Алия Изетбегович: Политик, Философ и Первый Президент Боснии и Герцеговины

Введение

Боснийский политик, философ и писатель (1925–2003)

Алия Изетбегович (8 августа 1925 – 19 октября 2003) – боснийский политик, исламский философ и писатель, который в 1992 году стал первым президентом Президиума новообразованной Республики Босния и Герцеговина. Позже он занимал должность председателя Президиума Боснии и Герцеговины. Вскоре после начала его полномочий сербское население страны восстало и создало Республику Сербскую, стремясь предотвратить отделение Боснии и Герцеговины от Югославии, что привело к началу Боснийской войны. Изетбегович первоначально возглавлял боснийские силы совместно с хорватскими войсками, пока между ними не вспыхнула отдельная война. Отношения между двумя сторонами были урегулированы в Вашингтонском соглашении, которое он подписал с президентом Хорватии Франьо Туджманом. Война в Боснии и Герцеговине продолжалась, сопровождаясь массовыми этническими чистками и другими военными преступлениями, совершаемыми преимущественно сербскими силами против боснийского и хорватского населения, что в конечном итоге привело к резне боснийских мужчин в Сребренице, совершенной сербскими силами и впоследствии признанной геноцидом. Изетбегович также был одним из подписантов Дейтонского соглашения, которое завершило войну в состоянии тупика после бомбардировок НАТО и признало Республику Сербскую автономным образованием в составе Боснии и Герцеговины. Он продолжал занимать эту должность до 1996 года, когда стал членом Президиума Боснии и Герцеговины, оставаясь на этом посту до 2000 года. Изетбегович был основателем и первым президентом Партии демократического действия. Он также является автором нескольких книг, наиболее известными из которых являются «Ислам между Востоком и Западом» и «Исламская декларация».

Ранние годы и образование

Изетбегович родился 8 августа 1925 года в городе Босански-Шамак. Служа солдатом в Ускударе, дед по отцу Изетбеговича Алиджа женился на турецкой женщине по имени Сидика Ханым. Впоследствии супруги переехали в Босански-Шамак и родили пятерых детей. Дед Изетбеговича позже стал мэром города. Отец Изетбеговича, бухгалтер, воевал в Австро-Венгерской армии на Итальянском фронте во время Первой мировой войны и получил серьезные ранения, которые оставили его в полупарализованном состоянии как минимум на десять лет. Он объявил себя банкротом в 1927 году. На следующий год семья переехала в Сараево, где Изетбегович получил светское образование. В 1941 году Изетбегович помог основать боснийскую исламистскую организацию под названием "Молодые мусульмане" (Mladi Muslimani), которая была создана по образцу "Братьев-мусульман". Когда организация "Молодые мусульмане" оказалась расколота между поддержкой преимущественно мусульманской дивизии Waffen SS Handschar и коммунистических югославских партизан, согласно New York Times, он присоединился к SS Handschar, несмотря на отсутствие каких-либо доказательств. Семья Изетбеговича отвергла это утверждение, заявив, что он вступил в коммунистические югославские партизаны. После войны он был арестован югославскими коммунистами и в 1946 году приговорен к трем годам тюремного заключения по обвинению в сотрудничестве с нацистскими силами. До заключения он получил юридическое образование на юридическом факультете Сараевского университета. После отбытия срока он продолжил политическую деятельность.

