Минаката Кумагусу: Жизнь и исследования японского натуралиста.

Введение

Японский миколог (1867–1941)

Минаката Кумагусу (南方熊楠) — японский писатель, биолог, натуралист и этнолог.

Биография

Минаката родился в городе Вакаяма, префектура Вакаяма, Япония. В 1883 году он переехал в Токио, где поступил в подготовительную школу Кёрю Гакко. Директор Кёрицу, Такахаси Корекио, поощрял Минакату в его ботанических исследованиях и стимулировал его интерес к английскому языку. В следующем году Минаката сдал вступительный экзамен в подготовительную школу Токийского университета (Токийский Дайгаку Йобимон), среди его одноклассников был писатель Нацуме Сосеки. В конце 1886 года Минаката отправился учиться в Соединенные Штаты. Он прибыл в Сан-Франциско в январе следующего года и учился там около шести месяцев. Затем он поступил в Мичиганский государственный сельскохозяйственный колледж, где был принят, став первым японцем, сдавшем вступительный экзамен. Однако это были лишь первые шаги в необычайно насыщенных приключениями исследованиях Минакаты в различных частях света, которые в конечном итоге охватили Кубу, Гаити, современную Панаму, Венесуэлу и Англию, прежде чем он вернулся в Японию. Помимо изучения слизевых плесеней, Минаката проявлял глубокий интерес к фольклору, религии и естественной истории. Он опубликовал несколько научных работ, включая 51 монографию в журнале Nature. Он известен открытием множества видов мицетозоев. У Минакаты была эпилепсия, он страдал от генерализованных судорожных приступов. Он мог предвидеть наступление приступа (что характерно для эпилепсии) благодаря ощущению дежавю.

Жизнь

Минаката Кумагусу вернулся в Японию в 1900 году после 14 лет уникального опыта обучения за границей, преимущественно в США и Англии. Он поселился в префектуре Вакаяма, на своей родине, и прожил там до своей смерти в 1941 году. С 1904 по 1941 год он жил в городе Танабе. Минаката посвятил всю свою жизнь изучению естественной истории и фольклора, опубликовав ряд статей в британском научном журнале Nature и британском журнале по фольклору Notes and Queries. Он также принимал участие в протестах против объединения синтоистских святынь и в движении по охране природы в Японии. Местные жители почитали его как «великого ученого без ученой степени» и любили, называя Минаката-сенсеем (учителем) или Минаката-саном (господином Минаката), хотя некоторые считали его чудаком. Более чем через 60 лет после его смерти достижения и биография Минаката стали яснее благодаря ряду книг и статей, включая «Полное собрание сочинений Минаката Кумагусу» и «Дневник Минаката Кумагусу», и исследования продолжаются.

Детство и годы в Токио

Минаката Кумагусу родился в замковом городе Вакаяма 15 апреля 1867 года, вторым сыном торговца хозяйственными товарами Яхэя Минаката, 39 лет, и его жены Суми, 30 лет. Он рос вместе с тремя братьями и двумя сестрами. С детства он проявлял необычайный интерес к миру природы и обладал феноменальной памятью. Уже в семь лет он переписал энциклопедию. Чтобы развить способности сына, Яхэй, человек, добившийся всего сам, отправил Минакату в недавно открывшуюся среднюю школу Вакаяма (ныне старшая школа Toin), что было необычным решением для торговой семьи в те времена. Жажда знаний Минакаты росла: дома он заучивал китайскую классику и переписывал книги, которые выучил наизусть у одного коллекционера. Широко известен эпизод, когда он более пяти лет переписывал "Вакан Сансай Цуэ" – энциклопедию в 105 томах, и "Хондзо Комоку" – иллюстрированные книги о флоре. Однако в школе он не отличался успехами. Он заканчивал обед раньше других и наблюдал за лягушкой или крабом в пустой коробке из-под обеда. После окончания средней школы в марте 1883 года он отправился в Токио. В следующем году поступил в подготовительную школу Токийского университета. Среди его сокурсников были Масаока Шики, Нацуме Сосеки и Бимё Ямада, которые впоследствии стали выдающимися деятелями японской литературы. Минаката снова не проявлял интереса к учёбе и проводил больше времени вне университета, переписывая книги в библиотеках, посещая зоопарки и ботанические сады, а также собирая артефакты, животных, растения и минералы. Узнав, что всемирно известный британский криптогамист Майлз Дж. Беркли и американский ботаник Мозес А. Кертис собрали 6000 видов грибов, включая слизевики, Минаката решил создать иллюстрированную книгу, охватывающую ещё больший объем материала. В феврале 1886 года, после провала на итоговом экзамене, он вернулся домой и сообщил отцу о своём намерении отправиться в Америку. Поначалу возражавший Яхэй, в конце концов, поддался энтузиазму сына и позволил ему уехать.

