Введение
Дома следования в зодиаке
Дом следования – астрологический термин для домов, которые следуют (то есть, непосредственно за) угловыми домами в астрологической карте. Термин "succedent" происходит от латинского *succedens*, означающего "последующий" или "следующий". Поскольку угловые дома – это первый, четвертый, седьмой и десятый дома, дома следования – это второй, пятый, восьмой и одиннадцатый дома.
Последующие дома
Поскольку угловые дома являются наиболее сильными позициями в карте (Лили утверждает, что "планеты в углах проявляют свои эффекты более действенно"), последующие дома – менее сильные, чем угловые, но более сильные, чем кадентные – также обладают качеством, связанным с угловыми домами, подобно представителю или подчиненному влиятельного человека. Так, например, второй дом, следующий за первым домом тела и личности, склонен указывать на то, что принадлежит человеку. Аналогично, восьмой дом, следующий за седьмым домом партнера, супруга или "другого", представляет собой имущество другого человека или партнера. В целом, последующие дома обладают стабильным, постоянным, фиксированным качеством, обусловленным их центральным положением в каждом квадранте карты. Хотя по крайней мере один последующий дом имеет явно злонамеренное (или неблагоприятное) значение (восьмой дом), а один довольно слаб (второй), в целом это продуктивные дома, в которых дела обычно укореняются и развиваются, такие как владения (второй дом) или дети (пятый дом).
Второй дом
Второй дом указывает на ресурсы и имущество человека или события, для которого составлена натальная карта. Это значение сохраняется неизменным на протяжении нескольких тысяч лет. Хотя некоторые современные астрологи (придерживающиеся концепции "естественных домов", которая более подробно рассматривается в описании кадентных домов) видят соответствие второго дома знаку Тельца, традиционные астрологи такой связи не проводили. Для эллинистических астрологов второй дом был "Вратами Аида", что отражает его роль как предвестника домов, находящихся под горизонтом карты (то есть второго, третьего, четвертого, пятого и шестого домов). Это может объяснять несколько неоднозначную репутацию этого дома, хотя он и не считается однозначно злонамеренным. Ни одна планета здесь не проявляет особого достоинства.
Пятый дом
Пятый дом на протяжении нескольких тысяч лет символизировал детей. Как и в случае со вторым домом, это основное значение сохранилось и по сей день. Современные астрологи также иногда связывают этот дом с сексуальными отношениями, а также с художественным и биологическим творчеством. Для древних это был "Дом Благополучия", весьма позитивный и благоприятный. Поэтому древние и средневековые астрологи считали, что счастливая планета Венера "радовалась" в пятом доме – то есть, что она здесь особенно сильна и достойна. Однако, как отмечает Крейн, "несмотря на то, что этот дом считался радостью Венеры, удовольствия и чувственные наслаждения стали акцентироваться позже", чем в эллинистическую эпоху. Для некоторых астрологов XX века пятый дом, в соответствии с концепцией "естественных домов", соответствует Льву, но в традиционной литературе нет никаких указаний на влияние Солнца в этом доме.
Восьмой дом
Восьмой дом – единственный несчастливый дом в группе преемников. Эта коннотация происходит из-за отсутствия связи восьмого дома с домом Асцендента. Поскольку нет астрологического аспекта к Асценденту, восьмой дом не может "видеть" Асцендент со своей позиции. По этой причине его связь со здоровьем и силой первого дома довольно слаба. Поэтому он был назван "Бездействующим", термин, отражающий его относительную нехватку активной силы в круге домов. Именно из этого возникла его традиционная связь со Смертью, поскольку первый дом – дом здоровья и жизненной силы. Действительно, современные астрологи, и даже Лилли, часто называют восьмой "Домом Смерти". Не все связи со смертью негативны; восьмой дом также является домом наследств, получаемых в результате смерти. Кроме того, по словам Павла Александрина, он "показывает тех, кто извлекает выгоду из смертельных побуждений". Некоторые современные астрологи видят здесь элементы духовности, поскольку выживание души также связано со смертью. Более того, некоторые проводят связь восьмого дома с сексуальностью – вероятно, из-за гипотетической связи со Скорпионом посредством "естественных домов". Ни одна планета не "обладает достоинством" в восьмом доме.
Одиннадцатый дом
Древние называли одиннадцатый дом «Домом Благого Духа» или «Благой Божественностью», и он считался очень благоприятным местом в гороскопе. Основное значение этого дома во многом сохранилось и в XXI веке: это дом надежд, устремлений и ожиданий, место для осуществления желаний – и в весьма земном смысле. Светская известность и материальное благополучие обозначаются этим домом, а самая благотворная планета зодиака, Юпитер, испытывает здесь радость. Современная астрология несколько утратила ощущение материального успеха и денег, которые изначально символизировал этот дом (Юпитер был древней планетой денег), но он по-прежнему считается домом желаний и надежд. Кроме того, современные астрологи рассматривают одиннадцатый дом как дом клубов и объединений, групп людей, работающих вместе, а также как дом, указывающий на дружбу. Традиционно, поскольку одиннадцатый дом связан с десятым, а десятый был домом короля, одиннадцатый дом обозначал советников короля, его совет и союзников. Для некоторых современных астрологов одиннадцатый дом связан со знаком Водолея посредством соответствий «естественных домов», но поскольку Сатурн является традиционным управителем Водолея, и Сатурну было бы странно чувствовать себя комфортно в доме Юпитера (и наоборот), эта связь в астрологии не существовала до недавнего времени.
