Введение

Танна Симеон бен Аззай, или просто Бен Аззай, был выдающимся танной первой трети II века.

Биография

Бен Аззая иногда называется "Рабби", но, несмотря на его обширные знания, этот титул ему не принадлежал по праву, поскольку он всю жизнь оставался в рядах "талмидим" или "талмидей хакамим" (учеников или последователей мудрецов). Бен Аззая и Бен Зома считались в традиции таннаитов высшими представителями этой ступени в иерархии обучения. Бен Аззая особенно упоминается как выдающийся пример "ученика, достойного получения "хора'а", права на самостоятельное толкование в вопросах религиозного закона. Бен Аззая был близок к лидерам ябнийской школы. В тот же день он (1) передал "от имени семидесяти двух старейшин" халахическое решение (которое было принято в Явне в день избрания Елеазара бен Азарии президентом вместо Гамалиила II), а также (2) постановил, что книги Когелет и Песнь Песней столь же священны, как и другие Священные Писания, тем самым официально завершив сборник библейских книг, или канон. Главным из учителей Бен Аззая был Иешуа бен Ханания, чьи мнения он излагал, доказывал их верность или защищал от Акивы. Сам Акива не был наставником Бен Аззая, хотя последний иногда называет его так и однажды даже выразил сожаление, что не смог быть ближе к нему как ученик; и он выразил такое же сожаление по отношению к Исмаилу бен Элише. В своих халахических взглядах и библейской экзегезе, а также в других высказываниях, Бен Аззая следует Акиве; и по тону, в котором он говорит об Акиве в дошедших до нас преданиях, Амораи пришли к выводу, что его отношения с Акивой были одновременно отношениями ученика и коллеги.

Благочестие и преданность учебе

Наиболее заметной чертой Бен Аззая было необычайное усердие, с которым он занимался изучением Торы. После его смерти говорили: «С кончиной Бен Аззая умер последний усердный человек». Более поздняя традиция рассказывает о ревностном изучении Торы Бен Аззаем и Акивой (ссылаясь на Псалом 114:8), что их способность к постижению была тверда как камень. Но поскольку они прилагали столь огромные усилия в своих занятиях, Бог открыл человеку вход в Тору, благодаря чему Бен Аззай мог объяснять даже те аспекты Галахи, которые не понимали школы Шаммая и Хиллеля. Любовь к учебе побудила Бен Аззая оставаться неженатым, хотя он сам выступал против безбрачия и даже был обручен с дочерью раввина Акивы, которая годами ждала, когда он женится на ней, подобно тому, как ее мать ждала Акиву. Когда Елеазар бен Азария упрекнул его в этом противоречии между жизнью и учением, он ответил: «Что мне делать? Моя душа страстно стремится к Торе; пусть другие заботятся о продолжении рода». Еще одной чертой Бен Аззая была его великая благочестивость. Говорили: «Тот, кто увидел Бен Аззая во сне, сам ступает на путь благочестия». Благодаря этой благочестивости он мог, не нанося вреда своей душе, посвятить себя теософским размышлениям, когда, подобно Бен Зоме, Элише бен Абуе и Акиве, он, согласно преданию, вошел в сад («пардес») эзотерического знания. Предание гласит: «Он узрел тайны сада и умер; о нем Писание говорит: "Драгоценна пред Господом смерть святых Его". В связи с этим стихом Бен Аззай сам учил, что Бог показывает благочестивым, в час их смерти, награды, которые их ожидают. Передаются и другие его изречения о часе смерти. Согласно не вполне достоверной традиции, Бен Аззай был одним из первых мучеников во времена преследований при Адриане, и его имя находится в списке десяти мучеников.

Учения

Многие учения Бен Аззая, как основанные на Библии, так и не основанные на ней, сохранились. Два из них были включены в «Пиркей Авот». После изречения Бен Аззая в начале третьей главы «Дерех Эрец Рабба», эта небольшая книга (которая изначально начиналась с этой главы) получила название «Перек Бен Аззай». В учении, перекликающемся с основополагающей мыслью Акивы, Бен Аззай излагает характерные черты своеобразного детерминистского взгляда на мир: «Твоим именем тебя будут называть, в месте, где тебе суждено быть, тебя увидят, твое тебе дадут; никто не посягнет на то, что предназначено его ближнему, и ни одно правление не нарушит даже на волосок времени, отведенного другому правлению». После Гилеля Акива провозгласил заповедь «возлюби ближнего своего, как самого себя» величайшей основополагающей заповедью еврейского учения; Бен Аззай, ссылаясь на это, заявил, что еще более важный принцип содержится в библейском стихе: «Это книга родов человеческих [Адама]. В день, когда Бог сотворил человека, по образу Своему сотворил его». Заповедь любить Бога всей душой Бен Аззай объяснил так же, как и Акива: «Люби Его до последнего вздоха души!». Несколько аггадических учений Бен Аззая, вызванных учениями Акивы, вводятся словами: «Я не желаю противоречить толкованию моего учителя, но лишь добавлю к его словам». Замечания Бен Аззая о жертвоприношениях явно направлены против гностицизма. В противовес гностическому учению о том, что законы жертвоприношений могли произойти лишь от вторичного бога (демиурга, который лишь справедлив, но не благодетелен), Бен Аззай отмечает, что в связи с законами о жертвоприношениях используется не одно из различных имен Бога в иудаизме, а именно отличительное имя – тетраграмматон, в котором особенно подчеркивается благость Бога, дабы у «минимов» (неверующих) не было возможности доказать свои взгляды посредством Писания. Символическая интерпретация Бен Аззаем первого слова «Плача» (איכה) также носит полемический характер и, вероятно, направлена против павловского христианства. Он полагает, что гематрия букв этого слова указывает на то, что израильтяне не были изгнаны, пока не отреклись от единого Бога (א), десяти заповедей (י), закона об обрезании, данного двадцатому поколению после Адама (כ), и пяти (ה) книг Торы.

Цитаты

Мицва влечет за собой другую мицву, а грех – другой грех. Не презирай никого и не игнорируй ни одно дело, ибо нет человека, у которого не настал бы час, и нет вещи, у которой не было бы своего места.

В популярной культуре

В рассказе Хорхе Луиса Борхеса "Три версии Иуды" рассказчик упоминает, что Симеон бен Аззай увидел Эдемский сад и умер. В романе Милтона Штейнберга "Как лист, гонимый ветром" Бен Аззай принимает участие в исследовательском проекте Элиши Бен Абуя, целью которого было согласование еврейской веры с другими традициями мудрости. Он умирает в состоянии экстаза в момент наивысшего подъема своих духовных исканий.