Simonians

Введение

Исчезнувшая гностическая секта Симонианцы были гностической секткой 2-го века, которая считала Симона Маго своего основателя и прослеживала его доктрины, известные как симонианство, обратно к нему. Секта процветала в Сирии, в различных районах Малой Азии и в Риме. В III веке остатки его все еще существовали, которые сохранились до IV века.

В христианских источниках

В своей Апологии (152 г. н. э.) Иустин Мученик писал, что секта симонианцев, по-видимому, была грозна, поскольку он четыре раза говорит о своем основателе, Симоне. Симонианцы упоминаются Гегезиппом; их доктрины цитируются и противопоставляются в связи с Симоном Магом Ириней, Философуменом, а позже Эпифанием Саламитским. Ориген также упоминает, что некоторые члены секты назывались эллинянами.

Происхождение и развитие

Согласно Джону Тернеру, симонианцы возникли как местный еврейский культ в первом веке н. э., который был сосредоточен на святом самарянине. Этот ранний культ был синкретическим, но не гностическим. В II веке под влиянием христианства Симон превратился в гностического спасителя. Влияние греческой философии привело к созданию гностической "монистической теогонии". По словам Алдо Магриса, самаритянские баптистские секты были отпрыском Иоанна Крестителя. Одним из них в свою очередь возглавляли Доситей, Симон Маг и Менандр. Именно в этой среде возникла идея, что мир был создан невежественными ангелами. Их ритуал крещения устранил последствия греха и привел к возрождению, благодаря которому естественная смерть, вызванная этими ангелами, была преодолена. Самарийские вожди считались "олицетворением силы, духа или мудрости Бога, и как искупляющие и открывающие 'истинное знание'". Говорят, что Досифей, самаритянин, умерший от голода, изначально был "Поддерживающимся", или руководителем секты Иоанна Крестителя, но отступил в пользу Симона Мага. Ориген, который был рукоположен священником в 231 году н.э., говорит о Доситее, а также упоминает Симона Мага. Еще в начале VII века Эулог Александрийский выступал против доситеев, которые считали Доситея великим пророком, предсказанным Моисеем. Как и Симон, Менандр, который был учеником и после смерти Симона, его самым важным преемником, учил сотворению мира ангелами, посланными Энной. Он утверждал, что люди получили бессмертие и воскресение благодаря его крещению и практикуемым магическим искусствам. Секта, названная его именем, менандрийцы, продолжала существовать в течение значительного периода времени. Симонианское влияние продолжалось через последователей Менандра, включая Сатурнина Антиохийского и Базилида, которого Ириней идентифицировал с дальнейшим развитием идей его предшественников. Карпократ практиковал в традиции Базильды, а его собственная последовательница, Марцеллина, стала одной из немногих женщин-лидеров раннего христианства в Риме 2-го века. указывает, что это более ранняя форма Валентинского учения, но есть вещи, напоминающие физику Аристотеля и стоиков. Эта неделимая точка, которая существовала в теле, и о которой никто, кроме духовного, не знал, была Царством Небесным, и горчичным зерном. Но нам нужно развивать его, и именно эта ответственность упоминается в словах "чтобы мы не были осуждены вместе с миром" (1 Коринфянам 11:32). Ибо если бы образ Постоянного не был бы воплощен в нас, то он не пережил бы смерти тела. "Вот, топор положен к корню дерева, - сказал он. - Всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубается и бросается в огонь". И вот как это написано. Вселенские эоны - это два побега, без начала и конца, исходящие от одного Корня, который есть Сила невидимой, непостижимой Тишины. Из этих побегов один проявляется сверху, который является Великой Силой, Вселенским Разумом, упорядочивающим все вещи, мужской, а другой, (проявляется) снизу, Великой Мыслью, женской, производящей все вещи. Поэтому, соединяясь друг с другом, они объединяются и проявляют Среднее Расстояние, непостижимый Воздух, без начала и конца. В этом Отец, который поддерживает все вещи, и питает те вещи, которые имеют начало и конец. Это Он, который стоял, стоит и будет стоять, мужская женская сила, подобная ранее существовавшей Беспредельной Силе, которая не имеет ни начала, ни конца, существуя в единстве. Ибо именно из этого мысль в единстве вышла и стала двумя. Так что он был одним; поскольку он имел ее в себе, он был один, однако не первый, хотя и существовал, но проявляясь от себя к себе, он стал вторым. И не называли его Отцом до того, как (Мысль) назвала его Отцом. Поэтому, как, создавая себя сам по себе, он проявил для себя свою собственную Мысль, так и мысль, которая была проявлена, не сделала Отца, но созерцая его, скрыла его, то есть Силу в себе, и является мужской женщиной, Силой и Мыслью. Поэтому они соединяются друг с другом, будучи единым целым, ибо нет никакой разницы между Силой и Мыслью. Из вещей, находящихся вверху, открывается Сила, а из вещей, находящихся внизу, - Мысль. Так же и то, что было проявлено из них, хотя и одно, все же обнаруживается как два, мужское женское, имеющее женское в себе. Таким образом, ум в мысли - это вещи, неотделимые друг от друга, которые, хотя и являются одним, все же встречаются как два.

