Введение
Meinhard v. Salmon, 164 N. E. 545 (N. Y. 1928), широко цитируемый случай, в котором Нью-Йоркский апелляционный суд постановил, что партнеры в бизнесе обязаны фидуциарными обязанностями друг к другу, когда в ходе партнерства возникает возможность для бизнеса. Суд считает, что доверительная обязанность сообщать была нарушена, когда партнер совместного предприятия не сообщил своему коллеге о выгодной возможности, которая была предложена третьей стороной, которая не знала о партнерстве. Кроме того, обязанность лояльности была нарушена, когда партнер присваивал себе выгоду, вытекающую из его статуса партнера, не предоставляя своему коллеге возможность конкурировать. Это участие связано с доктриной корпоративных возможностей.
Факты
Майнхард утверждал, что его бывший бизнес-партнер, Салмон, нарушил доверительную обязанность, воспользовавшись возможностью продлить арендный договор на свое имя, не разделяя выгоды. В 1902 году Салмон купил 20-летний договор аренды отеля Бристоль, принадлежащего Элбриджу Томасу Джерри, на 5-й авеню и 42-й улице в Нью-Йорке. Салмон хотел превратить отель в магазины и офисы. Чтобы собрать деньги, он вступил в совместное предприятие с Майнхардом. Они записали условия своих отношений. Майнхард обеспечил инвестиционный капитал, в то время как Салмон управлял бизнесом. В течение первых пяти лет Майнхард получал 40% прибыли, а затем 50% каждый год до двадцатого года. Майнхард получил исключительную власть на передачу аренды в течение срока действия предприятия. Предприятие было создано для прекращения в конце аренды. Через 20 лет, когда срок аренды истекал и совместное предприятие подходило к концу, владелец возврата аренды, Джерри, подошел к Салмону, чтобы договориться о существенной перепланировке недвижимости. Джерри не знал о партнерстве. По условиям нового договора аренды предполагалось разрушение существующих зданий после семилетнего периода, сопровождаемого реконструкцией. Салмон отказался от аренды в личном качестве, не сказав Майнхарду. Когда Майнхард узнал, он подал в суд. Майнхард утверждал, что новая возможность принадлежит совместному предприятию и подал иск с требованием передать арендный договор в доверительное управление. Salmon утверждал, что любая заинтересованность в новом договоре аренды не может принадлежать совместному предприятию, поскольку обе стороны ожидали, что предприятие прекратит свое существование после истечения срока первого договора аренды. Судья согласился, что возможность принадлежит совместному предприятию, и присудил Майнхарду 25% доли (на основе половины доли Майнхарда в половине недвижимости). Апелляционная палата подняла его до 50%. Салмон обжаловал это решение.
Суждение
Хотя суд снизил прибыль истца до 49%, он подтвердил решение. Суд постановил, что Salmon, как управляющий партнер, должен был Meinhard, как инвестирующий партнер, доверительную обязанность, и что это включало обязанность информировать Meinhard о новой возможности лизинга. Совместные предприятия обязаны друг другу высочайшей обязанностью лояльности, и Салмон, как управляющий партнер, взял на себя ответственность, благодаря которой Майнхард должен полагаться на него, чтобы управлять партнерством. Как сказал главный судья Бенджамин Кардозо, доверенный должен соблюдать нечто более строгое, чем мораль рынка. Не только честность, но и самая чувствительная точка чести, является стандартом поведения. Уровень поведения для фидуциаров был выше, чем тот, который преследует толпа. Суд также постановил, что Салмон был агентом совместного предприятия. Суд определил новую деловую возможность, которая была предоставлена Салмону, потому что в ходе его агентства или управления предприятием Салмон был обязан выступать в качестве доверенного лица предприятия в сделке. В частности, суд постановил, что он обязан по фидуциарной обязанности сообщать венчурному предприятию о прибыли, полученной в ходе его агентства. Суд постановил, что он обязан по долгу лояльности делиться прибылью с предприятием. В качестве альтернативы, суд считает, что он обязан был сообщить Майнхарду о возможности и дать ему возможность конкурировать за аренду. Это решение расширило обязанности партнерства далеко за пределы обязанностей по контракту. Договорные обязанности между торговцами обычно не выходят за рамки добросовестности. Однако суд постановил, что совместное предприятие создало доверительные отношения, в которых каждый член связан более высокими стандартами. Он установил, что в таких отношениях лояльность должна быть неразделенной и неэгоистичной, и что нарушение фидуциарной обязанности может произойти не чем-то меньшим, чем мошенничество или преднамеренная недобросовестность. Суд отметил, что Салмон не присвоил себе преимущества партнерства. Суд отметил, что по контракту Салмон просто осуществлял свою исключительную способность исполнять арендный договор и, возможно, предположил, что он не должен больше никаких обязанностей. Тем не менее суд вынес решение в пользу Майнхарда.
A trustee is held to something stricter than the morals of the market place. Not honesty alone, but the punctilio of an honor the most sensitive, is then the standard of behavior the level of conduct for fiduciaries [has] been kept at a level higher than that trodden by the crowd. The court further held that Salmon was an agent for the joint venture. The court determined the new business opportunity — which was made available to Salmon because during the course of his agency, or management of the venture — Salmon was obligated to act as a fiduciary of the venture in the transaction. Specifically, the court held that he was obligated by the fiduciary duty of communication to notify the venture of profits obtained during the course of his agency. The court held that he was obligated by the duty of loyalty to share the profits with the venture. Alternatively, the court holds that he was required to inform Meinhard of the opportunity and allow him an opportunity to compete for the lease. This decision extended the duties of partnership far beyond duties under a contract. Contractual duties among merchants do not typically extend beyond the duty of good faith. However, the court held that a joint venture created a fiduciary relationship in which each member is bound to a higher standard. It determined that in such a relationship, loyalty must be undivided and unselfish, and that a breach of fiduciary duty can occur by something less than fraud or intentional bad faith. The court noted that Salmon did not maliciously appropriate to himself the benefits of the partnership. The court observed that, by contract, Salmon was simply exercising his sole ability to execute a lease and may have assumed that he owed no further duty. Nonetheless, the court ruled in favor of Meinhard.
Не согласен с Эндрюсом
В ответе трех судей, написанном судьей Эндрюсом, утверждалось, что любая обязанность, вытекающая из партнерства, заканчивается в конце двадцатилетнего периода; поскольку партнерство было создано для управления зданием в течение двадцатилетнего срока, отвод считал, что сделки, связанные с событиями, которые произойдут после истечения этого срока, не имеют значения для партнерства.
Значение
Это дело считается знаковым в области партнерского права, и с тех пор оно воспроизводится или, по крайней мере, обсуждается практически в каждом американском справочнике по этому вопросу.
Последствия
Сначала Салмон был недоволен этим решением. Но когда вскоре после принятия решения началась Великая депрессия, Салмон начал считать свою потерю неожиданной победой. Поскольку Майнхард теперь был половиной владельца совместного предприятия, он не только имел право на половину прибыли, но и должен был заплатить половину убытков. Во время Великой депрессии эта собственность потеряла деньги. Финансы Salmon были таким образом поддержаны финансовыми взносами Meinhard.