Введение
R v Swain, [1991] 1 S. C. R. 933 является ведущим конституционным решением Верховного суда Канады, касающимся определенных прав лиц с психическими расстройствами в рамках их уголовной защиты. Дело касалось конституционного оспаривания общеправовой нормы, позволяющей стороне обвинения представлять доказательства невменяемости обвиняемого, и пункта 542(2) Уголовного кодекса, который предусматривал неопределенное содержание под стражей лица, признанного невиновным по причине "невменяемости". Суд постановил, что как общеправовая норма, так и положение Кодекса были неконституционными. В результате Суд установил новую общеправовую норму, соответствующую Конституции, а Парламент принял новые законы, регулирующие порядок действий в отношении лиц, признанных не несущими уголовной ответственности по причине психического расстройства. Сторонами в деле были апеллянт Суэйн, ответчик – сторона обвинения, а также следующие лица, вступившие в дело: Генеральный прокурор Канады, Совет по пересмотру дел вице-губернатора провинции Онтарио, Канадский совет по правам людей с ограниченными возможностями, Канадская ассоциация психического здоровья и Канадская ассоциация поддержки жизни в обществе.
Предыстория
В октябре 1983 года Оуэн Суэйн был арестован за нападение на жену и детей необычным образом и обвинен в нанесении телесных повреждений и нанесении тяжких телесных повреждений. В ходе судебного разбирательства жена Суэйна показала, что Суэйн "сражался с воздухом" и говорил о духах. Суэйн свидетельствовал, что в момент инцидента он верил, что его жена и дети подверглись нападению дьяволов, и что он должен был их защитить. 1 ноября 1983 года Суэйн был переведен из тюрьмы в психиатрический центр, где за ним наблюдали странное поведение. Ему были назначены антипсихотические препараты, и его состояние быстро улучшилось. Суэйну была предоставлена возможность выйти под залог, он был освобожден и продолжал принимать лекарства и посещать психиатра. Суэйн оставался на свободе до окончания судебного процесса.
Судебный процесс
Судебный процесс Суэйна состоялся 2 мая 1985 года в Окружном суде провинции Онтарио (который впоследствии стал частью нынешнего Верховного суда правосудия Онтарио). Применив соответствующее правило общего права, действовавшее в то время, суд допустил представление доказательств невменяемости Суэйна в момент совершения предполагаемого преступления, несмотря на возражения адвоката защиты. По итогам судебного разбирательства Суэйн был признан невиновным по причине невменяемости. В соответствии с решением суда, действующий в то время Уголовный кодекс требовал содержания лица под стражей до тех пор, пока вице-губернатор провинции (то есть исполнительная власть провинциального правительства) не примет решение о его освобождении. Адвокат защиты оспорил конституционность этого положения, мотивируя это нарушением Канадской хартии прав и свобод. 10 июня 1985 года судья признал данное положение конституционным и распорядился задержать Суэйна до выяснения позиции вице-губернатора.
Последующее задержание
Суэйн немедленно подал апелляцию в Апелляционный суд Онтарио и ходатайствовал об освобождении под залог до рассмотрения апелляции. Судья апелляционного суда, рассматривавший ходатайство о залоге, отложил его рассмотрение, чтобы дать возможность комитету, консультирующему вице-губернатора по вопросам содержания лиц, признанных невиновными по причине невменяемости (Консультативный совет по пересмотру дел), провести предварительное слушание. 12 июня 1985 года вице-губернатор выдал ордер о дальнейшем содержании Суэйна под охраной в психиатрической больнице для обследования и о предоставлении отчета Консультативному совету по пересмотру дел в течение 30 дней. Ни Суэйн, ни его адвокат не были уведомлены о принятом решении и не имели возможности представить свои аргументы. Слушание по пересмотру дела состоялось 26 июля 1985 года, в котором приняли участие Суэйн и его адвокат. 6 августа 1985 года Совет рекомендовал содержать Суэйна под охраной в психиатрическом центре, предоставив директору центра право разрешить Суэйну вернуться в общество при условии надзора и последующего лечения. Данная рекомендация первоначально не была доведена до сведения Суэйна или его адвоката. Адвокат Суэйна обратился с просьбой представить свои доводы вице-губернатору в момент вынесения рекомендации Советом, но до принятия вице-губернатором решения в этой просьбе было отказано. Вице-губернатор выдал ордер о содержании Суэйна под стражей на условиях, рекомендованных Советом. Суэйн и его адвокат впервые узнали о рекомендациях Совета именно в этот момент.
