Введение
Китайские идиомы Чэньюй – это тип традиционных китайских идиоматических выражений, большинство из которых состоит из четырех китайских иероглифов. Чэньюй широко использовались в классическом китайском языке и до сих пор распространены в современном письменном и устном китайском языке. Согласно наиболее строгому определению, в китайском языке насчитывается около 5000 чэньюй, хотя некоторые словари приводят более 20000. Чэньюй считаются сокровищницей мудрости китайской культуры, содержащей опыт, моральные принципы и наставления предыдущих поколений носителей китайского языка. Чэньюй по-прежнему играют важную роль в китайском общении и образовании. Китайские идиомы – один из четырех типов устойчивых выражений (s=熟语), включающих также словосочетания (s=惯用语), двухчастные аллегорические изречения, называемые xiehouyu, и пословицы (s=谚语). Несмотря на то, что это не единственные идиомы в китайском языке, их часто называют просто китайскими идиомами или четырехсимвольными идиомами.
Chengyu are a type of traditional Chinese idiomatic expressions, most of which consist of four Chinese characters. Chengyu were widely used in Literary Chinese and are still common in written vernacular Chinese writing and in the spoken language today. According to the most stringent definition, there are about 5,000 chengyu in the Chinese language, though some dictionaries list over 20,000. Chengyu are considered the collected wisdom of the Chinese culture, and contain the experiences, moral concepts, and admonishments from previous generations of Chinese speakers. Chengyu still play an important role in Chinese conversation and education. Chinese idioms are one of four types of formulaic expressions (s=熟语), which also include collocations (s=惯用语), two part allegorical sayings called xiehouyu, and proverbs (s=谚语). While not the only idioms in Chinese, they are often referred to as Chinese idioms or four character idioms.
Происхождение, построение и интерпретация
Чэнью в основном происходят из древней литературы, включая классические тексты до эпохи Цинь, поэзию всех периодов китайской истории, а также поздние имперские романы и повести. Небольшое количество было создано в XIX и начале XX веков на основе западных источников. Среди ранней классической литературы особенно богатым источником для чэнью служат лирические образы из «Книги песен» (Шицзин) и подробные рассказы, записанные в «Цзо Чжуань» и «Записи великого историка» (Шицзи). Поскольку стихи Шицзина состоят из четырех иероглифов в строке, некоторые чэнью являются прямыми цитатами из «Книги песен». Например, c=萬夀無疆 («десять тысяч лет жизни без границ») – традиционное пожелание долголетия, часто встречающееся на чашах и посуде, цитирует стихотворение «Тянь Бао» (天保, стихотворение №166) из раздела «Песни малого двора» в «Книге песен». Чаще, однако, чэнью создаются путем краткого перефразирования или обобщения исходного текста, обычно путем выбора наиболее важных иероглифов из данного отрывка и добавления необходимых классических грамматических частиц. Таким образом, чэнью – это застывшие выражения, использующие словарный запас и синтаксические правила литературного китайского языка. Следовательно, они передают информацию более компактно, чем обычная разговорная речь или письменность. Они могут содержать подлежащее и сказуемое и функционировать как самостоятельное предложение (или даже две параллельные самостоятельные фразы из двух иероглифов), или же выполнять роль любой части речи в предложении, синтаксически выступая в качестве прилагательного, наречия, глагола или именной группы. Как в устной, так и в письменной речи, они служат для краткого выражения сложной или многогранной ситуации, сцены или концепции, а уместное и элегантное использование свидетельствует об образованности говорящего или пишущего. Значение чэнью обычно превосходит сумму значений составляющих его четырех иероглифов, поскольку чэнью обычно призваны передать мораль или основную идею мифа, истории или исторического события, из которого они произошли. Поэтому даже после перевода на современный язык и синтаксис, чэнью в изоляции часто непонятны без дополнительных пояснений. Поскольку они часто содержат классическую аллюзию, известную как "цзян", ученики начальных и средних школ в Китае изучают чэнью в рамках классической учебной программы, чтобы понять контекст их происхождения. Часто четыре иероглифа отражают мораль, лежащую в основе истории, а не саму историю. Например, фраза "" (破釜沉舟, буквально: «разбить котлы и потопить корабли») основана на историческом рассказе о том, как генерал