Одри Хилли: Жена, мать, убийца

Введение

Американская убийца (1933–1987)

Одри Мари Хиллей (урождённая Фрейзер, впоследствии Хоман; 4 июня 1933 – 26 февраля 1987), также известная под псевдонимами Робби Ханнон и Тери Мартин, была американской убийцей и подозреваемой в совершении серийных убийств. Её подозревали в смерти от отравления своего мужа и покушении на убийство своей дочери, и она три года находилась в бегах от правосудия. Её жизнь и преступная деятельность легли в основу телефильма 1991 года «Жена, мать, убийца».

Ранние годы и первые преступления

Одри Мари Хиллей родилась как Одри Мари Фрейзер в районе Голубых гор города Аннистон, штат Алабама, 4 июня 1933 года. Ее родители – Хью Фрейзер и его жена, Люсиль (урожденная Мидс). Она вышла замуж за Фрэнка Хиллея 8 мая 1951 года; у них было двое детей, Майк и Кэрол. Несмотря на то, что Фрэнк занимал хорошо оплачиваемую должность, а Мария работала секретарем, у пары было мало сбережений из-за расточительности Марии, что приводило к напряженности в браке. Неизвестно Фрэнку, его жена часто вступала в половые отношения со своими начальниками в обмен на деньги или положительные оценки. Фрэнк и его сын Майк начали страдать от загадочной болезни, но симптомы Майка, которые врачи приписывали расстройству желудка, внезапно прекратились, когда он уехал учиться в семинарию. В 1975 году, вернувшись домой раньше срока из-за болезни, Фрэнк застал Марию в постели со своим боссом. Он обратился за советом к Майку, который к тому времени был священником в Атланте. В мае 1975 года, вскоре после визита Майка, Фрэнк обратился к врачу с жалобами на тошноту и болезненность в животе, ему был поставлен диагноз – вирусная инфекция желудка. Состояние не улучшалось, и он был госпитализирован, где анализы показали нарушение функции печени; врачи диагностировали инфекционный гепатит. Фрэнк Хиллей умер рано утром 25 мая 1975 года. Вскрытие, проведенное с разрешения жены, выявило отек почек и легких, двустороннюю пневмонию и воспаление желудка. Поскольку симптомы были очень похожи на симптомы гепатита, он был указан в качестве причины смерти, и дальнейшие исследования не проводились. Фрэнк имел умеренный полис страхования жизни, который Мария тайно оформила во время его первоначальной болезни и затем получила по нему 31 140 долларов США (31 140,0 в 1975 году эквивалентно приблизительно <расчетной сумме> в современных условиях). Три года спустя Мария оформила полис страхования жизни на свою дочь Кэрол на сумму 25 000 долларов; в августе вступил в силу дополнительный пункт о страховании от несчастного случая на 25 000 долларов, в общей сложности 50 000 долларов США (50 000 долларов США в 1978 году эквивалентно приблизительно <расчетной сумме> в современных условиях). Через несколько месяцев Кэрол начала испытывать тошноту и несколько раз попадала в отделение неотложной помощи. Спустя год после оформления полиса страхования жизни на свою дочь, Мария сделала ей инъекцию, утверждая, что она облегчит тошноту. Однако симптомы только ухудшились, и у Кэрол сохранялось онемение в конечностях. После того как медицинские обследования не выявили никаких заболеваний, врач Кэрол, опасаясь психосоматической природы симптомов, направил ее на психиатрическое обследование в больницу Carraway Methodist в Бирмингеме. Там Кэрол тайно получила еще две инъекции от матери, которая предупредила ее не рассказывать никому об уколах. Через месяц после поступления Кэрол в больницу ее врач сообщил о недоедании и дефиците витаминов, добавив, что подозревает отравление тяжелыми металлами. В панике Мария выписала Кэрол из больницы в тот же день. На следующий день Кэрол была госпитализирована в Университетскую больницу Алабамы. Параллельно с этим Мария была арестована за мошенничество с чеками, которые были выписаны в страховую компанию, застраховавшую жизнь Кэрол, что привело к аннулированию полиса. Врачи университета сосредоточили свое внимание на возможности отравления тяжелыми металлами, отметив онемение рук и ног Кэрол, нервный паралич, вызывающий провисание стопы, и потерю большинства глубоких сухожильных рефлексов.

