Введение

«Свет в августе» – роман 1932 года, написанный американским писателем Уильямом Фолкнером. Он относится к жанрам южного готического романа и модернизма. Действие романа разворачивается в современность для автора, в межвоенный период, и сосредоточено на двух незнакомцах: беременной белой женщине и мужчине, выдающем себя за белого, но считающем себя человеком со смешанным происхождением. Серия флэшбэков раскрывает связь этих двух людей с другим мужчиной, оказавшим глубокое влияние на их жизни. Используя свободный, неструктурированный модернистский стиль повествования, вдохновленный христианской аллегорией и устным народным творчеством, Фолкнер исследует темы расы, пола, социального класса и религии на американском Юге. Сосредоточившись на персонажах, которые являются изгоями, отчужденными или иным образом маргинализированными в своем сообществе, он изображает столкновение одиноких людей с пуританским, предвзятым сельским обществом. Первые отзывы о романе были неоднозначными, некоторые критики отмечали особенности стиля и проблематику Фолкнера. Однако со временем роман был признан одним из важнейших произведений Фолкнера и одним из лучших романов на английском языке XX века.

Сюжет

Действие романа происходит на юге США в 1930-х годах, во времена Сухого закона и законов Джима Кроу, легализовавших расовую сегрегацию на Юге. Повествование начинается с путешествия Лены Гроув, молодой беременной белой женщины из Доунс-Милл, штат Алабама, которая пытается найти Лукаса Берча, отца своего нерожденного ребенка. Берча уволили с работы в Доунс-Милл, и он перебрался в Миссисипи, пообещав дать о себе знать, как только найдет новую работу. Не получая вестей от Берча и подвергаясь нападкам старшего брата из-за внебрачной беременности, Лена пешком и автостопом добирается до Джефферсона, штат Миссисипи, города в вымышленном округе Йокнапатафа, созданном Фолкнером. Там она надеется найти Лукаса, работающего на другой лесопилке, и выйти за него замуж. Те, кто помогает ей в ее четырехнедельном путешествии, сомневаются, что Лукаса Берча удастся найти, или что он сдержит свое обещание, когда она его догонит. По прибытии в Джефферсон Лена обнаруживает, что Лукас там, но он изменил имя на Джо Браун. В поисках Лукаса добрая и доверчивая Лена встречает застенчивого и кроткого Байрона Банча, который влюбляется в Лену, но чувствует себя обязанным помочь ей найти Джо Брауна. Вдумчивый и тихо религиозный, Байрон превосходит Брауна во всех отношениях, но его застенчивость мешает ему признаться Лене в своих чувствах. Затем роман переключается на вторую сюжетную линию – историю Джо Крисмаса, партнера Лукаса Берча/Джо Брауна. Мрачный и психопатичный Крисмас уже много лет в бегах, с тех пор как, по крайней мере, тяжело ранил, а возможно, даже убил своего строгого пресвитерианского приемного отца. Несмотря на светлую кожу, Крисмас подозревает, что имеет африканские корни. Поглощенный яростью, он – горький изгой, скитающийся между белым и черным обществом, постоянно провоцируя драки и с белыми, и с черными. Крисмас приезжает в Джефферсон за три года до основных событий романа и устраивается на работу на лесопилку, где работают Байрон, а позже и Джо Браун. Работа на лесопилке служит прикрытием для незаконной подпольной торговли спиртным Крисмаса, что противоречит законам Сухого закона. У него роман с Джоанной Берден, пожилой женщиной, происходящей из некогда влиятельной семьи аболиционистов, которую горожане презирают как "ковровые пришельцы". Хотя их отношения поначалу страстные, Джоанна вступает в менопаузу и обращается к религии, что приводит Крисмаса в отчаяние и гнев. В конце их отношений Джоанна пытается заставить Крисмаса, угрожая пистолетом, встать на колени и помолиться. Вскоре после этого Джоанну убивают: ей перерезают горло и почти отрубают голову. Роман оставляет читателей в неведении относительно того, кто совершил убийство – Джо Крисмас или Джо Браун. Браун – деловой партнер Крисмаса в торговле спиртным и покидает горящий дом Джоанны, когда мимо проезжающий фермер останавливается, чтобы расследовать и вытащить тело Джоанны из огня. Шериф сначала подозревает Джо Брауна, но начинает охоту на Крисмаса после того, как Браун утверждает, что Крисмас – чернокожий. Поиски не приносят результатов, пока Крисмас не прибывает в Моттстаун, соседний город, без маскировки; он возвращается в Джефферсон, больше не скрываясь. В Моттстауне его арестовывают и заключают под стражу, а затем перевозят в Джефферсон. Его дедушка и бабушка приезжают в город и навещают Гейла Хайтауэра, опозоренного бывшего пастора города и друга Байрона Банча. Банч пытается убедить Хайтауэра дать заключенному Джо Крисмасу алиби, но Хайтауэр сначала отказывается. Хотя дедушка хочет, чтобы Крисмаса линчевали, бабушка навещает его в тюрьме Джефферсона и советует обратиться за помощью к Хайтауэру. Когда полиция сопровождает его в местный суд, Крисмас вырывается на свободу и бежит к дому Хайтауэра. Чрезмерно жестокий белый стражник, Перси Гримм, следует за ним туда и, несмотря на протесты Хайтауэра, стреляет в Крисмаса и кастрирует его. Хайтауэр, наконец, искупив свою вину, впадает в подобие смерти, перед его глазами проносится вся его жизнь, включая прошлые приключения его деда-конфедерата, который был убит, когда воровал кур у фермера. Перед попыткой побега Крисмаса Хайтауэр принимает роды у Лены в хижине, где до убийства останавливались Браун и Крисмас, а Байрон организует встречу Брауна/Берча с ней. Браун снова бросает Лену, но Байрон следует за ним и вызывает его на бой. Браун побеждает более храброго, но более мелкого Берча, а затем ловко прыгает в движущийся поезд и исчезает. В конце истории анонимный мужчина разговаривает со своей женой о двух незнакомцах, которых он подобрал по дороге в Теннесси, рассказывая, что у женщины был ребенок, а мужчина не был ее отцом. Это были Лена и Байрон, которые вяло искали Брауна и в конечном итоге были высажены в Теннесси.

