Витализм: Философия жизненной силы и немеханистический подход к организму.

Введение

Вера в живые организмы – немеханистическая философия.

Витализм – это вера, основанная на предпосылке, что "живые организмы принципиально отличаются от неживых сущностей, поскольку содержат некий нефизический элемент или подчиняются иным принципам, чем неодушевленные объекты". Когда витализм явно апеллирует к жизненному принципу, этот элемент часто называют "жизненной искрой", "энергией", "эланом витальным" (термин, введенный виталистом Анри Бергсоном), "жизненной силой" или "vis vitalis", которую некоторые отождествляют с душой. В XVIII и XIX веках витализм обсуждался среди биологов, между теми, кто полагал, что известные законы физики в конечном итоге объяснят разницу между жизнью и нежизнью, и виталистами, утверждавшими, что процессы жизни нельзя свести к механистическому процессу. Виталистские биологи, такие как Иоганнес Рейнке, выдвигали проверяемые гипотезы, призванные продемонстрировать несостоятельность механистических объяснений, но их эксперименты не смогли подтвердить витализм. В настоящее время биологи считают витализм в этом смысле опровергнутым эмпирическими данными и рассматривают его либо как устаревшую научную теорию, либо, начиная с середины XX века, как псевдонауку. В греческой философии милетская школа предлагала естественные объяснения, основанные на материализме и механизме. Однако ко времени Лукреция эти представления были дополнены (например, непредсказуемым отклонением – клинаменом Эпикура), а в стоической физике пневма приобрела роль логоса. Гален считал, что легкие извлекают пневму из воздуха, которую кровь распространяет по всему телу.

Средневековье

В Европе средневековая физика находилась под влиянием концепции пневмы, что способствовало формированию более поздних теорий эфира.

Ранние современные

В число виталистов входили английский анатом Фрэнсис Глиссон (1597–1677) и итальянский врач Марчелло Мальпиги (1628–1694). Каспара Фридриха Вольфа (1733–1794) считают отцом эпигенеза в эмбриологии, то есть он знаменует собой момент, когда эмбриональное развитие начали описывать в терминах пролиферации клеток, а не воплощения предварительно сформированной души. Однако эта степень эмпирического наблюдения не была подкреплена механистической философией: в своей работе Theoria Generationis (1759) он попытался объяснить возникновение организма действиями vis essentialis (организующей, формирующей силы). Карл Райхенбах (1788–1869) позже разработал теорию одической силы – формы жизненной энергии, пронизывающей живые существа. В XVII веке современная наука ответила на ньютоновское действие на расстоянии и механизм картезианского дуализма виталистскими теориями: в то время как химические превращения, происходящие с неживыми веществами, обратимы, так называемое «органическое» вещество необратимо изменяется в ходе химических превращений (например, при приготовлении пищи). Джон Хантер признал «наличие «живого принципа» в дополнение к механике». Берцелиус утверждал, что соединения можно различать по тому, требуют ли они участия организмов в своем синтезе (органические соединения) или нет (неорганические соединения). Химики-виталисты предсказывали, что органические вещества невозможно синтезировать из неорганических компонентов, но Фридрих Вёлер синтезировал мочевину из неорганических компонентов в 1828 году. Однако современные исследования не подтверждают распространенное мнение о том, что витализм прекратил свое существование после синтеза мочевины Вёлером. Этот «миф о Вёлере», как его назвал историк Питер Рамберг, возник из популярной истории химии, опубликованной в 1931 году, которая, «полностью игнорируя историческую точность, превратила Вёлера в крестоносца, который раз за разом пытался синтезировать природный продукт, чтобы опровергнуть витализм и снять покров невежества, пока «однажды днем не произошло чудо»». В период с 1833 по 1844 год Йоханнес Петер Мюллер написал учебник по физиологии под названием Handbuch der Physiologie, который на протяжении большей части XIX века оставался ведущим учебником в этой области. Книга демонстрировала приверженность Мюллера витализму; он задавался вопросом, чем органическое вещество отличается от неорганического, а затем приступил к химическому анализу крови и лимфы. Он подробно описывает кровеобращение, лимфатическую, дыхательную, пищеварительную, эндокринную, нервную и сенсорную системы у широкого спектра животных, но объясняет, что наличие души делает каждый организм неделимым целым. Он утверждал, что поведение световых и звуковых волн показывает, что живые организмы обладают жизненной энергией, которую физические законы не могут полностью объяснить. Луи Пастер (1822–1895), после своего знаменитого опровержения самозарождения, провел несколько экспериментов, которые, по его мнению, подтверждали витализм. По словам Бехтеля, Пастер «включил брожение в более общую программу, описывающую специальные реакции, которые происходят только в живых организмах. Это необратимо важные явления». Отвергая утверждения Берцелиуса, Либиха, Траубе и других о том, что брожение является результатом химических агентов или катализаторов внутри клеток, Пастер пришел к выводу, что брожение – это «жизненное действие». Его главный аргумент заключался в том, что если разрезать эмбрион после первого или второго деления, каждая часть вырастет в полноценного взрослого организма. Репутация Дришa как экспериментального биолога ухудшилась из-за его виталистских теорий, которые с тех пор ученые считают псевдонаукой. Витализм – это устаревшая научная гипотеза, и этот термин иногда используется как уничижительное определение. Эрнст Майр (1904–2005) писал:

Vitalists included English anatomist Francis Glisson (1597–1677) and the Italian doctor Marcello Malpighi (1628–1694). Caspar Friedrich Wolff (1733–1794) is considered to be the father of epigenesis in embryology, that is, he marks the point when embryonic development began to be described in terms of the proliferation of cells rather than the incarnation of a preformed soul. However, this degree of empirical observation was not matched by a mechanistic philosophy: in his Theoria Generationis (1759), he tried to explain the emergence of the organism by the actions of a vis essentialis (an organizing, formative force). Carl Reichenbach (1788–1869) later developed the theory of Odic force, a form of life energy that permeates living things. In the 17th century, modern science responded to Newton's action at a distance and the mechanism of Cartesian dualism with vitalist theories: that whereas the chemical transformations undergone by non living substances are reversible, so called "organic" matter is permanently altered by chemical transformations (such as cooking). John Hunter recognised "a 'living principle' in addition to mechanics." Berzelius contended that compounds could be distinguished by whether they required any organisms in their synthesis (organic compounds) or whether they did not (inorganic compounds). Vitalist chemists predicted that organic materials could not be synthesized from inorganic components, but Friedrich Wöhler synthesised urea from inorganic components in 1828. However, contemporary accounts do not support the common belief that vitalism died when Wöhler made urea. This Wöhler Myth, as historian Peter Ramberg called it, originated from a popular history of chemistry published in 1931, which, "ignoring all pretense of historical accuracy, turned Wöhler into a crusader who made attempt after attempt to synthesize a natural product that would refute vitalism and lift the veil of ignorance, until 'one afternoon the miracle happened'". Between 1833 and 1844, Johannes Peter Müller wrote a book on physiology called Handbuch der Physiologie, which became the leading textbook in the field for much of the nineteenth century. The book showed Müller's commitments to vitalism; he questioned why organic matter differs from inorganic, then proceeded to chemical analyses of the blood and lymph. He describes in detail the circulatory, lymphatic, respiratory, digestive, endocrine, nervous, and sensory systems in a wide variety of animals but explains that the presence of a soul makes each organism an indivisible whole. He claimed that the behaviour of light and sound waves showed that living organisms possessed a life energy for which physical laws could never fully account. Louis Pasteur (1822–1895) after his famous rebuttal of spontaneous generation, performed several experiments that he felt supported vitalism. According to Bechtel, Pasteur "fitted fermentation into a more general programme describing special reactions that only occur in living organisms. These are irreducibly vital phenomena." Rejecting the claims of Berzelius, Liebig, Traube and others that fermentation resulted from chemical agents or catalysts within cells, Pasteur concluded that fermentation was a "vital action". His main argument was that when one cuts up an embryo after its first division or two, each part grows into a complete adult. Driesch's reputation as an experimental biologist deteriorated as a result of his vitalistic theories, which scientists have seen since his time as pseudoscience. Vitalism is a superseded scientific hypothesis, and the term is sometimes used as a pejorative epithet. Ernst Mayr (1904–2005) wrote:

Другими виталистами были Йоханнес Райнке и Оскар Гертвиг. Райнке использовал термин «неовитализм» для описания своей работы, утверждая, что она в конечном итоге будет подтверждена экспериментально и что это улучшение по сравнению с другими виталистскими теориями. Работа Райнке повлияла на Карла Юнга. Джон Скотт Холдейн в начале своей карьеры придерживался антимеханистического подхода к биологии и идеалистической философии. Холдейн рассматривал свою работу как подтверждение его убеждения в том, что телеология является существенной концепцией в биологии. Его взгляды стали широко известны благодаря его первой книге «Механизм, жизнь и личность» (1913). Холдейн заимствовал аргументы у виталистов, чтобы использовать их против механицизма; однако он не был виталистом. Холдейн рассматривал организм как фундаментальный элемент биологии: «мы воспринимаем организм как саморегулирующуюся сущность», «любая попытка разложить его на компоненты, которые можно свести к механическому объяснению, нарушает этот основополагающий опыт».

Эмерджентизм

Современная наука и инженерия порой описывают эмерджентные процессы, в которых свойства системы нельзя полностью объяснить, исходя из свойств её компонентов. Это может быть обусловлено как неполным пониманием свойств самих компонентов, так и важностью взаимодействий между отдельными компонентами для поведения системы в целом. Вопрос о том, следует ли относить эмерджентность к традиционным виталистским концепциям, остаётся предметом семантических дискуссий. По мнению Emmeche и др. (1997):

Месмеризм

Популярной виталистской теорией XVIII века был "животный магнетизм" в теориях Франца Месмера (1734–1815). Однако использование (общепринятого) английского термина "animal magnetism" для перевода "magnétisme animal" Месмера может быть вводящим в заблуждение по трем причинам: Месмер выбрал этот термин, чтобы четко отграничить свой вариант магнитной силы от тех, которые в то время назывались минеральным магнетизмом, космическим магнетизмом и планетарным магнетизмом. Месмер полагал, что эта особая сила/энергия присутствует только в телах людей и животных. Месмер выбрал слово "animal" (животное) из-за его первоначального значения (от латинского animus = "дыхание") специально для того, чтобы определить эту силу как качество, присущее всем живым существам, то есть одушевленным организмам: людям и животным. Идеи Месмера стали настолько влиятельными, что король Франции Людовик XVI назначил две комиссии для расследования месмеризма; одну возглавил Жозеф Игнас Гильотен, другую, под руководством Бенджамина Франклина, включали Бейли и Лавуазье. Комиссии ознакомились с теорией Месмера и наблюдали, как пациенты впадали в припадки и транс. В саду Франклина пациента подвели к каждому из пяти деревьев, одно из которых было "замесеризовано"; он обнимал каждое из них, чтобы получить "жизненную жидкость", но потерял сознание у подножия "не того" дерева. В доме Лавуазье перед "восприимчивой" женщиной поднесли четыре обычных стакана воды; четвертый вызвал судороги, но она спокойно выпила содержимое пятого, которое было замесеризовано, полагая, что это простая вода. Комиссия заключила, что "жидкость без воображения бессильна, в то время как воображение без жидкости может производить эффект, подобный эффекту жидкости".