Годы в США

Минаката сел на борт судна «Город Пекина» в Йокогаме в декабре 1886 года. В следующем месяце корабль прибыл в Сан-Франциско, и он вскоре начал учёбу в Тихоокеанском коммерческом колледже, чтобы познакомиться с американской жизнью (бизнес не был его любимым предметом). В августе 1887 года он переехал в Лансинг, штат Мичиган, и поступил в Государственную школу сельского хозяйства штата Мичиган. Однако одной ночью в ноябре 1888 года он попал в неприятности из-за выпивки с несколькими японскими и американскими друзьями в общежитии. Он взял на себя всю ответственность, чтобы спасти других от исключения, и рано утром отправился в Энн-Арбор. В Энн-Арборе Минаката познакомился с талантливыми японскими студентами, в городе, где располагался ещё один государственный университет. Общаясь с ними, он отдалился от университета и занимался самообразованием, читая книги и собирая растения в горах, особенно криптогамы, включая грибы и лишайники. В октябре 1889 года он прочитал биографию Конрада Гесснера, швейцарского натуралиста и одного из основоположников современной биологии, и поклялся стать «Гесснером Японии», с этого момента начались его поиски чудес криптогам. Когда Уильям У. Калкинс, отставной американский полковник и коллекционер лишайников, сообщил ему, что во Флориде ещё много неоткрытых растений, Минаката был готов к путешествию. В апреле 1891 года Минаката отправился в Джексонвилл, взяв с собой два микроскопа, книги, пистолет, сачки для насекомых, а также аптечку и пресс для растений, которые он только что купил в Энн-Арборе. Он собирал растения и животных, живя у Цзяна, отзывчивого китайского владельца овощной лавки. После трёх месяцев увлечённого сбора растений и животных он переехал в Ки-Уэст, штат Флорида, а затем в середине сентября – в Гавану, Куба. Спустя месяц в Гаване его неожиданно посетил японский наездник из цирка. Эта встреча привела его к новому приключению – путешествиям с цирком по Порт-о-Пренсу, Каракасу, Валенсии и Ямайке, где он работал помощником махута. Это позволило ему собрать ценные грибы и лишайники в Вест-Индии. В январе 1892 года он вернулся в Джексонвилл и занялся изучением растений, собранных во Флориде и на Кубе, у Цзяна. Когда в августе Цзян закрыл свой бизнес, Минаката переехал в Нью-Йорк. В сентябре он завершил шестилетнее пребывание в Америке и сел на борт судна «Город Нью-Йорка», направлявшегося в Великобританию.

Minakata boarded the City of Beijing in Yokohama in December 1886. The next month the ship arrived in San Francisco, and he soon started to study at Pacific Business College just to experience American life (business was not his favorite subject). In August 1887, he moved to Lansing, Michigan, and enrolled at the Michigan State School of Agriculture. One night in November 1888, however, he was in trouble for a drinking binge with a couple of Japanese and American friends in the dorm. He took the responsibility alone to save others from expulsion and early next morning left for Ann Arbor. Minakata met bright Japanese students in Ann Arbor, the location of another state university. While keeping company with them, he stayed away from university and studied on his own by reading books and collecting plants in the mountains, particularly cryptogams including fungi and lichens. In October 1889, he read a biography of Conrad Gessner, a Swiss naturalist and a leading figure of modern biology, and swore he would become Japan's Gessner, which was when his quest for the wonders of cryptogams began. When he heard from William W. Calkins, a retired American colonel and a collector of lichens, that in Florida there were still many undiscovered plants, Minakata was ready to go. With two microscopes, books, a pistol, insect catchers as well as a medicine box and a plant press that he had just bought in Ann Arbor, Minakata went to Jacksonville in April 1891. He collected plants and animals while staying with Jiang, a supportive Chinese vegetable storekeeper. After three months enthusiastically collecting plants and animals, he moved to Key West, Florida, then to Havana, Cuba in mid September. After a month in Havana, a Japanese circus rider suddenly visited him. That encounter brought him to a new adventure of traveling in Port au Prince, Caracas, Valencia, and Jamaica with the circus working as a mahout's hand. This enabled him to collect precious fungi and lichens in the West Indies. In January 1892 he returned to Jacksonville and worked on the plants he had collected in Florida and Cuba at Jiang's. When Jiang wound up the business in August, Minakata moved to New York. In September he put an end to six years in America and got aboard the City of New York bound for the UK.

