Введение

Американский философ Кент Бах (род. 1943) — американский философ и профессор философии в Университете штата Сан-Франциско. Его основными областями исследований являются философия языка, лингвистика и эпистемология. Он автор трех книг: «Exit existentialism: A philosophy of self awareness», «Linguistic Communication and Speech Acts» и «Thought and Reference», опубликованных соответственно издательствами Wadsworth, MIT Press и Oxford University Press.

Философия языка

В философии языка работы Баха в основном сосредоточены на проблемах и головоломках, возникающих из так называемых атрибуций пропозициональных установок, в частности, атрибуций убеждений. Такие атрибуции (или сообщения) имеют форму «А верит, что p», где А – субъект, которому приписывается убеждение, а p представляет собой предложение, пропозицию (или, более расплывчато, содержание), в которое, предположительно, верит А. В работах «Головоломка об отчетах о вере» и «Сообщают ли отчеты о вере о вере?» Бах утверждает, что в основе всех традиционных объяснений природы отчетов о вере лежит ложное предположение: все они неявно поддерживают то, что он называет предположением о спецификации. По сути, это идея о том, что «что»-фразы в отчетах о вере («что Уильям сядет на поезд завтра», «что солнце встанет завтра утром») специфицируют (то есть, непосредственно отсылают к) пропозициям (или предложениям), в которые верит субъект. Бах предполагает, что «что»-фразы не специфицируют, а лишь «описывают» или «характеризуют» то, во что верит человек. Он обосновывает свой тезис, обращаясь к нескольким классическим головоломкам, которые смущали философов языка со времен Фреге. Первый тип головоломки – вариация классической проблемы подстановки кореферентных термов в контексте атрибуций установок. Простой пример – следующая пара предложений:

Лоис Лейн верит, что Кларк Кент – слабак. Лоис Лейн верит, что Супермен – слабак. Простая подстановка одного кореферентного термина другим, кажется, меняет истинностное значение (и, следовательно, содержание) предложения с истинного на ложное. Но это должно быть невозможно, если мы придерживаемся нескольких простых и разумных предположений, общепринятых среди философов: прямой референции, семантической композициональности и семантической невинности. Прямая референция – это принцип, согласно которому сингулярные термы вносят свои референты в пропозиции, выраженные предложениями, которые их содержат. Композициональность – это идея о том, что значение составного выражения выводится из частей, из которых оно состоит. Семантическая невинность – это принцип, согласно которому «встраивание» терма или имени в «что»-фразу не должно изменять его семантическое значение. Учитывая эти базовые предположения, как возможно, чтобы истинностное значение предложения в контексте атрибуции могло измениться, то есть, как возможна семантическая непрозрачность? Бах рассматривает четыре исторических подхода к решению этой проблемы и демонстрирует несостоятельность каждого из них. Первый подход – это подход самого Фреге. Фреге утверждал, что референция терма в контексте отчета о вере (или любой другой атрибуции установки) больше не является его «обычной» референцией, а скорее его смыслом (см. «Смысл и референция»). Хотя это предложение сохраняет композициональность, оно, очевидно, нарушает вышеупомянутый принцип семантической невинности. Термы не имеют той же референции в контексте атрибуции установок, что и в контексте обычных предложений. Бах иллюстрирует это, приводя пример предложения, включающего анафору, и приводящего к серьезным проблемам для фрегеанского взгляда: (Ан) Лоис Лейн верит, что Кларк Кент – слабак, но это не так. Здесь местоимение «он» используется, как говорят лингвисты, анафорически: его значение выводится из собственного имени, которое оно замещает (в данном случае, Кларк Кент). Таким образом, очевидно, что «он» в этом предложении относится (и довольно непосредственно) к Кларку Кенту. Теория Фреге предсказывает, что оно относится к имени Кларк Кент, смыслу терма в терминологии Фреге. Следовательно, теория Фреге «отрицает семантическую невинность», и это делает ее несколько контринтуитивной. Далее Бах рассматривает то, что он называет металингвистическим или сентенциалистическим взглядом. С этой точки зрения, предложение, встроенное в «что»-фразу, относится к какому-то предложению, будь то само предложение или предложение в некотором языке мысли, зависит от конкретики теории. Как бы то ни было, этот взгляд также нарушает принцип семантической невинности: референты термов меняются от обычных контекстов (где они являются объектами во внешнем мире) к контекстам отчетов об установках (где они являются лингвистическими элементами). Таким образом, у него такая же проблема, как у Фреге, а также несколько других. Так называемая теория скрытых индексикалов утверждает, что разница в истинностном значении (и содержании) между предложениями 1 и 2 выше не имеет отношения к тому, что они говорят о том, во что верит Лоис Лейн, а к тому, что они неявно говорят о том, как она в это верит. Два предложения не отличаются по своему содержанию, по сингулярной пропозиции, выраженной утверждением, что Супермен/Кларк Кент – слабак, а каким-то неявно подразумеваемым способом отношения к этой пропозиции. По мнению Баха, этот подход нарушает принцип композициональности. В предложении «А верит, что G есть F» нет места для какого-либо «неартикулированного компонента» или «скрытого индексикала». Он также указывает на то, что предложения, такие как «Джо готов» и «Фред закончил», в которых отсутствует аргумент, не обязательно выражают пропозиции с неартикулированными компонентами. Они могут быть просто семантически неполными и, следовательно, не выражать пропозиции вообще. Последняя позиция, которую рассматривает Бах, – так называемая неорусселианская теория. Неорусселианцы пытаются решить проблему, отвергая «антиподстановочную интуицию». Они настаивают на том, что предложения, такие как 1 и 2, на самом деле имеют одинаковое содержание и что никакого изменения истинностных значений вообще нет. Аналогично, если Джокер понимает, что Брюс Уэйн богат, то это также верно, что Джокер понимает, что Бэтмен богат; если Джокер сомневается, что Брюс Уэйн – угроза, то также верно утверждение, что Джокер сомневается, что Бэтмен – угроза, и так далее. Эти последствия делают неорусселианскую теорию крайне неуклюжей и контринтуитивной. Собственное, альтернативное решение Баха – отвергнуть предположение о спецификации, обсуждавшееся в начале. Он далее иллюстрирует проблемы, связанные с этим предположением, на примере еще одной известной философской головоломки: головоломки Падеревского Крипке, которая не включает подстановку. (а) Питер верит, что у Падеревского был музыкальный талант. (б) Питер не верит, что у Падеревского был музыкальный талант. Головоломка Крипке возникает из-за того, что Питер принимает Падеревского за двух разных людей: одного – государственного деятеля, а другого – пианиста. На самом деле это один и тот же человек. Согласно дескриптивистскому взгляду Баха, предложение (а) описывает Питера как верящего в нечто, а предложение (б) описывает его как верящего в нечто другое. Поскольку «что»-фразы не специфицируют, что это за две вещи, в которые верит Питер (они не отсылают к одному конкретному объекту), то они не обязательно являются одним и тем же. Условием истинности отчета о вере является то, что верующий должен верить во что-то, такое, что пропозиция, выраженная «что»-фразой, окажется истинной. Были предприняты попытки разрешить головоломку Падеревского, предполагая, что «что»-фразы недостаточно конкретны и что, если бы вся контекстуально релевантная информация была предоставлена в деталях, мы могли бы в конечном итоге определить, во что именно Питер верит и во что не верит. Однако, как показывает Бах, это приводит к бесконечному регрессу. Мы могли бы добавить информацию к предложениям (а) и (б), которая более конкретно указывает на то, что Питер верит, что Падеревский «пианист» обладает музыкальным талантом, и Питер не верит, что Падеревский «государственный деятель» обладает музыкальным талантом. Но предположим, что Питер слышит запись Падеревского, играющего Моцарта, и впечатлен исполнением. Позже он слышит запись Падеревского, играющего Кита Джарретта, и испытывает отвращение к исполнению. Учитывая, что у нас один и тот же Падеревский и что Питер все еще не знает, что это один и тот же человек в обоих случаях, мы должны сказать т…

