often considered as a metaphor for the Persian war. An underlying theme could be that of marriage and the fact that the breakup of its harmony leads to chaos. From then on, as elsewhere on the Parthenon, there would be the celebration of the civic values whose marriage between citizens and daughters of citizens were its foundation. The metopes on the east, north, and west sides have suffered chiefly from a systematic destruction by Christians around the sixth or the seventh century: it is therefore difficult to know exactly what they represented. To the east, the most religiously important side, the theme of the metopes would be the gigantomachy. Zeus and Hera (or Athena) would be represented on the central metopes, the fights being organized symmetrically around them. To the west, they represented Greeks fighting opponents in oriental costume. The most common interpretation is that it is amazonomachy; however, the metopes have suffered such damage that it is difficult to now know if the opponents of the Greeks are male or female. If it were men, then they could be Persians; however, there are few representations of Persians on horseback. During the siege of Athens by the Venetians of Francesco Morosini in 1687, the metopes on the north side were badly damaged by the explosion of the powder reserve housed in the Parthenon. However, identifications have been proposed: one of the metopes would represent Menelaus and his neighbour Helen; another one Aeneas and Anchises. The general theme of this side could therefore be the fall of Troy. Finally, the southern metopes were not damaged by Christian iconoclasm, but suffered from the explosion of 1687. The last remaining, located at each end of the Parthenon, represent the fight of the Centaurs and Lapiths, but the Central metopes, known only by drawings attributed to Jacques Carrey give rise to controversies of interpretation. Some archaeologists consider that it could be a purely Athenian fight between humans and centaurs.

Скульптура и живопись

Метопы Парфенона вырезались в несколько этапов. Художник начинал с обрисовки контуров своих персонажей, затем удалял мрамор за пределами рисунка, до "основания" метопы, после чего отделял фигуру от основания и, наконец, дорабатывал сами фигуры. Возможно, в работе сотрудничали несколько скульпторов, каждый из которых специализировался на одном из этих этапов. Скульптурные работы выполнялись на земле, до установки метоп на вершине стен. Скульпторы, и их было немало, наверняка приступили к работе в 447 или 446 году до н.э., чтобы завершить ее до 438 года до н.э., когда начались работы над крышей; вероятной датой завершения является 442 год до н.э. или вскоре после него. Если резьба должна была быть закончена, то это не относилось к живописи или металлическим украшениям, которые могли быть добавлены позднее. Некоторые художники могли работать над несколькими метопами. Так, Посейдон на восточной метопе VI находится в той же позе, что и лапит на южной метопе II, а падающий гигант очень похож на лапита на южной метопе VIII, что может указывать на то, что они выполнены одним мастером, если это не просто вдохновение и подражание. Имя ни одного скульптора не сохранилось. Однако, учитывая значительные различия в качестве и стиле между метопами, весьма вероятно, что их создавали разные руки. Некоторые из них выглядят "старыми", что может быть связано со старшими или более консервативными мастерами, но они могли быть выполнены и раньше. Тот факт, что качество некоторых метоп уступает другим, также говорит о необходимости задействовать всех доступных скульпторов, учитывая масштаб работы. Последняя гипотеза объединяет все остальные: в начале строительства было нанято много художников, но по мере продвижения работы некомпетентные постепенно отсеивались, успев, тем не менее, создать первые, менее качественные метопы. Качество нескольких южных метоп настолько высоко, что можно предположить, что они были вырезаны последними; в некоторых случаях упоминаются имена скульпторов, таких как Мирон, Алкамен или сам Фидий. Роберт Спенсер Станиер в 1953 году оценил общую стоимость создания метоп в 10 талантов. Метопы Парфенона, как и вся декорация, были полихромными. Фон, вероятно, был красным, в отличие от триглифов среднего или темно-синего цвета. Также раскрашивался и карниз над метопами. Фигуры были расписаны, с выделенными глазами, волосами, губами, драгоценностями и складками одежды. Кожа мужских фигур должна была быть темнее, чем у женских. Некоторые метопы включали элементы пейзажа, которые, возможно, также были написаны. Декор завершался добавлением элементов (оружия, колес или упряжи) из бронзы или позолоченной бронзы, о чем свидетельствуют многочисленные крепежные отверстия: на южных метопах, наиболее хорошо сохранившихся, их более 120. Эти декоративные элементы могли также использоваться для более быстрой идентификации персонажей. Существует тесная связь между сюжетами метоп и хризелефантинной статуей Афины, сохранившейся в Парфеноне. Это может указывать на то, что Фидий был главным подрядчиком на строительстве.

The metopes of the Parthenon were carved in several stages. The artist began by drawing the contours of his characters; he then removed the marble outside the drawing, to the "bottom" of the metope; he went on detaching the figure from the bottom; he finished by refining the characters themselves. It is possible that several sculptors, each specialized in one of these stages, could have collaborated. The sculpture work had to be done on the ground, before the metopes were put in place, at the top of the walls. The sculptors, necessarily many, surely began to work from 447 or 446 BC to complete their work before 438 BC, when the work for the roof began; 442 BC or shortly thereafter is a likely completion date. Moreover, if the carved decoration had to be finished, it was not the same for painting or metal ornaments that could be added later. Some artists might have worked on several metopes. Thus, for the metope east VI, Poseidon is in the same position as the Lapith on the southern metope II, while the falling giant is very close to the Lapith on the southern metope VIII, which could mean that they are from the same hand; unless this is only inspiration and imitation. No sculptor's name has been preserved. However, since there are great differences in quality and style between the metopes, it is very likely that they were made by several hands. Some of them appear "old", seeming due to older or more conservative artists; but they could also have been done first. Those whose quality is not at the level of others also suggest that in view of the size of the site, it was necessary to employ all the sculptors available. The last hypothesis synthesizes all the others: at the beginning of the construction, many artists were hired; but as the work progressed, the incompetents were gradually discarded, not without having already produced the first metopes, of lower quality. Several southern metopes are of such quality that it has been concluded that they must have been carved among the last; in some cases, names of sculptors like Myron, Alcamenes or Phidias himself have been mentioned. Robert Spenser Stanier proposed in 1953 an estimate of a total cost of 10 talents for the realization of metopes. The metopes of the Parthenon were, like the rest of the scenery, polychrome. The background was certainly red, in contrast with triglyphs in medium or dark blue. The cornice above the metope also had to be coloured. The characters were painted, with eyes, hair, lips, jewels and draperies raised. The skins of the male figures were to be darker than those of the female characters. Some metopes included landscape features, perhaps painted as well. The decor was finished with the addition of elements (weapons, wheels or harness) in bronze or gilded bronze, as evidenced by the many fixing holes: there are more than 120 on the south metopes, the best preserved ones. These decorative elements could also be used to identify the characters more quickly. There are very strong links between the subjects of the metopes and the chryselephantine statue of Athena preserved in the Parthenon. This could mean that Phidias was the site's prime contractor.