Диссидент и активист

В 1970 году Изетбегович опубликовал манифест под названием «Исламская декларация», в котором изложил свои взгляды на взаимоотношения между исламом, государством и обществом. Манифест был запрещен правительством. В нем он пытался примирить прогресс западного образца с исламской традицией. В работе был выдвинут призыв к «исламскому возрождению», но Югославия в ней конкретно не упоминалась. Однако он и его сторонники были обвинены коммунистическими властями в возрождении организации «Молодые мусульмане» и в заговоре с целью создания «исламски чистой» Боснии и Герцеговины. В декларации Пакистан был назван страной-образцом для мусульманских революционеров во всем мире. Один из отрывков, который особенно выделяли его противники во время судебного процесса, гласил: «Не может быть мира и сосуществования между исламской верой и неисламскими социальными и политическими институтами – государство должно быть выражением религии и поддерживать ее моральные принципы». Декларация остается предметом споров. Сербы, выступавшие против Изетбеговича, часто цитировали ее как свидетельство намерения создать исламскую республику в Боснии по иранскому образцу. Отрывки из декларации часто приводили противники Изетбеговича в 1990-х годах, считая ее открытым заявлением об исламском фундаментализме. Это мнение разделяют и некоторые западные авторы. Изетбегович категорически отрицал эти обвинения. В апреле 1983 года Изетбегович и двенадцать других боснийских активистов (в том числе Мелика Салихбегович, Эдем Бичакчич, Омер Бехмен, Мустафа Спахич и Хасан Ченгич) были осуждены сараевским судом по обвинениям в «преступлениях, главным образом в враждебной деятельности, вдохновленной исламскими идеологиями, объединении в целях враждебной деятельности и враждебной пропаганде». Изетбеговича также обвинили в организации визита на мусульманский конгресс в Иран. Все осужденные были признаны виновными, а Изетбегович приговорен к четырнадцати годам тюремного заключения. Приговор вызвал резкую критику со стороны западных правозащитных организаций, включая Amnesty International и Helsinki Watch, которые утверждали, что дело основано на «коммунистической пропаганде», и обвиняемым не предъявлялось обвинений в применении или пропаганде насилия. В мае следующего года Верховный суд Боснии признал это, заявив, что «некоторые действия обвиняемых не носят признаков уголовных преступлений», и сократил срок заключения Изетбеговича до двенадцати лет. В 1988 году, когда коммунистическое правление ослабевало, он был помилован и освобожден после почти пяти лет тюрьмы. Его здоровье серьезно ухудшилось. К началу 1992 года стало очевидно, что конкурирующие националистические требования были принципиально несовместимы: боснийцы и хорваты стремились к независимости Боснии и Герцеговины, а сербы хотели, чтобы она оставалась в составе урезанной Югославии, доминируемой Сербией. Изетбегович публично жаловался на то, что его вынуждают объединяться с одной из сторон, ярко характеризуя эту дилемму сравнением с выбором между лейкемией и опухолью мозга. В январе 1992 года португальский дипломат Жозе Кутилейру разработал план, позже известный как Лиссабонское соглашение, который должен был превратить Боснию в триэтническое кантональное государство. Первоначально все три стороны подписали соглашение: Изетбегович – от боснийцев, Радован Караджич – от сербов и Мате Бобан – от хорватов. Однако примерно через две недели Изетбегович отозвал свою подпись и заявил о своем противостоянии любому разделу Боснии, предположительно поощряемый Уорреном Циммерманом, в то время послом Соединенных Штатов в Югославии.

In 1970, Izetbegović published a manifesto entitled the Islamic Declaration, expressing his views on relationships between Islam, state and society. The manifesto was banned by the government. In it, he tried to reconcile Western style progress with Islamic tradition. The work issued a call for "Islamic renewal" without mentioning Yugoslavia specifically. However, he and his supporters were accused by the Communist authorities of reviving the "Young Muslims" organisation and of a conspiracy to set up an "Islamically pure" Bosnia and Herzegovina. The declaration designated Pakistan as a model country to be emulated by Muslim revolutionaries worldwide. One of the passages that was in particular picked out by his opponents during the trial was, "There can be no peace or coexistence between the Islamic faith and non Islamic social and political institutions the state should be an expression of religion and should support its moral concepts." The declaration remains a source of controversy. Serbs, who were opposed to Izetbegović, often quoted the declaration as indicative of an intent to create an Iranian style Islamic republic in Bosnia. Passages from the declaration were frequently quoted by Izetbegović's opponents during the 1990s, who considered it to be an open statement of Islamic fundamentalism. This opinion is also shared by some Western authors. Izetbegović vigorously denied these accusations. In April 1983, Izetbegović and twelve other Bosniak activists (including Melika Salihbegović, Edhem Bičakčić, Omer Behmen, Mustafa Spahić and Hasan Čengić) were tried before a Sarajevo court for a variety of charges called "offences as principally hostile activity inspired by Islamic ideologies, association for purposes of hostile activity and hostile propaganda". Izetbegović was further accused of organizing a visit to a Muslim congress in Iran. All of those tried were convicted and Izetbegović was sentenced to fourteen years in prison. The verdict was strongly criticised by Western human rights organisations, including Amnesty International and Helsinki Watch, which claimed the case was based on "communist propaganda", and the accused were not charged with either using or advocating violence. The following May, the Bosnian Supreme Court conceded the point with an announcement that "some of the actions of the accused did not have the characteristics of criminal acts" and reduced Izetbegović's sentence to twelve years. In 1988, as communist rule faltered, he was pardoned and released after almost five years in prison. His health had suffered serious damage. By the start of 1992, it had become apparent that the rival nationalist demands were fundamentally incompatible: the Bosniaks and Croats sought an independent Bosnia and Herzegovina while the Serbs wanted it to remain in a rump Yugoslavia dominated by Serbia. Izetbegović publicly complained that he was being forced to ally with one side or the other, vividly characterising the dilemma by comparing it to having to choose between leukemia and a brain tumour. In January 1992, Portuguese diplomat José Cutileiro drafted a plan, later known as the Lisbon Agreement, that would turn Bosnia into a triethnic cantonal state. Initially, all three sides signed up to the agreement; Izetbegović for the Bosniaks, Radovan Karadžić for the Serbs and Mate Boban for the Croats. Some two weeks later, however, Izetbegović withdrew his signature and declared his opposition to any type of partition of Bosnia, supposedly encouraged by Warren Zimmermann, the United States Ambassador to Yugoslavia at the time.

