Бедржих Сметана: Жизнь и творчество чешского композитора

Введение

Бедрих Сметана (Bedřich Smetana, 2 марта 1824 – 12 мая 1884) – чешский композитор, пионер в развитии музыкального стиля, тесно связанного со стремлениями его народа к культурному и политическому «возрождению». На родине он считается отцом чешской музыки. В мире он наиболее известен своей оперой «Проданная невеста» (1866) и симфоническим циклом «Ма власт» («Моя Родина»), изображающим историю, легенды и пейзажи родной Богемии. В цикл входит знаменитая симфоническая поэма «Влтава», также известная под немецким названием «Die Moldau» (на английском – «The Moldau»). Сметана был одаренным композитором и дал свой первый публичный концерт в возрасте шести лет. После окончания школы он изучал музыку у Йозефа Прокса в Праге. Его первые националистические произведения были написаны во время Пражского восстания 1848 года, в котором он принял краткое участие. Не сумев сделать карьеру в Праге, он отправился в Швецию, где работал учителем и хормейстером в Гётеборге и начал писать масштабные оркестровые произведения. В начале 1860-х годов более либеральный политический климат в Богемии побудил Сметану вернуться в Прагу. Он активно включился в музыкальную жизнь города, прежде всего как защитник нового жанра – чешской оперы. В 1866 году его первые две оперы, «Бранденбургцы в Богемии» и «Проданная невеста», были поставлены в новом Пражском Временном театре, причем последняя завоевала большую популярность. В том же году Сметана стал главным дирижером театра, но годы его работы на этом посту были отмечены спорами. Различные группировки в музыкальном сообществе города считали его приверженность прогрессивным идеям Франца Листа и Рихарда Вагнера враждебной для развития самобытного чешского оперного стиля. Это противодействие мешало его творческой работе и, возможно, ускорило ухудшение здоровья, что привело к его отставке из театра в 1874 году. К концу 1874 года Сметана полностью оглох, но, освободившись от театральных обязанностей и связанных с ними разногласий, он начал период плодотворного сочинения, который продолжался почти до конца жизни. Его вклад в чешскую музыку все больше признавался и почитался, однако психический срыв в начале 1884 года привел к его помещению в психиатрическую больницу и последующей смерти. Его репутация отца-основателя чешской музыки сохранилась на родине, где его сторонники возвысили его над современниками и последователями. Однако в международном репертуаре представлено относительно немного произведений Сметаны, и большинство иностранных музыковедов считают Антонина Дворжака более значительным чешским композитором.

Семейное происхождение и детство

Бедрих Сметана, первоначально названный Фридрих Сметаной, родился 2 марта 1824 года в Литомышле (нем. Leitomischl), к востоку от Праги, недалеко от традиционной границы между Богемией и Моравией, которые в то время были провинциями Габсбургской империи. Он был третьим ребёнком и первым сыном Франтишека Сметаны и его третьей жены Барборы Линковой. У Франтишека было восемь детей от двух предыдущих браков, из которых пять дочерей пережили младенчество; у него и Барборы родилось ещё десять детей, семеро из которых достигли совершеннолетия. Семья Сметаны происходила из региона Крадец-Кралове (нем. Königgrätz) в Богемии. Франтишек изначально учился профессии пивовара и сколотил умеренное состояние во время наполеоновских войн, поставляя одежду и провизию французской армии. Впоследствии он управлял несколькими пивоварнями, прежде чем в 1823 году приехать в Литомышль пивоваром к графу Вальдштейну, чей замок эпохи Возрождения возвышается над городом. Франтишек Сметана играл на скрипке в струнном квартете, а Барбора Сметана была танцовщицей. Отец приобщил Бедриха к музыке, и в октябре 1830 года, в возрасте шести лет, он дал своё первое публичное выступление. На концерте, состоявшемся в Философской академии Литомышля, он исполнил фортепианную аранжировку увертюры Аубера к опере «Немая из Портичи», вызвав восторженный приём. В 1831 году семья переехала в Йиндрихув-Градец, в Южной Богемии – регион, где спустя поколение вырос Густав Малер. В 1835 году Франтишек вышел в отставку и поселился в замке Рёжковы-Лхотице. Его переезд в Прагу в 1838 году, возможно, повлиял на стремление Сметаны испытать жизнь в столице. В следующем году, с одобрения Франтишека, он поступил в Пражскую академическую гимназию под руководством Йозефа Юнгмана, выдающегося поэта и лингвиста, который был одной из ведущих фигур движения за чешское национальное возрождение.