История и сохранение

Парфенон был опустошен пожаром в неопределенную дату в поздней античности, что привело к серьезным повреждениям, включая разрушение крыши. Интенсивный жар растрескал многие мраморные элементы, включая антаблементы и, следовательно, метопы. Была проведена масштабная реставрация: крыша была восстановлена, но покрывала только внутреннее пространство; в результате метопы оказались более подвержены воздействию погодных условий (с лицевой и обратной сторон). До издания Фессалоникийского эдикта в 380 году Парфенон сохранял свою "языческую" религиозную функцию. По-видимому, затем последовал более или менее продолжительный период запустения. Где-то между шестым и седьмым веками здание было преобразовано в церковь. До этого момента девяносто два метопа оставались практически нетронутыми. Метопы на восточной, западной и северной сторонах впоследствии были систематически повреждены христианами, стремившимися уничтожить изображения древних богов. Сохранился лишь один северный метоп с двумя женскими фигурами, возможно, потому что он был истолкован как Благовещение (сидящая фигура справа – как Дева Мария, а стоящая слева – как Архангел Гавриил). Южные метопы избежали повреждений, возможно, из-за близости этой стороны Парфенона к краю Акрополя; возможно, потому, что Физиолог включил кентавров в свой символический бестиарий. Однако здание не пострадало ни во время преобразования церкви Парфенона в мечеть в XV веке, ни в течение последующих двух столетий. В 1674 году художник на службе у маркиза де Нуантеля (французского посла при Порте), предположительно Жак Карре, зарисовал значительную часть сохранившихся метопов, к сожалению, только с южной стороны. Большая часть метопов была уничтожена во время осады Афин венецианцами под командованием Франческо Морозини 26 сентября 1687 года при взрыве порохового склада Парфенона. После ухода венецианцев в 1688 году и возвращения османов в здании вновь разместилась мечеть. Разбросанные по руинам куски мрамора, включая фрагменты метопов, перерабатывались в известь или использовались в качестве строительного материала, например, при возведении стены Акрополя. В XVIII веке западные путешественники, становившиеся все более многочисленными, забирали скульптурные фрагменты в качестве сувениров.

The Parthenon was ravaged by a fire on an ill determined date during late antiquity, causing serious damage including the destruction of the roof. The intense heat cracked many marble elements, including entablatures and consequently metopes. An extensive restoration was carried out: the roof was redone but covered only the interior; the metopes were therefore more exposed (front and rear faces) to the weather. Until the Edict of Thessalonica in 380, the Parthenon retained its "pagan" religious role. It seems to have known then a more or less long period of abandonment. Somewhere between the sixth century and the seventh century, the building was turned into a church. Until then, the ninety two metopes had remained almost intact. Those on the east, west and north sides were then systematically damaged by the Christians, who wanted to erase the ancient gods. Only one northern metope, with two female figures, has survived, perhaps because interpreted as an Annunciation (the seated figure on the right interpreted as the Virgin Mary and the figure standing on the left as the Archangel Gabriel). The southern metopes have escaped, perhaps because this side of the Parthenon was too close to the edge of the Acropolis; perhaps because Physiologus includes the centaurs in his symbolic bestiary. The building, however, suffered no damage during the conversion of the Parthenon church to a mosque in the fifteenth century, nor during the two centuries that followed. In 1674, an artist in the service of the Marquis de Nointel (French ambassador to the Porte), perhaps Jacques Carrey, drew a large part of the metopes which remained, unfortunately only on the south side. Much of the metopes were destroyed during the siege of Athens by the Venetians commanded by Francesco Morosini on 26 September 1687 during the explosion of the Parthenon powder reserve. After the departure of the Venetians in 1688, and the return of the Ottomans, the building again housed a mosque. The pieces of marble scattered around the ruins, including fragments of metopes, were reduced to lime or reused as building material, in the wall of the Acropolis, for example. In the eighteenth century, Western travellers, more and more numerous, seized pieces of sculpture as souvenirs.

Западные метопы

Метопы 3–12 западного фасада остаются на месте по техническим причинам, тогда как метопы 1, 2, 13 и 14 были сняты в 2012 году из-за проблем с загрязнением и выставлены в Музее Акрополя. Также представлены отливки метопов 3–12. Однако оригиналы сильно повреждены, главным образом разрушением, устроенным христианами в VI веке, из-за чего трудно определить, что они изображают. Таким образом, Западная VI настолько повреждена, что даже невозможно различить какие-либо детали, и в Музее Акрополя нет ее отливки. Художник Уильям Парс, назначенный Обществом дилетантов сопровождать Ричарда Чендлера и Николаса Реветта во время второй археологической экспедиции, финансируемой Обществом, зарисовал около 1765–1766 годов западные метопы I, III, IV, V, VIII–XI и XIV. Его рисунки показывают, что во второй половине века они находились в состоянии ветхости, очень близком к тому, которое мы видим сегодня. Эти метопы были первыми, которые видели посетители Акрополя, поэтому выбор их темы был принципиально важен. Наиболее распространенная интерпретация – это Амазономахия, скорее всего, афинский эпизод битв между греками и воительницами-амазонками. Сюжет связан с Тесеем и царицей амазонок Антиопой (иногда называемой Ипполитой), которая, по разным сведениям, была похищена или последовала за афинским героем добровольно. Амазонки пересекли бы Босфор и вторглись в Аттику, чтобы вернуть свою правительницу. Афинское войско под предводительством Тесея успешно отразило бы восточных захватчиков. Однако тема остается спорной, во многом из-за плохого состояния скульптуры. Другая гипотеза заключается в том, что это могла быть битва с персами. Дискуссия сосредоточилась на одежде противников греков. Амазонки обычно изображаются в коротком хитоне с открытыми плечами. Но здесь некоторые носят хламиду, шляпу, сапоги и щит. С другой стороны, эти противники греков не носят характерных для персидских изображений штанов. Греки же обнажены (у двоих есть хламиды, в основном соскользнувшие), с мечом и щитом (80,26). Какую бы гипотезу ни принимали, для афинского гражданина или иностранного гостя очевидной интерпретацией этой западной композиции был провал вторжения персидской армии в Аттику во время персидских войн. В то время в Афинах уже существовало два фрески, изображающих Амазономахию: одна в герооне Тесея (еще не обнаружена), а другая в Стое Поикиле, приписываемая Микону, который включил в свою работу амазонок на лошадях. Эти фрески послужили вдохновением для художников при создании метопов Парфенона, а также для щита хризелефантиновой статуи. Каждая метопа изображает поединок между греком и амазонкой вокруг Тесея, центральной фигуры. Амазонки изображены поочередно верхом на лошадях (метопы запад I, III, V, VII(?), IX, XI, XIII) – победительницами, и пешими (метопы запад II, IV, VI(?), VIII, X, XII, XIV) – побежденными. Однако есть три исключения из этой череды. В западной метопе I изображена только амазонка на коне; в западной метопе II, кажется, что побеждает пешая амазонка, а не грек; в западной метопе VIII амазонка на коне, но, по-видимому, она побеждена. Амазонка в западной метопе I на коне, без противника. Это может означать прибытие подкрепления или арьергард. У нее могло быть копье, в этом случае ее потенциальная жертва исчезла. Маргарет Бибер предполагает, что это может быть сама Ипполита, пришедшая сражаться с греками. И симметрично, по мнению американского археолога, Тесей оказался бы в Западной XIV. От западной метопы II остались лишь сильно поврежденные бедра и торс греческого воина слева. Его можно опознать по круглому щиту на левой руке. Его противник должен был быть одет в короткий хитон. Сохранилась левая нога и верхняя часть тела. Можно предположить, что она, должно быть, держала меч над головой, готовясь нанести удар греку. Композиция западных метопов III, V, IX и XIII схожа, Западная V немного более повреждена, а Западная XIII лучше всего сохранилась. Амазонка, повернутая вправо, на лошади. Ее конь топчет обнаженного грека, лежащего на земле. Жест, который она делает, может заключаться в том, что она вонзает копье в тело своей жертвы. На ней короткий хитон, край которого все еще различим на Западной III. Побежденный грек опирается на левую руку в Западных III, V и IX, а на правую руку в Западной XIII. Западная XIII метопа напоминает заднюю часть волютного кратера, приписываемого художнику с шерстяными сатирами и хранящегося в Нью-Йорке. Павший афинянин также изображен на основании статуи IV века до нашей эры. В обоих этих случаях, на вазе и основании статуи, афинянин держит щит: таким образом, он мог быть и на метопе Западной XIII, из мрамора или бронзы. Грек слева на западной метопе IV, должно быть, схватил амазонку за волосы, прежде чем нанести ей смертельный удар, в жесте, напоминающем жест Гармодия в группе Тираноубийц. Осталась только правая нога грека, а другую ногу и его левую руку можно угадать в нижней части метопы. Сохранились бедра и бюст амазонки, наклоненной вправо. Западные метопы VI и VII полностью разрушены. Максимум, что можно угадать на Западной VII, – это конский хвост. Западная метопа VIII едва различима; то, что осталось, было реконструировано Прашникером, например, амазонка слева на скачущей лошади; она была бы одета в короткий хитон и развевающийся плащ за спиной. Она пыталась бы пронзить копьем своего противника. Справа грек надвигается на нее. В левой руке он держит круглый щит, который позволяет ему защититься от атаки амазонки. Над его головой в правой руке он держит оружие (копье?), которым собирается ударить своего врага. Эта метопа почти центральная и не соответствует чередованию амазонки на лошади / амазонки пешком; было предложено интерпретировать это как поединок между Тесеем и (новой) царицей амазонок. Западная метопа X сильно повреждена. Слева виден силуэт; она стоит на правом колене. Кажется, она поднимает свой щит, держащийся на левой руке, чтобы защититься. Форма этого щита, по-видимому, представляет собой пельту. Это амазонка пешком, побежденная греком. Его совсем не видно. Лошадь амазонки на метопе Западная XI движется в противоположном направлении (справа налево) от лошадей на эквивалентных метопах (Западные III, V, IX и XIII). Она перепрыгивает через тело мертвого греческого воина (в то время как на Западных III, V, IX и XIII афинянин собирается быть завершенным). Плащ всадницы развевается за ней. На западной метопе XII грек идентифицируется по следу его круглого щита слева от метопы. Остался только один силуэт. Амазонка справа полностью исчезла; можно только предположить, что она пешком. На западной метопе XIV битва между афинянином слева и амазонкой справа, по-видимому, подошла к концу. От грека, от которого остались бедра и торс, виден след круглого щита и за его головой фрагмент мрамора, который говорит о том, что он мог носить коринфский шлем (даже если он обнажен в другом месте). Его иногда отождествляют с Тесеем. Амазонка упала на колени, возможно, удерживаемая на плече своим противником. Она пытается избежать смертельного удара. Ее правая рука лежит на животе врага (жест мольбы?); ее левая рука сжимает левой локоть грека. Передняя часть ее короткого хитона была прекрасно сохранена в нижнем правом углу метопы. Фрагмент над ее плечом говорит о том, что она могла носить фригийский шлем или шапку. Эта метопа может означать конец целого…

