Башир Шихаб II: Эмир Ливанского горного эмирата

Введение

Эмир Ливана (1767–1850)

Башир Шихаб II (بشير الثاني الشهابي, также транскрибируется как Башир Чехаб II; 2 января 1767 – 1850) — ливанский эмир, правивший Эмиратом Ливанской горы в первой половине XIX века. Родился в ветви семьи Шихаб, которая приняла маронитство, в отличие от суннитского ислама, исповедовавшегося предыдущими эмирами Шихаб. Он был единственным маронитским правителем Эмирата Ливанской горы.

Ранняя жизнь и семья

Башир родился в 1767 году в Газире, деревне в регионе Кесерван на горе Ливан. Он был сыном Касима ибн Умара ибн Хайдара ибн Хусейна Шихаба из династии Шихабов, которая была избрана для управления сбором сверхналогов в Горе Ливан другими друзскими знатьями, также известными как Ливанский эмират, после того как династия Маанов, их сородичей-друзов, пресеклась в 1697 году. Хотя семья Шихабов формально придерживалась суннитского ислама, некоторые её члены обратились в Маронитскую католическую церковь. Башир был одним из первых членов его многочисленной семьи, родившимся христианином. В 1768 году, когда Башир был ещё младенцем, умер его отец Касим, стремившийся возвести Башира во главу эмирата. Когда шейхи Джумблатов поинтересовались у него об этом, Башир не дал однозначного ответа, но оставил возможность для переговоров; его нерешительность была вызвана его крайним финансовым положением. Он был сыном Наджма Шихаба, лидера суннитской мусульманской ветви клана, базировавшейся в Хасбае. В результате женитьбы на Шамс, Башир II приобрел значительное состояние. Впоследствии друг Башира из Сидона по имени Ибрагим аль-Джаухари отправился на поиски новой жены для Башира. Аль-Джаухари уже знал в Стамбуле черкесскую рабыню по имени Хисн Джихан. Джихан была мусульманкой, и Башир обратил её в маронитскую церковь перед свадьбой. По словам современников того времени, Джихан была замкнутой и покидала свою резиденцию только полностью покрытой, была любящей женой Башира, оказывала на него значительное влияние и славилась своим обаянием и благотворительностью в отношении жителей Горы Ливан. В этом споре Башир поддержал эмиров Исмаила и Саида Ахмада Шихаба против эмира Юсуфа, который в конечном итоге одержал верх, когда могущественный османский губернатор Сидона, Ахмад-паша аль-Джазар, подтвердил его контроль над налоговыми фермами Горы Ливан после того, как Юсуф пообещал ему взятку в размере 1 000 000 кирш. Башир отправился в штаб-квартиру аль-Джаззара в Акку, где в сентябре 1789 года ему официально передали налоговые фермы Горы Ливан. Вскоре после этого Джирджи Баз, мудабир (управляющий) сыновей Юсуфа Хусейна и Саада ад-Дина, убедил Кадана и Хайдара передать сыновьям Юсуфа налоговую ферму Джубайля.

Bashir was born in 1767 in Ghazir, a village in the Keserwan region of Mount Lebanon. He was the son of Qasim ibn Umar ibn Haydar ibn Husayn Shihab of the Shihab dynasty, which had been elected to the super tax farm of Mount Lebanon by other Druze nobility, also known as the Mount Lebanon Emirate, when their Druze kinsmen, the Ma'an dynasty died heirless in 1697. Although the Shihab family was ostensibly Sunni Muslim, some members of the family had converted to the Maronite Catholic Church. Bashir was among the first members of his extended family to be born a Christian. In 1768, when Bashir was still an infant, his father Qasim died. who sought to install Bashir at the head of the emirate. When probed on the subject by the Jumblatt sheikhs, Bashir was noncommittal but left room for negotiations; his hesitance was a result of his financial destitution. the son of Najm Shihab, leader of the Sunni Muslim, Hasbaya based branch of the clan. As a result of his marriage to Shams, Bashir II gained considerable wealth. Afterward, a friend of Bashir from Sidon named Ibrahim al Jawhari set out to find a new wife for Bashir. Al Jawhari already knew a Circassian slave girl named Hisn Jihan in Istanbul. Jihan was a Muslim and Bashir had her convert to the Maronite Church before the marriage. According to contemporary chroniclers of the time, Jihan was seclusive and only left her residence fully veiled, was a loving wife to Bashir, wielded significant influence over him and was reputed for her enchantment and charitable efforts with Mount Lebanon's inhabitants. In that dispute, Bashir backed emirs Isma'il and Sayyid Ahmad Shihab against Emir Yusuf, who ultimately prevailed when the powerful Ottoman governor of Sidon, Ahmad Pasha al Jazzar, confirmed his control of the Mount Lebanon tax farms after Yusuf promised him a bribe of 1,000,000 qirsh. Bashir traveled to al Jazzar's headquarters in Acre, where he was officially transferred the Mount Lebanon tax farms in September 1789. Not long after, Jirji Baz, the mudabbir (manager) of Yusuf's sons Husayn and Sa'ad ad Din, persuaded Qa'dan and Haydar to grant Yusuf's sons the tax farm of Jubail.