According to John D. Turner, the Simonians originated as a local Hebrew cult in the first century CE, which centered on a Samaritan holy man. This early cult was syncretistic, but not Gnostic. In the second century, under influence of Christianity, Simon was transformed into a Gnostic saviour. The influence of Greek philosophy resulted in a Gnostic "monistic theogony." According to Aldo Magris, Samaritan baptist sects were an offshoot of John the Baptist. One offshoot was in turn headed by Dositheus, Simon Magus, and Menander. It was in this milieu that the idea emerged that the world was created by ignorant angels. Their baptismal ritual removed the consequences of sin, and led to a regeneration by which natural death, which was caused by these angels, was overcome. The Samaritan leaders were viewed as "the embodiment of God's power, spirit, or wisdom, and as the redeemer and revealer of 'true knowledge'." Dositheus, a Samaritan who died from starvation, is said to have originally been the "Standing One," or leader, of John the Baptist's sect, but stepped aside in favor of Simon Magus. Origen, who was ordained priest in AD 231, speaks of Dositheus, and also mentions Simon Magus. As late as the beginning of the 7th century, Eulogius of Alexandria opposed Dositheans, who regarded Dositheus as the great prophet foretold by Moses. Like Simon, Menander, who was a pupil and, after Simon's death, his most important successor, taught the creation of the world by angels who were sent by the Ennoia. He asserted that men received immortality and the resurrection by his baptism and practiced magical arts. The sect named after him, the Menandrians, continued to exist for a considerable length of time. Simonian influences continued through Menander's own followers who included Saturninus of Antioch and Basilides, the latter identified by Ireneus with the further development of his predecessors ideas. Carpocrates practised in the tradition of Basildes, and his own follower, Marcellina, became one of the few female leaders of early Christianity in 2nd century Rome. points out, it is an earlier form of the Valentinian doctrine, but there are things reminiscent of Aristotelian and Stoic physics. This indivisible point which existed in the body, and of which none but the spiritual knew, was the Kingdom of Heaven, and the grain of mustard seed. But it rested with us to develop it, and it is this responsibility which is referred to in the words—"that we may not be condemned with the world" (1 Corinthians 11:32). For if the image of the Standing One were not actualized in us, it would not survive the death of the body. "The axe," he said, "is nigh to the roots of the tree: Every tree that bringeth not forth good fruit is cut down and cast into the fire"

To you, therefore, I say what I say, and write what I write. And the writing is this. Of the universal Aeons there are two shoots, without beginning or end, springing from one Root, which is the Power invisible, inapprehensible Silence. Of these shoots one is manifested from above, which is the Great Power, the Universal Mind ordering all things, male, and the other, (is manifested) from below, the Great Thought, female, producing all things. Hence pairing with each other, they unite and manifest the Middle Distance, incomprehensible Air, without beginning or end. In this is the Father who sustains all things, and nourishes those things which have a beginning and end. This is He who has stood, stands and will stand, a male female power like the preëxisting Boundless Power, which has neither beginning nor end, existing in oneness. For it is from this that the Thought in the oneness proceeded and became two. So he was one; for having her in himself, he was alone, not however first, although preëxisting, but being manifested from himself to himself, he became second. Nor was he called Father before (Thought) called him Father. As, therefore, producing himself by himself, he manifested to himself his own Thought, so also the Thought that was manifested did not make the Father, but contemplating him hid him—that is to say the Power—in herself, and is male female, Power and Thought. Hence they pair with each other being one, for there is no difference between Power and Thought. From the things above is discovered Power, and from those below Thought. In the same manner also that which was manifested from them although being one is yet found as two, the male female having the female in itself. Thus Mind is in Thought—things inseparable from one another—which although being one are yet found as two.