Metopes 3 12 of the west façade are still in place due to technical reasons, while metopes 1, 2, 13, and 14 were removed in 2012 due to pollution concerns and are on display in the Acropolis Museum. Casts of metopes 3 12 are also on display. However, the originals have suffered much damage, mainly destruction by Christians in the 6th century, such that it is difficult to determine what they represent. Thus, West VI is so damaged that it is not even possible to discern anything, and there is no cast on display in the Acropolis Museum. The painter William Pars appointed by the Society of Dilettanti to accompany Richard Chandler and Nicholas Revett during the second archaeological expedition financed by the Society, drew around 1765–1766 the western metopes I, III, IV, V, VIII to XI and XIV. His drawings show that they were in the second half of the century in a state of disrepair very close to the one we currently know. These metopes were the ones that visitors to the Acropolis saw first: the choice of their theme was therefore essential. The most common interpretation is that it was the Amazonomachy, most probably the Athenian episode of these battles between the Greeks and the warrior women. It concerned Theseus and the Amazon Queen Antiope (sometimes called Hippolyte who, according to various accounts, would have been abducted or would have followed the Athenian hero voluntarily. The Amazons would have crossed the Bosphorus and invaded Attica to recover their sovereign. The Athenian army, led by Theseus, would have succeeded in repelling the eastern invader. However, the subject remains controversial, largely because of the poor condition of the sculpture. Another hypothesis is that it could be a fight against the Persians. The argument has centered on the clothes of the opponents of the Greeks. Amazons are usually represented wearing a short chiton with open shoulders. But here, some wear a chlamys a hat, boots and a shield. On the other hand, these opponents of the Greeks do not wear either the trousers characteristic of the representations of the Persians. The Greeks, meanwhile, are naked (two have a chlamys, mostly fallen), with sword and shield 80,26. Whatever the hypothesis adopted, for the Athenian citizen or the foreign visitor, the obvious interpretation of this western setting was the failure of the invasion of Attica by the Persian army during the Persian war. Two frescoes representing the Amazonomachy already existed in Athens at the time: one in the heroon of Theseus (not yet found) and the other in the Stoa Poikile attributed to Micon who included in his work Amazons on horseback. These frescoes served as an inspiration to artists for the metopes of the Parthenon, but also for the shield of the chryselephantine statue. Each metope represents a duel between a Greek and an Amazon, around Theseus, the central figure. The Amazons were represented alternately on horseback (metopes west I, III, V, VII (? ), IX, XI, XIII) victorious, and on foot (metopes west II, IV, VI (? ), VIII, X, XII, XIV) vanquished. There are however three exceptions to this alternation. The western metope I only has an Amazon on horseback; on the western metope II, it seems that it is the walking Amazon who is victorious and not the Greek; on the western metope VIII, the Amazon is on horseback, but she seems to be defeated. The Amazon in western metope I is on horseback, without an adversary. This could represent the arrival of reinforcements or the rearguard. She may have had a spear, in which case her potential victim has disappeared. Margarete Bieber speculates that it could be Hippolyte herself coming to fight with the Greeks. And symmetrically, according to the American archaeologist, Theseus would find himself in West XIV. From the west metope II remains only the very damaged hips and torso of the Greek warrior on the left. He is identifiable with his round shield on his left arm. His opponent had to be dressed in a short chiton. There is a left leg and upper body left. It is possible to consider that she must have had a sword over her head, preparing to strike the Greek. The composition of the western metopes III, V, IX and XIII is similar, West V being a little more damaged, West XIII being the best preserved. An Amazon turned to the right is on horseback. Her mount tramples the naked Greek lying on the ground. The gesture she makes could be that of thrusting her spear into the body of her victim. She wears a short chiton whose hem is still discernible on West III. The defeated Greek is leaning on the left arm in west III, V and IX, and on the right arm in the west XIII. West XIII metope recalls the back of a volute krater, attributed to the Painter of the Woolly Satyrs and preserved in New York. The fallen Athenian is also found on a statue base of the fourth century BC. In both these two cases, vase and base of statue, the Athenian holds a shield: it could thus have one also on the metope west XIII, in marble or in bronze. The Greek on the left on the western metope IV would have grabbed the Amazon by the hair before giving her the fatal blow, in a gesture reminiscent of that of Harmodios in the group of the Tyrannicides. Only the right leg of the Greek remains, while the other leg and his left arm can be guessed at on the bottom of the metope. There remains the hips and the bust of the Amazon, bent to the right. West metopes VI and VII are completely destroyed. At most, a ponytail can be guessed on West VII. The western metope VIII is hardly more legible; what remains has been reconstructed by Praschniker, for instance an Amazon on the left of a prancing horse; she would wear a short chiton and a floating cloak behind her. She would try to pierce with a spear her opponent. On the right, the Greek advances towards her. In the left arm, he holds a round shield that allows him to protect himself from the attack of the Amazon. Above his head, in the right hand, he holds a weapon (spear?) with which he is about to strike his enemy. This metope is almost central and does not correspond to the alternation Amazon on horse / Amazon on foot, it has been proposed to read this as the duel between Theseus and the (new) queen of the Amazons. The western metope X is badly damaged. A silhouette can be seen on the left; she has her right knee on the ground. She seems to lift her shield, held on her left arm, to protect herself. The shape of this shield seems to be that of a pelta. It would be an Amazon on foot, defeated by a Greek. This one has totally disappeared. The horse of the Amazon on the metope west XI goes in the opposite direction (from the right to the left) of that of the equivalent metopes (west III, V, IX and XIII). He leaps over the body of the dead Greek warrior (whereas on West III, V, IX and XIII, the Athenian is going to be completed). The coat of the rider flies behind her. On the western metope XII, the Greek is identified with the trace of his round shield, to the left of the metope. There remains only one silhouette. The Amazon on the right has totally disappeared; it is only possible to guess that she is on foot. On the western metope XIV, the fight between an Athenian on the left and an Amazon on the right seems to have come to an end. From the Greek, of which remains the hips and torso, the trace of a round shield and behind his head a fragment of marble that suggests that he could have worn a Corinthian helmet (even if he is naked elsewhere). He is sometimes identified with Theseus. The Amazon fell to her knees, perhaps held on the shoulder by her opponent. She tries to escape a fatal blow. She has her right hand resting on the belly of her enemy (gesture of supplication? ); his left hand grasps the left elbow of the Greek. The front of his short chiton was perfectly preserved in the lower right corner of the metope. A fragment above her shoulder suggests that she could wear a Phrygian helmet or cap. This metope could mean the end of the whole fight and the Athenian victory.

