Введение
Операция «Столетие» была кодовым названием спецоперации полиции Эссекса по расследованию убийств в Реттендоне троих жестоких наркоторговцев, произошедших в Реттендоне, Эссекс, Англия, в декабре 1995 года. В операции помогали сотрудники специального отдела RUC. Целью операции было оказать давление на лиц, которых полиция подозревала в обладании информацией об этом тройном убийстве, чтобы добиться обвинения подозреваемых и/или других причастных.
Обзор
Операция не привела ни к арестам, ни к доказательствам, которые могли бы послужить основанием для уголовного преследования. Обвинение, которое в конечном итоге было выдвинуто в связи с убийствами в Реттендоне, целиком основывалось на полицейских операциях, последовавших за прекращением и закрытием операции "Столетие". Тактика, применяемая сотрудниками полиции Эссекса и Специального отделения Королевской ольстерской констебулярии во время операции "Столетие", все чаще приводила к тому, что полиция высказывала серьезные угрозы в адрес подозреваемых. Операция была тщательно спланирована так, чтобы совпасть с взрывом в Доклендсе 9 февраля 1996 года на Канарской Набережной, который ознаменовал окончание предыдущего перемирия республиканских группировок на материковой части Великобритании. Все лица, выступавшие в качестве свидетелей при тройном убийстве, были включены в программу релокации и защиты свидетелей. Один из подозреваемых из Эссекса получил звонок из Белфаста в течение нескольких минут после взрыва на Канарской Набережной. Сами по себе убийства в Реттендоне не имели никакой связи с Ирландией или взрывом. Ирландский фактор был введен полицией исключительно в качестве инструмента для проведения их операции под прикрытием. Стенограммы этих телефонных разговоров стали доступны (см. далее и сноску "источники"), и полиция в конечном итоге признала, что звонки были сделаны сотрудниками Специального отделения из Белфаста. Эти звонки неоднократно поступали подозреваемым из Эссекса из Ирландии от сотрудников Специального отделения RUC, которые выдавали себя за республиканских наркоторговцев ("Ирландский Билли" и "Ирландский Джон"), давая понять, что они могут рассчитывать на поддержку организации, и дополнительно заявляя, что они финансировали преступную деятельность одной из жертв убийств в Реттендоне, с которой они все еще требовали возврата долга. Эта уловка не смогла заставить подозреваемых согласиться на встречу. Существовала проблема с точным описанием уровня угроз и злоупотреблений, допущенных полицией Эссекса/Специальным отделением в ходе этой операции – язык был чрезвычайно грубым и угрожающим (и мог быть воспринят подозреваемыми как угрозы жизни – см. ссылку на источники "документы" ниже). Из сообщений газет The Sun и (Essex Basildon Echo), упомянутых ниже, ясно, что этот аспект полицейской операции вызвал серьезное возмущение. В телефонном разговоре 26 февраля 1996 года сотрудник Специального отделения под прикрытием угрожал: "У меня есть (нецензурное слово удалено) уровни A и A в (нецензурное слово удалено) избиение (нецензурное слово удалено) людей – пришло время, чтобы ты (нецензурное слово удалено) серьезно отнесся к этим звонкам – насколько тебе известно, ты (нецензурное слово удалено) прекращение огня, я свяжусь с тобой очень (нецензурное слово удалено) скоро, у меня есть способ, посмотри, что я (нецензурное слово удалено) сделаю, следи за своей (нецензурное слово удалено) машиной". Одной из жертв в этой ситуации была сожительница одного из убитых мужчин, от которого у нее был маленький ребенок. Она утверждает, что в то время не знала, что эти угрожающие тактики не применялись республиканцами из Белфаста, и поэтому обратилась за помощью в полицию Эссекса, которая, после того как, по-видимому, расследовала этот вопрос, сообщила ей, что звонки поступили из Белфаста, имели место связи с республиканцами и что последние перебрались на материковую часть Великобритании, где полиция с тех пор потеряла их след. Тактика пыток, примененная к уже подавленной горем матери, вызвала возмущение. Подробности этой полицейской операции под прикрытием стали известны, когда в конце 1997 года были привлечены к суду лица, связанные с убийствами в Реттендоне. Записи телефонных разговоров с угрозами, датированные и синхронизированные, сделанные одним из "подозреваемых" в операции "Столетие", были представлены в качестве доказательств адвокатом защиты и прослушаны в суде. Они показали, что телефонные звонки от сотрудников полиции под прикрытием становились все более угрожающими по мере провала операции "Столетие", поскольку подозреваемые не верили, что республиканцы из Белфаста когда-либо финансировали преступные предприятия в Эссексе, и поэтому не соответствовали ожиданиям сотрудников под прикрытием. Высококонфликтный характер операции побудил журналистов обратиться к старшему офицеру (детектив-суперинтендант Иван Дибли), который руководил ею. Выяснилось, что Дибли считал эту тактику уместной, поскольку недавняя операция "медовый ловушка" ("Операция Эдзелл", 1993–1994) против Колина Стагга в деле об убийстве Рейчел Никелл не была признана незаконной судьей суда над Стаггом, мистером правосудием Огналом, хотя он и резко отклонил обвинение из-за того, что полиция использовала вопиюще недопустимые тактики.
