Введение
1634 суд над ведьмами в Лодуне, Франция Собственность Лодуна, также известная как дело о одержимых Лодунах, был печально известным судом над ведьмами, который состоялся в Лодуне, Королевство Франция, в 1634 году. Монастырь урсулинских монахинь сказал, что их посещали и одерживали демоны. После расследования, проведенного католической церковью, местного священника Урбана Грандье обвинили в призыве злых духов. В конце концов его признали виновным в колдовстве и сожгли на костре. Дело содержит темы, аналогичные другим судам по колдовству, которые происходили по всей Западной Европе в 17 веке, таким как владения в Экс-ан-Провансе (Франция) в 1611 году или ведьмы Пендла (Англия) в 1612 году, прежде чем достичь Нового Света к 1690-м годам.
The Loudun possessions, also known as the Loudun possessed affair , was a notorious witchcraft trial that took place in Loudun, Kingdom of France, in 1634. A convent of Ursuline nuns said they had been visited and possessed by demons. Following an investigation by the Catholic Church, a local priest named Urbain Grandier was accused of summoning the evil spirits. He was eventually convicted of the crimes of sorcery and burned at the stake. The case contains similar themes to other witchcraft trials that occurred throughout western Europe in the 17th century, such as the Aix en Provence possessions (France) in 1611 or the Pendle witches (England) in 1612 before reaching the New World by the 1690s.
Предыстория
В своих постоянных усилиях консолидировать и централизовать власть короны при Людовике XIII было приказано снести стены вокруг Лудуна, города в Пуату, Франция. У народа были два мнения по этому поводу. Гугеноты, в основном, хотели сохранить стены, в то время как католики поддерживали монархию. В мае 1632 года в Лудуне вспышка чумы унесла много жизней. Все эти события создали атмосферу тревоги и опасений в разделенном городе.
Урбайн Грандье
Урбан Грандье родился в Рувре в конце шестнадцатого века. В 1617 году он был назначен приходским священником Сен-Пьер-дю-Марше в Лодуне; по словам месье де Ниу, советника в Ла-Флеше, Грандье вызвал враждебность ряда мужей и отцов, некоторые из которых были весьма влиятельными, позором, который он принес их семьям через отношения с женщинами из их домохозяйств. (Однако мнения Niau могут быть поняты как мнения участника последующего разбирательства, который полностью их поддержал.) Около 1629 года Жак де Тибо, возможно, родственник Филиппы, высказал свое мнение о поведении Грандье с женщинами. Когда Грандье потребовал объяснений, Тибо избил его палкой у церкви Сент-Крой. В ходе судебного разбирательства Тибо выдвинул в свою защиту определенные обвинения, в результате чего судьи передали Грандье в церковный суд. Затем епископ запретил Грандье выполнять любые общественные функции в качестве священника в течение пяти лет в епархии Пуатье и навсегда в Лудуне. Грандье обратился в суд в Пуатье. Поскольку ряд свидетелей отозвали свои показания, дело было закрыто без ущерба для представления новых доказательств.
According to Monsieur des Niau, Counsellor at la Flèche, Grandier had aroused the hostility of a number of husbands and fathers, some quite influential, by the dishonor he had brought to their families through relations with the female members of their households. (However, Niau's views may be understood as those of a participant in the subsequent proceedings who fully endorsed them.) Around 1629, Jacques de Thibault, possibly a relative of Philippa, was quite vocal in expressing his opinion of Grandier's conduct with women. When Grandier demanded an explanation, Thibault beat him with a cane outside the Church of Sainte Croix. In the course of the resulting trial, Thibault raised certain charges in his defense, causing the magistrates to turn Grandier over to the ecclesiastical court. The Bishop then prohibited Grandier from performing any public functions as priest for five years in the Diocese of Poitiers, and forever in Loudun. Grandier appealed to the court at Poitiers. As a number of witnesses retracted their statements, the case was dismissed without prejudice should new evidence be presented.
Лудунские уруссулинки
Монастырь Урсулин был открыт в Лодуне в 1626 году. В 1632 году приорес Жанна де Анже возглавляла семнадцать монашек, средний возраст которых составлял двадцать пять лет. Первые сообщения о предполагаемом одержимости демонами начались примерно через пять месяцев после вспышки чумы в 1632 году, когда она была на исходе. В то время как врачи и богатые владельцы недвижимости покинули город, (врачи, потому что они ничего не могли сделать), другие пытались изолировать себя. Монастыри закрылись за стенами, монахини перестали принимать посетителей. Грандье навещал больных и раздавал деньги бедным. Молодая монахиня сказала, что ей приснился ее недавно умерший исповедник, отец Муссан. Кроме того, Грандье написал книгу, в которой выступал против дисциплины в отношении церковного безбрачия, а также ожесточенно издевался над кардиналом.
