Введение

Merrill Lynch, Pierce, Fenner & Smith, Inc. против Dabit, 547 U. S. 71 (2006), было делом, рассмотренным Верховным судом Соединенных Штатов, касавшимся пределов, до которых иски о мошенничестве с ценными бумагами, предъявленные в форме коллективного иска на основании законодательства штатов, были пресечены Законом о единых стандартах судебных разбирательств по ценным бумагам 1998 года (SLUSA). Суд единогласно постановил, что SLUSA запрещает иски "держателей" по законодательству штатов, основанные на убытках, возникших в результате удержания акционером акций из-за мошенничества вместо их продажи, даже несмотря на то, что федеральные законы о ценных бумагах предоставляли право на частный иск только лицам, понесшим убытки в результате покупки или продажи акций. Решение суда разрешило разногласия между апелляционными судами и устранило значительную лазейку в сфере действия SLUSA, основываясь на широкой формулировке Закона и целях, которые он преследовал.

Факты

В 2002 году инвестиционная банковская компания Merrill Lynch оказалась в центре расследования, проводимого генеральным прокурором штата Нью-Йорк, которое было инициировано подозрением в том, что преданность фирмы своим клиентам в сфере инвестиционного банкинга привела к предоставлению необъективных инвестиционных рекомендаций. Несмотря на то, что Merrill Lynch урегулировала этот конфликт, расследование послужило причиной для подачи ряда частных коллективных исков о мошенничестве с ценными бумагами, включая иск, поданный Шади Дабитом, бывшим брокером Merrill Lynch, в окружном суде США по западному округу штата Оклахома.

Утверждения о групповых исках

Дабит утверждал, что Merrill Lynch манипулировал ценами на акции, распространяя вводящие в заблуждение аналитические отчеты, и впоследствии использовал своих дезинформированных брокеров для искусственного завышения стоимости акций клиентов инвестиционного банковского подразделения. В рамках этой предполагаемой схемы аналитики выпускали нереалистично оптимистичные отчеты, на которые брокеры полагались, консультируя своих клиентов и принимая решения о сохранении собственных акций. Клиенты и брокеры продолжали удерживать акции значительно дольше, чем они сделали бы, располагая достоверной информацией. К моменту раскрытия правды, примерно во время расследования генерального прокурора, цены на акции резко упали, что привело к убыткам акционеров и потере комиссионных брокерами, чьи клиенты, получив недостоверную информацию, перешли к другим компаниям. Дабит заявил о требовании возмещения ущерба от своего имени и от имени всех членов группы исков против Merrill Lynch на основании законодательства штата Оклахома о нарушении доверительных обязательств.

Первое предложение о отклонении

Merrill Lynch подала ходатайство об отклонении коллективного иска, утверждая, что он подпадает под действие Закона об унифицированных стандартах судебных разбирательств по ценным бумагам, который запрещает коллективным искам предъявлять иски, основанные на законодательстве штатов, о мошенничестве "в связи с покупкой или продажей" ценных бумаг. Окружной суд согласился с тем, что SLUSA распространяется на требования Дабита, основанные на покупке акций, и отклонил иск с предоставлением возможности внести поправки, чтобы он мог отделить требования, связанные с владением акциями. К тому времени, когда Дабит подал исправленную жалобу, десятки аналогичных коллективных исков были поданы по всей стране. Судебная панель по многоокружным делам затем передала все дела, включая дело Дабита, в Южный округ Нью-Йорка для предварительной консолидации.

Второе ходатайство о отклонении и решение суда второго округа

Merrill Lynch вновь ходатайствовал об отклонении иска, которое было удовлетворено старшим судьей Милтоном Поллаком, поскольку требования подпадали "непосредственно под сферу действия SLUSA". Однако это решение было отменено апелляционным судом второго округа, одним из судей которого была Соня Сотомайор. Суд постановил, что требования держателей ценных бумаг не соответствуют требованию SLUSA о том, чтобы иски о мошенничестве предъявлялись "в связи с покупкой или продажей" ценных бумаг. Признавая, что данная формулировка обычно толкуется широко, Второй округ полагал, что Конгресс намеревался включить ограничение, установленное Верховным судом в деле Blue Chip Stamps v. Manor Drug Stores, 421 U. S. 723 (1975), согласно которому право на подачу иска в соответствии с федеральным законодательством о ценных бумагах имеют только те, кто понес прямой ущерб от покупки или продажи акций. В той степени, в которой в исправленной жалобе Dabit утверждалось, что Merrill Lynch обманным путем побуждал акционеров удерживать свои акции, а не покупать или продавать их, Второй округ установил, что его групповой иск выходит за рамки превентивной сферы действия SLUSA. Тем не менее, дело было возвращено в суд первой инстанции для рассмотрения вопроса об отклонении иска с предоставлением возможности внести в него дальнейшие изменения, поскольку исправленная жалоба по-прежнему не исключала полностью требования покупателей.