Северные метопы

Тринадцать из тридцати двух северных метопов пережили взрыв 1687 года, но уже были сильно повреждены разрушениями, нанесёнными христианами. Остальные девятнадцать исчезли, но найденные фрагменты позволяют нам делать предположения об их сюжетах. Шесть из них всё ещё сохранились на здании. Из-за степени их повреждения долгое время было трудно определить их тему. Адольф Михаэлис во второй половине XIX века предположил, что воин на правой стороне Северного XXIV может быть Менелаем, преследующим Елену, изображённую на Северном XXV. На последнем, помимо Елены справа, он отождествил фигуру слева с Афродитой, а две женские фигуры обрамлены маленьким Эросом в полёте слева и статуей Афины справа. Он основывал свою интерпретацию на двух текстах VII века до н.э.: «Осада Трои» Арктина Милетского и «Малая Илиада» Лесхеса Пиррского. Эта гипотеза Михаэлиса предполагает, что темой метопов на северной стороне мог быть захват Трои, даже если эта тема не отражена на статуе Афины Парфенос. Однако падение Трои могло бы стать логическим продолжением Амазономахии на западных метопах. Посетитель Акрополя идёт вдоль Парфенона с северной стороны, по самому очевидному и легкому пути (как и к Панафинейской дороге). Тогда эти две битвы были бы символически связаны, напоминая о том, что амазонки выбрали троянский лагерь. Кроме того, выбор расположить этот ночной эпизод на северном фасаде был обусловлен игрой со светом дня, который касался этих метопов, редко завися от времён года, создавая символическую темноту. Падение Трои было темой двух фресок Полигнота, которые могли послужить источником вдохновения для скульпторов метопов: одна — в Стое Поикиле, другая — в Леше Книдиан в Дельфах. В последней количество персонажей, упомянутых Паусанием (шестьдесят четыре), соответствует тому, что можно было бы увидеть на тридцати двух метопах, если на каждом изображены две фигуры. Очень мало описаний и идентификаций можно считать достоверными. Если большинство экспертов согласны с идентификацией Менелая (Северный XXIV), Елены (Северный XXV) и Селены (Северный XXIX), то мнения расходятся относительно других метопов, и всё остаётся предметом оживлённых дебатов. Первым спорным вопросом является корабль на Северном II. Хотя все согласны, что это корабль, остаётся нерешённым вопрос: он отплывает от берега или причаливает? На самом деле, всё зависит от «смысла чтения» этих метопов. Если их читать слева направо, с востока на запад (с севера на север, XXXII), то они рассказывают о прибытии греков и взятии Трои. Если их читать в том смысле, в котором посетители Акрополя читают их вдоль Парфенона от Пропилей с запада на восток (от Северного XXXII до Северного I), то они рассказывают о падении Трои и отплытии греков. Аналогично, интерпретации расходятся и в отношении эпизода, изображённого в гипотезе, где Северный II представляет прибытие греков в Трою. Метопы Северный I, II, III и A могут изображать прибытие греков ночью, прибытие Филоктета или прибытие мирмидонов (согласно «Илиаде», 19, 349–424). Северные метопы XXX–XXXII могли рассказывать о последнем совете богов о падении Трои на горе Ида, о богах, наблюдающих за захватом Трои, о встрече Зевса и Фетиды на Олимпе или даже о рождении Пандоры (согласно Гесиоду, в его «Теогонии», 570–584 и «Трудах и днях», 54–82). На Северном I метопе слева изображена сильно повреждённая человеческая фигура: сохранилась нижняя часть пеплоса, ноги отсутствуют, а туловище сильно повреждено. У коленей видна колесница. Справа чётко виден корпус лошади без головы, её две левые ноги всё ещё видны в нижней части метопа. Этот метоп соответствует Восточному XIV, на котором изображена другая колесница, и завершает восточный фронтон с колесницей Селены. Однако божество, находящееся на колеснице на Северном I, идентифицируется по-разному. Сторонники версии о прибытии ахейцев в Трою чаще всего видят здесь Никту, но также Эос, иногда Селену или Афину. Сторонники версии об отплытии греков видят здесь Гелиоса с нимбом Гемеры. На Северном II метопе видны лишь следы ног двух фигур и фрагмент мрамора, предполагающий их торсы. Между двумя фигурами по диагонали можно различить лук и руль. Интерпретации тогда различаются: прибытие греков в Трою, возвращение ахейцев после их неудачной попытки и их укрытие за Тенедосом, прибытие мирмидонов, отплытие греков. Северный III метоп находится примерно в том же состоянии. Можно различить две фигуры: следы бюста и руки для фигуры в хитоне в профиль слева; бюст и круглый щит для фигуры, обращённой лицом вправо и обнажённой. Если все согласны, что это воины, то их идентификация различается: Филоктет и гоплит; Филоктет и Неоптолем; Филоктет без идентификации второй фигуры; Ахилл или Неоптолем без идентификации второй фигуры; вооружение; Одиссей и Диомед, если считать, что Северные III и IV метопы рассказывают о вторжении Долона в ахейский лагерь; разоружение греков перед отплытием. Из последующих метопов сохранились лишь фрагменты большей или меньшей значимости, самые крупные из которых обозначены буквами, обозначающими «почти» метоп. Так, метоп, обозначенный буквой «A» (возможно, Северный V), изображает встающую лошадь на задних ногах на заднем плане и человеческую фигуру, от которой в переднем плане сохранились только торс и верхняя часть бёдер. Поэтому его иногда путают с южным метопом, принадлежащим циклу кентавров. Эрнст Бергер в своей сводной работе о метопах Парфенона (1984 г.), последовавшей за крупным симпозиумом 1984 года, суммирует для всех этих метопов различные гипотезы, предложенные на основе множественных интерпретаций фрагментов. Эпизод с троянским конём, безусловно, не мог быть изображён из-за нехватки места на метопе. Для Северных IV–VIII метопов: Лаокоон и полёт Палладия или сцена жертвоприношения и совета греков перед их отплытием. Для Северных IX–XII: вокруг могилы Ахилла, с Северным IX в Трое или в другом месте; на Северном X Поликсена и Акам; на Северном XI Брисеида и Агамемнон или Феникс; на Северном XII Филоктет и троянский герой, убитый им (по имени Адмет или Диопейт в различных версиях истории). Северные метопы XIII–XVI должны разворачиваться вокруг статуи Афины, с Северным XIII Коребой и Диомедом; на Северном XIV святотатство Аякса (Кассандра и Аякс); на Северном XV троянки; на Северном XVI Гекба. Следующие, Северные XVII–XX, должны разворачиваться вокруг алтаря Зевса, с Северным XVII смертью Приама, на Северном XVIII Астианаксом и Неоптолемом, на Северном XIX Андромахой и Политом; на Северном XX Агенором и Ликомедом или Элефенором. Следующие метопы должны иметь общую тему богиню Афродиту, с Северным XXI Дейфобом и Тевкром; на Северном XXII Климена (одна из служанок Елены) и Менесфей или Акам; на Северном XXIII (или метопе, обозначенной буквой «D») освобождение Этры, с Этрой и Демофоном и «воссоединением» между Менелаем и Еленой на Северных XXIV и XXV. Северный XXIII метоп чаще всего отождествляется с метопом, обозначенным буквой «D». Две фигуры обращены друг к другу. Слева виден бюст (повреждённый), бёдра и верхняя часть бёдер мужчины. Он обнажён, с плащом, вырезанным в нижней части метопа. Возможно, он держал копье в правой руке. Его левая рука протянута к правой руке женской фигуры справа, одетой в пеплос, которую часто отождествляют с Этрой, матерью…

