Отказ от ребёнка: причины и последствия.

Введение

Преступление или процесс отказа от своего ребенка.

Оставление ребенка – это практика отказа от прав и обязанностей в отношении своего потомства незаконным путем, с намерением никогда не восстанавливать или не заявлять опекунство. Эта фраза обычно используется для описания физического оставления ребенка, однако она может включать в себя и серьезные случаи пренебрежения и эмоционального отказа, такие как случаи, когда родители не обеспечивают детям финансовую и эмоциональную поддержку в течение длительного периода времени (иногда таких детей называют "избавившимися" или "отверженными"). Если оставление ребенка происходит анонимно в течение первых 12 месяцев, оно может называться тайным оставлением ребенка. В Соединенных Штатах и многих других странах оставление ребенка обычно рассматривается как разновидность более широкой категории жестокого обращения с детьми. (Однако в некоторых штатах существуют законы, позволяющие родителям навсегда передать ребенка в специально отведенное безопасное место, "где они не будут подвергнуты уголовному преследованию"). Оставление ребенка может привести к лишению родительских прав. В некоторых штатах предусмотрена возможность восстановления родительских прав, и около половины штатов в США имеют законы, регулирующие этот процесс. Виновные в оставлении ребенка могут быть обвинены в халатности, повлекшей за собой смерть, если жертва погибает в результате их действий или бездействия. Официальной статистики по оставлению детей в большинстве стран не существует.

Причины

Бедность и бездомность часто являются причинами отказа от детей. Люди, живущие в странах со слабо развитой системой социального обеспечения (например, в Китае, Мьянме, Мексике, Соединенных Штатах и других странах), которые не имеют финансовых возможностей для содержания ребенка, чаще отказываются от своих детей из-за недостатка ресурсов. Также причинами могут быть физические недостатки, психические заболевания и проблемы с зависимостью у родителей. В культурах, где пол ребенка имеет решающее значение, родители с большей вероятностью откажутся от младенца нежелательного пола. Аналогично, люди могут прибегнуть к часто вызывающему споры выбору – пренатальной диагностике пола с последующим абортом. Политические условия, такие как война и вынужденное переселение семьи, также могут привести к тому, что родители откажутся от своих детей. Отказ от родительских прав – это форма оставления ребенка, подразумевающая прекращение контакта и материальной поддержки зависимого ребенка. Отказ от родительских прав обычно происходит в более позднем возрасте, как правило, из-за конфликта между родителями и ребенком, но может произойти и в раннем детстве. Причины включают: развод родителей, установление биологического отцовства, действия ребенка, наносящие ущерб репутации семьи; наиболее распространенные причины – нарушение закона, подростковая беременность, серьезные религиозные или идеологические разногласия, а также самоидентификация как ЛГБТ.

Законы об оставлении детей

Оставление ребенка незаконно в большинстве стран мира и, в зависимости от обстоятельств дела и законодательства государства, в котором оно произошло, может квалифицироваться как уголовное правонарушение, преследуемое по статье о проступке или тяжком преступлении.

Профилактика

Предоставление доступа к сексуальному образованию и ресурсам планирования семьи, таким как контрацепция и аборты, может помочь предотвратить беременность у людей, которые не могут заботиться о детях или не хотят их воспитывать. Исследования показывают, что отмена запретов на аборты приводит к снижению числа брошенных, подвергающихся насилию и пренебрежению детей. Однако доступ к услугам остается проблемой. В Соединенных Штатах 87% всех округов и 97% всех сельских округов не имеют доступа к услугам по прерыванию беременности. Государственная поддержка может оказываться в форме консультаций для родителей, послеродового ухода, услуг в области психического здоровья и других видов общественной поддержки для родителей, находящихся в группе риска по причине возраста, отсутствия поддержки, физических ограничений, психических заболеваний или бедности.