Первые шаги

Сметана прибыл в Прагу осенью 1839 года. Найдя школу Юнгмана непривлекательной для себя (над ним насмехались одноклассники из-за его деревенских манер), пражская идиллия закончилась, когда Франтишек обнаружил, что сын прогуливает занятия, и забрал его из города. Старший двоюродный брат, Йозеф Сметана, учитель в Премонстрантской школе в Пльзене (нем. Pilsen), предложил взять на себя надзор за дальнейшим обучением мальчика, и летом 1840 года Сметана отправился в Пльзень. Он сочинил для неё несколько пьес, среди которых две квадрили, песенный дуэт и незаконченное этюд для фортепиано для левой руки. Он также сочинил свою первую оркестровую композицию – миноэт си-бемоль мажор.

Ученик и учитель

К тому времени, как Сметана закончил обучение, финансовое положение его отца ухудшилось. Хотя Франтишек теперь согласился, что сын должен посвятить себя музыкальной карьере, он не мог предоставить ему финансовую поддержку и не было никаких немедленных перспектив. Мать Катерины Коларовой познакомила Сметану с Йозефом Прокшем, в то время директором Пражского музыкального института (где училась Катерина), у которого он начал брать уроки композиции. В 1846 году Сметана посетил концерты Берлиоза в Праге и, весьма вероятно, встретился с французским композитором на приеме, устроенном Прокшем. В доме графа Туна он познакомился с Робертом и Кларой Шуман и показал им свою сонату соль минор, но не смог завоевать их одобрения – им в ней показалось слишком много влияния Берлиоза.

Революционный

Концертный тур Сметаны по Западной Богемии не имел поддержки, поэтому он отказался от него и вернулся в Прагу, где зарабатывал на жизнь частными уроками и случайными выступлениями в качестве аккомпаниатора в камерных концертах. Некоторое время в 1848 году Сметана был революционером. В обстановке политических перемен и потрясений, охвативших Европу в том году, продемократическое движение в Праге во главе со старым другом Сметаны Карелом Гавличеком призывало к прекращению абсолютистского правления Габсбургов и большей политической автономии. В июне 1848 года, когда габсбургские войска двинулись на подавление мятежных настроений, Прага подверглась нападению австрийских сил под командованием принца Виндиш-Грецца. Будучи членом «Сворноста», Сметана помогал возводить баррикады на Карловом мосту. Зарождавшееся восстание было быстро подавлено, но Сметана избежал тюремного заключения или ссылки, последовавших за лидерами, такими как Гавличек. Это поощрение положило начало дружбе, которая имела большую ценность для Сметаны в его дальнейшей карьере. Несмотря на отсутствие финансовой поддержки от Листа, Сметана смог открыть Институт фортепиано в конце августа 1848 года, набрав двенадцать учеников. После периода трудностей Институт начал процветать и на короткое время стал популярным, особенно среди сторонников чешского национализма, в чьих глазах Сметана завоевывал репутацию. Прокш писал о поддержке Сметаной дела своего народа и отметил, что он "вполне мог бы стать выразителем моих идей на чешском языке". В 1849 году Институт был перенесен в дом родителей Катерины и начал привлекать выдающихся посетителей; Лист посещал его регулярно, а бывший австрийский император Фердинанд, поселившийся в Праге, посещал концерты школы. Он также написал множество коротких экспериментальных пьес, собранных под названием Album Leaves, и серию полок.

Личные печали и профессиональное разочарование

В 1854–1856 годах Сметана пережил ряд личных трагедий. В июле 1854 года его вторая дочь, Габриэла, умерла от туберкулеза. Год спустя умерла его старшая дочь Бедришка, которая уже в четыре года проявляла признаки музыкальной одаренности, – от скарлатины. Сметана написал свое фортепианное трио соль минор в память о ней; оно было исполнено в Праге 3 декабря 1855 года и, по словам композитора, было встречено критиками «сурово», хотя Лист высоко оценил его. Горе Сметаны не утихало: вскоре после смерти Бедришки родилась четвертая дочь, Катерина, но и она умерла в июне 1856 года. К этому времени у жены Сметаны, Катерины, также диагностировали туберкулез. Политическая обстановка в Праге добавляла уныния: надежды на более просвещенное правительство и социальные реформы, возникшие после восшествия Франца Иосифа на престол в 1848 году, угасли по мере восстановления австрийского абсолютизма при бароне Александре фон Бахе.