Сноски
Латинский *succedere* – подниматься, следовать за, преуспевать, от *sub* – близко + *cedere* – идти, от преуспевать. (2009). В онлайн-словаре Merriam-Webster. Получено 19 марта 2009 года, с http://www.merriam-webster.com/dictionary/succeedfrom.
Уильям Лилли, *Christian Astrology* (Лондон, 1647), с. 48.
Как резюмировал Уильям Лилли (1647): «Углы – самые сильные, преемники (сукцеденты) следуют по силе, каденты слабы и малоэффективны: преемники следуют за углами, а каденты – за преемниками» (там же, Книга I, с. 48) и (говоря о суждениях по хорарной карте): «Чем ближе ваш сигнификатор к углу, тем больше добра можно ожидать; меньше – если он расположен в сукцедентном доме; и совсем мало – если в каденте» (там же, Книга II, с. 301).
Гидо Бонатти, *Liber Astronomiae*, Часть II. [пер. Роберта Золлера]. Проект Hindsight, The Golden Hind Press (Berkeley Springs, WV, 1994), с. 2–3. Бонатти сравнивает фиксированные знаки со средними месяцами каждого из четырех сезонов, когда сезон устанавливается и приобретает определенный характер. Аналогично, сукцедентные дома, находящиеся в центре каждого квадранта, обладают фиксированным характером. «Это означает страх и душевные муки», – говорит Лилли (Оп. цит., Книга I, с. 54). Лилли (там же, с. 48) называет второй дом четвертым по слабости домом в карте. «[ ] состояние или суждение относительно состояния или состояния, [ ] богатства или бедности, всего движимого имущества, одолженных денег, прибыли или выгоды, убытков или ущерба» (Лилли, там же, с. 31).
См. Веттия Валенса II века н.э., *Антология*, Книга II, Часть I [пер. Роберта Шмидта]. Проект Hindsight, The Golden Hind Press (Berkeley Springs, WV, 1994), с. 17; а также Павла Александрийского IV века н.э., *Вводные вопросы в позднеклассической астрологии: Павел Александрийский и Олимпиодор* (с комментариями поздних латинских комментаторов). [пер. Дориана Гизелера Гринбаума]. Архив для поиска исторических астрологических текстов (ARHAT), 2001, с. 45.
Павлус Александринус, Оп. цит., с. 46.
Джозеф Крейн, *Практическое руководство по традиционной астрологии*. (ARHAT [Архив для поиска исторических астрологических текстов], Орлеанс, Массачусетс, 1997), с. 28.
Лилли говорит об этом: «Состояние умерших людей, смерть, ее качество и природа» (Лилли, Оп. цит., с. 54).
Крейн, Оп. цит., с. 30. (цитируется из Павла Александрийского, *Вводные вопросы*, гл. 24).
Веттий Валенс, Оп. цит., Книга II, Часть 1, с. 10–11.
William Lilly, Christian Astrology (London, 1647), p. 48.
as summed up by William Lilly (1647): "The angles are most powerful, the succedants are next in virtue, the cadents poor, and of little efficacy: the succedant houses follow the angles, the cadents come next [after] the succedants," (Ibid., Book I, p. 48) and (speaking horary chart judgments) "The nearer your Significator is to an Angle, the more good you may expect; less, if placed in a Succeedant house; little, if in a Cadent." (Ibid., Book II, p. 301.) Guido Bonatti, Liber Astronomiae, Part II. [tr. Robert Zoller]. Project Hindsight, The Golden Hind Press (Berkeley Springs, WV, 1994.) pp. 2–3. Bonatti compares the fixed signs to the middle months of each of the four seasons, in which the season is established and fixed in character. In the same way, the succedent houses, in the center of each quadrant, have a fixed character. "It signifies fear and anguish of mind" says Lilly (Op Cit., Book I, p. 54.) Lilly (Ibid., p. 48) lists the second house as the fourth weakest house in the chart. "[ ] the estate or judgement concerning the estate or fortune [ ], of [ ] wealth or poverty, of all removable goods, money lent, of profit or gain, loss or damage." (Lilly, Ibid., p. 31.) See the 2nd century CE Vettius Valens, The Anthology, Book II, Part I [tr. by Robert Schmidt] Project Hindsight, The Golden Hind Press (Berkeley springs, WV, 1994), p. 17; and also the 4th century CE Paulus Alexandrinus, Introductory Matters in Late Classical Astrology: Paulus Alexandrinus and Olympiodorus (with the Scholia of later Latin Commentators). [Translated by Dorian Gieseler Greenbaum.] Archive for the Retrieval of Historical Astrological Texts (ARHAT), 2001. Page 45. Paulus Alexandrinus, Op. cit., p. 46. Joseph Crane. A Practical Guide to Traditional Astrology. (ARHAT [Archive for the Retrieval of Historical Astrological Texts], Orleans Massachusetts, 1997), p. 28. Lilly says of it: "The estate of men deceased, death, its quality and nature." (Lilly, Op. Cit., p. 54.) Crane, Op. Cit., p. 30. (quoted from Paulus Alexandrinus, Introductory Matters, Ch. 24.) Vettius Valens, Op. Cit., Book II, Part 1, pp. 10–11.