Thirteen of the thirty two north metopes survived the explosion of 1687, but had already been severely damaged by the destruction of Christians. The nineteen others have disappeared, but the found fragments allow us to make assumptions about their scenery. Six are still in place on the building. Because of their state of preservation, it has long been difficult to determine their theme. Adolf Michaelis, in the second half of the nineteenth century suggested that the warrior on the right side of North XXIV could be Menelaus chasing Helen depicted on North XXV. On the latter, besides Helen on the right, he identified as Aphrodite the figure on the left, the two female figures being framed by a little Eros in flight on the left and a statue of Athena on the right. He based his interpretation on two texts of the seventh century BC. The Sack of Troy of Arctinos of Miletus and the Little Iliad of Lesches of Pyrrha. This hypothesis of Michaelis has suggested that the theme of metopes on the north side could be the capture of Troy, even if this theme is not taken up on the statue of Athena Parthenos. However, the fall of Troy could constitute a logical continuation to the Amazonomachy on the western metopes. The visitor to the Acropolis walks along the Parthenon on the north side, on the most obvious and easiest way (that of the Panathenae elsewhere). The two battles would then be symbolically linked, with the mythological reminder that the Amazons had chosen the Trojan camp. Moreover, the choice to situate this nocturnal episode on the north façade was to play on the light of day that touched these metopes that rarely depending on the seasons. There would then be symbolic obscurity. The fall of Troy was the theme of two frescoes by Polygnotos which could have served as an inspiration to the sculptors of metopes: one was in Stoa Poikile and the other was in the Lesche of the Knidians at Delphi. In the latter, the number of characters mentioned by Pausanias, sixty four, corresponds to what could be found on thirty two metopes with two figures by metope. Very few descriptions and identifications are certain. If all the experts seem to accept the identifications of Menelaus (north of XXIV), Helen (north of XXV) and Selene (north of XXIX), then opinions diverge for the other metopes and the whole remains the object of intense debate. The first point of contention is the ship on North II. Although everyone agrees that this is a ship, one question remains unresolved: Is it launching from the shore or mooring? In fact, everything depends on the "sense of reading" of these metopes. If they are read from left to right, from east to west (from north to north, XXXII), then they tell of the arrival of the Greeks and the taking of Troy. If they are read in the sense that visitors to the Acropolis read them along the Parthenon from the Propylaea from west to east (from North XXXII to North I), then they tell of the fall of Troy and the departure of the Greeks. In the same way, the interpretations do not agree either on the episode narrated in the hypothesis where north II would represent the arrival of the Greeks at Troy. The metopes north I, II, III and A may represent the arrival of the Greeks at night, or the arrival of Philoctetes, or the arrival of the Myrmidons (according to the Iliad, 19, 349 424 ). The North metopes XXX to XXXII could tell of the last meeting of the gods about the fall of Troy on Mount Ida or to designate the gods as spectators of the capture of Troy, or the meeting between Zeus and Thetis on Olympus or even the birth of Pandora (in the account given by Hesiod, in his Theogony, 570 584 and The Works and Days, 54 82). The Metope North I represents on the left a very damaged human figure: there remains a bottom of a peplos; the feet are missing and the torso is very damaged. A chariot can be seen at the knees. On the right, a horse's body without a head is clearly visible. His two left legs are still present at the bottom of the metope. It answers the metope east XIV on which is another chariot and at the end of the east pediment with the chariot of Selene. On the other hand, the deity aboard the chariot on north I is variously identified. Proponents of a story of the arrival of the Achaeans in Troy see it most often Nyx but also Eos, sometimes Selena or Athena. Proponents of a departure from the Greeks all see Helios, with the shade Hemera. On the metope north II, do not see more than the traces of the feet of two characters and a fragment of marble suggesting their torsos. A bow and a rudder can be guessed diagonally between the two figures. Interpretations then vary: the arrival of the Greeks in Troy return of the Achaeans after their false start and their concealment behind Tenedos arrival of Myrmidons departure of the Greeks. The North Metope III is about in the same state. We can guess at two figures: traces of the bust and an arm for the character in chiton in profile on the left; bust and round shield for the character of face to the right and nude. If all agree that these are soldiers, the identifications vary: Philoctetes and a hoplite; Philoctetes and Neoptolemus; Philoctetes without identification of the second figure; Achilles or Neoptolemus without identification of the second figure; taking up arms; Ulysses and Diomedes if we consider that the Metopes North III and IV are the story of the incursion of Dolon in the Achaean camp; disarming the Greeks before re embarking. Of the following metopes, only fragments of more or less importance remain, the largest ones being designated by letters denoting a "quasi" metope. Thus, the metope designated by the letter "A" (potentially north V) represents a rearing horse in the background with a human figure whose only torso and upper thighs remain in the foreground. It has therefore sometimes been confused with a southern metope belonging to the cycle of the Centauromachy. Ernst Berger, in his synthesis of the metopes of the Parthenon 78 following the great symposium of 1984 summarizes for all these metopes the different hypotheses proposed from the multiple interpretations of the fragments. The episode of the Trojan horse certainly could not be represented, for lack of space on a metope. For Metopes North IV to North VIII: the Laocoön and the Palladium Flight or a scene of sacrifice and advice of the Greeks before their departure. For north IX to north XII: around the Achilles' tomb with North IX of the Troyes or Elsewhere; in North X Polyxene and Acamas or Talthybios north XI Briseis and Agamemnon or Phoenix in the north XII Philoctetes and a Trojan hero killed by him (named Admetus or Diopeithes according to the versions of the story). Metopes North XIII to North XVI would unfold around the statue of Athena with North XIII Corèbe and Diomede; in North XIV sacrilege of Ajax (Cassandra and Ajax); in North XV of Troyennes and North XVI Hecuba. Those of North XVII to North XX would unfold around the altar of Zeus with in North XVII the death of Priam in north XVIII Astyanax and Neoptolemus in north XIX Andromache and Polites; in north XX Agenor and Lycomede or Elephenor. The following metopes would have for general theme the goddess Aphrodite with in northern XXI DEiphobe and Teucros; in the north XXII Clymene (one of Helena's maids) and Menestheus or Acamas; in North XXIII (or metope designated by the letter "D") liberation of Ethra, with Éthra and Demophon and the "reunion" between Meneleas and Helen in North XXIV and XXV114. The north metope XXIII is most often identified with the metope designated by the letter "D". Two figures face each other. On the left, the bust (damaged), the hips and the upper thighs of a man are visible. He is naked, with a carved cloak on the bottom of the metope. He may have held a spear in his right hand. His left arm is stretched out to the right arm of the female figure on the right, who wears a peplos and has often been identified with Ethra, the mother of Theseus slave of Helen and released by Demophon son of Theseus (or his brother Acamas son of Theseus). It is also the means to insist in the setting of the Parthenon on a purely Athenian episode of the Trojan War. Another identification proposes Polyxene and Acamas or Polyxene and anonymous Greek. Metopes North XXIV and XXV form an ensemble. On Metope North XXIV, two male profile figures walk to the right. There remains only the trunk and the upper thigh of the left warrior, naked with a cloak. Of the one on the right, also naked, there remain only the trunk and the left forearm with a shield. Menelaus (the identification accepted by all since Michaelis) advances towards the next metope from which it is separated by the triglyph. The transition marked by this purely architectural element is also a sign of the passage from outside to inside. The female figure to the left of North XXV was identified with Aphrodite by the Eros over her left shoulder. She wears a chiton and a himation. The following female figure is in peplos. She is veiled. She seems to run to the statue on the right to take refuge under her protection. Indeed, Menelaus pursued his wife to kill her, considering her responsible for the war and the death of his friends. This incident represented is the moment when Aphrodite will use his power to save his protege. She is about to open her himation to reveal her charms and her divine power. In parallel, Eros flies to Menelaus with either a phiale or a crown. The combined power of love and beauty will change the mind of Menelaus who will put down his sword and forgive his wife. This theme is very present in ceramics. The identification of the divinity completely to the right beside the statue from which Helene comes to take refuge is more difficult. An oinochoe preserved in the Vatican Museum (Etruscan Gregorian Museum) and attributed to the Painter of Heimarmene proposes an equivalent scene. On this one, Helene seeks the protection of an Athena in arms. The choice of this tutelary deity of Athens could make sense on this civic building. In addition, Athens was one of the cities claiming to have inherited the Palladium after the fall of Troy. Metope North XXVI is totally unknown. On the north XXVII, there are two profile figures: a female, without a head, probably in peplos on the left and a male, naked with a chlamys, of which there remains only the bust, on the right. The characters walk and look to the right. The man may have carried a petasus, perhaps a shield. He may also have held the woman by the hand. The theme of this metope may remain related to Aphrodite, like the previous ones. Some interpretations propose here the issue of Ethra by her grandchildren, or a scene with Polyxena or a Trojan captive. It could also be the priestess of Athena, Theano. The fresco of Polygnotus in the Lesche of the Knidians represented her holding two of her sons by the hand, accompanied by Antenor holding one of her daughters. It could be here this family, before the Anchises family on the next metope. If this north metope XXVIII (towards which the characters walk) was the flight of Aeneas, then the female figure of north XXVII could also be Creusa. Metope North XXVIII is one of the most "charged", with no less than four characters. To the far left, in the foreground, is a motionless figure from the front, probably a woman: only her (missing) feet protruded from her long mantle. It is impossible to determine the gesture of his arms. At his immediate right and a little behind, another figure, considered an old man, is in profile turned to the male figure on his right. He wears a short sleeved garment and a coat that leaves his right shoulder unobstructed. His two hands are resting on the shoulders of the next figure on the right. This is a naked man in a coat that goes down his back and between the legs. In the left arm, he carries a large round shield that protrudes above his head. The man walks to the right. In front of him, a last figure, probably male, smaller, in a coat. The most common interpretation for the three male figures is Anchises on the shoulders of his son Aeneas, himself preceded by his own son Ascagne. The female figure is therefore most often considered as Aphrodite (general theme of this series of metopes, but also mother of Aeneas). Sometimes she is identified as Cretace, the wife of Aeneas. A rider can be discerned on the Metope North XXIX, also marked by a decoration of rocks. The horse, perhaps a mare, is turned to the right, head down. The rider, rather a rider, seems to ride "amazon"?, the left arm resting on the neck of the mare. The rider is facing to the right. She has to wear a chiton. His right hand was to hold his veil. In the upper right corner is a slightly curved relief fragment, interpreted as a crescent moon. The rider would then be Selene. However, as it is not represented on horseback, it could also be the Pleiade Electre. There is almost nothing left of the metope north XXX, except on the bottom two traces of busts, perhaps two male figures. If we consider their location, between a celestial deity in North XXIX and Zeus and Hera in North XXXI and XXXII, then it could be gods, perhaps Apollo and Ares or Hermes; the three were, in effect, absent until then metopes north. Metope North XXXI is better preserved. The figure on the left is a man in a nude profile in a long coat?, sitting on a rock, an elbow resting on a thigh. The figure on the right is more in the foreground, from the front. It is thin with very visible wings down to the ground. The two figures are identified, in connection with the next metope, to Zeus and Iris, sometimes Eris or Nike. The only well preserved, and still in situ, metope on this north side is North XXXII. In 1933, Gerhart Rodenwaldt suggested that it could have been read by Christians as an Annunciation and thus preserved while its position in the northwest made it very visible. Two female figures face each other. One on the right is seated and the other on the left is walking towards her. The female figure on the left wears an "Attic" peplos and makes the gesture of removing her cloak, with the left arm above the head and right along the thigh: the movement of the garment is very well made. It is found on a depiction of Apollo on a white tailed skyphos preserved at the Boston Museum of Fine Arts. The seated figure is in chiton, covered with a long mantle, which allows a work of sculpture on the drapes bunk. The right elbow is supported on the right knee; the legs are shifted: the left lower than the right. The left hand (disappeared, like the whole arm) was leaning behind, on the rock, placing the figure of three quarters. It is possible that the left arm was added after carving, as suggested by the fixation hole. The most common interpretation for this Metope North XXXII is that to the left is Athena and to the right of Hera or sometimes Themis, Aphrodite, Cybele, or even another unidentified female deity. Kristian Jeppesen in 1963 suggests that it could be Pandora on the left and Aphrodite on the right. Katherine A. Schwab disputes in an article of 2005 the identification of Athena on the left. One of the main arguments in favour of Athena is that she is not or perhaps not identified elsewhere on this side unless, according to K. Schwab, she is on the metope North I, aboard the chariot. Indeed, this one seems to be braking, it can not be the chariot of one of the two stars. The second argument in favour of an identification of Athena is that she would carry the aegis on the chest. The counter argument of K. A. Schwab is that what is interpreted as the aegis would in fact be a very damaged place of the metope. Finally, for K. Schwab, in her movement, her peplos open and revealing her bare leg, something impossible for a virgin goddess like Athena. It could then be Hebe, from the moment she is put in relation with the seated female figure?. This one is considered as Aphrodite or Hera. However, as Aphrodite is prominently on north XXV, she can not be as far north as XXXII. Moreover, on north XXXI, the male figure sitting would be Zeus. Therefore, in North XXXII, could be Hera, in a symbolic hierogamy. The winged figure next to Zeus in northern XXXI would be Iris, so the female figure walking north XXXII would be Hebe. The latter being linked to marriage and renewal, these two North Metopes XXXI and XXXII could mean the renewal of their vows by the divine couple Zeus Hera, just as the marriage Menelaus Helen is renewed in the North XXIV and XXV.