Audrey Marie Hilley was born Audrey Marie Frazier in the Blue Mountain neighborhood of Anniston, Alabama, on June 4, 1933. Her parents were Huey Frazier and his wife, Lucille (née Meads) She married Frank Hilley on May 8, 1951; they had two children, Mike and Carol. Despite Frank's well paying job and Marie's secretarial employment, the couple had little money set aside in savings due to Marie's excessive spending habits, leading to tension in the marriage. Unbeknownst to Frank, his wife frequently engaged in sex with her bosses in exchange for money or superior performance evaluations. Frank began suffering from a mysterious illness, as did his son Mike, but Mike's symptomswhich his doctors attributed to stomach fluabruptly stopped when he moved away to attend a seminary. In 1975, after returning home early due to his illness, Frank found Marie in bed with her boss. He turned to Mike, then an ordained minister living in Atlanta, for advice. In May 1975, shortly after a visit from Mike, Frank visited his doctor complaining of nausea and tenderness in his abdomen, being diagnosed with a viral stomach ache. The condition persisted and he was admitted to a hospital, where tests indicated a malfunction of the liver; doctors diagnosed infectious hepatitis. Frank Hilley died early in the morning of May 25, 1975. Frank's autopsy, performed with his wife's permission, revealed swelling of the kidneys and lungs, bilateral pneumonia, and inflammation of the stomach. Because the symptoms closely resembled those of hepatitis, that was listed as his cause of death and no further tests were conducted. Frank had maintained a moderate life insurance policy, secretly taken out by Marie at the time of his initial illness, that she redeemed for US$31140 (31140.0 in 1975 is equivalent to about <calculated amount> in recent years). Three years later, Marie took out a $25,000 life insurance policy on her daughter Carol; an additional $25,000 accidental death rider took effect that August, for a total of US$50,000 (50000.0 in 1978 is equivalent to about <calculated amount> in recent years). Within a few months, Carol began experiencing nausea and was admitted to the emergency room several times. A year after filing the insurance policy on her daughter, Marie gave her an injection that she claimed would alleviate the nausea. However, the symptoms only worsened, with Carol's enduring numbness in her extremities. After medical tests found no disease, Carol's physician, fearing the symptoms were psychosomatic, had her undergo psychiatric testing at Carraway Methodist Hospital in Birmingham. There, Carol secretly received two more injections from her mother, who warned her not to tell others about the shots. A month after Carol was admitted to the hospital, her physician reported she was suffering from malnutrition and vitamin deficiencies, adding that he suspected heavy metal poisoning was to blame for the symptoms. Panicking, Marie had Carol discharged from the hospital that afternoon. The following day, Carol was admitted to the University of Alabama Hospital. Coincidentally, Marie was arrested for check kiting; they were written to the insurance company that insured Carol's life, causing that policy to lapse. University physicians concentrated their investigation on the possibility of heavy metal poisoning, noting that Carol's hands and feet were numb, she had nerve palsy causing foot drop and she had lost most of her deep tendon reflexes.

Арест

Врачи заметили линии Олдриха Миса на ногтях Кэрол, указывающие на отравление определенными видами ядов. Судебно-медицинская экспертиза образцов ее волос, проведенная Департаментом судебной экспертизы штата Алабама 3 октября 1979 года, выявила уровни мышьяка, варьирующиеся от более чем в 100 раз превышающих норму у основания волоса до нулевых значений на конце. Это указывало на то, что Кэрол в течение четырех-восьми месяцев получала последовательно возрастающие дозы мышьяка. В тот же день тело Фрэнка было эксгумировано, и при исследовании в нем было обнаружено содержание мышьяка в 10-100 раз превышающее норму. Было заключено, что и Фрэнк, и Кэрол страдали от хронического отравления мышьяком, при этом отравление Фрэнка оказалось смертельным. Мари находилась под стражей по обвинению в мошенничестве с чеками, когда 9 октября ее арестовали за попытку убийства дочери. Полиция Аннистона обнаружила во ее сумке флакон, анализ которого показал наличие мышьяка. Две недели спустя сестра Фрэнка нашла банку с крысиным ядом, содержащую 1,4–1,5% мышьяка. 9 ноября Мари была освобождена под залог, после чего она зарегистрировалась в местном мотеле под вымышленным именем и скрылась. Несмотря на оставленную записку, в которой говорилось о возможном похищении, Мари была объявлена в розыск как беглянка.