Боснийская война

В феврале 1992 года Изетбегович объявил референдум о независимости, обусловленный европейскими критериями признания Боснии и Герцеговины независимым государством, несмотря на предупреждения сербских членов Президиума о неконституционности этого шага и о том, что любые действия в направлении независимости приведут к отделению населенных сербами районов и их присоединению к остаткам Югославии. На референдуме 99,4% проголосовали «за» при явке 63%, которую в значительной степени бойкотировали сербы. Следует отметить, что согласно конституции Социалистической Республики Босния и Герцеговина, изменение государственно-правового статуса было невозможно без национального согласия всех трех народов. Этот механизм был включен в конституцию в связи с геноцидом, совершенным против сербов во время Второй мировой войны, который нарушил этнический баланс. Другой возможностью было голосование двух третей граждан на референдуме за выход из югославской федерации. Сербы не согласились с отделением от Югославии. Кроме того, на референдум явилось менее двух третей населения. Тем не менее, ЕС и США признали результаты референдума. Боснийский парламент, уже покинутый боснийскими сербами, формально провозгласил независимость от Югославии 29 февраля, а Изетбегович объявил о независимости страны 3 марта. В силу она вступила 7 апреля 1992 года, когда Европейский Союз и Соединенные Штаты признали новое государство. В преддверии международного признания по всей Боснии происходили отдельные столкновения между сербами и правительственными войсками. Похоже, Изетбегович рассчитывал, что международное сообщество направит миротворческие силы после признания Боснии, чтобы предотвратить войну, но этого не произошло. Вместо этого война немедленно вспыхнула по всей стране, когда сербские и югославские войска взяли под контроль обширные территории, противостоящие слабо вооруженным правительственным силам безопасности. Первоначально сербские силы атаковали несербское гражданское население в восточной Боснии. После установления контроля над городами и деревнями сербские войска систематически грабили или сжигали дома и квартиры босняков, окружали или захватывали боснийских гражданских лиц, а иногда избивали или убивали их. Мужчин и женщин разделяли, многих мужчин заключали в лагеря. Женщин содержали в различных центрах содержания под стражей, где они жили в невыносимых антисанитарных условиях, включая неоднократные изнасилования со стороны сербских солдат или полицейских. Изетбегович последовательно продвигал идею многоэтнической Боснии под центральным управлением, которая в сложившихся обстоятельствах казалась безнадежной стратегией. Боснийские хорваты, разочарованные правительством Сараево и получившие военную и финансовую поддержку от хорватского правительства, все чаще склонялись к созданию собственного этнического государства – Хорватской Республики Герцег-Босна в Герцеговине и Центральной Боснии. Хорваты вышли из правительства Сараево, и в 1993 году вспыхнули боевые действия. В некоторых районах были заключены местные перемирия между сербами и хорватами. Хорватские силы начали свои первые нападения на босняков в центральной Боснии в июне 1992 года, но они не увенчались успехом. Грацкое соглашение вызвало глубокий раскол среди боснийских хорватов и укрепило сепаратистскую Герцег-Босну, а также привело к кампании этнической чистки в долине Лашва против боснийских гражданских лиц с мая 1992 года по март 1993 года. Дополнительную путаницу вносил бывший соратник Изетбеговича Фикрет Абдич, который создал Автономную провинцию Западной Боснии в частях муниципалитетов Казин и Велика Кладуша в оппозиции правительству Сараево и в сотрудничестве со Слободаном Милошевичем и Франьо Туджманом. Фракция