Годы в Лондоне

Переправившись через Атлантический океан, корабль прибыл в Ливерпуль. В Лондоне Минаката посетил Ёсикусу Накай, управляющего филиалом Йокогама Шокин Банка, старого друга семьи Минаката из Вакаямы. Тот передал ему письмо от Цунегусу, одного из его младших братьев, сообщающее о смерти их любимого отца. Минаката был совершенно раздавлен. Он жил в центре Лондона, где аренда была недорогой. Занимаясь гербариями и обмениваясь образцами и письмами с Уильямом В. Калкинсом и Алленом, он посещал Британский музей, Южный Кенсингтонский музей и другие галереи. Вскоре он познакомился с японским дилером азиатских древностей Катаока Принсом. В августе 1893 года Минаката прочитал в журнале Nature, который любил еще со времен пребывания в США, тезис под названием «Пять статей о составе созвездий». Затронутые в нем вопросы вдохновили его написать ответ. Катаока Принс, заметивший эрудицию скромно одетого человека, представил его сэру Августу Волластону Фрэнксу из Британского музея. После этого Минаката часто посещал музей, чтобы советоваться с Фрэнксом. Используя обрывки словаря, одолженные у хозяйки, он за 30 дней завершил статью под названием «Созвездия Дальнего Востока». Статья была опубликована в журнале Nature, и он неожиданно стал известен в интеллектуальных кругах. После этого он регулярно публиковался в журнале и начал писать для Notes and Queries. По возвращении в Японию он продолжал публиковать статьи и письма в различных журналах и завоевал мировую репутацию как авторитет в области востоковедения. Его растущая известность открыла двери к дружбе с такими видными деятелями, как Фредерик В. Диккинс, регистратор Лондонского университета, а также сотрудниками Британского музея, включая сэра Роберта К. Дугласа, директора отдела восточных печатных книг, и Чарльза Х. Рида, преемника Фрэнкса. Он посещал Британский музей почти каждый день. Погружаясь в редкие книги всех времен и народов, особенно в области археологии, антропологии, фольклора и религии, он переписывал их в свои тетради. Коллекция из 52 толстых тетрадей этого периода, известная как «Лондонские выписки», хранится в доме Минаката и музее Минаката Кумагусу. Страницы плотно исписаны крошечными буквами на английском, французском, немецком, итальянском, испанском, португальском, греческом и латинском языках. Дуглас, впечатленный его обширными знаниями, предложил Минакате работу в Британском музее, но он отказался, ценя свою свободу. Вместо этого он помогал составлять каталог книг и рукописей библиотеки и проводил исторические исследования буддийских статуй музея, используя свой опыт, накопленный благодаря чтению и переписыванию огромного количества книг, включая классику и энциклопедии, с детства. Одним из ярких событий в Лондоне стало знакомство с Сунь Ятсеном, отцом китайской революции. Минаката записал в своем дневнике, как они сразу же нашли общий язык при первой встрече в офисе Дугласа в Британском музее в марте 1897 года и быстро сблизились, часто посещая друг друга и беседуя до поздней ночи. Даже краткие записи свидетельствуют о близости двух друзей. Их общение продолжалось всего четыре месяца, пока Сунь Ятсену не пришлось покинуть Лондон в начале июля. В октябре 1893 года он встретил Токи Хорю, будущего главного настоятеля храмового комплекса Коясан, отношения с которым заслуживают особого внимания. Минаката и Токи, значительно старше его, откровенно общались и обменивались мнениями о религии. Они переписывались долгие годы. Многие известные японские деятели посещали Минакату в Лондоне. Все они были поражены его эрудицией и шокированы его полным безразличием к повседневной жизни. Несмотря на то, что некоторые ученые высоко ценили Минакату, он иногда сталкивался с дискриминацией из-за своего происхождения, что приводило к его частым опрометчивым поступкам и, в конечном итоге, к уходу из Британского музея в декабре 1898 года. Частые задержки с деньгами, присылаемыми из Японии, вынудили его устроиться на работу по переводу названий для коллекции каллиграфии в Южном Кенсингтонском музее и продавать гравюры укиё-э вместе со своими друзьями. Надежды на получение должности ассистента профессора в новой программе японистики в Кембридже или Оксфорде рухнули, когда его кандидатура была отклонена. Оказавшись в стесненных обстоятельствах, он в отчаянии принял решение покинуть Великобританию, где провел восемь лет. В сентябре 1900 года Минаката сел на борт корабля «Ава Мару» в Темзе и отправился домой.

After crossing the Atlantic Ocean, the ship arrived at Liverpool. In London, Minakata visited Yoshikusu Nakai, branch manager of the Yokohama Shokin Bank, an old friend of the Minakata family from Wakayama. The man handed him a letter from Tsunegusu, one of his younger brothers, about their beloved father's death. Minakata was totally devastated. He lived in downtown London where rents were cheap. While working on herbaria and exchanging specimens and letters with William W. Calkins and Allen, he visited the British Museum, the South Kensington Museum and other galleries. He then was introduced to Japanese Asian antique dealer Kataoka Prince. In August 1893, Minakata read in Nature magazine, his favorite since his time in U. S., a thesis titled "Five articles about the composition of constellations." Its questions inspired him to write a reply. Kataoka Prince, who had noticed the erudition of the shabby looking man, introduced him to Sir Augustus Wollaston Franks, of the British Museum. Thereafter, Minakata visited the museum often to ask advice from Franks. Using a fragmented dictionary borrowed from his landlady, he completed an article titled "The Constellations in the Far East" in 30 days. The article was published in Nature, and he suddenly became known among the intelligentsia. He contributed regularly to the magazine after that and also started writing for Notes and Queries. He continued to contribute a number of articles and letters to the magazines after returning to Japan and won a reputation worldwide as an authority on Oriental studies. His rising reputation opened the door to friendships with notable figures including Frederick. V. Dickins, registrar of the University of London, as well as people from the British Museum including Sir Robert K. Douglas, director of the Oriental Printed Books section and Charles H. Read, the successor to Franks. He visited the British Museum almost every day. While immersing himself in rare books of all ages from East and West, particularly in the fields of archeology, anthropology, folklore and religion, he copied them into notebooks. A collection of 52 thick notebooks from this period called London Extracts is kept in the Minakata residence and the Minakata Kumagusu Museum. The pages are densely covered with tiny letters he put in English, French, German, Italian, Spanish, Portuguese, Greek and Latin. Douglas, who was impressed with his extensive knowledge, offered Minakata a job at the British Museum, but he declined the offer in light of freedom. Instead, he helped make a catalog of the books and manuscripts of the library and conducted historical research on the Buddhist statues of the museum using his expertise accumulated through reading and transcribing of a large number of books including classics and encyclopedia since childhood. One of the highlights in London was getting to know Sun Yat sen, father of the Chinese Revolution. Minakata put it in his diary how they hit it off straight away on first acquaintance at the Douglas's office in the British Museum in March 1897 and quickly developed a friendship through visiting each other and talking until late almost every day. The descriptions, though very brief, reveal the closeness between two friends. Their company lasted only four months until Sun had to leave London for Asia in early July. In October 1893 he met Toki Horyu, later the chief abbot of Kōyasan temple complex, a relationship that deserves special mention. Minakata and Toki, much senior to him, opened up to each other and exchanged frank opinions about religion. They wrote to each other until later years. Many famous figures from Japan visited Minakata in London. They all were astonished at his erudition and shocked at his total lack of interest in daily life. Although highly regarded by some scholars, Minakata sometimes experienced discrimination because of his ethnicity, the cause for his frequent reckless behaviors leading up to the departure from the British Museum in December 1898. Frequent delay of money expected from the family in Japan forced him to take a job translating the titles for the calligraphy collection at the South Kensington Museum and sell ukiyoe with his friends. High hopes of becoming an assistant professor at the soon to be opened Japanology program in Cambridge or Oxford were gone when the plan was turned down. Forced into straitened circumstances, he made a decision in despair to leave the UK, where he had spent eight years. In September 1900, Minakata got on board the Awa Maru at the Thames and went home.