Восточные метопы

Поскольку эти метопы были почти полностью уничтожены христианами, трудно сказать, что они представляли. Однако в девятнадцатом веке Адольф Микаэлис предположил, что персонаж на востоке II может быть Дионисом (идентифицированным благодаря пантере и змее, которые его сопровождают), нападающим на бегущего гиганта. Затем Михаэлис выдвинул гипотезу, что метопы на этом фасаде могут представлять Гигантомахию. Поэтому можно было определить другие фигуры, хотя некоторые из них до сих пор обсуждаются. Работа была выполнена по сравнению с другими изображениями гигантомахии: афинские вазы пятого века до н.э., Сифнийская сокровищница или алтарь Пергама. Однако эти метопы стали поворотным пунктом в изображении гигантов. До середины V века до н.э. они были представлены как гоплиты. Здесь, а также в более поздних изображениях, как в Пергаме, они голые или просто одеты в шкуры животных. Фигуры восточных метоп V, VII, X и XIV не противопоставлены гиганту, а стоят в колеснице. По этой причине их иногда отождествляют не с божеством, а с возничим колесницы божества. Транспортное средство повернуто к центру фасада. Восточные метопы организованы симметрично вокруг центральной оси, такой же, как для восточного фриза и как с восточным фронтоном; кроме того, идентификации иногда делаются путем сравнения с божествами, присутствующими параллельно на этих двух других декоративных элементах Парфенона. Четыре центральные метопы (восточная VI, VII, VIII и IX) обрамлены двумя метопами с колесницей (восточная V и X), затем двумя метопами с тремя фигурами (восточная IV и XI). Эта композиция вызывает конец борьбы и неизбежную победу олимпийцев; местом противостояния будет уже не равнина Флегра, а уже склоны Олимпа.