Гетеборг

Сметана первоначально отправился в Гётеборг без Катерины. В письме Листу он отметил, что местные жители не отличались музыкальной утонченностью, но увидел в этом возможность "оказать влияние, которое я никогда не смог бы достичь в Праге". Он стал дирижером Гётеборгского общества классической хоровой музыки. Летом 1857 года Сметана вернулся в Прагу и обнаружил, что здоровье Катерины ухудшается. В июне умер отец Сметаны, Франтишек. Осенью того же года Сметана вернулся в Гётеборг с Катериной и их дочерью Жофи, но перед этим посетил Листа в Веймаре. Поводом послужили торжества, посвященные юбилею Карла Августа Гёте и Шиллера; Сметана посетил исполнение симфонии "Фауст" и симфонической поэмы "Идеалы" Листа, которые его воодушевили и вдохновили. Лист был главным наставником Сметаны на протяжении всего его творческого пути, и в этот раз смог поднять ему дух и избавить от относительной художественной изоляции в Гётеборге. Он также начал сочинять произведения более масштабного плана. В 1858 году он завершил симфоническую поэму "Ричард III" – свою первую крупную оркестровую композицию после Триумфальной симфонии. За ней последовала "Лагерь Валленштейна", вдохновленная драматической трилогией Фридриха Шиллера "Валленштейн", и он приступил к работе над третьей симфонической поэмой "Хакон Ярл", основанной на трагической драме датского поэта Адама Эленшлегера.

Потеря близких, повторный брак и возвращение в Прагу

Здоровье Катерины постепенно ухудшалось, и весной 1859 года окончательно ослабла. По дороге домой она умерла в Дрездене 19 апреля 1859 года. Сметана писал, что она умерла "тихо, и мы ничего не заметили, пока тишина не привлекла мое внимание к ней". После того как он определил Жофие на попечение матери Катерины, Сметана провел время с Листом в Веймаре, где познакомился с музыкой комической оперы «Цирюльник из Багдада» благодаря ученику Листа, Петеру Корнелиусу. Это произведение оказало влияние на дальнейшую карьеру Сметаны как оперного композитора. Позднее в том же году он погостил у своего младшего брата Карела и влюбился в его невестку Барбору (Беттину) Фердинандиову, которая была моложе его на шестнадцать лет. Он сделал ей предложение, и, получив согласие, вернулся в Гётеборг на зиму 1859–1860 годов. Тем временем поражение армии Франца Иосифа при Солферино в 1859 году ослабило Габсбургскую империю и привело к отставке барона фон Баха. Это постепенно принесло в Прагу более либеральную атмосферу, и к 1861 году Сметана увидел перспективы лучшего будущего для чешского национализма и культуры. Сметана ответил: «Пророку не бывает чести на родине».

Ищу признания

В 1861 году было объявлено о строительстве Временного театра в Праге, который должен был стать домом для чешской оперы. Затем Сметана обратил внимание на оперный конкурс, организованный графом Яном фон Харрахом, предлагавший призы в размере 600 флоринов за лучшие комические и исторические оперы, основанные на чешской культуре. В феврале 1862 года он получил текст Сабины – историю о вторжении Отто Бранденбургского в Богемию в XIII веке. В апреле 1863 года он представил партитуру под названием «Бранденбургцы в Богемии». Ему было трудно выразить свои мысли на языке, который он считал родным. Чтобы преодолеть эти языковые трудности, он изучал чешскую грамматику и старался ежедневно писать и говорить по-чешски. Вскоре после возвращения из Швеции он стал руководителем хора националистического хорового общества «Глахол», и по мере совершенствования владения чешским языком он сочинял патриотические хоры для общества; «Три всадника» и «Отступник» были исполнены на концертах в начале 1863 года. В марте того же года Сметана был избран президентом музыкальной секции общества «Умеле́цка́ Беседа», объединявшего чешских художников. В это время у Беттины родилась еще одна дочь, Божена. 23 апреля 1864 года Сметана дирижировал хоровой симфонией Берлиоза «Ромео и Джульетта» на концерте, посвященном трехсотлетию со дня рождения Шекспира, дополнив программу своим собственным маршем для Шекспировского фестиваля. Его надежды вновь были разрушены из-за связей с предполагаемым радикалом Листом, и комитет по назначениям выбрал на эту должность консервативного патриота Йозефа Кречи. Почти три года спустя Сметана был объявлен победителем оперного конкурса Харраха. Музыкальный историк Роза Ньюмарк полагает, что, хотя опера «Бранденбургцы» не выдержала испытания временем, она содержит все зачатки оперного искусства Сметаны.

