Дело Хиндови: Провал теракта на рейс El Al в 1986 году.

Введение

1986 неудачный взрыв авиалайнера

Дело Хиндауи – неудачная попытка взрыва рейса 016 авиакомпании El Al из Лондона в Тель-Авив в апреле 1986 года, предпринятая Незаром Навафом аль-Мансуром аль-Хиндауи (نزار نواف منصور الهنداوي, 1954 года рождения), гражданином Иордании. Утром 17 апреля 1986 года в аэропорту Хитроу в Лондоне израильские сотрудники службы безопасности авиакомпании El Al обнаружили взрывчатку Semtex в сумке Энн Мари Мерфи, пятимесячной беременной ирландки, которая пыталась сесть на рейс в Тель-Авив вместе с 375 другими пассажирами. Кроме того, в сумке был обнаружен рабочий калькулятор, служивший таймером для взрыва. Она заявила, что не знала о содержимом сумки и что ее жених, иорданец Незар Хиндауи, передал ей ее. Мерфи утверждала, что Хиндауи отправил ее на этот рейс, чтобы она познакомилась с его родителями перед свадьбой. После этого началась облава, в результате которой Хиндауи был арестован на следующий день, когда он сдался полиции. Хиндауи был признан виновным Центральным уголовным судом Англии и Уэльса и приговорен к 45 годам лишения свободы судьей Уильямом Марсом Джонсом, что, как считается, является самым длительным определенным сроком лишения свободы в истории британского правосудия. Хиндауи подал апелляцию. Лорд-главный судья оставил приговор в силе, заявив: «Если говорить коротко, то это было одно из самых отвратительных и ужасных преступлений, которые только можно вообразить. Только благодаря счастливой случайности его план не увенчался успехом и не привел к гибели 360 или 370 человек в попытке продвинуть одну из сторон политического конфликта посредством терроризма. По мнению этого суда, 45 лет лишения свободы – это более чем справедливый приговор. Апелляция отклонена».

Предыстория

Когда Мерфи встретила Хиндауи в 1984 году, она работала горничной в отеле Hilton на Парк-Лейн в Лондоне. Когда она забеременела от него, Хиндауи убедил ее, что им следует поехать в Израиль, чтобы пожениться. Он также настоял на том, чтобы она поехала вперед, поскольку, как араб, ему потребовалось бы больше времени на получение визы. Не зная об этом, Мерфи, он намеревался, чтобы она пронесла на борту самолета El Al, вылетавшего из аэропорта Хитроу в Тель-Авив 17 апреля 1986 года, сумку со взрывчаткой. Он проводил ее в аэропорт и приказал не упоминать его имя, так как израильские службы безопасности допросят ее об их отношениях. Сразу после того, как в 8 утра Хиндауи оставил Мерфи в аэропорту, он вернулся в Лондон и затем сел в автобус Syrian Arab Airlines, чтобы вернуться в аэропорт и сесть на рейс в 2 часа дня в Дамаск. Однако перед отправлением автобуса он узнал о том, что в Хитроу обнаружена бомба. Он покинул автобус, направился в посольство Сирии и попросил о помощи. Посол передал его сотрудникам службы безопасности посольства, которые отвезли его к себе, где попытались изменить его внешность, подстригши и покрасив волосы. По неизвестной причине, рано утром 18 апреля Хиндауи бежал от сирийцев и сдался британской полиции. Его интенсивно допрашивали в течение нескольких дней, прерывая его сон. Во время допросов и последующего судебного процесса он рассказал две противоречивые версии событий, приведших к инциденту. Во время допроса Хиндауи утверждал, что год назад в Дамаске он спланировал операцию с высокопоставленными офицерами сирийской военно-воздушной разведки, где ему выдали сирийские документы и инструкции по использованию взрывчатки. Якобы, он провел тренировочный прогон в Англии, прежде чем вернуться в Сирию для окончательных деталей и подготовки. Что касается самой взрывчатки, Хиндауи заявил, что ее доставили ему в лондонском отеле Royal Garden 5 апреля, менее чем за две недели до предполагаемого взрыва. Этот рассказ подтверждается тем фактом, что после того, как Хиндауи узнал о провале взрыва, он первым обратился за убежищем в сирийское посольство, и сирийские чиновники уже начали менять его внешность, прежде чем он снова бежал. Кроме того, британская разведка ранее перехватывала сирийские сообщения, в которых упоминалось имя Хиндауи, Хиндауи использовал подлинные сирийские документы, хотя и не был сирийцем, а первоначальный план побега Хиндауи предусматривал отъезд из Англии с сирийскими агентами, работавшими на Syrian Arab Airlines. Во время судебного процесса Хиндауи отказался от своих признаний и заявил, что стал жертвой заговора, предположительно организованного израильскими агентами. Он утверждал, что полиция заставила его подписать показания, не прочитав их, угрожала выдать его Моссаду и сообщила, что его родители также были арестованы в Лондоне. В попытке построить убедительную защиту для своего клиента, адвокат Хиндауи во время судебного процесса предложил альтернативную интерпретацию событий, предположив, что Хиндауи манипулировала израильская разведка, которая хотела дискредитировать сирийское правительство. Присяжные не поверили этой версии событий, а последующие апелляционные судьи отклонили подобные интерпретации, посчитав их необоснованными. Предупреждение о катастрофе в Локерби почти полностью соответствовало обстоятельствам дела Мерфи, за исключением того, что женщиной, перевозившей бомбу, была гражданка Финляндии.