Бах против Фёдора

В своем "Обзоре концепций: где когнитивная наука ошиблась" Бах критикует Джерри Фодора за его критику лексической семантики и полисемии. Фодор утверждает, что такие глаголы, как "keep", "get", "make" и "put", не имеют лексической структуры. Он предполагает, что вместо этого "keep" просто выражает концепцию KEEP (Фодор использует заглавные буквы для концептов, чтобы отличать их от свойств, имен и других подобных сущностей). Если существует прямое соответствие между отдельными словами и концептами, то "keep your clothes on"*, "keep your receipt" и "keep washing your hands" будут разделять одну и ту же концепцию KEEP согласно теории Фодора. Эта концепция, предположительно, фиксируется на уникальном внешнем свойстве сохранения. Но если это так, то RETAIN должен выделять другое свойство в RETAIN YOUR RECEIPT, поскольку нельзя сохранить одежду или сохранить процесс мытья рук. Теория Фодора также сталкивается с проблемой объяснения того, как концепция FAST по-разному влияет на значение выражений FAST CAR, FAST DRIVER, FAST TRACK и FAST TIME. Являются ли различные интерпретации "fast" в этих предложениях заданными семантикой английского языка или результатом прагматического вывода – вопрос дискуссий. То, что делает взгляд Фодора на концепты чрезвычайно сложным для восприятия многими критиками, – это его упорство в том, что их огромное, возможно, неправдоподобное, количество является примитивным и неопределимым. Например, Фодор считает такие концепты, как БЕЧЕЛОРА, ЭФФЕКТ, ОСТРОВ, ТРАПЕЦИЯ, ЛИСИЦА и НЕДЕЛЯ, примитивными, врожденными и не поддающимися анализу, поскольку все они попадают в категорию того, что он называет "лексическими концептами" (те, для которых в нашем языке есть одно слово). В противовес этому, Бах утверждает, что концепт ЛИСИЦА почти наверняка состоит из концептов ЖЕНСКИЙ и ЛИСА, БЕЧЕЛОРА – из ОДИНОКИЙ и МУЖЧИНА, и так далее.