История

Исторически сложилось так, что во многих культурах практиковалось оставление младенцев, часто называемое «выставлением младенцев». Детей оставляли на склонах холмов, в дикой местности, у церквей и в других общественных местах. Если их подбирали другие, дети могли присоединиться к другой семье либо в качестве рабов, либо как свободные члены семьи. Особенно в римских обществах для воспитания детей предпочитали нанимать рабов, а не членов семьи, которые часто проявляли равнодушие к своим детям. Хотя спасение позволяло многим оставленным детям выжить, это иногда сравнивалось с младоубийством, как описал Тертуллиан в своей «Апологии»: «Безусловно, это более жестокий способ убить, обрекая на холод, голод и собак». Несмотря на это сравнение, другие источники сообщают, что в древности младоубийство и выставление младенцев рассматривались как морально различные явления. В раннем Средневековье родители, не желавшие воспитывать своих детей, отдавали их в монастыри за небольшую плату – этот акт назывался обляцией. В периоды социальных потрясений монастыри часто принимали большое количество детей. К Высокому Средневековью обляция стала менее распространенной и чаще оформлялась напрямую между монастырем и родителями ребенка. Иногда средневековые больницы заботились об оставленных детях за счет общины, но некоторые отказывались, опасаясь, что готовность принимать брошенных детей приведет к увеличению их числа. Средневековые европейские законы, регулирующие оставление детей, например, Визиготский кодекс, часто предписывали, что тот, кто подобрал ребенка, имел право на его службу в качестве раба. Призыв в армию или обращение в рабство детей, часто происходило вследствие войны или эпидемии, когда многие дети оставались без родителей. Оставленные дети становились подопечными государства, военной организации или религиозной общины. Массовое распространение этой практики способствовало сохранению силы и преемственности культурных и религиозных традиций в средневековом обществе. В эпоху раннего Нового времени появились приюты для подкидышей, и число детей, оставляемых в них, возросло. Эта тенденция продолжалась и достигла пика около 1830 года во Франции, когда 5% всех рождений заканчивались оставлением ребенка. В ответ на это государство ограничило ресурсы, предоставляемые приютами, и перешло к системе опеки, чтобы снизить смертность детей в переполненных приютах. С увеличением доступности контрацепции и улучшением экономических условий в Европе к концу XIX века число брошенных детей сократилось. Поезда-сироты были популярным источником дешевой рабочей силы. Масштаб перемещения, а также связанные с ним осложнения и эксплуатация привели к созданию новых организаций и принятию ряда законов, направленных на поощрение усыновления вместо подневольного труда. К 1945 году усыновление было оформлено как юридический акт, учитывающий наилучшие интересы ребенка. Стремление к секретности и закрытию всех записей об усыновлении и рождении началось, когда Чарльз Лоринг Брейс предложил эту концепцию, чтобы предотвратить возвращение детей из поездов-сирот к их родителям или их востребование ими. Известные современные случаи оставления детей включают убийственное пренебрежение, выражающееся в изоляции младенцев или детей, как, например, в деле об оставлении ребенка в Осаке или деле двух брошенных детей в Калгари, провинция Альберта, Канада, их матерью Ри Фудзи.