Суждение

Верховный суд отменил решение Второго апелляционного суда. Судья Джон Пол Стивенс огласил мнение Суда, к которому присоединились остальные семь судей, участвовавших в рассмотрении дела.

История SLUSA

Суд начал свой анализ с обобщения правовой истории, предшествовавшей принятию SLUSA. В 1942 году Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC) опубликовала правило 10b-5, которое в широком смысле запрещает любое "обманное устройство" или мошенничество "в связи с покупкой или продажей ценных бумаг". Суды признавали частное право на иск в соответствии с правилом 10b-5 с 1946 года, несмотря на отсутствие в нем явного указания на это. Однако большинство судов ограничивали это истцами, заявляющими требования как покупатели или продавцы, а не как держатели ценных бумаг. Верховный суд поддержал это ограничение в деле Blue Chip Stamps, несмотря на широкую формулировку правила 10b-5 и отсутствие аналогичного ограничения на применение правила правительством. Суд усмотрел обоснование для этого ограничения в "затяжных судебных разбирательствах", которые представляли собой иски по правилу 10b-5, предусматривающие значительные мировые соглашения даже по слабым делам из-за помех, которые ожидаемое судебное разбирательство создавало для нормальной деловой активности. Суд полагал, что аналогичные соображения побудили Конгресс в 1995 году принять Закон о реформе искового процесса по ценным бумагам, исходя из убеждения, что, как указано в отчете Палаты представителей, механизм коллективного иска использовался для нанесения ущерба "всей экономике США" путем подачи пустых исков, направленных против ответчиков с большими финансовыми возможностями, предъявления обременительных запросов о предоставлении доказательств и посредством "манипулирования групповыми исками адвокатами, представляющими интересы своих клиентов". Закон PSLRA ввел новые ограничения, такие как лимиты на размер ущерба и повышенные требования к содержанию искового заявления для истцов по ценным бумагам, и, как следствие, побудил многих обращаться в суды штатов, чтобы избежать новых ограничений. Чтобы предотвратить возможность того, что эти групповые иски, поданные в судах штатов, сведут на нет цели Закона PSLRA, Конгресс в 1998 году принял SLUSA.

Интерпретация текста и политики SLUSA

Дабит утверждал, что формулировка SLUSA "в связи с покупкой или продажей" должна толковаться узко, чтобы применяться только к действиям покупателя-продавца, которые Blue Chip Stamps требовали для частных исков в соответствии с правилом 10b-5. Однако Суд указал на то, что Blue Chip Stamps при формулировании этого ограничения явно руководствовались "политическими соображениями", а не текстом правила, и что решение определяло лишь судебным путем созданное частное право на иск, а не слова "в связи с покупкой или продажей" ценных бумаг. Суд заявил, что всегда придавал этим словам широкое толкование, как, например, в контексте принудительных мер SEC, и что предполагается, что Конгресс знал об этом, когда принимал SLUSA. Суд также установил, что политические соображения поддерживают его толкование. Исключение исков держателей ценных бумаг из сферы действия SLUSA – той самой формы злоупотребительных судебных разбирательств, на которые были нацелены Blue Chip Stamps – противоречило бы цели предотвращения того, чтобы иски, основанные на законодательстве штатов, препятствовали достижению целей PSLRA. Поскольку иски держателей ценных бумаг обычно основывались на тех же фактах, что и действия покупателя-продавца, если бы они не подпадали под действие SLUSA, то могли бы параллельно рассматриваться в федеральных и государственных судах расточительные судебные разбирательства, основанные на идентичных фактах. Наличие в законе явных исключений (ни одно из которых не применимо в данном случае) также не побуждало Суд самостоятельно находить дополнительные исключения путем подразумевания. Наконец, до массового перетекания исков о ценных бумагах в суды штатов после принятия PSLRA, иски о мошенничестве с ценными бумагами, основанные на законодательстве штатов, были редкостью; презумпция против преemption, которой пользуется "укоренившееся правовое средство штата", в данном случае отсутствовала.