Since these metopes have been almost completely destroyed by Christians, it is difficult to know what they represented. However, in the nineteenth century, Adolf Michaelis suggested that the character on east II could be a Dionysus (identified thanks to the panther and snake that accompany him) attacking a giant on the run. Michaelis then made the hypothesis that the metopes on this façade could represent Gigantomachy. Therefore, the identification of other figures was possible, even if some are still debated. The work was done by comparison with other representations of gigantomachy: Athenian vases of the fifth century BC., the Siphnian Treasury or the Pergamon Altar However, these metopes were a turning point in the representation of the giants. Until the middle of the fifth century BC, they were represented as hoplites. Here, and in later representations, as in Pergamum, they are naked or simply dressed in animal skins. The figures of the metopes east V, VII, X and XIV are not opposed to a giant, but stand in a chariot. For this reason, they are sometimes identified not with a deity but with the charioteer of the chariot of divinity. The vehicle is turned towards the center of the façade. The east metopes are organized symmetrically around a central axis, the same as for the eastern frieze and the as with the east pediment; moreover, the identifications are sometimes made by comparison with the divinities present in parallel on these two other decorative elements of the Parthenon. The four central metopes (east VI, VII, VIII and IX) are framed by two metopes with a chariot (east V and X) then the two metopes with three characters (east IV and XI). This composition would evoke the end of the fight and the imminent victory of the Olympians; the place of the confrontation would no longer be the plain of Phlegra but already the slopes of Olympus. +Identifications of the GodsMetopeAccording to According to According to According to According to According to According to According to East I?Hermes or AresHermesHermesHermesHermesHermesHermesEast IIDionysosDionysosDionysosDionysosDionysosDionysosDionysosDionysosEast IIIAresPoseidonAresAresAresAresHephaistosAresEast IVHera, Demeter or ArtemisAthenaHeraAthena and NikeAthena and NikeAthena and NikeAthena and NikeAthena and NikeEast VFigure on a chariotNike driving the chariot of Athena presents on the previous metope. Iris or Nike leading Zeus' chariot present on the next metope. AmphitriteAmphitriteDemeterAmphitriteAmphitriteEast VIPoseidonHeraclesZeusPoseidonPoseidonMale godPoseidon and PolybotesPoseidonEast VII?Iris driving the chariot of Zeus present on the next metope. Aglaurus driving the chariot of Athena present on the next metope. HeraHeraHeraHeraHeraEast VIII?ZeusAthenaZeusZeusZeusZeusZeusEast IXApollo ?HeraHeraclesApolloApolloHeraclesApolloApolloEast XArtemis ?Leto driving the chariot of Apollo present on the next metope. Iolaos (?) leading the chariot of Heracles present on the next metope. AphroditeArtemisAphroditeArtemisArtemisEast XI?ApolloApolloErosHeracles and ErosApollo and ErosAres and ErosHeracles and ErosEast XIIDemeter or ArtemisArtemisArtemisArtemisAphroditeArtemisAphroditeAphroditeEast XIII?AresPoseidonHephaistosHephaistosHephaistosHeraclesHephaistosEast XIV?NyxAmphitrieSun god or sea godHeliosPoseidonHeliosHelios

Two male figures are on the metope east I. The one on the left carries a chlamys; with her right hand, she seems to hold the right figure with her knees on the ground. With her left hand, she is about to strike a fatal blow. His sword was, given the fixing hole, to be a bronze object. The figure on the right bears a skin of animal and has the right hand resting on the hip of his adversary, perhaps to ask for grace. Thus Hermes is represented on the amphora of the Gigantomachy by the Suessula Painter conserved in the Louvre. Moreover, on the frieze of the Parthenon, on the east side, it is Hermes which is also completely on the left. On the metope east II, the divine figure of Dionysus is quite easily identifiable. In the foreground, an animal leaps between the figure on the left that is attacking and the one on the right that is leaking. The hind legs of the animal are feline legs. Fixing holes could also mean the presence of a bronze snake. Moreover, on the Parthenon frieze, on the east side, Dionysus is immediately to the right of Hermes. Finally, it is also on the left side of the eastern pediment. On the metope east III, very damaged, is guessed a round shield, between two figures of which there are only a few traces. The shield deity is most often identified with Ares: it is the third male deity on the east side of the frieze and is present on the left side of the eastern pediment. The general shape of the characters on east IV is still discernible. It has three figures. On the left, a fallen figure protects himself with his shield from the attack of a female figure. Behind it, to the far right is a smaller figure in flight. It seems that Athena is the central figure; she would walk to the left, her left arm protected from her shield with the aegis. In the right hand, she would hold a spear (added bronze object) which she would hit a giant, already on the ground and protecting himself with his own shield. At the top right, there is the little figure of Nike crowning the goddess. An equivalent composition is visible on the amphora attributed to the painter of Suessula preserved in the Louvre. The Athena crowned by Nike is the sign of the upcoming victory of the gods, but also a tribute and a glorification of the city of Athens and its citizens, as on the entire building. On the metope east V can be seen a chariot, turned to the right and pulled by two horses. The two main interpretations are Demeter or Amphitrite. It is the latter that is most often suggested since it is considered that Poseidon appears on the next metope 144. The essential element of the metope east VI is a huge rock, both landscape element and weapon used by Poseidon against a giant: it would be the episode taking place between the god and Polybotes, in which the rock ripped off. on the island of Cos would have given birth to the new island of Nisyros?. The outlines of the characters are barely discernible. The giant would protect himself from his shield while Poseidon would crush his head with Nisyros. The composition is reminiscent of a crater fragment preserved in Ferrara. and attributed to the Pélée painter who was inspired by the metope, as well as an attic bas relief from the fourth century BC now at the Metropolitan Museum of Art. The metope east VII again represents a chariot, pulled by two winged horses. The most common interpretation is Hera, since Zeus is identified on the next metope. Moreover, the divine couple is represented together in the centre of the frieze as well as the pediment. The metope is VIII is extremely damaged: a bust is guessed on the left and a shield is discerned in the upper right quarter. The bottom of a chiton is engraved on the bottom of the metope under the bust. The identification of Zeus is justified by the central place of the metope on the east façade. At the same time, the god is also in the centre of the frieze and pediment. On the metope east IX, the figure on the left is probably a giant, holding in his right hand a club or a bronze torch (added given the hole of fixation). His right arm is protected from an animal skin. His opponent enters his right knee in the thigh(?). The position of the god's right arm, which would hold a sword, is not unlike that of Harmodios in the group of Tyrannicides. The identification of Apollo is again related to the frieze and pediment where the god is on the right side. The metope east X again shows a chariot pulled by two horses. On the frieze, the neighbours of Apollo are Artemis and Aphrodite, the two main propositions for the charioteer of this chariot. If one is identified as X, then the other is suggested for east XII, and vice versa. On the metope east XII, a female figure on the left walks to the right. She wears a peplos and her coat hangs from her left arm. There is too little of the giant (bust and head fragment) to determine anything. Here again, Artemis and Aphrodite are proposed, without being able to decide, especially since Eros is identified on the metope east XI, between the two. Finally, these two goddesses are sitting next to Apollo on the frieze. If Artemis is immediately on the right of his brother, Eros is also on the right of his mother, thus depriving us of a decisive rubric. The other metope with three characters is located in XI. On the right, a giant fell to his knees. The central figure was so high in relief that it disappeared. The identification of this central character is still debated. On the left is a smaller figure (a youth?). The fixing holes on his shoulder and hip are reminiscent of the presence of a quiver, which would identify him as Eros. His presence is linked to that of Aphrodite (on the previous metope or the next). Tiverios then makes the link Eros Aphrodite to propose Ares as identification of the central figure. Another identification proposed is Apollo, in connection with IX: if Heracles is present in IX, then Apollo is on XI, and vice versa. Indeed, Heracles is also suggested: he is regularly associated with Eros which he was the "pedagogue". Another argument is the symmetry between this metope and the metope is IV. If Athena is present in is IV, then her protege Heracles is certainly in is XI. There remains almost nothing of the metope is XIII: on the left a shoulder, a bust and the hips of a figure visibly fallen to the ground; on the right one shoulder, the bust and the traces of one thigh and one leg of a figure dominating the other, probably preparing to crush it with a rock. It is most often Héphaïstos that is proposed. Two horses leap diagonally from right to left on the metope east XIV. In the bottom right corner, next to a calf, a fish is very clearly visible, hence the suggestion that sometimes the god of the chariot would be Poseidon. However, Helios is a more common proposition. According to the account of Pseudo Apollodorus, Zeus stopped the march of the Sun and the Moon to allow Athena to go to Heracles to Hades, the presence of the hero being necessary for the victory. This episode would be according to Katherine A. Schwab in east IV and east XI, the only metopes with three characters and not two. East XIV, with the chariot of Helios coming out of the ocean, would be the expression of the resumption of the march of time. Moreover, it responds to the metope north I, on which is represented a chariot, perhaps that of Athena, and at the end of the eastern pediment with the chariot of Selene.

