Введение

Ирландский поэт, певец и автор песен (1779–1852), святой и философ XVI века.

Томас Мур (28 мая 1779 – 25 февраля 1852), также известный как Том Мур, был ирландским писателем, поэтом и лириком, прославившимся своими ирландскими мелодиями. Его использование английской поэзии на мотив старинных ирландских мелодий ознаменовало переход в популярной ирландской культуре от ирландского к английскому языку. В политическом плане Мур был известен в Англии как автор статей и памфлетов для аристократических вигов; в Ирландии его считали католическим патриотом. Женившись на протестантской актрисе и получив прозвище «Анакреон Мур» по имени классического греческого композитора, писавшего песни для пиров и эротические стихи, Мур не отличался религиозной набожностью. Однако в ходе споров, связанных с католической эмансипацией, Мур выступал в защиту традиций Церкви в Ирландии как против евангелических протестантов, так и против бескомпромиссных католиков-мирян. Его более объемные прозаические работы свидетельствуют о более радикальных взглядах. В книге «Жизнь и смерть лорда Эдварда Фицджеральда» лидер Объединенной Ирландии изображен как мученик за дело демократических реформ. В дополнение к роману Марии Эджворт «Замок Ракрент», он написал «Воспоминания о капитане Роке». У Мура было две младшие сестры – Кейт и Эллен. Он проявил ранний интерес к музыке и театральному искусству, ставил музыкальные пьесы с друзьями и надеялся стать актером. В Дублине он посещал частную школу английской грамматики Самуэля Уайта, где изучал латынь и греческий язык и свободно овладел французским и итальянским. В возрасте четырнадцати лет одно из его стихотворений было опубликовано в новом литературном журнале «Anthologia Hibernica» («Ирландская антология»). Самуэль Уайт был учителем Ричарда Бринсли Шеридана, ирландского драматурга и английского политика-виги, о котором Мур позже написал биографию.

Тринити Колледж и Объединенные ирландцы

В 1795 году Мур был одним из первых католиков, допущенных в Дублинский Тринити-колледж, готовясь, как надеялась его мать, к карьере юриста. Благодаря литературному салону поэта и сатирика Генриетты Баттье, а также его друзьям в Тринити – Роберту Эммету и Эдварду Хадсону, Мур был вовлечен в политическую жизнь столицы, взбудораженную Французской революцией и угрозой французского вторжения. По их настоянию, в 1797 году Мур написал обращение к своим сокурсникам с призывом противостоять предложению, которое в то время продвигала английская администрация Дублинского замка, о включении Ирландии в союз с Великобританией для обеспечения ее стабильности. В апреле 1798 года Мура допросили в Тринити, но оправдали по обвинению в причастности к мятежу через Общество Объединенных ирландцев. Хотя Мур и был другом Эммета, он не принес присягу вместе с Эмметом и Хадсоном и не принимал участия в республиканском восстании 1798 года (Мур в то время был дома, болен в постели). Позже, в биографии лидера Объединенных ирландцев лорда Эдварда Фицджеральда (1831), он ясно выразил свои симпатии, не скрывая сожаления о том, что французской экспедиции под командованием генерала Оша в декабре 1796 года не удалось высадиться. Памяти жертвы Эммета на виселице Мур посвятил песню «О, не произноси его имя» (1808). Более завуалированные упоминания об Эммете встречаются в его длинной восточной поэме «Лалла Рукх» (1817). Переводы Мура произведений Анакреона, воспевающих вино, женщин и песни, были опубликованы в 1800 году с посвящением принцу Уэльскому. Его знакомство с будущим принцем-регентом и королем Георгом IV стало вершиной его успеха в завоевании расположения аристократических и литературных кругов Лондона, чему в значительной степени способствовали его таланты певца и композитора. В том же году он недолгое время сотрудничал с Майклом Келли в качестве либреттиста, работая над комической оперой «Цыганский принц», поставленной в Королевском театре Хеймаркет.

В 1801 году Мур рискнул издать сборник собственных стихов под названием «Поэтические произведения покойного Томаса Литтла, эсквайра». Возможно, псевдоним был предложен из-за их юношеской эротики. Воспевание Муром поцелуев и объятий выходило за рамки принятых в то время норм приличия. Когда эти нормы ужесточились в викторианскую эпоху, это положило конец относительному успеху его издательской деятельности.