When Murphy met Hindawi in 1984, she was working as a chambermaid at the Hilton Hotel, Park Lane in London. When she became pregnant with his child, Hindawi convinced her that they should go to Israel to get married. He also insisted that she should go on ahead since, as an Arab, it would take longer for him to obtain a visa. Unknown to Murphy, he intended her to take an explosive laden bag on board an El Al flight from Heathrow Airport to Tel Aviv on 17 April 1986. He escorted her to the airport and instructed her not to mention his name, since Israeli security would interrogate her about their relationship. Immediately after leaving Murphy at the airport at 8 am, Hindawi returned to London and then boarded the Syrian Arab Airlines bus to return to the airport to catch a 2 pm flight to Damascus. Before the bus set off, however, he heard the news that a bomb had been discovered in Heathrow. He left the bus, went to the Syrian embassy and there asked for assistance. The ambassador passed him to the embassy security men, who took him to their lodgings, where they tried to change his appearance by cutting and dyeing his hair. For an unknown reason, early the next morning, 18 April, Hindawi fled from the Syrians and gave himself up to the British police. He was interrogated intensively for a number of days, during which his sleep was interrupted. During his interrogations and later trial he described two conflicting stories leading up to the incident. During the interrogation, Hindawi claimed to have arranged the plot with high ranking officers in Syrian Air Force intelligence a year earlier in Damascus, where he was given Syrian papers and instructions for operating the explosive. He supposedly conducted a training run back in England before returning again to Syria for final details and preparation. As for the explosive itself, Hindawi said that it was delivered to him in the Royal Garden Hotel in London on 5 April, less than two weeks prior to the attempted bombing. This story is supported by the fact that Hindawi had first sought refuge in the Syrian embassy after learning of the failed bombing, and that Syrian officials were in the process of altering his appearance before he fled again. Also, British intelligence had previously intercepted Syrian communications with Hindawi's name, Hindawi was using genuine Syrian documents although he was not Syrian, and Hindawi's original escape plan involved leaving England with Syrian agents working on Syrian Arab Airlines. During the trial Hindawi retracted his confession and claimed that he was the victim of a conspiracy, probably by Israeli agents. He claimed that the police forced him to sign the statements attributed to him unread, threatened to hand him over to the Mossad and told him that his parents were also arrested in London. In attempting to construct a credible defence for their client, Hindawi's legal counsel proposed during the trial an alternative interpretation of events, suggesting that Hindawi was being manipulated by Israeli intelligence, which wished to damage and embarrass the Syrian government. The jury was unconvinced by this version of events, and subsequent appeal judges have dismissed such interpretations as entirely lacking in evidence. The Helsinki Warning of the Lockerbie disaster almost exactly matched Murphy's circumstances, except that the woman carrying the bomb was Finnish.

Утверждения о причастности Моссада

10 ноября 1986 года премьер-министр Франции Жак Ширак заявил в записанном интервью газете Washington Times, что канцлер Германии Коль и министр иностранных дел Геншер полагали, что "заговор Хиндауи был провокацией, разработанной для того, чтобы опорочить Сирию и дестабилизировать режим Асада людьми, предположительно связанными с израильским Моссадом". Ширак добавил, что сам склонялся к этой версии. Правительство Германии опровергло этот разговор и в частном порядке потребовало от Ширака отозвать свое заявление. Ширак также подвергся критике со стороны президента Франции Франсуа Миттерана. Спустя несколько дней Ширак изменил свое мнение и заявил Пьеру Береговою во время дебатов в Национальной ассамблее Франции, что Израиль невиновен. В интервью журналу Time от 20 октября 1986 года президент Сирии Хафез аль-Асад заявил, что операция Хиндауи была спланирована израильской разведкой. По словам Сила, источники в сирийской разведке сообщили ему, что они "попали в израильскую ловушку" и были проникнуты и использованы Моссадом для дискредитации Сирии в связи с терроризмом и ее международной изоляции. Полковник Муфид Аккур, названный Хиндауи в суде, был арестован в Дамаске по подозрению в сотрудничестве с Израилем. Израильский разведчик Ари Бен Менаше в своих мемуарах 1992 года написал, что дело Хиндауи было операцией, задуманной израильской разведкой. Организатором заговора был Рафи Эйтан, возглавлявший антитеррористическую группу израильской разведки. Целью операции было вовлечение сирийского посольства в Лондоне в террористическую деятельность и высылка всех сирийских дипломатов из Англии. Иорданец Мохаммед Ради Абдулла, завербованный израильский агент, предложил своему кузену Хиндауи 50 000 долларов за установку взрывчатки через его подругу на борту самолета. Затем Ради организовал встречу Хиндауи с офицером сирийской разведки, который уточнил детали заговора. Однако утверждения о причастности Моссада противоречат доказательствам сирийской поддержки: в частности, показаниям Хиндауи во время допроса, перехваченной после его ареста корреспонденции, показаниям других захваченных террористов и поддержке, оказанной авиакомпанией Syrian Arab Airlines. Заявление сирийского правительства о том, что Моссад заменил невинный багаж на содержащий бомбу, опровергается обнаружением волос Хиндауи, застрявших под лентой, использованной для крепления взрывчатки к сумке.