Основные персонажи

Лена Гроув – молодая беременная женщина из Алабамы, приехавшая в Джефферсон на поиски Лукаса Берча, отца её нерожденного ребенка. Байрон Банч – холостяк, работающий на деревообрабатывающем заводе в Джефферсоне, который встречает Лену по прибытии в город и влюбляется в неё. Ей сообщили, что на заводе работает некий Банч, и она принимает его за Лукаса Берча из-за схожести имен. Гейл Хайтауэр – бывший пастор Джефферсона, вынужденный уйти на покой после того, как его жена была разоблачена в связи в Мемфисе и покончила с собой. Он друг и наставник Байрона. Лукас Берч/Джо Браун – молодой человек, ставший отцом ребенка Лены в Алабаме и сбежавший, когда узнал о её беременности. Он живет в Джефферсоне с Джо Кристмасом в хижине на земле Джоанны Берден под именем Джо Браун и работает вместе с Кристмасом и Байроном на деревообрабатывающем заводе. Он также занимается контрабандой алкоголя. Джо Кристмас – человек, прибывший в Джефферсон за три года до событий романа. Он живет в хижине на территории Джоанны Берден и состоит с ней в тайных сексуальных отношениях. Несмотря на светлую кожу и сиротское прошлое, не знающее о его семье, он полагает, что один из его родителей имеет африканские корни, и эта тайна делает его скитальцем. Он работает на деревообрабатывающем заводе, пока не начинает получать прибыль от контрабанды. Джоанна Берден – единственная выжившая в Джефферсоне из семьи аболиционистов из Новой Англии, переехавших в Джефферсон после Гражданской войны. Она не замужем, живет одна в поместье недалеко от Джефферсона и тайно связана сексуальными отношениями с Джо Кристмасом. Она убита, предположительно Кристмасом, в начале романа, а её дом сожжен.