Маэстро оперы

В июле 1863 года Сабина завершила либретто для второй оперы, легкой комедии под названием «Проданая невеста», которую Сметана сочинял в течение следующих трех лет. Благодаря успеху «Бранденбургцев», руководство Временного театра охотно согласилось поставить новую оперу, премьера которой состоялась 30 мая 1866 года в оригинальной двухчастной версии с речитативами. Первое представление оперы оказалось неудачным: оно состоялось в один из самых жарких вечеров года, накануне Австро-прусской войны, когда Богемия находилась под непосредственной угрозой вторжения прусских войск. Неудивительно, что посещаемость была низкой, а кассовые сборы не покрыли расходов. Когда в сентябре 1870 года опера была представлена в Временном театре в окончательной редакции, она имела огромный успех у публики. Еще в 1866 году, будучи композитором «Бранденбургцев» с их намеками на немецкую военную агрессию, Сметана опасался, что может стать мишенью для вторгшихся пруссаков, и поэтому покинул Прагу до прекращения боевых действий. Качество постановки Сметаной оперы Глинки «Жизнь за царя» возмутило сторонника Глинки Милия Балакирева, который выразился весьма резко. Это привело к длительной вражде между этими двумя людьми. 28 февраля 1868 года Сметана дирижировал еще одной национальной оперой другого славянского композитора – «Галкой» Станислава Монюшко. 16 мая 1868 года Сметана, представляя чешских музыкантов, участвовал в церемонии закладки первого камня будущего Национального театра.

Оппозиция

В начале своей работы в качестве дирижёра Временного театра Сметана обрёл могущественного врага в лице Франтишека Пиводы, директора Пражской школы пения. Ранее поддерживавший Сметану, Пивода был возмущён тем, что дирижёр набирал певческие таланты за границей, а не из его школы. В ходе всё более ожесточённой публичной переписки Пивода заявил, что Сметана использует своё положение для продвижения собственной карьеры в ущерб другим композиторам. Затем Пивода раскритиковал оперу «Далибор», назвав её примером крайнего «вагнеризма» и, следовательно, непригодной в качестве образца для чешской национальной оперы. Под «вагнеризмом» понималось заимствование теорий Вагнера о непрерывной роли оркестра и создании целостной музыкальной драмы, а не простого соединения лирических номеров. Однако премьеру откладывали до будущего открытия нового Национального театра. Интриги Пиводы и его сторонников отвлекали Сметану от сочинительства. Сметана был глубоко оскорблён и обвинил своего старого противника Балакирева в подстрекательстве к негативному отношению к опере. После первого представления в Временном театре 27 марта 1874 года сторонники Сметаны подарили ему декоративную дирижёрскую палочку. Он полностью оглох на правое ухо, а в октябре потерял слух и на левое ухо. После своей отставки театр предложил ему годовую пенсию в размере 1200 флоринов за сохранение права на исполнение его опер, на что Сметана неохотно согласился. Средства, собранные в Праге бывшими учениками и бывшей возлюбленной Фройдой Бенеке в Гётеборге, составили 1244 флорина. Это позволило Сметане обратиться за медицинской помощью за границу, но она не принесла результатов. Его душевное состояние в это время ухудшилось ещё и из-за обострения отношений с Беттиной, главным образом из-за денежных вопросов. «Я не могу жить под одной крышей с человеком, который ненавидит и преследует меня», – сказал он ей. Хотя супруги рассматривали возможность развода, они остались вместе, но несчастными.