Бегство

19 ноября в доме тёти Мари произошло ограбление. Были похищены автомобиль, одежда и дорожная сумка. Следователи обнаружили в доме записку: "Не обращайтесь в полицию. Если вы это сделаете, мы вас уничтожим. Мы нашли то, что искали, и больше не побеспокоим вас". Через два месяца, 11 января 1980 года, Мари была заочно обвинена в убийстве Фрэнка. В дальнейшем выяснилось, что в организмах её матери и свекрови, Кэрри Хиллей, были обнаружены значительные, но не смертельные дозы мышьяка к моменту их смерти. Останки Сони Марселл Гибсон, 11-летней подруги Кэрол, скончавшейся в 1974 году от неустановленных причин, также были эксгумированы и исследованы, однако содержание мышьяка в них оказалось в пределах нормы. Гибсон была одной из многих детей в округе, заболевших после употребления напитков, которые им предлагали во время посещения дома Хиллей. Два полицейских, прибывших для пресечения домашней ссоры в доме Хиллей, также сообщили о тошноте и спазмах в животе после того, как Мари предложила им кофе. Несмотря на масштабные поиски, организованные полицией и ФБР, Мари Хиллей оставалась в бегах чуть более трех лет.

Новые имена

Под псевдонимом "Робби Ханнон" Мари отправилась во Флориду и встретила человека по имени Джон Гринлиф Хоман III. Они прожили вместе более года, прежде чем поженились 29 мая 1981 года, после чего она взяла его фамилию. Пара переехала в Нью-Гэмпшир. В конце лета 1982 года она уехала из Нью-Гэмпшира, сообщив мужу, что ей необходимо заняться семейными делами и обратиться к врачам по поводу болезни. В это время она путешествовала по Флориде и Техасу под псевдонимом "Тери Мартин", представляясь вымышленной сестрой-близнецом. Во время поездки Мари звонила Хоману, представляясь "Тери", и сообщила ему о смерти Робби в Техасе, добавив, что ему не нужно забирать тело, так как оно было передано для медицинских исследований. Познакомившись с "Тери" по телефону, Хоман выразил желание встретиться с ней. Она согласилась, сказав, что ему нужно забыть о смерти "Робби". В ноябре 1982 года, сменив цвет волос и похудев, Мари вернулась в Нью-Гэмпшир и воссоединилась с Хоманом, выдавая себя за сестру его "умершей" жены. В нью-гемпширской газете был опубликован некролог Робби Хоман, который вызвал подозрения, поскольку полиция не смогла подтвердить содержащуюся в нем информацию. Коллеги Хомана также с подозрением отнеслись к его новой "свояченице" и опасались, что могла быть совершена хитрость с финансовыми средствами. Детектив полиции штата Нью-Гэмпшир предположил, что женщина, живущая под именами Тери и Робби, – это один и тот же человек. Обеспокоенные коллеги Хомана выяснили, что Институт медицинских исследований Техаса, куда якобы было передано тело "Робби" для изучения, не существует, равно как и церковь, где отпевали ее. Хотя на рабочем месте Хомана провели аудит и не обнаружили хищений, власти все еще считали, что "Тери Мартин" могла быть беглым грабителем банков по имени Кэрол Мэннинг (что позже было опровергнуто) или разыскиваться по другим обвинениям. Тем временем "Тери" устроилась на работу секретарем в соседний Браттлборо, штат Вермонт, и была арестована. Во время допроса сотрудниками полиции штата Вермонт она призналась, что ее разыскивают в Алабаме по обвинению в мошенничестве с чеками, и раскрыла свое настоящее имя. Связь с властями Алабамы подтвердила это, а также выявила гораздо более серьезные обвинения – в убийстве и покушении на убийство. Мари была экстрадирована в Алабаму в январе 1983 года для суда. Она была признана виновной и 19 июня 1983 года приговорена к пожизненному заключению за убийство мужа и 20 годам тюремного заключения за покушение на убийство своей дочери.