Historically, many cultures practiced abandonment of infants, often called "infant exposure." Children were left on hillsides, in the wilderness, near churches, and in other public places. If taken up by others, the children might join another family either as slaves or as free family members. Roman societies, in particular, chose slaves to raise their children rather than family members, who were often indifferent towards their children. Although being found by others would allow children who were abandoned to often survive, exposure is sometimes compared to infanticide—as described by Tertullian in his Apology: "it is certainly the more cruel way to kill by exposure to cold and hunger and dogs." Despite the comparison, other sources report that infanticide and exposure were viewed as morally different in ancient times. In the Early Middle Ages, parents who did not want to raise their children gave them to monasteries with a small fee, an act known as oblation, and in times of social stress, monasteries often received large numbers of children. By the high Middle Ages, oblation was less common and more often arranged privately between the monastery and the parents of the child. Sometimes, medieval hospitals cared for abandoned children at the community's expense. Still, some refused to do so because being willing to accept abandoned children would increase abandonment rates. Medieval laws in Europe governing child abandonment, as the Visigothic Code, often prescribed that the person who had taken up the child was entitled to the child's service as a slave. Conscripting or enslaving children into armies and labor pools often occurred as a consequence of war or pestilence when many children were left parentless. Abandoned children then became the wards of the state, military organization, or religious group. When this practice happened en masse, it had the advantage of ensuring the strength and continuity of cultural and religious practices in medieval society. Early Modern Europe saw the rise of foundling homes and increased abandonment of children to these homes. These numbers continued to rise and peaked when 5% of all births resulted in abandonment in France around 1830. The national reaction to this was to limit the resources provided by foundling homes and switch to foster homes instead such that fewer children would die within overcrowded foundling homes during infancy. As access to contraception increased and economic conditions improved in Europe towards the end of the 19th century, the number of children being abandoned declined. Orphan trains were highly popular as a source of free labor. The sheer size of the displacement and the complications and exploitation that occurred gave rise to new agencies and a series of laws that promoted adoption rather than indenture. By 1945, adoption was formulated as a legal act with consideration of the child's best interests. The origin of the move toward secrecy and the sealing of all adoption and birth records began when Charles Loring Brace introduced the concept to prevent children from the orphan trains from returning to or being reclaimed by their parents. Notable contemporary instances of child abandonment include homicidal neglect by confinement of infants or children, such as in the affair of the Osaka child abandonment case or the affair of two abandoned children in Calgary, Alberta, Canada by their mother Rie Fujii.

Текущая ситуация

Сегодня оставление ребенка считается серьезным преступлением во многих юрисдикциях, поскольку это может рассматриваться как malum in se (зло само по себе) из-за непосредственного вреда, причиняемого ребенку, и в связи с вопросами благополучия (поскольку ребенок часто становится подопечным государства). Например, в штате Джорджия, США, намеренное и добровольное оставление ребенка является проступком, а оставление своего ребенка и выезд из штата – уголовным преступлением. В 1981 году Верховный суд США подтвердил конституционность этого различия, отклонив аргумент родителей о том, что оно лишает их права на свободу передвижения и, следовательно, равной защиты перед законом. "Рехоминг" все еще остается законным в Арканзасе, где в 2015 году законодатель штата Джастин Харрис привлек внимание общественности, передав двух маленьких усыновленных детей на воспитание другим семьям. Во многих юрисдикциях существуют исключения из законов об оставлении детей в виде законов о безопасных убежищах, которые применяются к младенцам, оставленным в специально отведенных местах, таких как больницы (например, "детский люк"). В Великобритании оставление ребенка в возрасте до двух лет является уголовным преступлением. Оставление детей распространено в Малайзии, где в период с 2005 по 2011 год было оставлено 517 младенцев. Из этих 517 детей 287 были найдены мертвыми. В 2012 году было зарегистрировано 31 случай, включая как минимум один случай, когда ребенка выбросили из окна многоэтажного дома. Люди в культурах со слабыми системами социального обеспечения, которые не имеют финансовых возможностей для заботы о ребенке, с большей вероятностью его оставят. Несколько американских штатов работают над принятием законодательства, направленного на предотвращение "рехоминга" детей после усыновления. Однако для защиты детей от "рехоминга" во всех штатах может потребоваться принятие федерального закона.

