Аграрные реформы на Кубе (1959-1963 гг.)

Введение

Аграрные реформы на Кубе были направлены на разделение крупных земельных владений и перераспределение земли крестьянам, которые на ней работали, кооперативам и государству. Законы, касающиеся земельной реформы, были введены в действие посредством серии законов, принятых в период с 1959 по 1963 год после Кубинской революции. Institutio Nacional de Reforma Agraria (INRA) – агентство кубинского правительства, ответственное за реализацию первой и второй аграрных реформ. Агентство адаптировало советскую модель организации – небольшие коллективы (Asociación Nacional de Agricultures Pequeños) и крупные государственные хозяйства.

Первый закон о аграрной реформе при Че Гевары

27 января 1959 года Че Гевара произнес одну из своих наиболее значимых речей, в которой говорил о «социальных идеях повстанческой армии». В ходе этой речи он заявил, что главной заботой нового кубинского правительства является «социальная справедливость, достигаемая перераспределением земли». После успеха Кубинской революции первая волна земельных реформ стала первым крупным институциональным изменением. Согласно Ботелле Родригесу и Гонсалесу Эстебану (2021), первые реформы были реализованы в мае 1959 года, что привело к ликвидации латифундий – крупных частных земельных владений – и передаче прав собственности и титулов работникам, ранее работавшим на этих землях, а также землям, ранее принадлежавшим иностранцам, особенно в сельских районах, которые были национализированы. Были отменены эксплуататорские условия, такие как арендная плата за землю. Кроме того, учитывая, что сельскохозяйственный сектор является важным драйвером экономики Кубы, государство увеличило свою прямую собственность. Закон об аграрной реформе, разработанный и инициированный Геварой, вступил в силу, ограничивая размер ферм и недвижимости до [указать размер]. Любые владения, превышающие эти пределы, были экспроприированы правительством и либо перераспределены крестьянам в виде земельных участков, либо преобразованы в государственные коммуны. В результате почти 40% пахотных земель были изъяты у иностранных владельцев и корпораций и переданы государству, которое затем распределило эти земли преимущественно фермерам и сельскохозяйственным рабочим. Эта система предоставляла мелким крестьянам ограниченную автономию, но в августе 1962 года все изменилось, когда Кастро объявил о преобразовании мелких кооперативов в государственные фермы. Более того, в случаях, когда правительство изымает землю у мелких крестьян для общественных нужд, последние имеют право на компенсацию. Однако, в случае Кубы, несмотря на то, что компенсации были предусмотрены реформами, они не гарантировались при ликвидации прав на землю в пользу государства. Закон также устанавливал, что сахарные плантации не могут находиться в собственности иностранцев. За изъятые земли предлагалась компенсация в виде кубинских валютных облигаций со сроком погашения 20 лет и процентной ставкой 4,5%. Номинальная стоимость облигаций определялась на основе оценочной стоимости земли для целей налогообложения. Обе эти реформы были проведены с целью увеличения производства, диверсификации сельскохозяйственного производства и ликвидации сельской бедности.

On January 27, 1959, Che Guevara made one of his most significant speeches where he talked about "the social ideas of the rebel army." During this speech, he declared that the main concern of the new Cuban government was "the social justice that land redistribution brings about." Following the success of the Cuban Revolution, the first wave of land reforms was the first major institutional change. According to Botella Rodriguez and Gonzalez Esteban (2021), the first reforms were implemented in May 1959, which eliminated latifunidos—large scale private ownerships and granted ownership and titles to workers who previously worked on those lands, as well as previously foreign owned land, especially in the rural areas were nationalised, and exploitative conditions such as paying rent for land were abolished. Additionally, it given that the agriculture sector is a significant driver of Cuba's economy, the state scaled up its direct ownership. The Agrarian Reform Law called for and crafted by Guevara went into effect, limiting the size of farms to and real estate to Any holdings over these limits were expropriated by the government and either redistributed to peasants in parcels or held as state run communes. This caused almost 40% of arable land to be removed from foreign owners and corporations to the state, which then distributed these lands primarily to farmers and agricultural workers. This arrangement gave small peasant farmers limited autonomy, but it all changed in August 1962 when Castro announced that the small cooperatives would be converted to state farmers. Moreover, in instances where government seizes land from small peasants for public use, the small peasants are entitled to compensations. In the case for Cuba, compensations, though wrote into the reforms, were not guaranteed when land titles were liquidised under the state. The law also stipulated that sugar plantations could not be owned by foreigners. For lands taken over compensation was offered in the form of Cuban currency bonds to mature in 20 years at 4.5% interest. Bonds were based on land values as assessed for tax purposes. Both of these reforms were carried out for the purpose of increasing production, diversifying crop production, and eliminating rural poverty.