Сян Ю приказал своим войскам уничтожить все кухонную утварь и лодки после пересечения реки на территорию противника. Он выиграл битву благодаря стратегии «нет пути к отступлению». Таким образом, идиома используется как глагольная фраза, означающая «приложить все усилия для достижения успеха, сознательно лишив себя возможности отступить». Подобные выражения известны на Западе, например, «сжечь за собой мосты», «дойти до точки невозврата» или «перейти Рубикон». Другой пример – "мелоновое поле под сливовыми деревьями" (瓜田不納履, ли: guā tián bù nà lǚ), значение которого связано с внешним проявлением ненадлежащего поведения. Оно происходит из отрывка из поэмы эпохи Хань (樂府詩 "君子行"). В стихотворении есть строки: «не поправляй обувь на поле с дынями и не приводи в порядок шляпу под сливовыми деревьями» (莫將鞋履踏瓜田,莫將帽子栽瓜地), предостерегающие читателя избегать ситуаций, в которых, даже будучи невиновным, его могут заподозрить в неправомерных действиях. Идиому невозможно понять без знания происхождения фразы. Некоторые идиомы со временем изменили свое первоначальное значение. Например, «ветер из пустой пещеры» (空穴來風, kōng xué lái fēng), хотя сейчас используется для описания слухов без источника, изначально относился к слухам, имеющим реальные основания. Аналогично, «голым лицом перед императором» (素面朝天, sù miàn cháo tiān) теперь используется для описания красоты, не требующей макияжа, например, при представлении ко двору, в то время как его первоначальное значение было «быть уверенным в своей истинной внешности». Однако не у всех чэнью есть истории, несущие мораль. Примером является «говорит, но не заслуживает доверия» (言而無信, yán ér wú xìn), описывающее человека, которому нельзя доверять, несмотря на его слова, то есть по сути, лжеца. Он общепризнан как чэнью, поскольку происходит из «Лунь Юй» (Аналектов). Идиома лаконична по своему первоначальному значению и, вероятно, была бы понятна любому, владеющему формальным письменным китайским языком, хотя (言) больше не часто используется в качестве глагола. Существуют также чэнью, состоящие не из четырех иероглифов. Например, семииероглифовое выражение «старый пьяница не обращает внимания на вино» (老酒兒不喝, lǎo jiǔ ér bù hē) является прямой цитатой из эссе Оуян Сю «Описание павильона старого пьяницы», в котором автор, выступая в роли старого пьяницы, выражает свое истинное намерение наслаждаться красотой гор и рек во время распития вина. Как идиома, она выражает ситуацию, когда человек делает что-то с тайным, но благородным мотивом. Некоторые чэнью имеют английские эквиваленты. Например, «не говорить от сердца» (口是心非, kǒu shì xīn fēi) и «говорить с подтекстом» (to speak with one's tongue in one's cheek) имеют схожее идиоматическое значение. Поскольку китайцы не совершали морских экспедиций в Северную Атлантику во времена империи, выражение «уголок айсберга» (冰山一角, bīng shān yī jiǎo) является редким примером чэнью, появившегося в начале XX века после контакта с Западом как перевод выражения «верхушка айсберга», таким образом, разделяя как буквальное, так и идиоматическое значение. Другой пример – «доставать каштаны из огня» (火中取栗, huǒ zhōng qǔ lì), происходящий из басни Лафонтена, означает «быть обманутым, чтобы рисковать ради другого», что аналогично выражению «cat's paw» в английском языке. Хотя они относительно недавнего происхождения, они построены с использованием словарного запаса и синтаксиса литературного китайского языка и соответствуют схеме из четырех иероглифов, что делает их чэнью. Китайские идиомы также могут служить проводником в китайской культуре. Чэнью рассказывают о мотивах, которые ранее были распространены в китайской литературе и культуре. Например, многочисленны идиомы с мотивами природы, такими как горы, вода и луна. Шедевры китайской литературы, такие как «Четыре великих классических романа», служат источником для многих идиом, которые, в свою очередь, сгущают и пересказывают историю. Все китайцы знают идиомы, хотя общее количество известных каждому конкретному человеку будет зависеть от его происхождения. Идиомы являются настолько важной частью китайской популярной культуры, что существует игра под названием «соедини чэнью» (連成語, lián chéngyǔ), в которой один человек называет идиому, а другой должен придумать другую идиому, связанную с первой, так, чтобы последний иероглиф первой идиомы совпадал с первым иероглифом второй и так далее.
Корейские примеры
Корейский эквивалент – саджасонъо (사자성어; ханча: 四字成語). Они имеют схожую классификацию с японскими, например, косасонъо (고사성어; ханча: 故事成語) для идиом, основанных на исторических событиях.