Расследование
Примерно в то время, когда монахини выдвигали обвинения, Жан де Лаубардемонт был послан, чтобы снести городскую башню. Городская милиция помешала ему сделать это, и по возвращении в Париж он сообщил о положении дел в Лудуне, включая недавние беспорядки в монастыре Урсулин. В ноябре 1633 года де Лаубардемонту было поручено расследовать дело. Грандье был арестован в качестве меры предосторожности против его бегства из района. Затем комиссар начал брать показания свидетелей, которые говорили, что Грандье часто таинственно появлялся в монастыре в любое время, хотя никто не знал, как он смог попасть внутрь. Священника обвиняли во всех видах неприличия. Затем Лобардемон допросил Грандье о фактах и статьях обвинения, и после того, как заставил его подписать свое заявление и опровержения, отправился в Париж, чтобы проинформировать Суд. Были перехвачены письма от Бейли из Лодуна, главного сторонника Грандье, Генеральному прокурору Парламента, в которых утверждалось, что владения были обманом. Ответ последнего также был изъят.
Судебный процесс
Мсье де Лаубардемон вернулся в Лодун с декретом совета от 31 мая 1634 года, подтверждающим все его полномочия и запрещающим парламенту и всем другим судьям вмешиваться в дело и запрещающим всем заинтересованным сторонам обжаловать при условии штрафа в пятьсот ливров. Грандье, который был заключен в тюрьме Анже, был возвращен в Лудон. Лобардемонт вновь наблюдал и допрашивал монашек, которые теперь были рассеяны по ряду монастырей. Епископ Пуатье, после того как послал несколько докторов теологии осмотреть жертв, лично пришел в Лодун, и в течение следующих двух с половиной месяцев он проводил экзорцизмы, как и отец Транкиль О. Ф. М. Кап. 23 июня 1634 года, когда присутствовали епископ Пуатье и М. де Лабардемон, Грандье был доставлен из тюрьмы в церковь Святого Креста в своем приходе, чтобы присутствовать на экзорцизмах. Все одержимые были там тоже. Поскольку обвиняемый и его сторонники заявили, что вещи были всего лишь обманом, ему было приказано быть самим экзорцистом, и ему была представлена стула. Он не мог отказаться, и поэтому, взяв столу и ритуал, он получил пастырское благословение, и после того, как был спет Вени-Творца, начался экзорцизм в обычной форме. В августе 1634 года дело было рассмотрено местными судьями. Утверждалось, что Грандье заключил пакт с дьяволом и пригласил кого-то на ведьминый субботник. Грандье был признан виновным в колдовстве и использовании злых заклинаний, чтобы вызвать одержимость монахиней Урсулин; он был приговорен к сжиганию на костре. Мы распорядились, и распоряжаемся, чтобы упомянутый Урбайн Грандье был надлежащим образом судим и осужден за преступление магии, злодеяния, и за причинение демонического одержимости нескольким монахиням-Урсулинам этого города Лодуна, а также другим светским женщинам, вместе с другими обвинениями и преступлениями, которые вытекают из этого. Для искупления этого, мы осудили и осуждаем Грандье, чтобы сделать попрание почетно, головой обнаженным, веревкой вокруг шеи, держа в руке горящий конус весом два фунта, перед главной дверью церкви Святого Пьера дю Марше, и перед святой Урсулой этого города. Там на коленях, чтобы попросить прощения у Бога, короля и закона; это сделано, он должен быть доставлен на площадь Сент-Крой, и прикреплен к палки на эшафоте, который должен быть установлен на указанном месте для этой цели, и там быть сожжен живым и его прах рассеян на ветру. Мы приказали и приказываем, чтобы все его движимое имущество было приобретено и конфисковано королем, сумма в 500 ливров была сначала использована для покупки бронзовой доски, на которой будет выгравирована резюме этого судебного разбирательства, которая будет установлена на видном месте в упомянутой церкви Урсулин, чтобы оставаться там навсегда. И прежде чем приступить к исполнению приговора, мы приказываем подвергнуть Грандье первой и последней степени пыток, касающихся его сообщников. Среди других пыток, Грандье подвергся "ботинку".