Второй закон о аграрной реформе

Вторая аграрная реформа укрепила централизацию государственных хозяйств и национализацию земли и других природных ресурсов. Вторая аграрная реформа была введена в 1963 году для дальнейшего ограничения допустимого размера частных ферм – все имущественные владения площадью более 67 гектаров были национализированы. Таким образом, эти реформы позволили государственным сельскохозяйственным землям доминировать в сельскохозяйственном секторе – 70% пахотных земель находились под контролем государства, и правительство стало крупнейшим работодателем, в то время как 30% принадлежало частным лицам. В результате, от 80 до 85 процентов кубинской земли было экспроприировано. Централизация экономики Кубы через сельское хозяйство имела свои преимущества: производство мяса, молока, риса и сахарного тростника увеличилось экспоненциально. Однако эти достижения оказались недостаточными для удовлетворения потребностей населения в корнеплодах и фруктах. Эти дефициты спроса и предложения были прямым следствием экономической организации – ранее эти товары производились частными фермерами. Однако, по мере централизации сельскохозяйственного производства государством, участие частных фермеров сократилось. В результате доминирующего положения государства в сельском хозяйстве первая и вторая аграрные реформы преобразовали организацию природных ресурсов Кубы. Во-первых, реформы упразднили латифундидос – Куба смогла вернуться к доколониальной форме организации – мелким фермерским хозяйствам, кооперативному стилю, и были разработаны социальные и финансовые услуги, такие как кредитно-сервисные кооперативы (CSS), для поддержки новой организации. Однако устранение одной формы гегемонии привело к возникновению другой. Хотя внедрение советской модели распределения (обеспечение сельскохозяйственной техникой и ресурсами) дало положительные результаты в плане увеличения производства крупномасштабных культур, таких как сахарный тростник, и улучшения инфраструктуры, это также привело к зависимости Кубы от Советского Союза. Страдали не только биоразнообразие и окружающая среда, но и Куба стала зависеть от Советского Союза в плане производства и поставок ресурсов, что делало ее уязвимой к внешним шокам. Когда в 1990-х годах Советский блок распался, Кубе пришлось искать альтернативные решения для поддержания производства. Чтобы восполнить дефицит производственных ресурсов, государство поощряло создание кооперативов: мелкие фермеры, использующие традиционные крестьянские знания и возвращающиеся к тягловой силе животных, при более низких затратах и меньшем ущербе для окружающей среды. Государство внедрило Базовые единицы кооперативного производства (БЕКП), которые ограничили размеры государственных хозяйств.

The second agrarian reforms solidified the centralisation of state farms and nationalisations of land and other natural resources. The second agrarian reforms were introduced in 1963 to further limit the allowable size of private farms—all property holdings over 67 hectares became nationalised. Thus, these reforms allowed for the state farmlands to dominate the agricultural sector—70 per cent of the arable land was under the state control and the government became the largest employer, while 30 per cent was privately owned. As a result, between 80 and 85 per cent of Cuba's land was expropriated. The centralisation of Cuba's economy through farming had advantages—productions of meat, milk, rice, and sugarcane increased exponentially. However, these advancements fell short in meeting the demands of the populous when it comes to root vegetables and fruits. These supply demand shortages were a direct result of the economic organisation—private farmers used to be the ones to produce these goods. However, as the state centralised agricultural production, the participation of private farmers decreased. As a result of the state's dominant position in agriculture, the first and second agrarian reforms transformed Cuba's natural resource organisation. First, the reforms abolished the latifunidos — Cuba was able to return to pre colonial way of organising — small farmers, cooperatives style, social and financial services such as the Credit and Services Cooperatives (CSS) developed to support the new way of organising. However, the elimination of one kind of hegemony created another. Although implementing the Soviet model of supply distribution (implementing farming tools and inputs) had positive results in terms of increased the production of large scale crops such as sugar cane and improved infrastructure, it also led to Cuba's dependent on the Soviet Union. Not only did the biodiversity and environment suffer, but Cuba also grew to be dependent on the Soviet Union for its production and supply inputs, making it vulnerable to external shocks. When the Soviet Bloc collapsed in the 1990s, Cuba had to explore alternative solutions to sustain its production. To fill the gap of production inputs, the state encouraged cooperatives: small farmers using traditional peasant knowledge of production and returning to animal traction, at a lower cost and less damage to the environment. The state implemented the Basic Units of Cooperative Production (UBPCs), which limited the sizes of state farms.