Государственные программы по содействию анонимному бросанию детей

Анонимные роды позволяют беременным матерям рожать ребенка, не раскрывая свою личность и не неся никаких юридических обязательств или прав собственности на него. В разных странах сроки ожидания перед передачей ребенка на усыновление варьируются от 2 до 8 недель, чтобы дать матери возможность вернуться в больницу и забрать ребенка. Анонимные роды чаще всего практикуются как мера предотвращения неонатацида и доказали свою эффективность во многих странах. Анонимные роды предоставляют матерям возможность сообщить важную информацию об их здоровье, которая впоследствии может быть передана ребенку и приемной семье, а также обеспечивают доступ к медицинской помощи в больнице для снижения рисков во время родов. В некоторых странах, например, во Франции, матери, выбирающие анонимные роды, проходят консультирование и получают информацию о доступных службах поддержки, которые могут помочь им оставить ребенка себе. Матери, желающие анонимно отказаться от ребенка при рождении, могут избегать анонимных родов из-за более тесного контакта с медицинским персоналом и возможности прохождения консультирования. Детские люльки (бэби-боксы) предоставляют безопасный и анонимный способ отказаться от ребенка, как правило, новорожденного, вместо того, чтобы подвергать его опасности или совершать неонатацид. Детские люльки можно найти в Австрии, Бельгии, Чехии, Германии, Венгрии, Италии, Латвии, Литве, Польше, Португалии, Словакии, Южной Корее и Соединенных Штатах. Преимуществами детских люлек являются повышенная анонимность для родителей, отказывающихся от ребенка, и гарантия того, что ребенок будет найден и получит необходимую помощь. Однако иногда в детские люльки помещают детей с уже имеющимися проблемами со здоровьем или травмами, а также детские люльки используются недостаточно часто и требуют значительных затрат на содержание. Также обсуждается вопрос о доступности детских люлек для матерей, проживающих в сельской местности, которые могут не захотеть ехать в другой город, чтобы отказаться от ребенка.

Оставление

Одним из самых ранних сохранившихся примеров оставления детей в литературе является история об Эдипе, которого, будучи младенцем, приказали убить, но он был брошен пастухом в горах, где его нашли и он вырос, чтобы невольно жениться на своей биологической матери. В распространенном мотиве оставления и последующего обретения младенца, библейская история о Моисее рассказывает о том, как его мать оставила еврейского младенца, поместив его в корзину из тростника на Ниле, в надежде, что его найдут и воспитают. Как и было запланировано, ребенка обнаружила и усыновила царица Египта, что обеспечило ему более высокий социальный статус, лучшее образование и более влиятельное положение, чем то, которое могла бы дать ему его родная семья. Подобные истории рассказываются и о других героях, которые узнают о своем истинном происхождении лишь во взрослом возрасте, когда они обретают возможность спасти своих биологических родителей или семью, используя силу, полученную благодаря усыновлению, и применяя знания, которые отличают их от сверстников. Эта тема также прослеживается в образах многих современных супергероев, наиболее известным из которых является Супермен (см. раздел «Современные медиа» ниже). Марк Твен вносит изменения в традиционное «улучшение» социального статуса найденыша, позволяя брату-близнецу ребенка, обладающему врожденной силой, испытать «ухудшение» своего положения в результате обмена, спланированного двумя детьми, в романе «Принц и нищий». Во многих сказках, таких как «Белоснежка», ребенка фактически оставляет слуга, которому было приказано убить его. В других сказках, таких как «Гензель и Гретель», дети неохотно брошены родителями в лесу, поскольку те больше не могли их прокормить. Детей часто оставляют с отличительными знаками, которые служат сюжетным элементом, гарантирующим возможность идентификации ребенка. Эта тема является ключевой в исторической повести Анджело Ф. Конглио «Дама колеса», где название относится к «приемнице найденышей», которых помещали в устройство, называемое «колесо для найденышей», в стене церкви или больницы. В «Зимней сказке» Шекспира сцена узнавания в финальном акте раскрывает, что Пердита – дочь короля, а не пастушка, и, следовательно, достойная своего возлюбленного принца. Аналогично, когда героиня «Ле Фрейна» показывает брокат и кольцо, с которыми ее оставили, ее мать и сестра узнают ее, что делает ее подходящей невестой для человека, любовницей которого она была. Начиная с Эдипа, греческие и римские сказания полны историй об оставленных детях, избежавших смерти и воссоединившихся со своими семьями – обычно, как в «Дафнисе и Хлое» Лонга, более счастливо, чем в случае с Эдипом. Взрослые дети, воспитанные незнакомцами, обычно узнавались по знакам, оставленным вместе с ними при рождении: в «Ионе» Еврипида Крейса собирается убить Иона, считая его незаконнорожденным сыном своего мужа, когда жрица раскрывает знаки рождения, доказывающие, что Ион – ее собственный, брошенный младенец. Это, возможно, отражает широко распространенную практику оставления детей в этих культурах. С другой стороны, этот мотив встречается и в литературе, где подобная практика не была распространена. Уильям Шекспир использовал мотив оставления и обретения Пердиты в «Зимней сказке», как уже отмечалось, а Эдмунд Спенсер в последней песне шестой книги «Королевы фей» раскрывает, что Пасторелла, воспитанная пастухами, на самом деле имеет благородное происхождение. Генри Филдинг, в одном из первых романов, признанных таковыми, рассказал «Историю Тома Джонса, найденыша». В случае с Квазимодо, одноименным персонажем романа Виктора Гюго «Собор Парижской Богоматери», уродливого ребенка оставляют в люльке для найденышей при соборе, предназначенной для нежелательных младенцев. Рут Бенедикт, изучая зуни, обнаружила, что практика оставления детей была им неизвестна, но широко представлена в их народных сказках. Тем не менее, даже культуры, которые не практикуют ее, могут отражать более древние обычаи; в средневековой литературе, такой как «Сэр Дегаре» и «Ле Фрейн», ребенка оставляют сразу после рождения, что может отражать дохристианские скандинавские и римские обычаи, согласно которым новорожденный не воспитывался бы без решения отца.