Апелляционный суд
Апелляция в Апелляционный суд была рассмотрена в начале сентября 1985 года. Большинство судей отклонили апелляцию Суэйна.
Разрешение
4 сентября 1986 года вице-губернатор распорядился отменить ордер на арест Суэйна и полностью освободить его из-под стражи.
Мотивы Верховного суда Канады
Главный судья Ламер изложил мнение большинства, удовлетворив апелляцию Суэйна. Два отдельных специальных мнения, согласующихся с окончательным решением большинства, были вынесены судьями Гонтье и Уилсоном. Единственным судьей, выразившим несогласие, была судья L'Heureux Dubé.
Королевская власть доказывает безумие
В то время, когда рассматривалось дело, канадское общее право позволяло государству представлять доказательства невменяемости обвиняемого в момент предполагаемого совершения преступления в ходе судебного разбирательства, несмотря на возражения обвиняемого. Большинство судей посчитало, что принцип фундаментальной справедливости требует построения состязательной системы уголовного правосудия, основанной на уважении автономии и достоинства личности. Следовательно, тот же принцип требует, чтобы обвиняемый имел право контролировать свою защиту (при условии, что он признан способным предстать перед судом). Большинство судей пришло к выводу, что поскольку защита на основании невменяемости является исключением из уголовной ответственности, основанным на неспособности сформировать преступный умысел, она представляет собой защиту от уголовного обвинения и, следовательно, не должна нарушаться государством. Большинство судей установило, что если государство самостоятельно выдвигает защиту на основании невменяемости, это может противоречить защите, на которую намерен полагаться обвиняемый, ставя его в положение необходимости приводить несогласованные аргументы. Например, защита на основании невменяемости может быть несовместима с защитой алиби. Это также может подорвать доверие к обвиняемому со стороны присяжных из-за стигмы, связанной с психическими заболеваниями. Большинство судей также заключило, что право обвиняемого контролировать свою защиту не является абсолютным. Например, если обвиняемый ставит под сомнение свое психическое здоровье, не заявляя при этом о защите на основании невменяемости, государство имеет право "дополнить картину". Большинство судей согласилось с государством в том, что принципы фундаментальной справедливости также требуют, чтобы лицо, находившееся в состоянии невменяемости в момент совершения преступления, не было признано виновным в этом преступлении. Однако большинство судей посчитало, что это не оправдывает нарушение другого принципа фундаментальной справедливости. Поскольку правило общего права приводило к лишению свободы обвиняемого и нарушало принцип фундаментальной справедливости, большинство судей пришло к выводу, что это правило нарушает статью 7 Канадской хартии прав и свобод. Большинству судей не потребовалось решать, нарушает ли оно также другие статьи Хартии. Большинство судей установило, что правило общего права не соответствует тесту Оукса для оправданного ограничения Хартии в соответствии со статьей 1 Хартии. В частности, хотя цель оправдывала ограничение (предотвращение осуждения лица, находившегося в состоянии невменяемости в момент совершения преступления, но отказывающегося поднимать этот вопрос, и защита общества от психически больных людей, нуждающихся в лечении), и существовала рациональная связь между целью и средствами ее достижения, средства не были минимально ограничивающими право, закрепленное в Хартии. В результате большинство судей создало новое правило общего права, которое было минимально ограничивающим. Новое правило допускает представление доказательств невменяемости государством только в двух случаях. Первый случай – когда судья вынес решение, не вызывающее разумных сомнений, о виновности обвиняемого в предъявленных ему обвинениях (поскольку это больше не будет препятствовать другим линиям защиты обвиняемого). Второй случай – если защита самого обвиняемого ставит под сомнение его способность к формированию преступного умысла. Большинство судей также заключило, что новое правило общего права не нарушает статью 15 Канадской хартии прав и свобод (раздел о равенстве). Это объясняется тем, что новое правило не будет относиться к психически больным неравноправно в суде и не создаст для них новых обременений. В своем отдельном мнении судья Уилсон пришла к аналогичным выводам, что и большинство судей, и согласилась с новым правилом общего права. В своем отдельном мнении судья Гонтье согласился с выводами большинства судей и новым правилом, но не согласился с некоторыми альтернативными вариантами, рассмотренными большинством судей. В своем несогласном мнении судья Л’Эрё-Дюбе пришла к выводу, что старое правило общего права не нарушает статьи 7 или 15 Хартии и фактически отражает принципы фундаментальной справедливости.