Первый год дома

В октябре 1900 года «Ава Мару» прибыл в Кобе после 45-дневного плавания. Цунегусу был потрясён, увидев своего старшего брата в обветшалом костюме из тонкой ткани, напоминающей москитную сетку. Он также был удивлён тем, что Минаката вернулся с огромным количеством книг и образцов, но без учёной степени. Минаката временно приютился у брата в Вакаяме. Вскоре Минаката узнал, что Сунь Ятсен находится в иностранном поселении Йокогамы как политический беженец, и написал ему письмо. В феврале 1901 года Сунь прибыл в Вакаяму. Несмотря на то, что их первая встреча за четыре года была омрачена присутствием полицейского сопровождения, Сунь был рад пойти на риск, чтобы увидеться со старым другом. В качестве подарка Сунь оставил свою любимую панамскую шляпу. Позже он прислал Минакате рекомендательное письмо, адресованное Инукаю Цуёси, своему покровителю в Японии и будущему премьер-министру. Письмо, так и не использованное, хранится в доме Минаката, а шляпа экспонируется в Музее Минаката Кумагусу. Их дружба продлилась некоторое время: Сунь присылал образцы лишайников с Гавайев, а Минаката отвечал, но со временем они отдалились друг от друга и больше никогда не встречались. После смерти Суня Минаката выразил свою печаль в воспоминаниях, написав: «Дружба изменчива, как времена года».

Годы в Начи

В октябре 1901 года Минаката покинул Вакаяму на лодке и отправился в Кацууру, где жил в филиале саке-дистиллерии Минаката, управляемом братом Цунегусу, до октября 1904 года. В Начи он все время посвящал сбору грибов и водорослей в окрестностях. Однажды, собирая лишайники у водопада Ичино-таки, он познакомился с молодым человеком Широ Коазе, работником судоходной компании. Коазе стал его учеником и всю жизнь помогал Минакате в исследованиях слизевиков. Коазе присылал образцы из каждого посещаемого порта и оказывал финансовую поддержку. Коазе вместе со своим близким другом Шигеру Уэматсу оказывали Минакате материальную и духовную поддержку. Минаката был очень активен в Начи. Он собирал насекомых и растения, изготавливал микроскопические препараты и иллюстрированные цветные руководства, прочитал сотни книг, завершил черновик английского перевода "Ходзёки: хижина в десять квадратных футов", написанного в соавторстве с Фредериком Виктором Дикинсом, и вычитал "Первоистоки Японии", также написанные Дикинсом. Он возобновил публикации в журналах Nature и Notes and Queries. Окруженный дикой природой гор Кумано, Минаката, опираясь на свои обширные знания о мире, изучал взаимодействие духовного и материального миров и участвовал в оживленных дискуссиях о природе и жизни, включая религиозные споры с Хорю Токи. Он также завершил работу над исследованием "Происхождение мифа о камне-ласточке" (Ensekiko), которое он задумал еще во время пребывания в Великобритании, и которое считается вершиной его англоязычных исследований.

Поселился в Танабе

После трех лет и 21 месяца исследований растений в регионе Кумано, Кумагусу покинул Кацу'уру в октябре 1904 года и отправился в Танабе, собирая образцы по пути. По прибытии он сразу же влюбился в Танабе, который он считал тихим местом с приятными людьми, недорогими товарами и прекрасной погодой и пейзажами. Он решил поселиться, арендовал дом и начал беззаботную жизнь. Он часто приглашал друзей и устраивал вечеринки в близлежащих роскошных ресторанах и чайных домах, нанимал гейш, пил, пел Додойтсу и Оцуэ – свои любимые номера, и устраивал забавные представления. Осенью 1905 года Минаката пожертвовал 46 образцов слизевиков Британскому музею. Артур Листер, президент Британского микологического общества, опубликовал их в журнале Journal of Botany, том 49, под названием «Второй отчет о японских грибах», вслед за первым отчетом об образцах, отправленных профессором Миёси из Токийского императорского университета. Эта статья открыла Минакате новый мир дружбы с Листером и его дочерью Гулиельмой и стала важной вехой в его карьере как исследователя слизевиков мирового уровня. В июле 1906 года, в 40 лет, Минаката женился на Мацуэ, 28-летней, четвертой дочери Мунезо Тамуры, главного жреца храма Токэй. Тамура, бывший самурай клана Кисю Токугава, также был знатоком китайской науки, чьи знания китайской мудрости повлияли на воспитание Мацуэ. Ее поздний брак (для женщины того времени) был обусловлен преданностью отцу и нуждающейся семье, которую она поддерживала, обучая шитью и икебане. В июле 1907 года у пары родился первый ребенок, Кумая. Увидев новорожденного сына, Минаката написал: «Не спал до рассвета, наблюдая за своим ребенком», и выразил радость отцовства. После рождения Кумаи брак оказался непростым. После нескольких обращений Мацуэ к своим родителям, он постепенно стал меньше пить. Он тщательно записывал в дневник все детали о Кумае – как он двигался и говорил, что свидетельствует о его глубокой любви и надеждах, связанных с сыном. Минаката обычно просыпался в 11 утра и работал дома с полудня до 5 утра следующего дня, сортируя образцы, делая зарисовки, проводя исследования, читая и сочиняя. Пока Мацуэ ткала, вместе с горничной она сильно переживала о плачущем Кумае. Их дочь Фуми родилась в октябре 1911 года. Около 1909 года Минаката возобновил переписывание книг. Выписка из Дайдзо-кё, собрания священных текстов, принадлежащих храму Хорин-дзи, заняла целых три года и была особенно трудоемкой. «Читать – значит переписывать. Просто прочитав, ты забудешь, а переписав – никогда». Он придерживался этого убеждения и воплощал его в жизнь. «Танабские выписки» этого периода состоят из 61 тома. Помимо публикаций в британских журналах, которые он делал после возвращения домой, Минаката начал писать для японских журналов и газет. Его фирменным стилем были многочисленные цитаты, но он также включал в свои работы свидетельства очевидцев и данные археологических исследований, используя свою феноменальную память и архив, накопленный в ходе интервью.

