Social distance corollary

Введение

Совокупность социальных расстояний - это теория в исследованиях коммуникации, которая касается тенденции людей воспринимать других как более восприимчивых к влиянию СМИ, чем они есть на самом деле. Эта тенденция лежит в основе эффекта третьего лица, явления, впервые определенного и исследованного Дэвисоном (1983). С тех пор много исследований породило утверждение Дэвидсона (1983 г.), что "с точки зрения тех, кто пытается оценить влияние коммуникации, ее наибольшее влияние будет не на "я" или "ты", а на них - третьи лица". Хотя "я" и "ты" помещаются в одну категорию, подразумевается, что между собой и такими близкими людьми, как друзья и любовники, существует некоторая дистанция (Tsfati & Cohen, 2004). Более явная отдаленность существует между "я и ты" как единая единица и "они" или другие.

Социальная дистанция

Понятие социальной дистанции впервые было введено социологом Эмори Богардусом (1925), который назвал его степенью понимания и чувства, которые люди испытывают друг к другу. Рассматривая феномен социальной дистанции как аспект восприятия Дэвисона (1983) в третьем лице, Перлофф (1993) сформулировал его как сложную переменную, включающую воспринимаемое сходство, знакомство и идентификацию, и указал, что существует по крайней мере два различных способа концептуализировать социальную дистанцию. Во-первых, социальная дистанция - это непрерывный процесс от "только как я" до "не совсем как я". Во-вторых, социальная дистанция отражает разнообразие и размер аудитории. Перлофф (1993), рассмотрев 16 исследований эффекта третьего лица, признал, что феномен увеличивается, когда гипотетические другие определяются в широких терминах. Таким образом, в терминах Перлоффа (2002), совокупность социального расстояния - это "понятие о том, что самостоятельные различия между другими растут по величине с увеличением воспринимаемого расстояния между собой и другими". Соответствующее расстояние не зависит от того, есть ли эффекты средств массовой информации или нет; скорее, это явление восприятия. Для измерения оценки воздействия на себя и других, Брозиус и Энгель (1996) составили анкету, состоящую из трех независимых переменных: первый человек; третий человек, близкое расстояние; и третий человек, удаленное расстояние. Другими словами, Брозиус и Энгель изменили психологическую дистанцию и обнаружили, что воспринимаемые эффекты были больше для "удаленных" других. Также было обнаружено, что эффект третьего лица проявляется сильнее всего среди людей более высокого возраста и образования. Коэн, Муц, Прайс и Гюнтер (1988) обнаружили, что студенты Стэнфорда воспринимают влияние СМИ на себя меньше, чем на других студентов Стэнфорда; также считается, что другие калифорнийцы более восприимчивы к влиянию СМИ, чем "другие студенты Стэнфорда". Аналогичное исследование (Гунтер, 1991) было проведено в Университете Миннесоты, и феномен социальной дистанции был поддержан. По мере того, как группы становились более широко определены (другие студенты Университета Миннесоты, другие жители Миннесоты), восприятие участниками влияния СМИ на группы увеличивалось. Исследуя эффект третьего лица в отношении политической идентификации, Дак, Хогг и Терри (1995) обнаружили, что восприятие себя и другие различия в уязвимости СМИ влияют на субъективно заметные социальные отношения между собой и другими и регулируются мотивационными потребностями, такими как самооценка, социальная идентичность и дифференциация от других. Другие исследователи (например, Бургер, 1981; Шленкер и Миллер, 1977) предположили, что предубеждения, связанные с самообслуживанием, рассматривают близких друзей и родственников как продолжение себя, тогда как такая неопределенная категория, как "другой", может вызвать стереотипы в сознании людей (Перлофф и Фетцер, 1986). После нескольких исследований понятие социальной дистанции было закреплено как "последствие социальной дистанции" (Meirick, 2005). Согласно обзору Перлоффа (1999), из 11 исследований, которые проверили понятие социальной дистанции, 9 подтвердили его, сформулировав это явление как "еще один фактор, от которого зависит сила эффекта третьего лица".

The notion of social distance was first introduced by the sociologist Emory Bogardus (1925), who referred to it as the degrees of understanding and feeling that people experience regarding each other. Considering the social distance phenomenon an aspect of Davison's (1983) third person perception, Perloff (1993) articulated it as a complex variable including perceived similarity, familiarity, and identification, and pointed that there are at least two different ways to conceptualize social distance. First, social distance is a continuum going from "just like me" to "not at all like me". Second, social distance reflects the heterogeneity and size of the audience. Perloff (1993), reviewing 16 studies of the third person effect, acknowledged that the phenomenon is magnified when the hypothetical others are defined in broad terms. Thus, in Perloff's (2002) terms, social distance corollary is "the notion that self other disparities grow in magnitude with increases in perceived distance between self and comparison others". The social distance corollary is not dependent on whether there are media effects or not; rather, it is a perceptual phenomenon. To measure estimates of effects on self and others, Brosius and Engel (1996) constructed a questionnaire comprising three independent variables: first person; third person, close distance; and third person, remote distance. In other words, Brosius and Engel varied psychological distance and found that perceived effects were greater for "remote" others. Also it was found that third person effect reveals itself most strongly among people of higher age and education. Cohen, Mutz, Price, and Gunther (1988) found that Stanford students perceived media effects to be less on themselves than on other Stanford students; also, other Californians were considered to be more susceptible to media impact than "other Stanford students". A similar study (Gunther, 1991) was done at the University of Minnesota, and the social distance phenomenon was supported. As groups became more broadly defined (other University of Minnesota students, other Minnesota residents), participants' perceptions of media effects on the groups increased. Investigating the third person effect in regard to political identification, Duck, Hogg, and Terry (1995) found that perception of self other differences in media vulnerability are influenced by the subjectively salient social relationship between self and other, and are governed by motivational needs, such as self esteem, social identity, and differentiation from others. Other researchers (e. g., Burger, 1981; Schlenker & Miller, 1977) suggested that self serving biases consider close friends and relatives as an extension of self, whereas such a vague category as "other" might evoke stereotypes in people's minds (Perloff & Fetzer, 1986). After several studies, the notion of social distance was enshrined as the "social distance corollary" (Meirick, 2005). According to Perloff's review (1999), of the 11 studies that have tested the social distance notion, 9 confirmed it, articulating this phenomenon as "another factor on which the strength of the third person effect hinges".