Under the alias "Robbi Hannon", Marie travelled to Florida and met a man named John Greenleaf Homan III. They lived together for more than a year before marrying on May 29, 1981, at which point she took his last name. The couple moved to New Hampshire. Late in the summer of 1982, she left New Hampshire, telling her husband that she needed to attend to family business and to see some doctors about an illness. During this time, she travelled to Florida and Texas using the alias "Teri Martin", an imaginary twin sister. During the trip, Marie called Homan as "Teri" and informed him that Robbi had died in Texas, saying there was no need for him to claim the body because it had been donated to medical science. After getting to know "Teri" over the phone, Homan expressed interest in meeting her. She agreed, saying he needed to put "Robbi's" death behind them. In November 1982, after changing her hair color and losing weight, Marie returned to New Hampshire and reunited with Homan, posing as his "deceased" wife's sister. An obituary for Robbi Homan appeared in a New Hampshire newspaper, but aroused suspicion when police were unable to verify any of the information it contained. Homan's coworkers also had suspicions about his new "sister in law" and were concerned defalcation may have been at play. A detective with the New Hampshire State Police surmised that the woman living as Teri and Robbi were one and the same. Homan's concerned co workers discovered that the Medical Research Institute of Texas, where "Robbi's" body was supposedly handed over for study, was nonexistent, as was the church that eulogized her death. While Homan's workplace was audited and no embezzlement found, authorities still believed that "Teri Martin" was possibly a fugitive bank robber named Carol Manning (later disproven) or wanted on other outstanding charges. In the meantime, "Teri" had taken a secretarial job in nearby Brattleboro, Vermont, and was arrested. While being interrogated by Vermont state troopers, she confessed that she was wanted in Alabama on check kiting charges and divulged her true name. Contact with Alabama authorities confirmed this, while also disclosing the far more serious charges for murder and attempted murder. Marie was extradited to Alabama, in January 1983, to stand trial. She was found guilty, then sentenced on June 19, 1983, to life in prison for her husband's murder and 20 years for attempting to kill her daughter.

Заключение и смерть

Мари начала отбывать наказание в 1983 году в женской тюрьме Джулии Тютвилер в Ветумпке, штат Алабама, тюрьме строгого режима. Благодаря своей канцелярской карьере ей часто поручали заниматься оформлением документов, и она считалась тихой, образцовой заключенной. За хорошее поведение ей несколько раз давали однодневные пропуска из тюрьмы, и она всегда возвращалась в срок. В феврале 1987 года Мари получила трехдневный пропуск, чтобы навестить Хомана, который переехал в Эннистон, чтобы быть ближе к своей жене. Они провели день в мотеле в Эннистоне, и когда Хоман ушел на несколько часов, она исчезла, оставив записку с просьбой о прощении. Хоман немедленно сообщил в полицию. Ее побег вызвал расследование политики предоставления отпусков в Алабаме. Через четыре дня после исчезновения из мотеля Мари была найдена в состоянии бреда на заднем крыльце дома в Эннистоне. Женщина, нашедшая Мари, описала ее вид как ужасающий, сказав, что она была грязной, с грязью на лице и длинными ногтями. Она сообщила об этом в полицию, которая вызвала парамедиков. На месте происшествия Мари была в сознании, но потеряла сознание по дороге в ближайшую больницу для лечения. По прибытии она перенесла сердечный приступ. Врачи пытались ее реанимировать, но безуспешно, и ее смерть констатировали через три с половиной часа после обнаружения. Судмедэксперт полагал, что она ползала по лесу, промокшая под проливными дождями, шедшими четыре дня, и подвергалась воздействию температуры, опускавшейся почти до нуля. Окончательной причиной смерти была названа гипотермия и переохлаждение.