Поздний цветение

С ухудшением здоровья Сметана продолжал сочинять. С 1875 года он оставался в качестве гостя в Ябкенице, в доме своей старшей дочери Жофи, где мог спокойно работать в тихой обстановке. С июня 1876 года он, Беттина и их две дочери окончательно покинули Прагу и переехали в Ябкенице. Перед отъездом из Праги он начал цикл из шести симфонических поэм под названием «Má vlast» («Моя Родина») и завершил первые две – «Вышеград» и «Влтава», которые были исполнены в Праге в 1875 году. В Ябкенице Сметана сочинил еще четыре части, а полный цикл впервые прозвучал 5 ноября 1882 года под управлением Адольфа Чеха. Долгожданная премьера оперы Сметаны «Либуше» наконец-то состоялась с открытием Национального театра 11 июня 1881 года. Ему изначально не предоставили билетов, но в последнюю минуту его пригласили в ложу директора театра. Публика встретила произведение с восторгом, и Сметану неоднократно вызывали на сцену. Вскоре после этого новый театр был уничтожен пожаром; несмотря на немощь, Сметана помогал собирать средства на его восстановление. Восстановленный театр вновь открылся 18 ноября 1883 года, снова с оперой «Либуше». К зиме 1882–1883 годов он страдал от депрессии, бессонницы и галлюцинаций, а также от головокружения, судорог и временной потери речи. Он начал новую оперу «Виола» по мотивам персонажа из «Двенадцатой ночи» Шекспира, но написал лишь фрагменты, поскольку его психическое состояние постепенно ухудшалось. 23 апреля его семья, не имея возможности больше ухаживать за ним, поместила его в психиатрическую больницу Катеринки в Праге, где он скончался 12 мая 1884 года. Исследования, проведенные профессором Эмануэлем Влчеком в конце XX века на образцах мышечной ткани из тела Сметаны, эксгумированного из могилы, предоставили дополнительные доказательства его заболевания. Однако это исследование было оспорено чешским врачом доктором Жири Рамбой, который утверждал, что тесты Влчека не дают основания для достоверных выводов, ссылаясь на возраст и состояние тканей, а также на сообщаемые симптомы Сметаны, несовместимые с сифилисом. Похороны Сметаны состоялись 15 мая в церкви Тын в Старом городе Праги. За похоронной процессией до Вышеградского кладбища шли члены общества «Глахол» с факелами, за ними следовала большая толпа. В вечер похорон запланированное представление «Проданной невесты» в Национальном театре состоялось, сцена была задрапирована черной тканью в знак уважения. Младшие дочери в конечном итоге вышли замуж и прожили свою жизнь вдали от внимания общественности. В 1936 году музей переехал в здание бывшей водонапорной станции на берегу Влтавы, а с 1976 года стал частью Чешского музея музыки.

Музыка

Основными материалами, из которых Сметана создавал свое искусство, по словам Ньюмарка, были национализм, реализм и романтизм. Характерной чертой всей его поздней музыки является программность – все его крупные произведения, за исключением опер, написаны с программой, и многие из них носят конкретно автобиографический характер. Признанные защитники Сметаны указывают на значительное влияние на его творчество Листа, Вагнера и Берлиоза – "новаторов", в то время как те же самые сторонники часто недооценивали значение "традиционалистов", таких как Россини, Доницетти, Верди и Мейербер.