Конфликт с аль-Джаззаром

В 1797 году Баз восстановил хорошие отношения с аль-Джазаром, привезя ему сыновей Юсуфа, чтобы выразить почтение. Аль-Джазар использовал свою потенциальную поддержку сыновей Юсуфа, чтобы вынудить Башира платить больше налогов или рисковать потерей своих налоговых ферм на горе Ливан. В то же время эмир Башир решил устранить своих противников из числа Аби Накад и для этого вступил в сговор с Джумблатами и Имадами. Согласно современному источнику, убийства фактически означали, что «имя Накад было стерто с лица земли». Впоследствии он вынудил Башира покинуть гору Ливан, отправив экспедиционный корпус, чтобы помочь Базу изгнать Башира из Дейр-эль-Камара. Баз согласился тайно встретиться с Баширом, и они достигли соглашения без ведома аль-Джазара, согласно которому Башир будет контролировать друзовские районы горы Ливан и доминируемый маронитами Кесерван, а сыновья Юсуфа – северные районы, такие как Джубайль и Батрун. Башир пообещал соблюдать соглашение, принеся клятву как на Коране, так и на Евангелии. Башир также нанял База в качестве своего мудаббира, заменив маронитский клан Дадаха, традиционного поставщика мудаббиров. Между тем Баз укреплял свое влияние на горе Ливан и часто действовал не согласованно с Баширом, обходя его власть. В 1810 году Сулейман-паша предоставил Баширу пожизненную аренду на налоговые округа Чуф и Кесерван. Более того, Сулейман-паша впоследствии обращался к Баширу в своей переписке с почетным титулом «гордость благородных князей, власть над великими лордами, наш благородный сын, эмир Башир аль-Шихаби». Маронитское крестьянство разочаровалось в эмире Башире из-за дополнительных налогов, а маронитская церковь все больше возмущалась сокрытием эмиром Баширом своей маронитской католической веры. Башир расценил это как попытку Абдуллы спровоцировать конфликт между ним и жителями горы Ливан и попытался разрядить напряженность с Абдуллой-пашой. В Антелиасе крестьяне согласились отклонить дополнительные требования Башира и назначили вакаля (делегатов; ед. число – вакиль) из каждой своей деревни для представления их интересов. Фракция Язбаки, с благословения Абдуллы-паши, 14 апреля 1819 года назначила двух мусульманских эмиров-суннитов из ветви Рашайи клана Шихаба, Хасана и Салмана, преемниками эмира Башира. К 1820 году Османская империя вступала в войну с Россией и пыталась подавить греческое восстание в Морее, что побудило Высокую Порту (османское имперское правительство) отдать приказ Абдулле-паше укрепить прибрежные города Сирии и разоружить христиан в своей провинции. Высокая Порта была обеспокоена действиями Абдуллы-паши и эмира Башира против Дамаска и отправила Мустафу-пашу, губернатора Эялета Алеппо, для подкрепления Дервиша-паши и помощи ему в победе над Абдуллой-пашой. Оттуда шейх Башир начал подготовку к войне с эмиром Баширом. Патриарх Юсуф Хубайш приветствовал вышеупомянутые события. Фактически маронитские священнослужители, которые долгое время доминировали в религиозных и светских аспектах маронитской жизни, приобрели привилегии, которые ранее имели друзы-мукатаджи при Башире и его предшественниках из Шихабов. Последние заставили муфтия Стамбула издать фетву (исламский указ), объявив Мухаммеда Али неверным, в то время как Мухаммед Али заставил шарифа Мекки издать фетву, осуждающую Махмуда II за нарушение шариата и провозглашающую Мухаммеда Али спасителем ислама, тем самым создавая условия для войны между Египтом и Стамбулом. Под командованием сына Мухаммеда Али, Ибрагима-паши, египетские войска начали завоевание Сирии 1 октября 1831 года, захватив большую часть Палестины, прежде чем осадить Абдуллу-пашу в Акко 11 ноября. Между тем, по приказу Высокой Порты, мутасаллимы Бейрута и Сидона и вали Триполи и Алеппо поддержали Абдуллу-пашу и выпустили предупреждения для знатных людей Ливана, чтобы они поступили так