Стандарты предоставления услуг
Полиция Эссекса гордилась разработанными и широко освещаемыми Стандартами обслуживания (SDS). SDS 1.4 определял, как полиция Эссекса будет обращаться с лицами, в отношении которых имеются основания для расследования по уголовным делам, "в соответствии с принципами Всеобщей декларации прав человека, основанными на уважении достоинства и ценности личности". Однако в ходе этой операции под прикрытием эти Стандарты обслуживания были проигнорированы – см. ссылки на документы в разделе источников ниже.
Письмо начальника полиции Эссекса
Тогдашний главный полицейский Эссекса, Джон Х. Берроу, CBE, в переписке написал: "Полиция Эссекса привержена и останется приверженной обеспечению соблюдения высочайших принципов при обращении с лицами, подозреваемыми в совершении преступлений" (14 мая 1998 г.), "Утвержденный план действий конкретно стремился создать реалистичный сценарий без прямых угроз в отношении каких-либо лиц" (29 мая 1998 г.), "Я не намерен заниматься ретроспективным или гипотетическим анализом вопросов, возникших в ходе операции "Столетие", и не могу оказать дальнейшую помощь" (11 июня 1998 г.). Высокопоставленный сотрудник полиции Эссекса (детектив-суперинтендант Иван Дибли) впоследствии похвастался в интервью СМИ, что не собирался подходить к определенным подозреваемым по делу "Столетие" обычным путем, и утверждал, что эти подозреваемые по делу "Столетие" с самого начала расследования в Реттендоне считались подозреваемыми в убийстве в Реттендоне. Детектив-суперинтендант Дибли также заявил журналистам, что при использовании тактики "Столетие" он "прокладывал новую дорогу" и надеялся, что им удастся избежать осуждения в суде, если будут получены доказательства. Другая весьма сомнительная и подвергшаяся судебной цензуре операция полиции под прикрытием (операция "Эдзелл", проведенная столичной полицией в тогда еще относительно текущем деле об убийстве Рейчел Никелл) также была приведена журналистам суперинтендантом Дибли в качестве контекста, на фоне которого полиция сочла операцию "Столетие" допустимой для проведения.
Essex Police is, and will remain, committed to ensuring the highest principles in dealing with persons suspected of committing crimes " (14 May 1998), "The approved plan of action quite specifically sought to create a realistic scenario without direct threats being made against any individual" (29 May 1998), "I am not prepared to engage in retrospective or hypothetical analysis of issues emanating from Operation Century and can assist no further. (11 June 1998)
A senior Essex officer (Detective Superintendent Ivan Dibley) subsequently boasted in a media interview that he had had no intention of approaching certain Century suspects in the normal way and claimed that those Century suspects had been Rettendon murder suspects from the start of their Rettendon investigations. It was similarly stated to journalists by Det. Supt. Dibley that in deploying Century tactics he was "breaking new ground" and hoping that they'd get away with it at court if evidence had been obtained. Another highly dubious and judicially censored undercover police operation (Operation Edzell – deployed by the Metropolitan Police Service in the then relatively current Rachel Nickell murder case) was also cited to journalists by Supt. Dibley as the backdrop against which Century had been adjudged by police as being fit to deploy.
Полицейский орган Эссекса
После завершения судебного процесса по делу о тройном убийстве в Реттендоне (январь 1998 года) были направлены обращения (14 февраля 1998 года) председателю и каждому члену управления полицией Эссекса. Обращения были сделаны в связи с согласием полиции Эссекса соблюдать "Стандарты обслуживания". Председатель (действующий на тот момент) EPA (Энтони Пил – 20 февраля 1998 года) ответил благодарностью за “заставляющее задуматься письмо”. Он подчеркнул, что если бы тактика операции "Столетие" привела к получению каких-либо признательных показаний, “они, безусловно, не были бы допустимы в качестве доказательств в любом (уголовном) суде”. Он попытался преуменьшить серьезность, с которой управление полицией Эссекса рассматривало тактику операции "Столетие", заявив, что “ни один из национальных СМИ не освещал операцию "Столетие", за исключением одного издания, и что он не знает “источник информации”, предоставленной этой газете”. Он подчеркнул, что управления полиции не должны вмешиваться в “оперативные вопросы”, указал на наличие установленной процедуры рассмотрения жалоб на полицию и на то, что, насколько ему известно, жалоб не поступало. “В данном конкретном случае управление полиции удовлетворено тем, что полиция Эссекса раскрыла особо жестокое насильственное преступление, и что это полностью соответствует целям Плана местной полиции, направленного на повышение эффективности охраны правопорядка в этом районе”. Год спустя, в последующем письме (2 марта 1999 года), Пил подтвердил свою точку зрения, что операция "Столетие" была “вопросом оперативной деятельности полиции, по сути, не относящимся к компетенции управления. Я убедился, что следственные действия были надлежащим образом санкционированы и, следовательно, не требовали привлечения внимания управления”.
Ответное письмо из Министерства внутренних дел
Представители обращались к (тогдашним) министрам внутренних дел Кейт Хой и Полу Боатенгу. 19 мая 1999 года Хой приложила письмо от г-на Боатенга (дата в нем была зачеркнута), в котором он писал, что операция "Century" была проведена, поскольку "все традиционные методы были исчерпаны, и тайная операция оставалась единственным способом проникнуть в преступную сеть. Все вопросы и решения рассматривались на высшем уровне перед принятием каких-либо мер. Поскольку действия и решения, принятые сотрудниками полиции, являются оперативной материей, ответственность за них несет главный полицейский. Я предлагаю обратиться непосредственно к главному полицейскому, если у вас есть конкретные опасения относительно их работы". Кейт Хой выразила "сожаление, что ответ оказался не таким, на который надеялись".