Произведения для фортепиано

Все, кроме нескольких композиций Сметаны до его отъезда в Гетеборг, – это произведения для фортепиано. Некоторые из этих ранних произведений были отвергнуты музыковедом Гарольдом Шонбергом как "помпезная виртуозная риторика, восходящая к Листу". Однако под руководством Прокша Сметана приобрел большую отточенность, что проявляется в таких произведениях, как Соната ля минор 1846 года и Полька ми-бемоль мажор того же года. Сборник "Шесть характерных пьес" 1848 года был посвящен Листу, который описал его как "самые выдающиеся, тонко прочувствованные и искусно завершенные произведения, которые недавно дошли до моего сведения". В этот период Сметана задумал цикл так называемых "альбомных листов" – коротких пьес во всех мажорных и минорных тональностях, по образцу прелюдий Шопена. Проект оказался несколько хаотичным: в завершенных произведениях некоторые тональности повторяются, а другие не представлены. После окончательного возвращения Сметаны из Гетеборга, когда он посвятил себя прежде всего развитию чешской оперы, он не писал для фортепиано в течение 13 лет. Хорная музыка Сметаны в целом носит националистический характер, варьируясь по масштабу от короткого Торжественного хора, написанного после смерти друга композитора, революционера Хавличека, до постановки "Песни моря" – масштабного произведения, имеющего характер хоровой драмы. К концу жизни Сметана вернулся к простому песенному творчеству, создав пять Вечерних песен (1879) на стихи поэта Витезслава Галека. Его последнее завершенное произведение, "Наша песня" (1883), является последней из четырех обработок текстов Йозефа Срба Дебрнова. Несмотря на состояние здоровья Сметаны, это радостное прославление чешской песни и танца. Произведение было утеряно на долгие годы и впервые прозвучало лишь после его обнаружения в 1924 году.

Палата

Помимо юношеской фантазии для скрипки и фортепиано, Сметана сочинил лишь четыре камерных произведения, однако каждое из них имело глубокое личное значение. Пианино-трио в соль минор 1855 года было написано после смерти его дочери Бедришки; его стиль близок к стилю Роберта Шумана, с отголосками Листа, и общий тон – элегический. Прошло 20 лет, прежде чем он вновь обратился к камерному жанру, создав свой первый Струнный квартет. Это произведение ми минор, подзаголовок которого – «Из моей жизни», носит автобиографический характер, иллюстрируя юношеский энтузиазм композитора к искусству, его дружбу и любовь, а также, в контрасте с предыдущим настроением, наступление глухоты, представленное продолжительным гармоническим ми в заключительной части над тревожными тремоло струнных. Его второй струнный квартет ре минор, написанный в 1882–1883 годах вопреки предписаниям врача воздерживаться от любой музыкальной деятельности, создавался отдельными фрагментами, как «вихрь музыки человека, потерявшего слух». Он отражает разочарования Сметаны в жизни, но не лишен светлых моментов и включает в себя яркую полонезу. Сметана изучал отрывки из произведений Бетховена, Мендельсона, Вебера и Берлиоза, прежде чем приступить к своей Триумфальной симфонии 1853 года. Хотя Роза Ньюмарч характеризует её как «эпиталаму для принца Габсбурга», биограф Сметаны Брайан Лардж отмечает в ней множество черт, свойственных более зрелым работам композитора. Несмотря на отклонение симфонии при дворе и сдержанный прием на премьере, Сметана не отказался от неё. Она была хорошо принята в Гётеборге в 1860 году, а переработанная версия прозвучала в Праге в 1882 году уже без определения «триумфальная» под управлением Адольфа Чеха. Эти идеи позволили Сметане создать три гётеборгские симфонические поэмы («Ричард III», «Лагерь Валленштейна» и «Хакон Ярл»), прежде чем он вновь обратился к чисто оркестровой музыке, начав работу над «Má vlast» в 1872 году. Во введении к Сборнику сочинений Франтишек Бартоль сопоставляет «Má vlast» с оперой «Либуше», определяя их как «прямые символы завершающейся национальной борьбы». «Má vlast» – первая из зрелых масштабных работ Сметаны, не связанная текстом, и её музыкальные идеи смелее всего, что композитор пробовал ранее. По мнению музыковеда Джона Клэфама, цикл представляет собой «срез чешской истории и легенд, впечатления от её природы и ярко передаёт взгляд Сметаны на этис и величие нации». Несмотря на националистическую окраску, эта работа, по мнению Ньюмарч, прославила имя Сметаны больше, чем любое другое его произведение, за исключением увертюры к опере «Проданная невеста». Сметана посвятил «Má vlast» городу Праге; после первого исполнения в ноябре 1882 года чешская музыкальная общественность признала её истинным воплощением чешского национального стиля.

Опера

Сметане практически не было предшественников в чешской опере, кроме Франтишека Шкроупа, чьи произведения редко переживали больше одного-двух представлений. Он опирался на существующие европейские традиции, особенно славянские и французские.