же. Вместо этого они присоединились к османской армии, мобилизующейся в Дамаске под командованием сераскера (главнокомандующего) Мехмеда Иззета-паши. Присоединение основных друзовских кланов к османам заставило Башира в дальнейшем полагаться на свою растущую маронитскую базу поддержки. Однако благодаря его тесному союзу с Мухаммедом Али он избежал подчинения египетской бюрократии, которая централизовала власть в остальной части Сирии. Он назначил Халила в Шаххар, Касима в Чуф, Амина в Джубайль, сына своего брата Хасана, Абдуллу, в Кесерван, своего кузена Башира в Туффах и своего соратника Хайдара Абу'л-Лама в Матна. Во время этого Мухаммед Али отправил Баширу приказы продвинуться против Сафада, одного из центров восстания. Соответственно, Башир повел свои войска к городу, но, не достигнув его, предъявил повстанцам ультиматум с требованием их капитуляции. Между 1834 и 1835 годами войска Башира под командованием Халила и его родственников также участвовали в подавлении восстаний в Аккаре, Сафите, Краке рыцарей и восстании алавитов в горном районе Латакии. После подавления различных восстаний сопротивление разоружению и призыву в армию администрации Мухаммеда Али было подавлено на несколько лет. Башир удовлетворил просьбу Ибрагима-паши о наборе, организовав отряд под руководством своего внука Махмуда, который впоследствии был отправлен для подкрепления Ахмада и Са'д ад-Дина в Хасбае. Войска Башира были засажены друзами под командованием соперничающих эмиров Шихаба, Башира Касима и Али из Рашайи. Друзские и христианские соперники Башира и противники его правления на горе Ливан были ухаживаемы и вооружены по инициативе британского министра иностранных дел лорда Палмерстона. При поддержке британских османов союз шейхов на горе Ливан, включая Аби Накад, Абу'л-Лама, Хазен, Шихаб, Хубайш и Дада, Ханджар аль-Харфуш, Ахмада Дагира, Юсуфа аль-Шантири и Абу Самру Ганима, подняли восстание против Башира и Ибрагима-паши 27 мая 1840 года. Большинство друзов не присоединились к восстанию на ранней стадии из-за его преимущественно маронитского или прохристианского руководства, базировавшегося в Матна, Кесерване и Сахиле. К 13 июля Башир сообщил египетским властям, что восстание подавлено, и сдал 57 лидеров и участников восстания, включая Хайдара Абу'л-Лама и Франсиса аль-Хазена, которые были сосланы в Верхний Египет. Это произошло после того, как Вуд, которому османы поручили урегулировать дела горы Ливан, переманил патриарха Хубайша гарантиями того, что османы будут уважать привилегии маронитской церкви на горе Ливан. Абу Самра и марониты Батруна, Джубайля, Бшарри и Куры также перешли на сторону османов. Ибрагим-паша бежал, а Башир сдался османам 11 октября. Башир предложил османам четыре миллиона пиастров за изгнание во Францию, но его предложение было отклонено. Вместо этого ему предоставили выбор между изгнанием на Мальту или в Лондон. Башир подорвал традиционную систему управления на горе Ливан, почти устранив феодальную власть друзов и маронитов-мукатаджи, и/или устранив Башира Джумблатта и последующим привлечением маронитского духовенства в качестве новой базы власти, заменив преимущественно друзов-мукатаджи. Историк Уильям Харрис резюмирует, что Башир внес вклад в создание современного государства Ливан, написав: «К лучшему или к худшему, и независимо от его личной ответственности, полувековое правление Башира II оставило в наследство зачатки современного Ливана. К ним относятся идея автономной ливанской сущности, популярная идентификация с конфессиональным сообществом выше лояльности к местным лордам, популярное общинное политическое представительство и конфессиональная напряженность». Историк Цезарь Э. Фарах утверждает: «Без внутренних схем Башира, которые облегчили египетскую оккупацию Сирии, Ливан, вероятно, не стал бы в 1840 году ареной столкновения великих держав».

