Введение
Японский поэт-символист Чюя Нахахара (中原 中也), при рождении Чюя Кашимура (柏村 中也), был японским поэтом, активно творившим в начале периода Сёва. Изначально испытав влияние дадаизма и других форм европейской (преимущественно французской) экспериментальной поэзии, он стал одним из ведущих новаторов японской поэзии. Несмотря на то, что он умер в возрасте 30 лет, за свою жизнь он написал более 350 стихотворений. Многие называли его "японским Рембо" из-за его близости к французскому поэту, стихи которого он переводил в 1934 году.
Chūya Nakahara (中原 中也), born Chūya Kashimura (柏村 中也), was a Japanese poet active during the early Shōwa period. Originally shaped by Dada and other forms of European (mainly French) experimental poetry, he was one of the leading renovators of Japanese poetry. Although he died at the young age of 30, he wrote more than 350 poems throughout his life. Many called him the "Japanese Rimbaud" for his affinities with the French poet whose poems he translated in 1934.
Ранние годы
Чуя Нахахара родился в Ямагути, где его отец, Кенсуке Касимура, был заслуженным армейским врачом. Кенсуке женился на Фуку Нахахара и вскоре после рождения сына был усыновлен семьей Нахахара, официально сменив фамилию на Нахахара. В первые годы жизни Нахахару его отец был направлен в Хиросиму и Каназаву, куда переехала вся семья, вернувшись в Ямагути лишь в 1914 году. В 1917 году Кенсуке открыл собственную клинику на месте, где сейчас находится Мемориальный зал Чуи Нахахары. Поскольку после свадьбы прошло шесть лет, прежде чем у них появился ребенок, и поскольку в родном городе семьи Нахахара у них не было детей, родители были вне себя от радости при рождении первенца и праздновали это событие три дня.
Образование и литературные начала
Как старший сын известного врача, Нахара должен был последовать его примеру. Из-за высоких ожиданий отца, Нахара получил очень строгое воспитание, что лишило его обычного детского счастья. Беспокоясь о моральном облике города, Кенсуке запретил сыну играть на улице с детьми из других социальных слоев. Другой пример этих ограничений – в отличие от младших братьев, ему не разрешали купаться в реке из страха, что он утонет. По мере взросления его жестоко наказывали: обычным наказанием было заставлять стоять лицом к стене. Любое нечаянное движение влекло за собой ожог пятки тлеющим концом сигареты. Однако самым суровым наказанием было заключение в сарае, которому Чуя подвергался десятки раз больше, чем его братья. Это было сделано для того, чтобы подготовить его к продолжению дела Кенсуке и становлению главой семьи. В средней школе Нахара демонстрировал отличные успехи и считался одаренным ребенком. Смерть его младшего брата Цугуро в 1915 году, когда ему было восемь лет, пробудила в нем интерес к литературе. Охваченный горем, он обратился к поэзии. В 1920 году, еще будучи учеником начальной школы, он отправил свои первые три стихотворения в женский журнал и местную газету. В том же году он успешно сдал вступительные экзамены в среднюю школу Ямагути. С этого момента он начал бунтовать против строгости отца. Он перестал заниматься, и его успеваемость начала падать, поскольку он все больше погружался в мир литературы. Кенсуке крайне опасался влияния литературы на сына. Однажды, обнаружив спрятанную Нахарой книгу, он сильно отругал его и снова запер в сарае. Примерно в это же время Нахара начал курить и пить, что еще больше ухудшило его успеваемость. В 1923 году он провалил экзамены за третий год обучения. Говорят, что Нахара пригласил друга в свою комнату, разорвал экзаменационный лист и радостно закричал. Похоже, это был осознанный провал. Пока он успешно учился, он оставался под пристальным контролем родителей. Кенсуке воспринял эту новость как глубокое унижение и испытал сильнейший шок. Он снова ударил сына и запер его в сарае холодной мартовской ночью. Несмотря на это, Нахара настоял на том, чтобы не возвращаться в эту школу. Это привело к поражению отца, который в итоге принес извинения за свою “образовательную политику”. В связи с этими событиями его перевели в среднюю школу Рицумейкан в Киото, где Нахара начал жить самостоятельно, но до конца своих дней оставался на иждивении семьи. В Киото он нашел множество влияний, которые в конечном итоге сформировали его как поэта. Он прочитал дадаистскую поэзию Синкити Такахаси, которая потрясла его и заставила снова взяться за перо. Это художественное направление стало частью его поэтического стиля, и позже он получил прозвище “Дада-сан”. Зимой он познакомился с актрисой Ясуко Хасегава, которая была старше его на три года, и в апреле 1924 года они начали жить вместе. В том же году Чуя подружился с поэтом Томинагой Таро. После окончания средней школы Чуя и Ясуко решили последовать за Томинагой в Токио, чтобы поступить в университет. Поскольку он не смог сдать экзамены из-за отсутствия документов или опоздания, семья отправила его в подготовительную школу. После того, как в 1926 году он бросил подготовительные курсы, не сообщив об этом родителям, он начал изучать французский язык в Athénée Français.