Вторичные символы

Евфей "Док" Хайнс – дедушка Джо Кристалмаса. Он ненавидит Рождество и отдает его в приют сразу после рождения, оставаясь там уборщиком, чтобы наблюдать за мальчиком. Позже, узнав, что Кристалмаса подозревают в убийстве Джоанны Берден, он отправляется в Джефферсон со своей женой и начинает подстрекать толпу к линчеванию. Миссис Хайнс – бабушка Джо Кристалмаса. Она никогда больше не видела Кристалмаса после ночи его рождения и едет в Джефферсон, чтобы помешать мужу совершить линчевание, поскольку хочет увидеть внука еще раз перед судом за убийство. Милли Хайнс – мать Джо Кристалмаса. Она забеременела после связи с членом бродячего цирка, которого она называет мексиканцем. Она умирает при родах, так как Евфей Хайнс отказывается вызывать врача. Мистер МакЭчерн – приемный отец Джо Кристалмаса. Он набожный пресвитерианин и пытается воспитать сироту в религиозном духе. Он недоволен растущим непослушанием Кристалмаса и, предположительно, был убит своим приемным сыном, когда тому исполнилось восемнадцать лет. Миссис МакЭчерн – приемная мать Джо Кристалмаса. Она пытается защитить Кристалмаса, хотя он ненавидит ее и отвергает ее попытки проявить к нему доброту. Диетолог – женщина, работавшая в приюте, где воспитывался Джо Кристалмас. После того, как он случайно увидел ее с мужчиной в ее комнате, она безуспешно попыталась перевести его в приют для чернокожих. Мистер Армстид – мужчина, который подвозит Лену по дороге в Джефферсон, позволяет ей переночевать у себя и затем доставляет в город на своей телеге. Миссис Армстид – жена Армстида, которая дает Лене деньги, несмотря на свое пренебрежительное отношение к ней. Бобби – официантка в ресторане в Мемфисе, в которую влюбляется юный Джо Кристалмас и делает ей предложение в ночь убийства своего отца на танцах. Она презирает его и уходит. Гэвин Стивенс – образованный человек и окружной прокурор, живущий в Джефферсоне и дающий комментарии к некоторым событиям в конце романа. Перси Гримм – капитан Национальной гвардии штата, который убивает и кастрирует Джо Кристалмаса.

Стиль и структура

Из-за натуралистичного, жестокого содержания и одержимости призраками прошлого, роман «Свет в августе» относят к южной готике – жанру, который также представлен в произведениях современницы Фолкнера Карсон МакКуллерс и более поздних южных писателей, таких как Фланнери О’Коннор и Трумен Капоте. Однако критики, такие как Дайан Робертс и Дэвид Р. Джарравей, рассматривают использование Фолкнером тропов южной готики, таких как обветшалый дом на плантации и акцент на тайне и ужасе, как сознательный модернистский комментарий к «искаженным отношениям человека с прошлым» и невозможности установить истинную идентичность. По мнению Дэниела Джозефа Сингала, литературный стиль Фолкнера постепенно эволюционировал от викторианского стиля XIX века к модернизму, и «Свет в августе» более прочно укоренен в традиции последнего. Роман характеризуется модернистским интересом к полярностям – свету и тьме, добру и злу, – бремени истории, давящему на настоящее, и фрагментации личности. Сюжет разветвляется на два основных направления: одно посвящено Лене Гроув, другое – Джо Крисмасу, прием, который Фолкнер продолжал использовать в других своих произведениях. Повествование не имеет четкой структуры, часто прерывается пространными ретроспекциями и постоянно переключается между персонажами. Отсутствие организации и последовательности повествования было воспринято некоторыми критиками негативно. Как и в других своих романах, Фолкнер использует элементы устного рассказа, позволяя различным персонажам выражать свои мысли в повествовании, используя свой собственный, характерный южный говор. В отличие от некоторых других романов об округе Йокнапатофа, «Свет в августе» не ограничивается исключительно техникой потока сознания, но также включает диалоги и всеведущего рассказчика от третьего лица, которые развивают сюжет.

Название

Название отсылает к пожару дома, который лежит в центре повествования. Весь роман строится вокруг одного события – пожара, видимого на много миль вокруг, произошедшего в августе. Некоторые критики предположили, что значение названия происходит от разговорного употребления слова «свет» в значении рождения, обычно используемого для описания момента, когда корова отелится и снова станет «светлой», и связали это с беременностью Лены. Говоря о своем выборе названия, Фолкнер отверг эту интерпретацию и заявил: «В августе в Миссисипи есть несколько дней в середине месяца, когда вдруг ощущается предчувствие осени, становится прохладно, появляется ламбэнс – мягкое, лучистое качество света, словно он исходит не только из сегодняшнего дня, но и из древних классических времен. В нем могут возникнуть фавны, сатиры, боги и все, что пришло из Греции, с Олимпа. Это длится всего день-два, а потом исчезает. Название напомнило мне о том времени, о свете, более древнем, чем наша христианская цивилизация». В самом романе название упоминается, когда Гейл Хайтауэр сидит у окна своего кабинета, ожидая своего повторяющегося видения последнего рейда своего деда. Видение всегда возникает «в тот момент, когда весь свет угасает в небе, и наступила бы ночь, если бы не тот слабый свет, который дневные листья и травинки неохотно излучают, создавая еще немного света на земле, хотя ночь уже наступила». История, которая в конечном итоге стала романом, начатая Фолкнером в 1931 году, первоначально называлась «Темный дом» и начиналась с Хайтауэра, сидящего у темного окна в своем доме. Однако после случайного замечания его жены Эстель о качестве света в августе, Фолкнер изменил название.