Хотя Сметана был последователем реформ Вагнера в оперном жанре, считая их спасением для оперы, он отвергал обвинения в чрезмерном вагнеризме, заявляя, что он достаточно занят "сметанизмом, ибо это единственный честный стиль!". Преобладающий "национальный" характер первых четырех опер смягчается лирическим романтизмом более поздних, особенно последних трех, написанных в годы глухоты Сметаны. Первый из этой последней триады, опера "Поцелуй", написанная во время болезненного лечения, описана Ньюмарчем как произведение безмятежной красоты, в котором на протяжении всей партитуры чередуются слезы и улыбки. Либреттистом Сметаны для "Поцелуя" была молодая феминистка Элишка Красногорская, которая также предоставила тексты для его двух последних опер. Она доминировала над немощным композитором, не давая ему решать вопросы сюжета, типов голосов или баланса между соло, дуэтами и ансамблями. В 1895 году опера была поставлена в Праге и Лондоне. Ее знаменитая увертюра, которая, по словам Ньюмарка, "поднимает нас с ног своим безудержным жизнелюбием", впоследствии была подвергнута самокритике со стороны Сметаны: "Проданная невеста была лишь детской забавой, написанной на одном дыхании".

Прием

Даже на родине Сметану не сразу признали. Будучи молодым композитором и пианистом, он пользовался уважением в пражских музыкальных кругах и одобрением Листа, Прокса и других, но отсутствие признания со стороны публики стало главной причиной его добровольного отъезда в Швецию. После возвращения его не воспринимали всерьез, и первым заметным публичным успехом Сметаны стала его первая опера «Бранденбургцы в Богемии» в 1866 году, когда ему было уже 42 года. Его вторая опера, «Проданная невеста», пережила неудачное стечение обстоятельств в день премьеры и стала непреходящим народным триумфом. Отличающийся стиль его третьей оперы «Далибор», близкий к вагнеровской музыкальной драме, не был сразу понят публикой и подвергся осуждению критиков, считавших, что чешская опера должна основываться на народной песне. Впоследствии интриги, сопровождавшие пребывание Сметаны в должности дирижера Временного театра, ограничивали его творческую деятельность до 1874 года. В последнее десятилетие жизни, самое плодотворное в его композиторской карьере, несмотря на глухоту и ухудшающееся здоровье, Сметана запоздало получил национальное признание. Из его поздних опер «Две вдовы» и «Тайна» были тепло приняты, а «Поцелуй» встретили «оглушительными овациями». Однако первые несколько представлений в октябре 1882 года явно недостаточно отрепетированной «Дьявольской стены» были хаотичными, и композитор почувствовал себя «униженным и подавленным». Это разочарование быстро сменилось восторгом, последовавшим за первым исполнением полного цикла «Má vlast» в ноябре: «Все поднялись на ноги, и та же буря непрерывных аплодисментов повторилась после каждой из шести частей. В конце «Blaník» [заключительной части] публика была вне себя, и люди не могли заставить себя расстаться с композитором». У Сметаны есть звезда на «Аллее славы» в Вене, открытая в честь 200-летия открытия театра an der Wien.

Характер и репутация

Биографы Сметаны описывают его как физически слабого и неприметного внешне, но, по крайней мере в молодости, он обладал жаждой жизни, которая, по-видимому, привлекала женщин. Он был также вспыльчивым, страстным и волевым, решительно стремившимся сделать карьеру в музыке, несмотря на трудности, вопреки желанию отца, который хотел, чтобы он стал пивоваром или чиновником. Его личная жизнь складывалась непросто: брак с Беттиной был без любви и фактически распался в годы болезни и относительной бедности к концу жизни. О его отношениях с детьми сохранилось мало записей, хотя в день, когда его перевели в психиатрическую лечебницу, Жофи плакала так, будто у нее разрывалось сердце. Большинство исследователей сходятся во мнении, что Сметана создал канон чешской оперы, которого прежде не существовало, и что он разработал музыкальный стиль во всех своих произведениях, отражавший зарождающийся чешский национальный дух. Музыкальный критик Майкл Стин предлагает иную точку зрения, ставя под сомнение возможность существования "националистической музыки": "Следует признать, что, хотя музыка бесконечно выразительна, сама по себе она не способна точно описывать конкретные, земные объекты или понятия". Он заключает, что многое зависит от того, как слушатели настроены воспринимать музыку.