Литературная карьера
Его стихи считались несколько отстраненными и исповедальными, создавая общее впечатление боли и меланхолии – эмоций, которые сопровождали поэта на протяжении всей жизни. Изначально Накахара отдавал предпочтение поэзии в традиционном японском формате танка, но позже (в подростковом возрасте) его увлекли современные стили свободного стиха, пропагандируемые дадаистским поэтом Такахаси Шинкити и Томинага Таро. После переезда в Токио он познакомился с Каваками Тетсутаро и Шохеем Оока, с которыми начал издавать поэтический журнал Hakuchigun (Группа идиотов). Он подружился с влиятельным литературным критиком Кобаяси Хидео, который познакомил его с французскими поэтами-символистами Артуром Рембо и Полем Верленом, чьи стихи он переводил на японский язык. Влияние Рембо выходило за рамки его поэзии, и Накахара стал известен своим «богемным» образом жизни. Накахара адаптировал традиционные слоги в пять и семь, используемые в японских хайку и танке, но часто варьировал их, чтобы добиться ритмичного, музыкального эффекта. Некоторые из его стихотворений были положены на музыку, поэтому этот музыкальный эффект, возможно, был тщательно продуман изначально. Работы Чуи отвергались многими издателями, и он нашёл признание прежде всего в небольших литературных журналах, включая «Ямамаю», который он основал вместе с Хидео Кобаяси (хотя иногда «Сики» и «Бунгакукай» снисходительно соглашались опубликовать одно из его произведений). Он оставался близким другом Кобаяси всю жизнь, несмотря на то, что в ноябре 1925 года Ясуко Хасегава покинула Накахару и начала жить с Хидео Кобаяси. Это произошло вскоре после смерти его друга Томинаги. В декабре 1927 года он встретил композитора Сабуро Морои, который позже положил на музыку ряд его стихотворений, таких как «Аса но Ута» (Утренняя песня) и «Ринджу» (Смертный одр). В апреле 1931 года Чуя поступил в Токийский колледж иностранных языков в Канде для изучения французского языка, где оставался до марта 1933 года. В декабре 1933 года Накахара женился на Такако Уэно (дальней родственнице), а в октябре 1934 года родился его первый сын Фумия. Однако смерть Фумии в ноябре 1936 года от туберкулеза привела его к нервному срыву. Накахара так и не оправился полностью от этого, несмотря на рождение второго сына в декабре. Многие из его поздних стихотворений кажутся воспоминаниями и попытками смягчить эту огромную боль. Накахара был госпитализирован в санаторий Чиба в январе 1937 года. В феврале его выписали, и он вернулся в Камакуру, не в силах жить в доме, полном воспоминаний о Фумии. Он оставил ряд своих работ Кобаяси и планировал вернуться в свой родной город Ямагути, когда умер в октябре 1937 года в возрасте 30 лет от туберкулезного менингита. Вскоре после этого второй сын умер от той же болезни. Его могила находится в его родном городе Ямагути. Это та самая семейная могила, которая изображена в его неопубликованном стихотворении «Цикады» (Semi).
Наследие
Только одна из его поэтических антологий, «Яги но Ута» («Песни козы», 1934) была опубликована при его жизни (в самофинансируемом издании тиражом в двести экземпляров). Он отредактировал второй сборник, «Ариси Хи но Ута» («Песни минувших дней», 1938) незадолго до смерти. При жизни Накахара не входил в число признанных поэтов. Однако эмоциональность и лиричность его стихов пользуются широкой и растущей популярностью и сегодня, особенно среди молодежи. Сейчас Накахара изучается в японских школах, и его портрет в шляпе с отрешенным взглядом хорошо известен. Кобаяси Хидео, которому Накахара доверил рукопись «Ариси Хи но Ута» на смертном одре, отвечал за посмертное продвижение его творчества. То же самое можно сказать и об Оока Сёхее, который собрал и отредактировал «Полное собрание сочинений Накахары Чуя» – сборник, включающий неопубликованные стихи поэта, его дневники и множество писем. Премия имени Накахары Чуя была учреждена в 1996 году городом Ямагути (при поддержке издательств Сейдося и Кадокава Сётэн) в память о Чуе. Премия ежегодно присуждается за выдающийся сборник современной поэзии, отличающийся «свежим чувством». Победитель получает денежную премию в размере 1 миллиона иен, и в течение нескольких лет победивший сборник также публиковался в переводе на английский язык, но в последние годы администрация премии прекратила переводить работы победителей. Певец Кадзуки Томокава записал два альбома под названием «Ore no Uchide Nariymanai Uta» и «Nakahara Chuya Sakuhinnshu», используя стихи Накахары в качестве текстов песен.