Абдича была в конечном итоге разбита боснийской армией. К этому времени правительство Изетбеговича контролировало лишь около 25% территории страны и представляло главным образом боснийское сообщество. На протяжении трех с половиной лет Изетбегович жил в осажденном Сараево, окруженном сербскими войсками. Он осудил неспособность западных стран остановить сербскую агрессию и обратился к мусульманскому миру, с которым он уже установил отношения во время своей диссидентской деятельности. Боснийское правительство получило деньги и оружие. Во время президентства Изетбеговича Усама бен Ладен получил боснийский паспорт и несколько раз посетил Боснию и Косово. Бен Ладен заявил немецкому журналисту, что планирует привести в Боснию мусульманских добровольцев. После массовых убийств боснийских мусульман сербскими и, в меньшей степени, хорватскими силами иностранные мусульманские добровольцы присоединились к боснийской армии, сформировав так называемых боснийских моджахедов, численностью от 300 до 1500 человек. Они быстро вызвали резкую критику, усиленную сербской и хорватской пропагандой, которая рассматривала их присутствие как свидетельство «агрессивного исламского фундаментализма» в самом сердце Европы. Однако иностранные добровольцы стали непопулярны даже среди многих боснийцев, поскольку боснийской армии требовалось не больше солдат, а оружие, хотя в ее рядах и так насчитывались тысячи военнослужащих. Многие офицеры и интеллектуалы боснийской армии с подозрением относились к прибытию иностранных добровольцев в центральную часть страны, поскольку они прибывали из Сплита и Загреба в Хорватии и проходили через самопровозглашенную Герцег-Босну, в отличие от солдат боснийской армии, которых регулярно арестовывали хорватские силы. По словам генерала Стйепана Шибера, хорвата, занимавшего самую высокую должность в боснийской армии, ключевую роль в прибытии иностранных добровольцев играли Франьо Туджман и хорватская контрразведка, с целью оправдать вмешательство Хорватии в боснийскую войну и массовые преступления, совершенные хорватскими силами. Хотя Изетбегович считал их символически ценными как знак поддержки Боснии со стороны мусульманского мира, они, по всей видимости, не оказали существенного военного влияния и стали серьезным политическим бременем. В 1993 году Изетбегович согласился на мирный план, который предусматривал разделение Боснии по этническому принципу, но продолжал настаивать на едином боснийском правительстве из Сараево и на выделении боснякам значительной части территории Боснии. Война между босняками и хорватами была в конечном итоге прекращена перемирием, заключенным при посредничестве американцев в марте 1994 года, после чего обе стороны стали более тесно сотрудничать против сербов. НАТО все больше вовлекалось в конфликт, проводя случайные «уколы» бомбардировок против боснийских сербов, обычно после нарушений перемирия и бесполетной зоны над Боснией. Хорватские силы косвенно выиграли от военной подготовки, предоставленной хорватской армии Соединенными Штатами. Кроме того, хорваты предоставили боснийским хорватам значительное количество оружия, а боснийской армии – гораздо меньшее, несмотря на эмбарго ООН на поставки оружия. Большая часть оружия боснийской армии доставлялась по воздуху из мусульманского мира, в частности из Ирана, что стало предметом некоторых споров и расследования Конгресса США в 1996 году. В сентябре 1993 года Второй Боснийский конгресс официально восстановил историческое этническое название – босняки. Политика Югославии, определявшая «мусульман по национальности», рассматривалась босняками как игнорирование и отрицание их боснийской идентичности, поскольку этот термин пытался определить босняков как религиозную группу, а не как этническую.