After three years and 21 months research on plants in the Kumano region, Kumagusu left Katsu'ura in October 1904 and walked to Tanabe, collecting specimens on his way. On arrival he immediately fell in love with Tanabe he thought was “a quiet place with nice people, cheap commodities and beautiful weather and the scenery.” He decided to settle, rented a house and started an easy life. He often invited friends and had parties at nearby luxury restaurants and teahouses; hired geishas, drank, sang Dodoitsu and Otsue, his favorite party pieces, and played strange performances. In the fall of 1905 Minakata donated 46 specimens of slime molds to the British Museum. Arthur Lister, president of the British Mycological Society, had them introduced in the Journal of Botany, vol. 49, as "The Second Report of Japanese Fungi," following the first report on the specimens sent by Prof. Miyoshi of Tokyo Imperial University. This article, which led Minakata to a new world of friendship with Lister and his daughter Gulielma, was a milestone in his career toward a world class slime mold researcher. In July 1906 at 40 Minakata married Matsue, 28, the fourth daughter of Munezo Tamura, chief priest of the Tokei Shrine. Tamura, a former samurai of the Kishu Tokugawa clan, was also a Sinologist whose knowledge of Chinese wisdom had influenced Matsue's upbringing. Her late marriage (for a woman in those days) was due to her devotion to father and the destitute family she had supported by teaching sewing and flower arrangement. In July 1907 the couple had their first child, Kumaya. At first sight of his baby boy Minakata wrote: “Stayed awake till dawn watching my baby” and expressed the joy of becoming father. After the birth of Kumaya the marriage was rocky. After Matsue turned to her parents a few times, he gradually reduced alcohol. He kept in his diary every detail of Kumaya, how he moved and talked, which shows his deep love and expectations for his son. Minakata usually woke at 11 am and worked at home from sometime in the afternoon until 5 o’clock next morning sorting specimens, drawing pictures, conducting research, reading and writing. While weaving, Matsue, together with a housemaid, was very nervous about the care of weepy Kumaya. Their daughter Fumie was born in October 1911. Minakata resumed copying books around in 1909. The extract of Daizokyo, scriptures owned by the Hōrin ji Temple, which took full three years, was a particularly demanding job. “To read is to copy. You’ll forget when you just read it, but you’ll never forget when you copy it.” He propagated this belief and put it into practice by himself. The Tanabe Extracts from this period consist of 61 volumes. On top of the contributions he had made to British journals and magazines since coming home, Minakata started writing for journals and newspapers in Japan. Using a lot of citations was his signature style of research papers, but first hand folklore evidence and antiquities were also included. He used his extraordinary memory and archives accumulated through interviews.

Протесты против консолидации святынь

В 1906 году правительство ввело правила консолидации святилищ, согласно которым все святилища в деревне или городе должны были быть объединены. Правительство префектуры Вакаяма активно настаивало на исполнении этих правил. В Японии в каждой общине, даже самой небольшой, было святилище, которое служило объединяющей силой для людей, предоставляло возможности для отдыха и являлось объектом поклонения, и, за редкими исключениями, все они располагались в глухих лесах. Минаката опасался, что консолидация не только разрушит исторические здания и древности, но и, в результате вырубки деревьев, нанесет ущерб окружающему ландшафту и природе. Он публиковал свои взгляды в каждом номере местной газеты "Муро Шинпо". Он также отправлял письма с протестами в крупные газеты Токио и Осаки и обращался за поддержкой к ведущим исследователям, включая Дзинзо Мацумуру, известного ботаника и профессора Токийского университета, которому Минаката писал длинные письма, критикуя действия центрального и префектурного правительств. Янагата Кунио, в то время советник Бюро законодательных инициатив Кабинета министров, а впоследствии основоположник японского фольклора, поддержал кампанию, распространяя копии двух писем под названием "Минаката Нишо" среди заинтересованных лиц. Его также поддерживал молодой Морихэй Уэсиба. В августе 1910 года Минаката был арестован за проникновение на территорию, когда он бросил мешок с образцами на собрание, проходившее в средней школе Танабе (ныне старшая школа Танабе). Хотя он был пьян, он сделал это в порыве гнева, когда ему не разрешили поговорить с одним из участников – правительственным чиновником, ответственным за продвижение этих правил. Во время 18-дневного заключения под стражей до суда он читал книги и изучал слизевики прямо в здании тюрьмы. Когда его освободили, он отказался уходить, сказав: "Здесь тихо, нет посетителей и прохладно. Я хочу остаться подольше".

