Введение
Общее возмещение - это юридическое производство в Англии, которое позволяло адвокатам преобразовывать недвижимое имущество (форма землевладения, также называемая "fee tail") в абсолютную собственность, с простым сбором. Это было достигнуто с помощью ряда тайных юридических процедур, некоторые части которых были вымышленными, а другие - невыполняемыми (и, следовательно, недействительными). Он был разработан и усовершенствован юристами во второй половине пятнадцатого века. Случай 1472 года, известный как дело Талтарума, увеличил его популярность.
A common recovery was a legal proceeding in England that enabled lawyers to convert an entailed estate (a form of land ownership also called a fee tail) into absolute ownership, fee simple. This was accomplished through the use of a series of collusive legal procedures, some parts of which were fictional and others unenforceable (and therefore null). It was devised and perfected by lawyers in the second half of the fifteenth century. A 1472 case, known as Taltarum's Case, increased its popularity.
Предыстория
Первоначально они были предназначены для сохранения права собственности на землю в семье. Благодаря действию закона De donis conditionalibus, цель заключения не могла быть нарушена. Это означало, что земля в fee tail не может быть просто продана, передана или заложена, поскольку, что бы ни делал с ней нынешний владелец, право собственности автоматически переходит к тем, кто указан в договоре. Я буду поручителем за них. В более поздние века обычный ваучер часто был придворным глашатаем и мог появляться под вымышленным именем.
Отмена
В Англии и Уэльсе общие восстановления были отменены в 1833 году; вместо этого в Канцелярии был зарегистрирован акт о дезинтеграции (преемник того, который создавал арендатора в презипии). Как и штрафы (или окончательные соглашения), обычные возмещения были процедурами, основанными на юридической фикции, чтобы произвести подлинные изменения, но без действительно противоположных сторон. В этом они отличаются от использования юридической фикции в случаях вытеснения, когда был подлинный спор, но такой, который требовал юридической фикции, чтобы сделать его подлежащим рассмотрению.