One of the earliest surviving examples of child abandonment in literature is that of Oedipus, who is left to die as a baby in the hills by a herdsman ordered to kill the baby, but is found and grows up to unwittingly marry his biological mother. In a common variant on the abandonment and rediscovery of an infant, the biblical story of Moses describes how the Jewish infant is abandoned by his mother and set to float in the Nile in a reed basket, in hopes that he will be found and nurtured; as planned, the child is discovered and adopted by the queen of Egypt, thus gaining a higher social status and better education, as well as a more powerful position than his birth family could have given him. A similar story is told of other heroes who eventually learn about their true origins only as adults, when they find they are able to save their original parents or family by wielding power from their adoptive status, while making use of an education that sets them apart from their peers. The theme is also carried through in the case of many modern superheroes, most famously Superman (see Modern Media below). Mark Twain tweaks the traditional "upgrading" of the foundling's social status by having the child's twin, who is powerful by birth, experience the "downgrading " of his position in a switch planned by the two children, in "The Prince and the Pauper". In many tales, such as Snow White, the child is actually abandoned by a servant who had been given orders to put the child to death. Other tales such as Hansel and Gretel has children reluctantly abandoned in the forest by their parents since they were no longer able to feed them. Children are often abandoned with birth tokens, which act as plot devices to ensure that the child can be identified. This theme is a main element in Angelo F. Coniglio's historical fiction novella The Lady of the Wheel, in which the title refers to a "receiver of foundlings" who were placed in a device called a "foundling wheel", in the wall of a church or hospital. In Shakespeare's The Winter's Tale, a recognition scene in the final act reveals by these that Perdita is a king's daughter rather than a shepherdess, and so suitable for her prince lover. Similarly, when the heroine of Le Fresne reveals the brocade and the ring she was abandoned with, her mother and sister recognize her; this makes her a suitable bride for the man whose mistress she had been. From Oedipus onward, Greek and Roman tales are filled with exposed children who escaped death to be reunited with their families—usually, as in Longus' Daphnis and Chloe, more happily than in Oedipus' case. Grown children, having been taken up by strangers, were usually recognized by tokens that had been left with the exposed baby: In Euripides's Ion, Creüsa is about to kill Ion, believing him to be her husband's illegitimate child, when a priestess reveals the birth tokens that show that Ion is her own, abandoned infant. This may reflect the widespread practice of child abandonment in their cultures. On the other hand, the motif is continued through literature where the practice is not widespread. William Shakespeare used the abandonment and discovery of Perdita in The Winter's Tale, as noted above, and Edmund Spenser reveals in the last Canto of Book 6 of The Faerie Queene that the character Pastorella, raised by shepherds, is in fact of noble birth. Henry Fielding, in one of the first novels recognized as such, recounted The History of Tom Jones, a Foundling. In the case of Quasimodo, the eponymous character in Victor Hugo's The Hunchback of Notre Dame, the disfigured child is abandoned at the cathedral's foundling's bed, made available for the leaving of unwanted infants. Ruth Benedict, in studying the Zuni, found that the practice of child abandonment was unknown, but featured heavily in their folktales. Still, even cultures that do not practice it may reflect older customs; in medieval literature, such as Sir Degaré and Le Fresne, the child is abandoned immediately after birth, which may reflect pre Christian practices, both Scandavian and Roman, that the newborn would not be raised without the father's decision to do so.