In February 1992, Izetbegović called an independence referendum on the European condition for recognition of Bosnia and Herzegovina as an independent state, despite warnings from the Serb members of the presidency that it was unconstitutional and that any move towards independence would result in the Serb inhabited areas seceding to remain with the rump Yugoslavia. The referendum achieved a 99.4% vote in favor on a 63% turnout, largely boycotted by the Serbs. Namely, according to the constitution of the Socialist Republic of Bosnia and Herzegovina, the change of the state legal status was not possible without the national consensus of all three nations. This mechanism was incorporated into the constitution due to the genocide committed against Serbs in World War II, which disturbed the ethnic balance. Another possibility was for two thirds of the citizens to vote in a referendum to leave the Yugoslav federation. The Serbs did not agree with the secession from Yugoslavia. Furthermore, less than two thirds of the population went to the referendum. Nevertheless, the EU and the US accepted the referendum. The Bosnian parliament, already vacated by the Bosnian Serbs, formally declared independence from Yugoslavia on 29 February and Izetbegović announced the country's independence on 3 March. It did not take effect until 7 April 1992, when the European Union and United States recognized the new country. Sporadic fighting between Serbs and government forces occurred across Bosnia in the run up to international recognition. Izetbegović appears to have gambled that the international community would send a peacekeeping force upon recognising Bosnia in order to prevent a war, but this did not happen. Instead, war immediately broke out across the country as Serb and Yugoslav army forces took control of large areas against the poorly equipped government security forces. Initially, Serb forces attacked the non Serb civilian population in eastern Bosnia. Once towns and villages were securely in their hands, the Serb forces systematically ransacked or burnt down Bosniak houses and apartments, Bosniak civilians were rounded up or captured, and sometimes beaten or killed in the process. Men and women were separated, with many of the men detained in the camps. The women were kept in various detention centres where they had to live in intolerably unhygienic conditions, including also being raped repeatedly by Serb soldiers or policemen. Izetbegović consistently promoted the idea of a multi ethnic Bosnia under central control, which seemed a hopeless strategy under the circumstances. The Bosnian Croats, disillusioned with the Sarajevo government and supported militarily and financially by the Croatian government, increasingly turned to establishing their own ethnically based state of Croatian Republic of Herzeg Bosnia in Herzegovina and Central Bosnia. The Croats pulled out of the Sarajevo government and fighting broke out in 1993. In some areas local armistices were signed between the Serbs and Croats. Croat forces launched their first attacks on Bosniaks in central Bosnia in June 1992, but these failed. The Graz agreement caused deep division among Bosnian Croats and strengthened separatist Herzeg Bosnia, and led to the Lašva Valley ethnic cleansing campaign against Bosniak civilians from May 1992 to March 1993. Adding to the general confusion, Izetbegović's former colleague Fikret Abdić established an Autonomous Province of Western Bosnia in parts of Cazin and Velika Kladuša municipalities in opposition to the Sarajevo government and in cooperation with Slobodan Milošević and Franjo Tuđman. Abdić's faction was eventually routed by the Bosnian army. By this time, Izetbegović's government controlled only about 25% of the country and represented principally the Bosniak community. For three and a half years, Izetbegović lived precariously in a besieged Sarajevo surrounded by Serb forces. He denounced the failure of Western countries to reverse Serbian aggression and turned instead to the Muslim world, with which he had already established relations during his days as a dissident. The Bosnian government received money and arms. Osama bin Laden was given a Bosnian passport during Izetbegović's presidency and went on to visit Bosnia and Kosovo several times. Bin Laden stated to a German reporter that he planned to bring Muslim volunteers to Bosnia. Following massacres on Bosnian Muslims by Serb and, to a lesser extent, Croat forces, foreign Muslim volunteers joined the Bosnian army in the so called Bosnian mujahideen, numbering between 300 and 1,500. They quickly attracted heavy criticism amplified by Serb and Croat propaganda, who considered their presence to be evidence of "violent Islamic fundamentalism" at the heart of Europe. However, the foreign volunteers became unpopular even with many of the Bosniak population, because the Bosnian army had thousands of troops and no need for more soldiers, but for arms. Many Bosnian army officers and intellectuals were suspicious regarding foreign volunteers' arrival in the central part of the country, because they came from Split and Zagreb in Croatia, and were passed through the self proclaimed Herzeg Bosnia unlike Bosnian army soldiers who were regularly arrested by Croat forces. According to general Stjepan Šiber, the highest ranking ethnic Croat in the Bosnian army, the key roles in the foreign volunteers' arrival were played by Franjo Tuđman and Croatian counter intelligence underground with the aim to justify the involvement of Croatia in the Bosnian War and mass crimes committed by Croat forces. Although Izetbegović regarded them as symbolically valuable as a sign of the Muslim world's support for Bosnia, they appear to have made little military difference and became a major political liability. In 1993, Izetbegović agreed to a peace plan that would divide Bosnia along ethnic lines but continued to insist on a unitary Bosnia government from Sarajevo and on the allocation to the Bosniaks of a large percentage of Bosnia's territory. The war between the Bosniaks and Croats was eventually ended by a truce brokered with the aid of the Americans in March 1994, following which the two sides collaborated more closely against the Serbs. NATO then became increasingly involved in the conflict with occasional "pinprick" bombings conducted against the Bosnian Serbs, generally following violations of ceasefires and the no fly zone over Bosnia. The Bosnian Croat forces benefited indirectly from US military training given to the Croatian Army. In addition, the Croatians provided considerable quantities of weaponry to the Bosnian Croats and much smaller amounts to the Bosnian army, despite a UN weapons embargo. Most of the Bosnian army's supply of weapons was airlifted from the Muslim world, specifically Iran – an issue which became the subject of some controversy and a US congressional investigation in 1996. In September 1993, the Second Bosniak Congress officially re introduced the historical ethnic name Bosniaks. The Yugoslav "Muslims by nationality" policy was considered by Bosniaks to be neglecting and opposing their Bosnian identity because the term tried to describe Bosniaks as a religious group, not an ethnic one.