+Идентификация богов
Метопа Согласно Согласно Согласно Согласно Согласно Согласно Согласно Согласно
Восток I? Гермес или Арес Гермес Гермес Гермес Гермес Гермес Гермес
Восток II Дионис Дионис Дионис Дионис Дионис Дионис Дионис Дионис
Восток III Арес Посейдон Арес Арес Арес Арес Гефест Арес
Восток IV Гера, Деметра или Артемида Афина Гера Афина и Ника Афина и Ника Афина и Ника Афина и Ника
Восток V Фигура на колеснице Ника, ведущая колесницу Афины, представленная на предыдущей метопе. Ирида или Ника, ведущие колесницу Зевса, представленные на следующей метопе. Амфитрита Амфитрита Деметра Амфитрита Амфитрита
Восток VI Посейдон Геракл Зевс Посейдон Посейдон Мужской бог Посейдон и Полибот Посейдон
Восток VII? Ирида, ведущая колесницу Зевса, представленная на следующей метопе. Аглавра, ведущая колесницу Афины, представленная на следующей метопе. Гера Гера Гера Гера
Восток VIII? Зевс Афина Зевс Зевс Зевс
Восток IX Аполлон Гера Геракл Аполлон Аполлон Геракл Аполлон Аполлон
Восток X Артемида Лето, ведущая колесницу Аполлона, представленная на следующей метопе. Иолай (?) ведущий колесницу Геракла, представленный на следующей метопе. Афродита Артемида Афродита Артемида
Восток XI? Аполлон Аполлон Эрос Геракл и Эрос Аполлон и Эрос Арес и Эрос Геракл и Эрос
Восток XII Деметра или Артемида Артемида Артемида Артемида Афродита Артемида Афродита
Восток XIII? Арес Посейдон Гефест Гефест Гефест Геракл Гефест
Восток XIV? Никс Амфитрита Бог солнца или морской бог Гелиос Посейдон Гелиос

Две мужские фигуры изображены на метопе востока I. Тот, что слева, несет хламиду; правой рукой, кажется, прижимает к земле правую фигуру коленями. Левой рукой собирается нанести смертельный удар. Его меч, учитывая крепежное отверстие, был бронзовым предметом. Фигура справа носит шкуру животного и правой рукой опирается на бедро своего противника, возможно, прося о пощаде. Так Гермес изображен на амфоре Гигантомахии художника Суэссулы, хранящейся в Лувре. Кроме того, на фризе Парфенона, на восточной стороне, именно Гермес полностью находится слева. На метопе востока II божественная фигура Диониса довольно легко идентифицируется. На переднем плане животное прыгает между атакующей фигурой слева и убегающей фигурой справа. Задние ноги животного – кошачьи лапы. Крепежные отверстия также могут указывать на наличие бронзовой змеи. Кроме того, на фризе Парфенона, на восточной стороне, Дионис находится сразу справа от Гермеса. Наконец, он также находится на левой стороне восточного фронтона. На метопе востока III, сильно поврежденной, угадывается круглый щит между двумя фигурами, от которых остались лишь следы. Щитоносное божество чаще всего идентифицируют с Аресом: это третье мужское божество на восточной стороне фриза и присутствует на левой стороне восточного фронтона. Общая форма фигур на востоке IV все еще различима. На ней три фигуры. Слева упавшая фигура защищается щитом от атаки женской фигуры. За ней, справа, находится меньшая фигура в бегстве. Кажется, что центральной фигурой является Афина; она идет влево, ее левая рука защищена щитом с эгидой. В правой руке она держит копье (добавленный бронзовый предмет), которым наносит удар гиганту, уже лежащему на земле и защищающемуся своим щитом. В верхнем правом углу находится маленькая фигура Ники, венчающая богиню. Эквивалентная композиция видна на амфоре, приписываемой художнику Суэссулы, хранящейся в Лувре. Афина, увенчанная Никой, – это знак предстоящей победы богов, но также дань уважения и прославление города Афины и его граждан, как и на всем здании. На метопе востока V можно увидеть колесницу, повернутую вправо и запряженную двумя лошадьми. Две основные интерпретации – Деметра или Амфитрита. Последняя чаще всего предполагается, поскольку считается, что Посейдон появляется на следующей метопе 144. Основным элементом метопы востока VI является огромная скала, которая является одновременно элементом ландшафта и оружием, используемым Посейдоном против гиганта: это эпизод, происходящий между богом и Полиботом, в котором скала, оторванная с острова Кос, породила новый остров Нисирос. Очертания фигур едва различимы. Гигант защищается своим щитом, а Посейдон сокрушает его голову Нисиросом. Композиция напоминает фрагмент кратера, сохранившийся в Ферраре и приписываемый художнику Пелее, который вдохновлялся метопой, а также аттическому барельефу IV века до н.э., хранящемуся сейчас в Метрополитен-музее. Метопа востока VII снова изображает колесницу, запряженную двумя крылатыми лошадьми. Наиболее распространенная интерпретация – Гера, поскольку Зевс идентифицируется на следующей метопе. Кроме того, божественная пара изображена вместе в центре фриза и фронтона. Метопа VIII чрезвычайно повреждена: слева угадывается бюст, а в верхнем правом углу – щит. Нижняя часть хитона выгравирована в нижней части метопы под бюстом. Идентификация Зевса оправдана центральным местом метопы на восточном фасаде. В то же время бог находится и в центре фриза и фронтона. На метопе востока IX фигура слева, вероятно, гигант, держащий в правой руке дубину или бронзовый факел (добавленный, учитывая крепежное отверстие). Его правая рука защищена шкурой животного. Его противник вводит правое колено в бедро (?). Положение правой руки бога, который держит меч, не сильно отличается от положения Гармодия в группе Тиранноцидов. Идентификация Аполлона снова связана с фризом и фронтоном, где бог находится на правой стороне. Метопа востока X снова показывает колесницу, запряженную двумя лошадьми. На фризе соседями Аполлона являются Артемида и Афродита, две основные предположения для возничего этой колесницы. Если одна идентифицирована как X, то другая предлагается для…