Федерализм
В канадском праве федеральное и провинциальное правительства обладают исключительной компетенцией в области законодательства в определенных сферах (см. канадский федерализм). Поскольку Уголовный кодекс является федеральным законом, возник вопрос, выходит ли требование об автоматическом заключении лица, признанного невиновным по причине невменяемости, до момента его освобождения вице-губернатором за пределы полномочий федерального правительства в области законодательства, или же оно относится к провинциальной юрисдикции в вопросах здравоохранения. Большинство судей посчитало, что суть и основное содержание данного положения заключается в "защите общества от опасных лиц". Такой превентивный закон был признан законной частью уголовного права, которая находится в исключительной компетенции федерального правительства. Большинство судей сочло важным отметить, что законодательные положения касаются наблюдения за лицом, а не его лечения, и акцент делается на интересах общества. В своих отдельных мнениях судьи Уилсон и Гонтье согласились с решением большинства. Несмотря на разногласия по другим вопросам, судья Л’Эру-Дюбе согласилась с большинством по данному пункту.
Конституционность автоматического задержания
Большинство судей посчитало, что законодательные нормы не предоставляют суду какой-либо свободы усмотрения. Вместо этого, эти нормы обязывали судью распорядиться о задержании лица без какого-либо слушания по вопросу его психического состояния. Последующие слушания не могут изменить этот факт. Поскольку задержание происходит автоматически, без каких-либо стандартов или критериев, которые можно было бы применить, большинство судей пришло к выводу, что закон произвольно лишает людей свободы и нарушает статью 9 Канадской хартии прав и свобод. Большинство также установило, что законодательство не соответствует критериям Оукса для оправданного ограничения прав, закрепленных в Хартии, согласно статье 1 Канадской хартии прав и свобод. В частности, хотя все стороны согласились с тем, что цель – задержание лиц, которые могут представлять опасность в связи с их психическим здоровьем – является существенной, и что между целью и средствами существует рациональная связь, данное ограничение не является минимально необходимым. Большинство отметило, что законодательство не устанавливает минимальный срок, в течение которого вице-губернатор должен принять решение. Фактически, закон не требует от вице-губернатора вынесения какого-либо постановления вообще. Большинство судей посчитало, что минимальная степень вмешательства предполагает, что лицо должно содержаться под стражей не дольше, чем необходимо для определения его психического состояния. В своем отдельном мнении судья Уилсон согласилась с выводом большинства, но не согласилась с замечанием большинства о том, что существует презумпция, согласно которой предоставленные законом полномочия усмотрения будут осуществляться в соответствии с Хартией. В своем отдельном мнении судья Гонтье согласился с мнением большинства. В своем несогласном мнении судья Л’Эрё-Дюбе пришла к выводу, что законодательная схема является конституционной.
Диспозиция
В результате выводов большинства, решение суда о признании Суэйна невиновным по причине невменяемости было отменено. Хотя обычно в таком случае должно быть назначено новое судебное разбирательство, конкретные обстоятельства данного дела не позволяли этого сделать: Суэйн уже был оправдан (по причине невменяемости) и полностью освобожден из-под стражи. Назначение нового суда было бы несправедливо по отношению к Суэйну, однако вынесение полного оправдательного приговора также было бы неуместно. Поэтому суд вынес определение о приостановлении производства по делу. Несмотря на то, что в обосновании решения суда было установлено, что действующая законодательная норма неконституционна и, следовательно, не имеет юридической силы, большинство судей установило шестимесячный переходный период, чтобы предоставить Парламенту возможность разработать новую законодательную норму. Суд продлил этот срок до 5 февраля 1992 года.
Последствия
В результате признания законодательной схемы недействительной, Парламент создал новую законодательную схему в 1992 году. Защита на основании невменяемости была заменена на признание лица непричастным к уголовной ответственности по причине психического расстройства. Если лицо признано "непричастным к уголовной ответственности", суд больше не обязан автоматически заключать его под стражу. Вместо этого суд может вынести собственное решение о мерах, которые необходимо предпринять, или направить лицо в независимую комиссию по пересмотру дела для определения этих мер. Возможные меры: госпитализация, условное освобождение или полное освобождение. Новое законодательство требует применения наименее ограничительных или обременительных мер, принимая во внимание общественную безопасность, психическое состояние обвиняемого и цель его реинтеграции в общество. Роль лейтенант-губернатора в принятии этих решений была упразднена, а его полномочия по принятию решений были переданы комиссиям по пересмотру дел.