Введение
Химическое соединение Атракурий безилат, также известный как атракурий безилат, является лекарственным средством, используемым в дополнение к другим лекарственным средствам для обеспечения расслабления скелетных мышц во время операции или механической вентиляции. У людей с такими заболеваниями, как миастения гравис, может возникнуть длительный паралич. Атракурий доступен в виде генерического лекарственного средства.
Atracurium besilate, also known as atracurium besylate, is a medication used in addition to other medications to provide skeletal muscle relaxation during surgery or mechanical ventilation. Prolonged paralysis may occur in people with conditions like myasthenia gravis. Atracurium is available as a generic medication.
Медицинское применение
Атракурий - это лекарство, которое используется в дополнение к другим лекарствам для расслабления скелетных мышц во время операции или механической вентиляции. Есть некоторые исключения из этого правила; цисатракурий (Nimbex), например, является одним из таких агентов, который не вызывает высвобождение гистамина даже до 5×ED95 доз. Выделение гистамина является дозозависимым явлением, так что при увеличении доз, вводимых с одинаковой скоростью, наблюдается большая склонность к высвобождению гистамина и его последствиям. Чаще всего высвобождение гистамина после введения этих препаратов связано с наблюдаемым кожным покраснением (обычно на лице и руках), гипотонией и последующей рефлекторной тахикардией. Эти последствия являются очень преходящими: общая продолжительность сердечно-сосудистых эффектов составляет не более одной-двух минут, в то время как покраснение лица может пройти около 3 - 4 минут. Поскольку эти эффекты являются преходящими, нет никаких оснований для применения дополнительной терапии для облегчения кожных или сердечно-сосудистых эффектов.
Бронхоспазм
При применении атракурия иногда сообщалось о бронхоспазме. Однако этот особый нежелательный эффект, по-видимому, наблюдается не так часто, как эффект, наблюдаемый при рапакурониуме, что привело к отзыву одобрения клинического применения последнего во всем мире. Вопрос о бронхоспазме приобрел значительное значение в области нейромускулярных блокаторов после прекращения клинического использования рапакурония (стероидного нейромускулярного блокатора Raplon, продаваемого Organon) в 2001 году после нескольких серьезных случаев бронхоспазма, включая пять необъяснимых смертей, после его введения. Бронхоспазм не был неизвестным явлением до применения рапакурония: случайные сообщения о бронхоспазме были отмечены также с прототипическими агентами, тубукурарином и сукцинилхолином, а также алкуронием, панкуронием, векуронием и галламином.
Припадки
Приступы редко возникают. и сердечно- сосудистые эффекты, такие как гипотония и брадикардия. В рамках тогдашней ожесточенной маркетинговой битвы между конкурирующими фармацевтическими компаниями (Burroughs Wellcome Co. и Organon, Inc.) с их соответствующими продуктами, вскоре после клинического введения атракюрия была быстро и тонко распространена ошибочная информация о том, что клиническое использование атракюрия, вероятно, приведет к ужасной трагедии из-за значительной клинической опасности в виде откровенных приступов, вызванных лауданозином продукта. К счастью, как для общественности, так и для атракюрия, первоначальные быстрые расследования не смогли найти никаких явных или ЭЭГ доказательств связи между введением атракюрия и эпилептогенной активностью. Поскольку лауданозин выводится преимущественно через почечную экскрецию, исследование на кошках с моделированием пациентов с анефрией зашло так далеко, что подтвердило, что изменения ЭЭГ, когда они наблюдались, были очевидны только при концентрациях в плазме в 8 - 10 раз больше, чем у людей во время инфузий атракюрия. Таким образом, исследование на кошках предсказало, что после введения атракюрия пациенту с анефрией накопление лауданозина и связанная с этим токсичность ЦНС или сердечно-сосудистой системы были маловероятными - прогноз, который очень хорошо коррелировал с исследованием у пациентов с почечной недостаточностью и подвергавшихся трупной трансплантации почек. Кроме того, почти десять лет спустя, работа Cardone et al подтвердила, что, на самом деле, именно стероидные нейромускулярные блокирующие агенты панкуроний и векуроний, при введении непосредственно в ЦНС, могли вызвать острое возбуждение и приступы, вследствие накопления цитозольного кальция, вызванного активацией ионных каналов рецептора ацетилхолина. В отличие от двух стероидных препаратов, ни атракурий, ни лауданозин не вызывали такого накопления внутриклеточного кальция. Спустя чуть более двух десятилетий с доступностью атракюрия, нет сомнений в том, что накопление лауданозина и связанная с ним токсичность, вероятно, никогда не будет наблюдаться при дозах атракюрия, которые обычно используются. Первоначальные исследования in vitro показали, что основная роль для гидролиза эфиров в процессе выведения Хофмана зависит от температуры и pH, и поэтому скорость деградации атракюрия in vivo