Наблюдения за Америкой и дуэль с критиком

В надежде на будущее продвижение, Мур неохотно отплыл из Лондона в 1803 году, чтобы занять правительственную должность, полученную благодаря покровительству Фрэнсиса Роудона Гастингса, 2-го графа Мойры. Лорд Мойра выделялся в своем кругу тем, что накануне восстания в Ирландии продолжал протестовать против злоупотреблений правительства и лоялистов, и выступал за политику примирения. Мур должен был стать регистратором Адмиралтейского призового суда на Бермудских островах. Хотя еще в 1925 году его помнили как "поэта-лауреата" острова, жизнь на Бермудах оказалась настолько скучной, что через шесть месяцев он назначил заместителя и отправился в продолжительное путешествие по Северной Америке. Как и в Лондоне, Мур завел знакомства в высшем обществе Соединенных Штатов, включая президента Томаса Джефферсона. Будучи не расположен к провинциальности обычного американца, Мур общался с изгнанными европейскими аристократами, стремившимися восстановить свое состояние, и с олигархическими федералистами, от которых он получил, как он позже признал, "искаженное и предвзятое" представление о новой республике. Однако Мура продолжали беспокоить сообщения о том, что полиция обнаружила, что пистолет, переданный Джеффри, был пуст. В своей сатире "Английские барды и шотландские рецензенты" (1809) Байрон, сам пострадавший от одной из рецензий Джеффри, предположил, что оружие Мура тоже было "без пуль": "при осмотре оказалось, что ядра в пистолетах, подобно храбрости участников, испарились". Это мало утешило Мура, и он написал Байрону, намекнув, что если эти слова не будут прояснены, Байрон тоже будет вызван на дуэль. Когда Байрон, вернувшийся из-за границы, появился вновь, между ними произошло примирение и завязалась крепкая дружба.

Брак и дети

Между 1808 и 1810 годами Мур каждый год выступал в Килкенни, Ирландия, с благотворительным репертуаром, состоящим из профессиональных актеров и любителей из высшего общества. Он предпочитал комические роли в пьесах, таких как «Соперники» Шеридана и «Замок Андалусии» О’Киффа. Среди профессионалов, выступавших в Килкенни вместе со своей сестрой, будущей трагической актрисой Мэри Энн Дафф, была Элизабет «Бесси» Дайк. В 1811 году Мур женился на Бесси в церкви Святого Мартина в Филдсе, Лондоне. Отсутствие приданого у Бесси, а также протестантская церемония, возможно, стали причиной того, что Мур некоторое время скрывал брак от своих родителей. Бесси настолько сторонилась светского общества, что многие друзья ее мужа так и не встретили ее (некоторые из них даже шутливо сомневались в ее существовании). Те же, кто с ней познакомился, высоко ее ценили. Они жили в поместье лорда Мойры, в коттедже Mayfield в [Стаффордшире], а затем, наконец, в коттедже Sloperton в Уилтшире, недалеко от загородной резиденции другого близкого друга и покровителя, Генри Петти Фицмориса, 3-го маркиза Лансдауна. В их кругу были Шеридан и Джон Филпот Карран, оба переживавшие свои горькие последние годы. У Тома и Бесси было пятеро детей, ни один из которых не пережил их. Три дочери умерли в юном возрасте, а оба сына погибли молодыми. Один из них, Томас Лэндсдаун Парр Мур, в качестве простого офицера сначала воевал в британской армии в Афганистане, а затем во Французском Иностранном легионе в Алжире. Он умирал от туберкулеза, который поразил всю семью, когда, согласно записям Иностранного легиона, он был убит в бою 6 февраля 1846 года. Несмотря на эти тяжелые личные потери, брак Томаса Мура обычно считается счастливым. В Париже к Муру присоединились Бесси и дети. Его светская жизнь была насыщена, часто включала встречи с ирландцами, британцами и путешественниками, такими как Мария Эджворт и Уильям Вордсворт. Однако его попытки сблизить его связи между изгнанными соотечественниками и представителями британской элиты не всегда были успешными. В 1821 году несколько эмигрантов, среди которых был Майлс Бирн (ветеран Винегар-Хилла и Ирландского легиона Наполеона), отказались присутствовать на обеде в честь Дня святого Патрика, организованном Муром в Париже, из-за присутствия председательствующего Уэлсли Пола Лонга, племянника герцога Веллингтона. Как только Мур узнал, что долг по Бермудам был частично погашен при помощи лорда Лансдауна (которому Мур почти немедленно выплатил вексель от Longman, его издателя), семья, после более чем года, вернулась в коттедж Sloperton.

- Я писатель для вигов .