По мере того, как его энтузиазм находил отклик в общественном мнении, правила постепенно теряли свою силу. В 1920 году, спустя 10 лет после его ареста, Палата пэров признала эти правила неэффективными и отменила их. В конечном итоге, усилия Минакаты спасли несколько лесов, но за это десятилетие ряд святилищ и лесов исчезли. Затем он обратился к различным общественным движениям и государственным органам, ответственным за национальный реестр культурного наследия, чтобы способствовать защите ценной окружающей среды, включая остров Касима в заливе Танабе. Его борьба продолжалась до последних лет жизни, поэтому сегодня его называют пионером в области экологии. В феврале 1911 года, когда в журнале Токийского антропологического общества была опубликована книга "Бог горы любит рыбу-камень", Минаката получил письмо от Янагиты. Именно тогда началась их переписка (которая внесла значительный вклад в изучение японского фольклора). В июле 1914 года слава Кумагусу распространилась по всей стране после публикации в газете сообщения о заявлении Уолтера Т. Свингла, главы Отдела физиологии и селекции сельскохозяйственных культур Министерства сельского хозяйства США, о том, что они пригласят Минакату в США. Доктор Свингл приехал в Танабе в мае 1915 года, чтобы лично объявить о назначении. Хотя он намеревался принять предложение, он отказался от него из-за семейных обстоятельств.

Сбор средств для Ботанического института Минаката

В апреле 1916 года Минаката приобрел недвижимость, ныне резиденцию Минаката, принадлежавшую Цунегусу. Большой сад стал открытой лабораторией для наблюдения за растениями, лягушками и черепахами. Кабинет служил местом для письма и микроскопических исследований растений. Кладовая была организована в стопки, содержащие множество книг и материалов. Он опубликовал многочисленные исследовательские работы по фольклору, основанные на ранее опубликованных исследованиях в области естественных наук и статьях о консолидации синтоистских святынь. Чем больше ученых и знаменитостей он принимал и чем больше времени уделял письму, тем чаще ему приходилось оставаться дома и проводить ботанические исследования в заднем дворе. Это позволило ему в 1917 году обнаружить знаменитую *Minakatella longifila* Lister – новый род слизевиков, названный в честь Гулиельмы Листер, президента Британского микологического общества, – на хурмовом дереве в его саду. Примерно в это же время губернатор префектуры Вакаяма и его соратники завершили планирование Ботанического института Минаката. Проспект был составлен Танакой Чозабуро и поддержан 30 известными личностями из политических и литературных кругов, включая Хара Такаси, Окуму Шигенобу, Ёримити Токугава и Рохан Кода. Минаката впервые за 36 лет приехал в Токио и провел пять месяцев, собирая средства. День за днем он посещал видных политиков и ученых, в том числе премьер-министра Такахаси Корекио, прося о поддержке. Ему удалось собрать значительную сумму, но она оказалась меньше запланированной. Он продолжил кампанию по сбору средств дома. Знаменитое «Резюме» было написано в ответ на просьбу Йосио Ябуки, заместителя управляющего филиалом Nippon Yusen в Осаке, к которому он обратился с просьбой о пожертвовании. Написанное тонкими штрихами на бумаге длиной 7,7 метра, это автограф имеет огромное значение для понимания истинного Минакаты и, возможно, является самым длинным резюме в Японии и первым известным резюме, учитывая объем и качество содержащейся в нем информации. В марте 1925 года Кумайя заболела и была госпитализирована в Вакаяме. Вернувшись домой для восстановления, Минаката закрыл ворота для всех посетителей. Это продолжалось три года, пока Кумайю не перевели в больницу в Киото в мае 1928 года. Успех сбора средств в Токио был частично нивелирован невыполненным обещанием Цунегусу, одного из главных спонсоров проекта. Он не предоставил обещанные 20 000 иен, что привело к разрыву в отношениях между братьями. Минаката также испытывал финансовые трудности из-за высоких медицинских расходов. Чтобы облегчить финансовое бремя, в 1926 году он опубликовал три книги. Эти книги, представляющие собой сборники тезисов, ранее опубликованных в различных журналах, позволили читателям увидеть его последовательные аргументы на протяжении многих лет и вновь продемонстрировали его эрудицию, вызвав восхищение публики.

In April 1916, Minakata obtained a property, now the Minakata residence, under the ownership of Tsunegusu. The large garden became an open air laboratory to observe plants, frogs, and turtles. The study was a place for writing and microscopic research on plants. The godown was organized into the stacks containing a number of books and materials. He published numerous research papers about folklore based on previous research papers of natural science already published and articles about shrine consolidation. The more scholars and celebrities he received and the busier he became with his writing, the more often he had to stay home and conduct his botanical research in the backyard. This change enabled him to discover the famous Minakatella longifila Lister — a new genus of slime mold named by Gulielma Lister, president of the British Mycological Society — from a persimmon tree in his garden in 1917. It was around this time that the governor of Wakayama Prefecture and his friends finished the planning of the Minakata Botanical Institute. The prospectus was drafted by Tanaka Chōzaburō and promoted by 30 big names including those from the political and literary worlds, including Hara Takashi, Ōkuma Shigenobu, Yorimichi Tokugawa, and Rohan Koda. Minakata came to Tokyo for the first time in 36 years and spent five months raising money. Day after day he visited notable figures in politics and academia including Prime Minister Takahashi Korekiyo asking for support. He finally collected a considerable sum, but it was less than the prospect amount. He continued his fundraising campaign at home. The famous ‘Resume’ was written then responding to a request from Yoshio Yabuki, deputy branch manager of Nippon Yusen in Osaka, whom he had asked for donation. The resume, written on 7.7m long paper using fine strokes, is an autograph of extreme importance to understand the real Minakata and perhaps the longest resume in Japan and the first resume ever known in light of the volume and quality of information it contains. In March 1925, Kumaya became ill and went into a hospital in Wakayama City. After going home to recuperate, Minakata shut the gate against all visitors. This lasted for three years until Kumaya was moved to a hospital in Kyoto in May 1928. Fair success of the fundraising in Tokyo was offset in a way by an unfulfilled promise of Tsunegusu, one of the major promoters of the project. He didn't provide 20,000 yen, his part of donation, which caused a rift between the two brothers. Minakata also had trouble making a living because of expensive medical bills. To lessen the financial burden, Minakata published three books in 1926. The books, compilations of theses previously published in various journals, gave the reader an insight into his arguments consistent throughout the years and revealed again his erudition, which aroused the admiration of the public.