In 1797, Baz reestablished good offices with al Jazzar, bringing him Yusuf's sons to pay their respects. Al Jazzar wielded his potential support for Yusuf's sons as a way to leverage Bashir into paying more taxes or risk losing his Mount Lebanon tax farms. At the same time, Emir Bashir decided to eliminate his Abi Nakad opponents and to that end, he conspired with the Jumblatts and Imads. According to a contemporary source, the killings effectively meant that the "Nakad name was obliterated". He subsequently forced Bashir to depart Mount Lebanon by sending an expeditionary force to help Baz oust Bashir from Deir al Qamar. Baz agreed to meet Bashir in secret and the two reached a deal without al Jazzar's knowledge, whereby Bashir would control the Druze areas of Mount Lebanon and Maronite dominated Keserwan, while Yusuf's sons would control the northern areas, such as Jubail and Batroun. Bashir promised to uphold the agreement, swearing an oath on both the Quran and the Gospel. Bashir also hired Baz to be his mudabbir, replacing the Maronite Dahdah clan as his traditional provider of mudabbirs. Baz, meanwhile, had been asserting his influence in Mount Lebanon and often acted out of concert with Bashir, bypassing the latter's authority. In 1810, Sulayman Pasha gave Bashir a leasehold for life over the Chouf and Keserwan tax districts, Moreover, Sulayman Pasha would thereafter address Bashir in their correspondence with the honorary title of "pride of noble princes, authority over great lords, our noble son, Emir Bashir al Shihabi". The Maronite peasantry became frustrated with Emir Bashir because of the additional taxes imposed on them, while the Maronite Church was becoming increasingly angry at Emir Bashir's concealment of his Maronite Catholic faith. Bashir understood this to be an attempt by Abdullah to foment a conflict between him and the inhabitants of Mount Lebanon, and he sought to defuse tensions with Abdullah Pasha. At Antelias, the peasants agreed to reject Bashir's additional impositions, and appointed wukala (delegates; sing. wakil) from each of their villages to represent their interests. The Yazbaki faction, with Abdullah Pasha's blessing, proceeded to appoint two Sunni Muslim emirs from the Rashayya branch of the Shihab clan, Hasan and Salman, as Emir Bashir's successors on 14 April 1819. By 1820, the Ottoman Empire was entering into war with Russia and attempting to quell a Greek uprising in Morea, prompting the Sublime Porte (Ottoman imperial government) to issue orders to Abdullah Pasha to fortify Syria's coastal cities and disarm Christians in his province. The Sublime Porte was troubled by Abdullah Pasha and Emir Bashir's actions against Damascus, and dispatched Mustafa Pasha, the governor of Aleppo Eyalet, to reinforce Dervish Pasha and help him defeat Abdullah Pasha. From there, Sheikh Bashir began preparations for war with Emir Bashir. Patriarch Yusuf Hubaysh greatly welcomed the aforementioned developments. In effect, Maronite clergymen, who had long dominated the religious and secular aspects of Maronite life, acquired the privileges that the Druze muqata'jis had previously maintained with Bashir and his Shihabi predecessors. The latter had the mufti of Istanbul issue a fatwa (Islamic edict) that declared Muhammad Ali an infidel, while Muhammad Ali had the Sharif of Mecca issue a fatwa that condemned Mahmud II for violating the Sharia and promoted Muhammad Ali as Islam's savior, subsequently setting the stage for war between Egypt and Istanbul. Under the command of Muhammad Ali's son Ibrahim Pasha, Egyptian forces began their conquest of Syria on 1 October 1831, capturing much of Palestine before besieging Abdullah Pasha in Acre on 11 November. Meanwhile, under the Sublime Porte's orders, the mutasallims of Beirut and Sidon and the walis of Tripoli and Aleppo stood by Abdullah Pasha, and issued warnings to Mount Lebanon's notables to do likewise. Instead, they joined the Ottoman army mobilizing in Damascus under the command of the serasker (commander in chief), Mehmed Izzet Pasha. The alignment of the major Druze clans with the Ottomans compelled Bashir to further rely on his growing Maronite power base. However, through his close alliance with Muhammad Ali, preventing it from being subject to the Egyptian bureaucracy that centralized power in the rest of Syria. the northern tax district of Koura and the port cities of Sidon and Beirut. As such, he appointed Khalil to Shahhar, Qasim