Исполнение
Грандье был доставлен в суд в Лодуне. После того, как ему зачитали приговор, он настоятельно попросил господина де Лаубардемона и других комиссаров смягчить строгость приговора. М. де Лаубардемон ответил, что единственный способ заставить судей смягчить наказание - это немедленно объявить его сообщников. Единственный ответ, который он дал, был, что у него нет сообщников. Затем, по словам историка Роберта Рэпли, экзорцист Лактанс заставил казнь отклониться от запланированного курса действий. Разгневанный насмешками толпы, собравшейся для казни, Лактанс зажёг погребальный костёр, прежде чем Грандье мог быть повешен, оставив его, чтобы его сожгли заживо. Тогда палач продвинулся, как это всегда делается, задушить его, но пламя внезапно вспыхнул с таким насилием, что веревка загорелась, и Грандье упал живым среди горящей древесины. В своем резюме о имуществе в Лодуне автор Моше Слуховский сообщает, что эти демонстрации продолжались до 1637 года, через три года после смерти Грандье: "Последние уходящие демоны оставили ясные признаки своего выхода из ее [Жанны де Анже, матери-премьеры общины] тела, когда имена Иосифа и Марии чудесным образом появились на левой руке де Анже". Агенор де Гаспарен предполагает, что первые так называемые "демонические проявления" были на самом деле шутками, которые играли некоторые студенты интерната в попытке напугать некоторых монахинь; и по мере того, как дела продвигались, капеллан Жан Миньон представил имя Грандье внушаемым монахинь. Мишель де Серто приписывает симптомы монахини какому-то психологическому расстройству, такому как истерия, и рассматривает события в контексте меняющегося интеллектуального климата Франции 17-го века. Обладание позволило монахиням выражать свои мысли, заботы и страхи через голос другого. Ольдус Хаксли в своей книге "Дьяволы из Лодуна" утверждал, что обвинения начались после того, как Грандье отказался стать духовным руководителем монастыря, не зная, что мать-супериор, сестра Жанна Ангелов, стала одержима им, увидев его издалека и услышав о его сексуальных подвигах. По словам Хаксли, сестра Жанна, разгневанная его отказом, вместо этого пригласила канона Жана Миньона, врага Грандье, стать директором. Жанна обвиняет Грандье в том, что он использовал черную магию, чтобы соблазнить ее. Другие монахини постепенно стали выдвигать подобные обвинения. Однако, месье де Ниу, советник в Ла Флеше, сказал, что Грандье обратился за должностью, но вместо этого она была присуждена канону Жан Миньону, племяннику месье Тринкан. В своем трактате Кальмет утверждает, что причины несправедливости, совершенной в Лодуне, были смесью политических амбиций, необходимости привлечь внимание и основного желания избавиться от политических противников. Кальмет возлагает вину за трагедию в Лодуне на кардинала Ришелье, главного министра Людовика XIII, и его цель разрушить Урбана Грандье, Лечащего Лодуна. Судьба Грандье, вероятно, была запечатана путем препятствования плану кардинала по разрушению укреплений Лудуна, включая замок Лудуна. Разрушение, которое должно было осуществляться под руководством Жана де Лаубардемонта, было частью программы Ришелье по уничтожению укреплений гугенотов путем разрушения местных укреплений. Протестанты (гугеноты) и католики, проживавшие в Лодуне, были против удаления их городских стен, которые оставили бы их без защиты от наемных армий. Грандье сослался на обещание короля, что стены Лудуна не будут разрушены, успешно предотвратив разрушение крепостных сооружений Лаубардемонтом. Лобардемон быстро доложил Ришелье о неудачных экзорцизмах, клеветнической сатире и препятствовании Грандье планам Ришелье, тем самым запустив трагедию в смерти Лодуна и Грандье.
Медиа
Роман 1949 года под названием Drömmar om rosor och eld шведского автора Эйвинда Джонсона рассказывает историю суда над Урбаином Грандье, священником города, который был подвергнут пыткам и сожжен на костре в 1634 году. Его обвинили в том, что он вступил в сговор с Дьяволом и соблазнил целый монастырь. Книга 1952 года под названием "Дьяволы Лоудуна" (The Devils of Loudun) от Алдуса Хаксли рассказывает ту же историю. В 1961 году Джон Уайтинг сыграл в театре "Дьяволы" по заказу сэра Питера Холла для Королевской Шекспирской компании, основанный на романе Олдоса Хаксли. Польский фильм "Мать Жанна Ангелов" 1961 года был основан на событиях в Лодуне. Сценарий основан на повести Ярослава Иваскевича. Опера Кшиштофа Пендерецкого "Дьяволы из Лоудуна" (Die Teufel von Loudun) 1969 года, премьера которой состоялась в Гамбургской государственной опере, была основана на романе Гексли и пьесе Уайтинга. Фильм Кена Расселла 1971 года "Дьяволы" был основан на романе Хаксли и пьесе Уайтинга. "De Duivels van Loudun" (1970) песня Луиса Нифса.