Император Хирохито и Кумагусу

Император Хирохито, сам будучи биологом, проявлял живой интерес к слизевым плесеням еще со времен, когда он был принцем-регентом. Будучи принцем, он прочитал «Монографию о слизевых плесенях» Гулиельмы Листер и сообщил доктору Хиротаро Хаттори из Национального института биологических исследований о своем желании увидеть образцы. Узнав об этом интересе, Сиро Коазе обратился к Минакате и его друзьям из Токийского университета. В ноябре 1926 года команда подготовила и представила принцу Хирохито коллекцию из 90 образцов, представляющих 37 родов японских слизевых плесеней. На коллекции стояли подписи Коазе как представителя и Минакаты как отбирающего. В марте 1929 года доктор Хаттори тайно посетил Минакату и попросил его прочитать лекцию о слизевых плесенях для Хирохито, уже императора, во время его будущего визита в регион Вакаяма. Минаката телеграфировал о своем согласии. Поскольку не было прецедентов, чтобы простолюдин читал лекцию императору, он вскоре стал центром внимания общественности и чрезвычайно занялся подготовкой образцов. 1 июня 1929 года с самого утра шел дождь. Минаката отправился на остров Касима в сюртуке, который он купил в Америке и хранил много лет. После прогулки с императором по лесу на острове, Минаката, демонстрируя образцы, прочитал ему 25-минутную лекцию на борту императорского корабля «Нагато» о слизевых плесенях и морской жизни. Он также преподнес императору подарки, включая 110 образцов слизевых плесеней, хранящихся в пустых коробках из-под ирисок. Один камердинер вспоминал: «Слухи об его эксцентричности заставили меня усомниться в его способностях, но мои опасения оказались совершенно необоснованными, когда я встретил этого воспитанного и вежливого человека. Он был джентльменом, имевшим опыт жизни за границей, и в то же время традиционным японцем, проявлявшим уважение к императорской семье». Это был самый славный день в жизни Минакаты. Во второй половине дня он сфотографировал себя и Мацуэ в их лучших нарядах в фотостудии и поделился этим моментом со своими родственниками и близкими друзьями, угостив их сладостями, полученными от императорского двора. В следующем году, в память о визите императора в Касиму, на краю густого леса, недалеко от места высадки императора, был воздвигнут памятник. На памятнике выгравировано стихотворение, написанное Минакатой в надежде, что остров навсегда будет защищен милостью и властью императора. В мае 1962 года, более чем через 30 лет, император и императрица вновь посетили южную Вакаяму. Вдохновленный видом на Касима из гостиничного номера на пляже Сирахама, император сочинил стихотворение вака, которое было высечено на памятнике, установленном перед музеем Минаката Кумагусу с видом на остров Касима.

Emperor Hirohito, also a biologist, had shown a strong interest in slime molds since he was the Prince Regent. As the Prince, he had read A Monograph of the Slime Molds by Gulielma Lister and told Dr. Hirotaro Hattori of the National Biological Research Institute of his wish to see the specimens. Having learned this interest, Shiro Koaze approached Minakata and his friends from Tokyo University. In November 1926 the team prepared and presented Prince Hirohito with a collection of 90 specimens of 37 genera of Japanese slime molds. It bore the signatures of Koaze as the presenter and Minakata as the selector. In March 1929, Dr. Hattori secretly visited and requested Minakata to give a lecturer on slime molds to Hirohito, then Emperor, in his future royal visit to the Wakayama region. Minakata telegraphed his acceptance. With no precedent for a commoner giving an imperial lecture, he soon became the center of the public attention and extremely busy preparing specimens. On June 1, 1929, it had been raining since morning. Minakata headed for Kashima Island in a frock coat he had bought in America and kept for years. After taking the Emperor for a walk in the woods on the island, Minakata, while showing specimens, gave him a 25 minute lecture, on board the royal ship Nagato, on slime molds and marine life. He also presented the Emperor with gifts including 110 specimens of slime molds kept in empty taffy boxes. A chamberlain recalled: "Rumors of his eccentricity had made me doubt his capability, but my worry turned out to be utterly groundless when I met this well mannered and polite man. He was a gentleman who had experience of living abroad as well as a traditional Japanese who showed a respect for the Imperial Family." It was the most glorious day in Minakata's life. In the afternoon, he took pictures of him and Matsue in their finest attire at a studio and shared the moment with his relatives and close friends by giving sweets he had received from the Imperial Household. Next year, in commemoration of the Emperor's visit to Kashima, a monument was erected on the edge of a dense wood near the point where the emperor had landed. Inscribed on the monument is a poem Minakata wrote hoping that the island would be protected forever by the benevolence and the power of the Emperor. In May 1962, more than 30 years later, the Emperor and Empress visited southern Wakayama again. Inspired by a view of Kashima from a hotel room on the Shirahama Beach the Emperor composed a waka poem, which was inscribed on the monument erected in front of the Minakata Kumagusu Museum overlooking the Kashima island. :