сильно зависит от pH и температуры тела: повышение pH тела благоприятствует процессу выведения, возрасту или состоянию почечной или печеночной функции. С другой стороны, выведение метаболита, лауданозина, и, в небольшой степени, самого атракюрия зависит от функций печени и почек, которые, как правило, менее эффективны у пожилых людей. фармацевт и кандидат в доктора медицинской химии в исследовательской группе Джона Б. Стенлейка по медицинской химии в кафедре фармации Университета Стратклайда, Шотландия. Дьюар впервые назвал это соединение "33A74", также фармацевт и постдокторант в исследовательской группе Стенлейка. Атракурий был лицензирован Университетом Стратклайда Фонду Велком в Великобритании, который разработал препарат (тогда известный как BW 33A) и его введение в первые испытания на людях в 1979 году, а затем в конечном итоге в его первое введение (в качестве смеси всех десяти стереоизомеров) в клиническую практику анестезии в Великобритании в 1983 году под торговым названием Tracrium. Предпосылка для разработки атракюрия и нескольких его родственников проистекала из знания о том, что бис-квартерная структура необходима для нейромускульной блокирующей активности: в идеале, химическое образование, лишенное этой бис-квартерной структуры, через восприимчивость к неактивным продуктам распада ферментами, независимо от процессов, окажется неоценимым в клиническом использовании лекарственного средства с предсказуемым началом и продолжительностью действия. Элиминация Хофмана обеспечивает именно эту основу: это химический процесс, в котором подходящее кватернарное аммиачное соединение может быть разрушено в умеренно щелочных условиях, присутствующих при физиологическом pH и температуре. Фактически, удаление Хофмана - это ретро-михаельский химический процесс добавления. Здесь важно отметить, что физиологический процесс удаления Хофмана отличается от нефизиологического процесса деградации Хофмана: последний представляет собой химическую реакцию, в которой кватернарная твердая соль гидроксида ам�...
Hofmann elimination is a temperature and pH dependent process, and therefore atracurium's rate of degradation in vivo is highly influenced by body pH and temperature: An increase in body pH favors the elimination process, age, or by the status of renal or hepatic function. On the other hand, excretion of the metabolite, laudanosine, and, to a small extent, atracurium itself is dependent on hepatic and renal functions that tend to be less efficient in the elderly population. a pharmacist and a medicinal chemistry doctoral candidate in John B. Stenlake's medicinal chemistry research group in the Department of Pharmacy at Strathclyde University, Scotland. Dewar first named this compound "33A74" also a pharmacist and a postdoctoral researcher in Stenlake's research group. Atracurium was licensed by Strathclyde University to the Wellcome Foundation UK, which developed the drug (then known as BW 33A) and its introduction to first human trials in 1979, and then eventually to its first introduction (as a mixture of all ten stereoisomers) into clinical anesthetic practice in the UK, in 1983, under the tradename of Tracrium. The premise to the design of atracurium and several of its congeners stemmed from the knowledge that a bis quaternary structure is essential for neuromuscular blocking activity: ideally, therefore, a chemical entity devoid of this bis quaternary structure via susceptibility to inactive breakdown products by enzymic independent processes would prove to be invaluable in the clinical use of a drug with a predictable onset and duration of action. Hofmann elimination provided precisely this basis: It is a chemical process in which a suitably activated quaternary ammonium compound can be degraded by the mildly alkaline conditions present at physiological pH and temperature. In effect, Hofmann elimination is a retro Michael addition chemical process. It is important to note here that the physiological process of Hofmann elimination differs from the non physiological Hofmann degradation process: the latter is a chemical reaction in which a quaternary ammonium hydroxide solid salt is heated to 100 °C, or an aqueous solution of the salt is boiled. Regardless of which Hofmann process is referenced, the end products in both situations will be the same: an alkene and a tertiary amine. The approach to utilizing Hofmann elimination as a means to promoting biodegradation had its roots in much earlier observations that the quaternary alkaloid petaline (obtained from the Lebanese plant Leontice leontopetalum) readily underwent facile Hofmann elimination to a tertiary amine called leonticine upon passage through a basic (as opposed to an acidic) ion exchange resin. Stenlake's research group advanced this concept by systematically synthesizing numerous quaternary ammonium β aminoesters and β aminoketones and evaluated them for skeletal muscle relaxant activity: one of these compounds, eventually led to further clinical development, and came to be known as atracurium.