Введение

Клезмерский музыкант (1806–1837)

Михаль Йозеф Гусиков (при рождении Ехиел Михиел, также Гузиков или Гусиков) (2 сентября 1806 – 21 октября 1837) — белорусский еврейский клезмер, впервые представивший клезмерскую музыку западноевропейской концертной публике на своем «инструменте из дерева и соломы».

Гусиков и его инструмент

Гусиков родился в семье клезмерских музыкантов в Шклове (ныне в Беларуси). Изначально его воспитывали для игры на флейте, как и его отец, но из-за слабости легких он был вынужден выбрать другую специализацию. В 1831 году он сконструировал инструмент, который назвал деревянно-соломенным – по сути, ксилофон, расположенный как цимбалы на деке из скрученных соломенных рулонов, обеспечивающих мощный резонанс. Ведутся споры о том, был ли этот инструмент изобретен самим Гусиковым или его современником Самсоном Якубовским. На этом инструменте Гусиков достиг необычайной виртуозности и в 1834 году дал концерты в Москве, Киеве и Одессе. На одном из концертов в Одессе его услышал польский скрипач Карол Липинский, и при его поддержке, а также поэта Ламартина, Гусиков отправился в концертный тур по Западной Европе, начиная с 1835 года. Концерты, на которых Гусиков выступал в традиционном еврейском габардине, а его родственники аккомпанировали ему на басу и скрипках, имели огромный успех. В Париже он стал настолько популярен, что в его честь была названа прическа, имитирующая его пейсы. Гусиков исполнял импровизации как на традиционных еврейских и клезмерских мелодиях, так и на популярных оперных ариях того времени. Среди других городов, где он выступал, были Прага, Франкфурт и Вена.

Мнения о его музыке

Многие профессиональные еврейские музыканты были глубоко впечатлены Гусиковым. Фердинанд Хиллер написал ему рекомендательное письмо к Джакомо Мейерберу. В 1836 году Феликс Мендельсон писал своей семье:

«Мне интересно узнать, понравился ли вам Гусиков настолько же, насколько и мне. Он – настоящее явление; человек известный, ни в чем не уступающий лучшим виртуозам мира ни в исполнении, ни в выразительности; поэтому он доставляет мне больше удовольствия своей флейтой, чем многие – игрой на фортепиано». Франц Лист, напротив, отзывался о нем с пренебрежением, называя Гусикова «Паганини бульваров», чей «дар, можно сказать, гений» лучше было бы направить на «изобретение сельскохозяйственного орудия», в то время как его «талант, будучи направленным в ложное русло, не породил ничего, кроме музыкальной пустоты». Гусиков завоевал восхищение и дружбу музыковеда Франсуа Жозефа Фетиса, который, основываясь на их беседах в Брюсселе, написал о нем развернутую статью в своем музыкальном словаре.

Смерть

Измученный гастролями, Гусиков умер от туберкулеза в Ахене, его последние дни были отравлены из-за предполагаемой кражи его любимого инструмента из его комнаты. До наших дней дошла лишь одна музыкальная пьеса, написанная Гусиковым – обработка еврейского гимна "Шир ха-маалот" (Псалом 126).