Окончание войны

Вашингтонское соглашение в марте 1994 года положило конец хорватско-боснийской войне и разделило объединенную территорию АРБиХ и ХВО на десять автономных кантонов, образовав Федерацию Боснии и Герцеговины. В августе 1995 года, после резни в Сребренице и второй резни на рынке Маркале, НАТО начало интенсивную бомбардировочную кампанию, которая уничтожила систему командования и управления боснийских сербов. Это позволило хорватским и боснийским силам взять под контроль многие территории, удерживаемые сербами, что привело к приблизительному 50/50 разделу территории между двумя сторонами. Наступление остановилось недалеко от фактической столицы сербов – Баня-Луки. Когда хорватские и боснийские силы прекратили наступление, они захватили электростанции, обеспечивающие Баня-Луку электроэнергией, и использовали этот контроль для оказания давления на сербское руководство с целью принятия перемирия. Стороны договорились встретиться в Дейтоне, штат Огайо, для переговоров о мирном договоре под руководством Соединенных Штатов. Интересы сербов и хорватов представляли Милошевич и Туджман соответственно, а Изетбегович представлял международно признанное боснийское правительство.

После войны

После того, как Боснийская война была официально завершена Дейтонским мирным соглашением в ноябре 1995 года, Изетбегович стал членом Президиума Боснии и Герцеговины. Влияние его партии ослабло после того, как международное сообщество назначило Высокого представителя для надзора за делами государства, наделенного полномочиями, превышающими полномочия Президиума или парламентов боснийских хорватов и сербов. Он ушел в отставку в октябре 2000 года в возрасте 74 лет, ссылаясь на ухудшение здоровья. Тем не менее, Изетбегович оставался популярен среди босняков, которые прозвали его Дедо (что в переводе с боснийского означает "дедушка"). Его поддержка помогла его партии восстановить позиции на всеобщих выборах 2002 года. Некоторые наблюдатели характеризуют его правление как авторитарное и националистическое.

Смерть

Изетбегович умер 19 октября 2003 года от сердечного заболевания, осложнённого травмами, полученными при падении дома. Расследование Международного трибунала по бывшей Югославии (МТБЮ) в отношении Изетбеговича было в процессе, но прекратилось после его смерти. Его похороны, состоявшиеся 22 октября, через три дня после смерти, собрали множество боснийских официальных лиц, высокопоставленных гостей из 44 иностранных государств, 105 членов Великого национального собрания Турции и от 100 000 до 150 000 человек. Семья Изетбеговича получила более 4000 телеграмм соболезнований. Более 400 журналистов освещали похороны, которые транслировались в прямом эфире по телевидению с использованием 37 камер. У него был сын, Бакир, который также занялся политикой, и две внучки (Ясмина и Мирзела Изетбегович).