Последние годы

В 1937 году разразилась китайско-японская война, и по мере эскалации конфликта жизнь людей становилась все более тяжелой. Минаката не был исключением. Потеря старых друзей стала для него дополнительным ударом. Его здоровье постепенно ухудшалось, и он приковал себя к постели. Несмотря на неоднократные приступы слабости, он продолжал работать над завершением "Нихон" (иллюстрированного руководства по японским грибам; рисование иллюстраций), писать заметки и давать советы коллегам. В декабре 1941 года, вскоре после начала Тихоокеанской войны, состояние Минакаты стало критическим. 29 декабря он прошептал: "Я вижу, как на потолке распускаются фиолетовые цветы", и оборвалась его 75-летняя жизнь, полная взлетов и падений. Он был похоронен в храме Кодзан-дзи в городе Танабе, с видом на остров Касима.

Достижения

Юный Минаката вышел в широкий мир в период, когда Япония переживала метаморфозу – переход от феодального государства к вестернизированной современной стране. Он отправился в Америку, а затем в Великобританию, в поисках места, где каждый, независимо от социального положения, мог бы свободно учиться. Он нашёл его в Британском музее, где всецело посвятил себя исследованиям, погрузившись в сотни книг, произведений искусства, ремёсел и древностей Востока и Запада. Начав с работы «Созвездия Дальнего Востока», он опубликовал в общей сложности 50 тезисов в журнале Nature и сотни статей и эссе в фольклорном журнале Notes and Queries. Такое количество публикаций свидетельствует о его прочном месте в британской академической среде. Он обладал феноменальной памятью и владел более чем десятью языками. Кроме того, обширный опыт переписывания книг позволил ему овладеть навыками критического анализа эмпирических источников и методами сравнительного культуроведения, что стало основой его незаурядного писательского таланта. Примером служит «Джуншико» (Исследование двенадцати животных китайского зодиака) – одна из его важнейших работ. Вернувшись в Японию, он быстро опубликовал ряд статей в японских журналах. Обсуждения исторических свидетельств с Востока и Запада с Кунио Янагитой, отражённые в их обширной переписке, оказали значительное влияние на становление и развитие японских фольклористических исследований. «Иллюстрированная книга по биономике японских грибов» – одно из его величайших достижений, воплощающее его восхищение и соперничество с Кёртисом и Беркли, внесла огромный вклад в развитие микологии и заслуживает международного признания. Она охватывает 4500 видов, представленных 15000 иллюстрациями. Хотя количество записей оказалось на 500 меньше запланированного, в книге также представлены его масштабные исследования грибов, слизевиков и водорослей, включая Minakatella longifila Lister, загадочное поведение слизевиков и паразитические водоросли на рыбах. Его поддержка протестов против объединения синтоистских святынь коренилась в его глубоком гневе по поводу утраты духовных центров для местных жителей и исчезновения ландшафтов, с которыми люди чувствовали связь. Экологические взаимоотношения между природой и человеком, которые Минаката изучал в рамках биологии, фольклора, этнологии и религиоведения, заслуживают внимания. Синдзо Коидзуми, покойный президент университета Кейо и поклонник Минакаты, отдал ему дань уважения: «В истории японской науки следует отметить, что независимый учёный достиг таких обширных знаний и совершил столь значительные открытия». Музей Минаката Кумагусу в Сирахаме знакомит с жизнью и достижениями Минакаты посредством выставок его личных вещей, связанных с ним материалов и книг.

Young Minakata leaped out into the wider world when Japan was going through a metamorphosis from a feudal state into a westernized modern country. He went to America then to UK searching for a place where anybody, regardless of class, could study freely. He found it in the British Museum, where he put his heart and soul into research while buried in hundreds of books, arts and crafts and antiquities from the East and the West. With "The Constellations in the Far East" as a start, he contributed a total of 50 theses to Nature and hundreds of articles and essays to the folklore magazine Notes and Queries. This large number of articles shows he won an important place in the British academia. He was blessed with an extraordinary memory and manipulated more than 10 languages. In addition, plenty of experience of copying books enabled him to master how to scrutinize empirical documents and the methods of comparative cultural studies, which was the basis of his unbounded capacity in writing. Junishiko (A Study of Twelve Animals of Chinese Zodiac), one of his most important works, is an example. After coming back to Japan he wrote a number of articles in quick succession for Japanese journals and magazines. Discussions of historical evidence from the East and the West with Kunio Yanagita, as shown in their abundant correspondence, had a great influence to the birth and the development of Japanese folklore studies. The Illustrated Book of Bionomics of Japanese Fungi, one of his greatest achievements and the embodiment of his admiration mixed with rivalry to Curtis and Berkeley, made a huge contribution to the development of the study of fungi and thus deserves international recognition. It covers 4,500 species with 15,000 pictures. Although the entries were 500 less than planned, the book also introduced his extensive research on fungi, slime molds and algae including Minakatella longifila Lister, enigmatic behavior of slime molds and parasitic algae on fish. His advocacy of anti shrine consolidation protests had its roots in his deepest anger towards the loss of inhabitants’ spiritual hubs and the extinction of the landscape with which people felt an affinity. The ecological relation between nature and human beings, which Minakata looked at through the studies of biology, folklore, ethnology and religion, is something to keep in mind. Shinzo Koizumi, late chancellor of Keio University and an admirer of Minakata, paid his tribute: "We should write it in the academic history in Japan that a maverick scholar acquired such extensive knowledge and accomplished such great achievements." The Minakata Kumagusu Museum in Shirahama introduces the life and achievements of Minakata through the exhibitions of his memorabilia, related materials, and books.