Отчуждение

Все главные герои романа – изгои и социальные отщепенцы, окруженные безличным и в основном враждебным сельским сообществом, которое представлено метонимически через второстепенных или анонимных персонажей. Джоанну Берден и преподобного Хайтауэра годами преследуют жители Джефферсона, безуспешно пытаясь выжить их из города. Байрон Банч, хотя и более принятый в Джефферсоне, все равно воспринимается как загадка или просто остается незамеченным. И Джо Кристалз, и Лена Гроув – сироты, чужаки в городе и социальные изгои, однако первый вызывает гнев и насилие со стороны общины, а к последней относятся с пренебрежением, но оказывают щедрую помощь в ее путешествии. По мнению Клеанта Брукса, это противопоставление между Джо и Леной является пасторальным отражением всего спектра социального отчуждения в современном обществе.

Христианская аллегория

В романе прослеживается множество параллелей с христианским Писанием. Жизнь и смерть Джо Крисмаса напоминают страсти Христовы, Лена и ее внебрачный ребенок сопоставимы с Марией и Христом, а Байрон Банч выступает в роли Иосифа. Христианская символика, такая как урна, колесо и тень, встречается на протяжении всего романа. В "Свет в августе" 21 глава, как и в Евангелии от Иоанна. Как отмечает Вирджиния В. Джеймс Хлавса, каждая глава у Фолкнера соответствует темам, затронутым в Евангелии от Иоанна. Например, эхом отзывается знаменитое изречение Иоанна: "В начале было Слово, и Слово было у Бога", – непоколебимая вера Лены в "слово" Лукаса, который, в конечном счете, является отцом ее ребенка. Сцена исцеления парализованного посредством омовения в 5-й главе Евангелия от Иоанна находит отражение в повторяющихся погружениях Крисмаса в воду. Проповедь в храме, описанная в 7-й главе Евангелия от Иоанна, перекликается с попытками МакЭчерна обучить Крисмаса катехизису. Распятие описано в 19-й главе Евангелия от Иоанна, в той же главе, где Крисмас убит и кастрирован. Однако христианские аллюзии мрачны и тревожны – Лена явно не дева, а Крисмас – озлобленный убийца, – и, возможно, их следует рассматривать скорее как языческих идолов, ошибочно принимаемых за святых.