On 10 November 1986, French prime minister Jacques Chirac said in a recorded interview with the Washington Times, that German chancellor Kohl and foreign minister Genscher both believed that "the Hindawi plot was a provocation designed to embarrass Syria and destabilize the Assad regime 'by' people probably connected to Israeli Mossad". Chirac added that he tended to believe it himself. The German government denied the conversation and privately requested that Chirac retract his statement. Chirac was also criticised by the French president François Mitterrand. A few days later, Chirac changed his opinion and said to Pierre Beregovoy during French National Assembly debates that Israel was innocent. In his interview with Time magazine on 20 October 1986, Syrian President Hafez al Assad said that the Israeli intelligence agency planned the Hindawi operation. According to Seale, sources in Syrian intelligence told him that they "had fallen in to Israeli trap" and were penetrated and manipulated by Mossad to smear Syria with terrorism and isolate it internationally. Colonel Mufid Akkur, whom Hindawi named in court, was arrested in Damascus on suspicion of working for Israel. Israeli intelligence operative Ari Ben Menashe wrote in his memoir in 1992 that the Hindawi affair was an operation which had been conceived by Israeli intelligence. The organizer of the plot was Rafi Eitan who led Israeli intelligence's anti terrorist group. The operation was meant to implicate the Syrian embassy in London as involved in terrorism and have all the Syrian diplomats expelled from England. Jordanian Mohammed Radi Abdullah, a paid Israeli agent, offered his cousin Hindawi $50,000 to place explosives by way of his girlfriend on the flight. Radi then arranged for Hindawi to meet a Syrian intelligence officer who arranged the details of the plot. The allegation of Mossad involvement, however, is contradicted by evidence of Syrian sponsorship: including Hindawi's statements on interrogation, correspondence intercepted by the authorities after his arrest, the testimony of other captured terrorists, and the support provided by Syrian Arab Airlines. The Syrian government's claim that the Mossad replaced originally innocent luggage with the bomb is refuted by the discovery of hair belonging to Hindawi trapped under the tape used to attach the explosive to the bag.

Последствия

В апреле 2001 года Незар Хиндауи получил право на условно-досрочное освобождение, однако его апелляция была отклонена действующим на тот момент министром внутренних дел Дэвидом Бланкетом, и это решение было подтверждено Апелляционным судом. В 2012 году комиссия по условно-досрочному освобождению отменила свое предыдущее решение об освобождении Хиндауи. Представитель комиссии отказался комментировать это дело, но заявил, что "единственный юридический вопрос, который должна рассмотреть комиссия при пересмотре дела об условно-досрочном освобождении, – это риск совершения нового преступления в период действия условно-досрочного освобождения, сопоставленный с выгодами для заключенного и общества от более длительного периода проверки на свободе. Риск является определяющим фактором". В марте 2013 года Хиндауи было разрешено условно-досрочное освобождение, но впоследствии он был депортирован в Иорданию.

Культурные отсылки

В романе 1988 года «Особое обман» Александра Фуллертона суд над Хиндауи служит фоном для советского заговора с целью организации чудовищного преступления в Сирии, которое будет списано на британское правительство. Саймон, один из главных героев фильма Атома Эгояна «Поклонение» 2008 года, утверждает, что его отец заложил бомбу в багаж своей беременной жены перед её вылетом в Израиль. Пьеса «Английская невеста» драматурга Люсиль Лихтблау, вдохновлённая делом Хиндауи, была удостоена премии Сьюзан Гласпелл в 2011 году. В пьесе фигурирует сотрудник «Моссада», который раскрывает историю женщины по имени Эйлин Финни и араба, в которого она влюбилась. Постановка под руководством Карла Уолнау прошла в театре 59E59 осенью 2013 года.