Введение

Донатизм был христианской сектой, приведшей к расколу в Церкви в регионе Карфагенской церкви с IV по VI века. Донатисты утверждали, что для эффективности служения и действительности молитв и таинств христианское духовенство должно быть безупречным. Корни донатизма уходят в давно существовавшую христианскую общину римской провинции Africa Proconsularis (современный Тунис, северо-восток Алжира и западное побережье Ливии) и Мавретании Тингитаны (примерно северная часть современного Марокко) в период преследований христиан при Диоклетиане. Названный в честь берберского христианского епископа Доната Великого, донатизм процветал в IV и V веках. Донатизм распространялся главным образом среди коренного берберского населения, и донатисты смогли сочетать христианство со многими местными берберскими обычаями.

Происхождение и противоречия

Римский наместник Северной Африки, проявлявший снисхождение к многочисленному христианскому меньшинству под его властью во время Диоклетиановых гонений, был доволен, когда христиане сдали свои Писания в знак отречения от веры. После окончания гонений тех, кто так поступил, их критики (в основном из низших слоев общества) называли *традиторами* – «передавшими (святыни)». Подобно новоацианству III века, донатисты придерживались строгих взглядов: церковь должна состоять из «святых» (а не «грешников»), а таинства, совершаемые *традиторами*, считались недействительными. В 311 году Цецилиан (новый епископ Карфагена) был рукоположен Феликсом из Аптунги, подозреваемым в *традиторстве*. Его противники рукоположили Майорина, недолговечного соперника, которого сменил Донат. Через два года комиссия, назначенная папой Мильтиадом, осудила донатистов. Они продолжали настаивать на своем, считая себя истинной Церковью с действительными таинствами. Из-за их связи с циркумцеллионами донатисты подвергались преследованиям со стороны римских властей. Несмотря на местную поддержку, их противников поддерживали Рим и остальная часть Католической церкви. Донатисты оставались влиятельной силой во времена Августина Гиппонского и исчезли лишь после мусульманского завоевания в VII и VIII веках. Донатисты отказывались признавать таинства и духовную власть священников и епископов, которые были *традиторами* во время гонений. *Традиторы* вернулись к власти при Константине I; по мнению донатистов, таинства, совершаемые *традиторами*, были недействительны. Подвергался сомнению вопрос о том, может ли таинство покаяния примирить *традитора* с полным общением, и церковь придерживалась мнения, что может. Церковь по-прежнему предписывала многолетнее (иногда десятилетиями) публичное покаяние за тяжкие грехи. Кающийся сначала просил молитв входящих в церковь извне. Затем ему разрешалось преклонять колени в церкви во время Литургии. После того, как ему разрешалось стоять вместе с общиной, кающийся, наконец, мог снова причаститься. По мнению донатистов, отступничество навсегда лишало человека возможности занимать церковные должности. Донатисты отрицали действительность таинств, совершаемых священниками и епископами, которые были *традиторами*. По словам Августина, таинство исходило от Бога и совершалось *ex opere operato* (лат. «от совершенного действия»). Священник или епископ, находящийся в состоянии смертного греха, мог продолжать совершать действительные таинства. Донатисты верили, что раскаявшийся отступник-священник больше не может совершать Евхаристию. В некоторых городах существовали и донатистские, и ортодоксальные общины.

Влияние

Секта развивалась и росла в Северной Африке, при этом в Карфагене возникали волнения и угроза бунтов, связанных со спором вокруг епископа. Константин, надеясь предотвратить беспорядки, выделил средства не донатистскому епископу Цецилиану в качестве компенсации за церкви, поврежденные или конфискованные во время преследований. Донатистам ничего не было предоставлено; Константин, по-видимому, не до конца осознавал серьезность спора, который его дар лишь усугубил. Донатисты обратились в Рим с просьбой об равном отношении; Константин поручил Мильтиаду урегулировать вопрос, что привело к созданию комиссии в 313 году. Донатисты потребовали, чтобы спор рассматривался местным собором, и обратились непосредственно к Константину. В сохранившемся письме разочарованный Константин призвал к созыву первого Арльского собора в 314 году. Собор вынес решение против донатистов, которые вновь обратились к Константину. Император повелел всем сторонам явиться в Рим для слушания, вынес решение в пользу Цецилиана и предупредил о недопустимости беспорядков. Делегация из Рима отправилась в Карфаген с тщетной попыткой достичь компромисса. Донатисты подстрекали к протестам и уличным столкновениям, отказываясь идти на компромисс в пользу католического епископа. После смены политики Константина, когда другие христиане приняли решение императора, донатисты продолжали его демонизировать. После нескольких попыток примирения, в 317 году Константин издал эдикт, угрожавший смертью любому, кто нарушит имперский мир; за ним последовал еще один эдикт, предписывающий конфискацию всего имущества донатистских церквей. Донат отказался сдать свои здания в Карфагене, и местный римский наместник направил туда войска для подавления его и его последователей. Хотя исторические свидетельства неясны, некоторые донатисты, по всей видимости, были убиты, а их духовенство отправлено в изгнание. За пределами Карфагена донатистские церкви и духовенство оставались незатронутыми. Попытки Константина объединить церковь и донатистов не увенчались успехом, и к 321 году он в открытом письме призвал епископов проявить умеренность и терпение по отношению к этой секте. Во время недолгого правления Юлиана донатисты воспряли духом и, благодаря имперской защите, захватывали церкви и совершали злодеяния. Законы против донатистов были изданы Валентинианом I после поражения донатистского узурпатора Фирмуса в Северной Африке.