to Chouf, Amin in Jubail, his brother Hasan's son Abdullah in Keserwan, his cousin Bashir in Tuffah and his associate Haydar Abu'l Lama in Matn. during which Muhammad Ali sent orders to Bashir to advance against Safad, one of the centers of the rebellion. Accordingly, Bashir led his troops toward the town, but before reaching it, he issued an ultimatum to the rebels demanding their surrender. Between 1834 and 1835, Bashir's forces commanded by Khalil and his relatives also participated in the suppression of revolts in Akkar, Safita, the Krak des Chevaliers and an Alawite revolt in the mountainous region of Latakia. With the various rebellions quelled, resistance to disarmament and conscription by Muhammad Ali's administration was stifled for a few years. Bashir acceded to Ibrahim Pasha's levy request, organizing a force under the leadership of his grandson Mahmud, which subsequently was sent to reinforce Ahmad and Sa'd ad Din in Hasbaya. Bashir's troops were ambushed by Druze forces commanded by rival Shihab emirs, Bashir Qasim and Ali of Rashaya. Bashir's Druze and Christian rivals and dissidents to his rule in Mount Lebanon were courted and armed in an initiative by the British Foreign Secretary, Lord Palmerston. With British Ottoman support, an alliance of sheikhs in Mount Lebanon, including the Abu Nakad, Abu'l Lama, Khazen, Shihab, Hubaysh and Dahdah clans, Khanjar al Harfush, Ahmad Daghir, Yusuf al Shantiri and Abu Samra Ghanim, launched a rebellion against Bashir and Ibrahim Pasha on 27 May 1840. Most Druze did not join the revolt in its early stage due to its mostly Maronite or pro Christian leadership based in Matn, Keserwan and the Sahil. By 13 July, Bashir informed the Egyptian authorities that the revolt was suppressed, and handed over 57 of the revolt's leaders and participants, including Haydar Abu'l Lama and Fransis al Khazen, who were exiled to Upper Egypt. This was after Wood, who had been accorded responsibility over settling Mount Lebanon's affairs by the Ottomans, had won over Patriarch Hubaysh with guarantees that the Ottomans would respect the privileges of the Maronite Church in Mount Lebanon. Abu Samra and the Maronites of Batroun, Jubail, Bsharri and Koura also defected from the Ottomans. Ibrahim Pasha fled, while Bashir surrendered to the Ottomans on 11 October. Bashir offered the Ottomans four million piasters to be exiled to France, but his offer was rejected. Instead, he was given the choice between exile in Malta or London. Bashir overturned the traditional system of governance in Mount Lebanon by nearly eliminating the feudal authority of the Druze and Maronite muqata'jis, and/or with Bashir's elimination of Bashir Jumblatt and subsequent cultivation of the Maronite clergy as a new power base to replace the mostly Druze muqata'jis. Historian William Harris summarizes that Bashir contributed to the creation of the modern state of Lebanon, writing: <blockquote>For good or bad, and whatever his personal responsibility, Bashir II's half century bequeathed the beginnings of modern Lebanon. These included the idea of an autonomous Lebanese entity, popular identification with sectarian community above loyalty to local lords, popular communal political representation, and sectarian tensions. Historian Caesar E. Farah asserts, <blockquote>Without the domestic schemes of Bashir, which facilitated the Egyptian occupation of Syria, the Lebanon presumably would not have become in 1840 the cockpit of the great powers. While he may not have created the question, Bashir did convert the country into the fulcrum for the disruption of Ottoman rule in the Syrian provinces. He not only ended the primacy of his house, but also prepared the country to be the apple of discord cast to the nations of the West. The third president of the Lebanese Republic, Fuad Chehab, was a member of the family, descending from the Ghazir based, Maronite line of Hasan, Bashir II's brother, as was former Prime Minister Khaled Chehab, who descended from the Hasbaya based, Sunni Muslim branch of the family. Direct descendants of Bashir II live in Turkey and are known as the Paksoy family due to Turkish restrictions on non Turkish surnames.

Памятники

Одним из самых выдающихся памятников Башира является дворец Бейт-эд-Дин в Бейт-эд-Дин, строительство которого он начал сразу после захвата власти в 1788 году. Согласно легенде, Башир отблагодарил архитектора, отрубив ему руки, чтобы его дворец остался единственным в своем роде.