Воспитание

Незнакомцы, берущие ребенка на воспитание, часто оказываются пастухами или скотоводами. Это произошло не только с Эдипом, но и с Киром II Персидским, Амфионом и Зетусом, а также с несколькими другими персонажами, упомянутыми выше. Ромула и Рема вскормила волчица в дикой местности, но впоследствии их снова нашёл пастух. Это связывает данный мотив с жанром пасторали. Это может подразумевать или прямо указывать на то, что ребенок извлекает пользу из чистого воспитания, получаемого от неиспорченных людей, в отличие от той развращенности, которая окружала его кровную семью. Зачастую ребенку помогают животные до того, как его находят; Артемида послала медведицу вскормить брошенную Аталанту, а Парис также был вскормлен медведицей до того, как его обнаружили. В некоторых случаях ребенка изображают воспитанным животными; однако, на деле, дикие дети оказались неспособны к речи. Тема воспитания юных мальчиков влиятельными женщинами ранней Монгольской империи заметна в таких источниках, как «Секретная история монголов». Например, юный Шиги-Кутуку был найден бродящим по разрушенному татарскому лагерю, и его взяли на воспитание либо к жене Чингисхана Бортэ, либо к его матери Хоэлун.

В зрелом возрасте

Реже встречается случай, когда ребенок остается с приемными родителями, чем наоборот, но такое бывает. В индийском эпосе «Махабхарата» Карна так и не примиряется со своей матерью и погибает в бою с её законным сыном. В сказке братьев Гримм «Птичка-найденыш» главный герой так и не узнаёт о своих родителях, и уж тем более не воссоединяется с ними. Джордж Элиот изобразила отказ от Эппи в романе «Силас Марнер»; несмотря на то, что в конце книги она узнаёт о своём настоящем отце, она отказывается покидать Силаса Марнера, который её фактически вырастил. Когда причиной отказа является пророчество, отказ обычно способствует его исполнению. Помимо Эдипа, в греческих легендах фигурирует и Телеф, которому было предсказано убить своего дядю; его незнание о своём происхождении, вызванное тем, что его оставили, спровоцировало насмешки дяди, что и привело к убийству в гневе.

Старшие дети

Когда в сказках бросают детей постарше, хотя бедность и может быть названа причиной, как в сказке «Hop o' My Thumb», также известной как «Thumbelina», наиболее распространенным является сочетание бедности со злобой мачехи, как в «Гензеле и Гретель» (или иногда – злобой матери). Желания мачехи могут быть единственной причиной, как в сказке «Морозко». В этих историях дети редко находят приемных родителей, но сталкиваются со злобными чудовищами, такими как людоеды и ведьмы; перехитрив их, они находят достаточно сокровищ, чтобы избавиться от бедности. Мачеха может умереть случайно, или же отец изгоняет ее, узнав о ее злодеяниях, чтобы воссоединенная семья могла жить счастливо без нее. В более мрачной вариации, в сказке «Малыши в лесу» роль злой мачехи исполняет злой дядя, который отдает приказ убить детей. Однако, хотя слуги не решаются ослушаться его, и детей бросают в лес, сказка заканчивается трагически: дети умирают, а их тела укрывают листьями малиновки.