Оппозиция

Августин Гиппонский, будучи епископом, боролся с донатизмом; благодаря его усилиям ортодоксия одержала верх. По мнению Августина и Церкви, действительность таинств являлась свойством священства, независимым от личных качеств священнослужителя. Под влиянием Ветхого Завета он считал дисциплину средством воспитания. В своем письме к Винцентию Августин использовал новозаветную притчу о великом пире, чтобы оправдать применение силы против донатистов: "Ты полагаешь, что никого не следует принуждать к праведности; однако ты читаешь, что хозяин дома сказал своим слугам: 'Кого найдете, заставьте войти'. В 409 году государственный секретарь императора Гонория, Марцеллин Карфагенский, издал указ, осуждавший донатистов как еретиков и требовавший от них передачи своих церквей. Это стало возможным благодаря представлению доказательств (collatio), в котором святой Августин юридически доказал, что Константин избрал никейскую церковь, а не донатистов, в качестве имперской церкви. Донатисты подвергались преследованиям со стороны римских властей в такой степени, что Августин протестовал против их обращения. Трентский собор (1545–1563) учил, что в божественном жертвоприношении Святой Мессы "содержится и совершается без кровопролития та же самая жертва Христа, Который принес Себя в жертву на алтаре Креста. Таким образом, это та же жертва, тот же Жертвенник, Который приносит Себя через служение священников и однажды принес Себя на Кресте". Ценность жертвы зависит не от совершающего ее священника (или епископа), а от "ценности жертвы и достоинства Первосвященника – не иного, как Самого Иисуса Христа".

Упадок

Последние успехи Августина в богословии и юридические действия императора были отчасти сведены на нет, когда вандалы завоевали Северную Африку. Донатизм, возможно, также постепенно пришел в упадок, поскольку донатисты и ортодоксальные католики оказались в равной степени оттеснены арианскими вандалами, однако он пережил вандальское владычество и византийскую реконкисту Юстиниана I. Хотя точная продолжительность существования донатизма неизвестна, некоторые христианские историки полагают, что раскол и последовавшие за ним беспорядки в христианской общине облегчили мусульманское завоевание региона в VII веке.

Другие донатистские группы, на которые повлияли некоторые другие гностические секты

Циркумцеллионы, название, происходящее от выражения circum cellas euntes ("ходящие вокруг амбаров") из-за их обычая жить среди крестьян, которых они стремились обратить в свою веру. Это были разнородные экстремистские группы, считавшие мученичество наивысшей христианской добродетелью (в отличие от карфагенского епископата, который ставил во главу угла целомудрие, умеренность, смирение и милосердие). Некоторые донатисты, привлеченные их экстремизмом, находили в них полезных союзников. Весьма вероятно, что осуждение этой отколовшейся группы частной собственности и рабства, а также проповедь свободной любви, отмены долгов и освобождения рабов восходят к доктрине Карпократа о вседозволенности, отрицанию брака, упразднению социальных сословий и общности имущества. Апостольские церкви – секта, подражающая апостолам, о которой известно немного. Однако вполне возможно, что на них повлияли более ранние гностические апотакты.

Другие донатистские группы

В Мавретании и Нумидии было так много разрозненных групп, что донатисты не смогли перечислить их все.

Эпитет

В течение нескольких столетий в период Высокого Средневековья и Реформации обвинения в донатизме выдвигались против церковных реформаторских движений, критиковавших безнравственность духовенства на богословских основаниях. Ранние реформаторы Джон Уиклиф и Ян Гус были обвинены своими богословскими оппонентами в донатизме. Уиклиф учил, что моральное разложение священников лишает их сана и действительности таинств, что являлось характерной чертой донатизма. Гус аналогичным образом утверждал, что моральный облик прелата определяет его церковную власть, позицию, которую его современники приравнивали к донатизму и осудили как ересь на Констанцском соборе. В период Реформации католические контрреформаторы, такие как Иоганн Эк, обвиняли реформаторов-магистратов в донатизме (хотя последние частично отдалились от теологии Уиклифа, чтобы избежать подобного обвинения). Реформаторы-магистраты, такие как Ульрих Цвингли, называли радикальных реформаторов, например, анабаптистов, донатистами; католики же в риторике Реформации изображались как пелагиане, другая ранняя христианская ересь. В Восточном Православии течение безпоповцев среди старообрядцев считало, что поскольку русские епископы согласились с реформами патриарха Никона, они (и другие патриархи) утратили право на апостольское преемство. Обвинения в донатизме остаются распространенными в современной внутрихристианской полемике. Консервативные лютеране иногда называются донатистами своими либеральными собратьями, ссылаясь на их учение о церковном общении и их позицию, согласно которой церкви, отрицающие, что Тело и Кровь Иисуса принимаются во время Евхаристии, не совершают действительную Вечерю Господню.