Чтобы прокормить семью, Мур занялся написанием политических памфлетов по заказу своих друзей и покровителей из партии вигов. Виги были расколоты неоднозначной реакцией Эдмунда Бёрка и Чарльза Фокса на Французскую революцию. Однако выходки принца-регента, и особенно его публичные усилия по дискредитации и разводу с принцессой Каролиной, стали катализатором народного недовольства, что способствовало обретению вигами нового единства и цели. О «вигах как таковых» Мур утверждал, что не получил «даже намека на благосклонность» (Лорда Мойру они «едва ли считали своим»). И за редкими исключениями, которые можно было перечесть по пальцам, Мур был убежден, что среди них было «столько же эгоизма и низости в политических интригах, как и среди тори». Но для Мура тот факт, что принц-регент упорно противился допуску католиков в парламент, мог послужить достаточным поводом для разрыва с бывшим другом и покровителем. Его горацианская сатира на принца, публиковавшаяся в «Утренней хронике», была собрана в сборник «Перехваченные письма, или Почтовый ящик за два пенса» (1813).

Смеяться над Кастлерэем

Еще одной, и, возможно, более личной мишенью Мура был министр иностранных дел лорд Кастлерэ. Реформистский пресвитерианин из Ольстера, перешедший в англиканских тори, Кастлерэ, будучи ирландским секретарем, был безжалостен в подавлении Общества Объединенных ирландцев и в проведении Акта о Союзе через ирландский парламент. "Словесный эквивалент политических карикатур того времени", широко читаемый, настолько, что Мур впоследствии выпустил продолжение, – это стихотворный роман "Семья Фадж в Париже" (1818). Семья ирландца, работающего пропагандистом на Кастлерэ в Париже, Фаджи сопровождается образованным воспитателем и классиком, Фелимом Коннором. Благочестивый, но разочарованный ирландский католик, его письма к другу отражают собственные взгляды Мура. Регулярные письма Коннора, в которых он осуждает Кастлерэ, затрагивают две основные темы. Первая – Кастлерэ как "воплощение недуга, которым Ирландия заразила британскую политику в результате союза": "Мы послали тебе Кастлерэ – как груды мертвецов, убивших своих убийц чумой, которую они распространили". Вторая – то, что во время принятия Актов о Союзе поддержка Кастлерэ католической эмансипации была лицемерной. Кастлерэ был мастером "этого вероломного ремесла", которое может "запрячь раба в телегу, поклясться в его освобождении", но затем "подло отвернуться от него", когда его "цель достигнута". Через общих знакомых Мур узнал, что Кастлерэ особенно задел стихами Воспитателя из "Семьи Фадж".

"Воспоминания Байрона"

[[Файл:Лорд Байрон Генри Пирс Боун.jpg|150px|thumb|left|Байрон: "Когда вы прочтете мои Мемуары, вы узнаете о зле истинного разгула". Современная наука возлагает вину на других. В 1821 году, с согласия Байрона, Мур продал рукопись, которую Байрон доверил ему три года назад, издателю Джону Мюррею. Хотя он сам признавал, что она содержит некоторые "весьма откровенные вещи", когда после смерти Байрона в 1824 году Мур узнал, что Мюррей счел материал непригодным для публикации, он заговорил о разрешении вопроса дуэлью. Однако мнение жены Байрона, леди Байрон, сводной сестры и душеприказчицы, Августы Ли, и соперника Мура в дружбе с Байроном, Джона Кэма Хобхауса, возобладало. В том, что некоторые назвали величайшим литературным преступлением в истории, в присутствии Мура семейные юристы разорвали все сохранившиеся экземпляры рукописи и сожгли их в камине Мюррея. С помощью документов, предоставленных Мэри Шелли, Мур восстановил все, что смог. Его "Письма и дневники лорда Байрона: с замечаниями о его жизни" (1830) "смогли", по мнению Маколея, "представить столько характера и взглядов своего друга, причинив при этом как можно меньше боли чувствам живых". Вдохновленный Байроном, Мур ранее опубликовал сборник песен "Вечера в Греции" (1826) и свой единственный прозаический роман "Эпикуреец" (1827), действие которого разворачивается в Египте III века. Удовлетворяя спрос на "полуэротический роман с религиозным подтекстом", он имел большой успех.

В художественной литературе

Персонаж Томми-щекоток в романе "Маре" Джона Патерсона, аллегорической сатире Джеймса Хогга на эдинбургскую издательскую среду, впервые опубликованной в журнале "Newcastle Magazine" в 1825 году, основан на Томасе Муре. Перси Френч написал несколько пародийных версий мелодий Мура в комическом журнале "The Jarvey", который он редактировал в течение двух лет, включая как минимум шесть версий песни "The Minstrel Boy". Эти пародии также публиковались в "The Jarvey". Он также пародировал Мура в своих театральных представлениях. Как отмечалось выше, Мур и его мелодии также встречаются в произведениях Джеймса Джойса: "Портрет художника в юности" и "Поминки по Финнегану".