Раса и пол

Фолкнер считается одним из ведущих американских писателей, затрагивающих тему расы в Соединенных Штатах, и его романы, включая «Свет в августе», часто исследуют навязчивую идею крови и расы на Юге, которая сохраняется с довоенной эпохи и до 21-го века. У Рождества светлая кожа, но окружающие воспринимают его как чужака, а дети в приюте, где он воспитывался, называли его «ниггером». Шестая глава начинается с часто цитируемой фразы: «Память верит прежде, чем знание вспоминает», и содержит описание пятилетнего Рождества среди одинаковой джинсовой одежды других детей. Однако первое упоминание о нем исходит не от этих детей, а от диетолога, которая дала ему доллар, чтобы он не рассказал о ее романе со стажером-врачом. Однако подозрение падает на доктора Хайнса, безумного деда Джо, который поместил его в приют и остался там работать кочегаром. Возможно, именно он нашептал другим детям ложь о происхождении мальчика. Из-за этого Джо Кристалз одержим идеей о наличии у него афроамериканской крови, что Фолкнер так и не подтверждает, и считает свое происхождение первородным грехом, который осквернил его тело и поступки с рождения. Из-за его мучительной борьбы с двойственной идентичностью – черной и белой – Рождество постоянно находится в пути. Тайна его черноты одновременно отвращает и притягивает его; он часто охотно признается белым людям, что он черный, чтобы увидеть их реакцию, и приходит в ярость, когда одна северная белая женщина реагирует равнодушно. Хотя Рождество виновен в насильственных преступлениях, Фолкнер подчеркивает, что он находится под влиянием социальных и психологических сил, которые находятся вне его контроля и заставляют его разыгрывать роль мифического черного убийцы и насильника из южной истории. Рождество – пример того, как существование вне какой-либо категоризации, будучи ни черным, ни белым, воспринимается обществом как угроза, которую можно умиротворить только насилием. Его также воспринимают как нечто среднее между мужчиной и женщиной, как и Джоанну Берден, которую Фолкнер изображает как «маскулинизированную», она также не является ни мужчиной, ни женщиной и отвергается своим окружением. В связи с этим один из ранних критиков заключил, что чернота и женщины – это «две фурии фаукнеровской южной пустоши» и отражают неприязнь Фаукнера к жизни. Однако, хотя и женщины, и представители меньшинств рассматриваются как «подрывные элементы» и ограничены патриархальным обществом, изображенным в романе, Лена Гроув может безопасно путешествовать и получать помощь от людей, которые ее ненавидят и не доверяют ей, поскольку она апеллирует к общепринятому правилу, что мужчины несут ответственность за благополучие женщины. Таким образом, она – единственная незнакомка, которая не отчуждена и не уничтожена жителями Джефферсона, поскольку сообщество признает в ней воплощение природы и жизни. Этот романтический взгляд на женщин в романе предполагает, что мужчины утратили свою невинную связь с природой, в то время как женщины инстинктивно ее сохраняют.

Класс и религия

В романе «Свет в августе», как и в большинстве других произведений, действие которых происходит в округе Йокнапатофа, Фокнер в основном сосредотачивается на бедных белых южанах, как из высших, так и из низших слоев общества, которые борются за выживание в разоренной послевоенной экономике Юга. Персонажи романа «Свет в августе» – преимущественно из низших слоев, за исключением преподобного Хайтауэра и Джоанны Берден – объединены бедностью и пуританскими ценностями, из-за которых они презирают незамужнюю мать, подобную Лене Гроув. Фокнер показывает стесненность и агрессивность их пуританского фанатизма, который искалечил их в борьбе с природой.

Прием

Когда роман был впервые опубликован в 1932 году, он имел умеренный успех; первоначально было напечатано 11 000 экземпляров, всего четыре тиража к концу года, хотя значительное количество экземпляров четвертого тиража не было продано к 1936 году. В 1935 году Морис Эдгард Коиндро перевёл роман на французский язык. В том же году он был переведен на немецкий язык вместе с несколькими другими романами и рассказами Фолкнера. Эти произведения первоначально получили одобрение нацистских цензоров и привлекли большое внимание немецких литературных критиков, поскольку те предположили, что Фолкнер – консервативный аграрий, позитивно изображающий борьбу за расовую чистоту; однако вскоре после этого произведения Фолкнера были запрещены нацистами, а послевоенная немецкая критика переоценила его как оптимистичного христианского гуманиста. Книги Фолкнера не были доступны в Германии до 1951 года, так как цензура американской армии также не одобряла его творчество. По словам Майкла Миллгейта, хотя «Свет в августе» обычно не считается лучшим романом Фолкнера, он был признан в ранний период как «важный текст, центральный для понимания и оценки всего его творчества». Он утверждает, что многие ранние американские критики, большинство из которых были горожанами с Севера, видевшими Юг отсталым и реакционным, сосредоточились на технических инновациях Фолкнера в области повествования, но упустили или проигнорировали региональные детали и взаимосвязь персонажей и атмосферы с другими произведениями автора. Некоторые рецензенты рассматривали повествовательные приемы Фолкнера не как инновации, а как ошибки, давая Фолкнеру советы по улучшению стиля и предостерегая его от европейских модернистских «уловок». Критики также были недовольны насилием, изображенным в романе, пренебрежительно называя его «готической фантазией», несмотря на то, что линчевание было реальностью на Юге. Несмотря на эти претензии, роман стал восприниматься положительно благодаря своему насилию и мрачным темам, что контрастировало с сентиментальной и романтической южной литературой того времени. Журнал Time включил роман в список 100 лучших англоязычных романов, написанных с 1923 по 2005 год.