Введение

Бурундийский принц и политик (1932–1961)

На деле администрация надеялась, что арест ослабит партию УПРОНА и приведет к более желательным результатам на выборах. Его правительство в целом было хорошо воспринято бурундицами, хотя некоторые члены УПРОНА из числа хуту чувствовали себя недостаточно представленными. Правительство не имело полномочий в вопросах обороны, внешней политики или технической помощи – эти компетенции оставались за бельгийским резидентом, хотя Рвагасор заявлял о своем стремлении свести роль колониальной администрации в Бурунди к оказанию консультативной помощи. Его правительство обещало включить представителей оппозиционных партий в состав администрации и поддержало политический союз с Руандой и Танганьикой, однако позже он высказал мнение о желательности экономического союза с Танганьикой, но без объединения с этнически разобщенной Руандой. Он также обещал учитывать интересы хуту. Тем не менее, победа УПРОНА вызвала серьезное недовольство среди знати, а клан Таре воспринял успех Рвагасора как захват власти группой Бези. Существовавшая вражда между представителями знати обострилась в результате выборов. В качестве жеста примирения Рвагасор назначил представителя клана Таре директором по туризму. Бельгийский резидент в Бурунди, Роберто Ренье, впоследствии утверждал, что Рвагасор планировал назначить нескольких деятелей FC послами или предоставить им другие посты, однако в октябрьском интервью прессе премьер-министр оставался уклончивым в отношении места оппозиции в новом правительстве.

Убийство и уголовное расследование

13 октября 1961 года Рвагасоре был убит во время ужина на открытом воздухе с друзьями и членами кабинета в отеле «Танганьика» в Усумбуре. Он скончался от одиночного огнестрельного ранения в горло, произведенного примерно с 18 метров из зарослей кустарника. В последовавшей суматохе убийца скрылся на автомобиле. После осмотра врачом тело Рвагасора было доставлено в больницу Родайн. Свидетель описал автомобиль для побега властям, и следователю удалось связать транспортное средство с группой людей, которых он видел в столице ранее в тот же день. В течение трех дней полиция арестовала гражданина Греции Иоанниса Кагеоргиса – человека, произведшего выстрел, – и трех его сообщников из Бурунди: Антуана Нахиману, Анри Нтакиику и Жана Батиста Нтакиику. Последние трое были членами PDC. Группа быстро взяла на себя ответственность за убийство и обвинила в организации заговора еще трех человек: Мишеля Ятру, Жана Батиста Нтидиндзолу и Жозефа Бироли. Первый был гражданином Греции, который предоставлял финансовую поддержку PDC и являлся деловым партнером Кагеоргиса. Последние двое были высокопоставленными членами PDC, при этом Нтидиндзола ранее занимал должность министра в правительстве. Будучи сыновьями вождя Пьера Бараньянки, они также являлись дальними родственниками Рвагасора. Следователи пришли к выводу, что Нтидиндзола и Бироли спланировали убийство. Ятру отрицал свою причастность, в то время как Нтидиндзола первоначально признал себя виновным в заговоре, заявив, что лидеры FC рассматривали Рвагасора как экзистенциальную угрозу многопартийной демократии и что премьер-министр планировал покушения на него и его отца, но впоследствии отказался от своих показаний. Следователи также обнаружили три предыдущих покушения на Рвагасора в сентябре, которые были сорваны. 2 апреля 1962 года бурундийский трибунал, состоявший из бельгийских судей, приговорил Кагеоргиса, Нахиману и Нтидиндзолу к смертной казни за их роль в убийстве. Двое других, обвиняемых в незначительной роли в этом деле – Паскаль Бигириндави (бурундиец) и Ливериос Архианотис (грек) – были приговорены к тюремному заключению. 7 мая Апелляционный суд подтвердил приговор Кагеоргису, но заменил другие смертные приговоры на 20 лет каторжных работ. 30 июня, за день до провозглашения независимости Бурунди, Кагеоргис был казнен. После обретения независимости Бурунди был создан Верховный суд с ретроактивной юрисдикцией, и 27 октября он постановил, что предыдущие судебные процессы нарушили право на суд присяжных, установленное новой конституцией, и распорядился о повторном рассмотрении дела. 27 ноября суд первой инстанции признал виновными Нтидиндзолу, Бироли, Нахиману, Ятру и Нтакиику и приговорил их к смертной казни. Окончательная апелляция обвиняемых в Верховный суд была отклонена, как и попытки бельгийского правительства убедить Мвами помиловать их, и 15 января 1963 года все пятеро были публично повешены.

Ответственность

После убийства в Бурунди сразу же возникла обеспокоенность тем, что бельгийская администрация несет соучастие в убийстве Рвагасора. Когда губернатор Харрой посетил больницу, чтобы выразить уважение к телу покойного премьер-министра, мать Рвагасора встретила его в коридоре и дала ему пощёчину. Министр иностранных дел Бельгии Поль-Анри Спаак направил несколько телеграмм чиновникам в Усумбуре, запрашивая информацию о роли "европейцев" в произошедшем. Спаак также опасался расследования ООН и приказал Харрою предоставить ему подробный отчет об убийстве, который можно было бы представить для смягчения международной обеспокоенности. Генеральная Ассамблея ООН в конечном итоге приняла резолюцию с призывом к расследованию и направила делегацию Комиссии Руанды-Урунди в Бурунди для составления доклада. Комиссия приняла к сведению жалобы лидеров UPRONA, обвинявших администрацию в соучастии в убийстве, а также дополнительные обвинения в адрес отца Бриоли и Нтидиндзаса, вождя Баранянки. В комиссию также поступили жалобы на то, что к лидерам PDC в тюрьме относятся с благосклонностью. В докладе комиссии в конечном итоге эти опасения были отклонены и подтверждены выводы первоначального уголовного расследования. В целом, деталям убийства уделялось мало внимания в академических кругах. Ссылаясь на отвлекающие факторы "недавних событий", Мухирва отказался представить государственную программу, и Законодательное собрание безрезультатно заседало в течение следующих нескольких месяцев. Установление роли оппозиционных деятелей в заговоре с целью убийства и их последующая казнь привели к немедленному прекращению существования формальной парламентской оппозиции в Бурунди. Смерть Рвагасора сорвала его попытки построить национальное межэтническое единство и способствовала росту напряженности между хуту и тутси; последняя затмила внутреннее соперничество в среде ганва в национальной политике. Последующие правительства оставались этнически разнообразными, но нестабильными. Убийство также раскололо UPRONA, поскольку бывшие лейтенанты Рвагасора боролись за право сменить его на посту лидера партии; фигуры из аристократии ганва в конечном итоге добились контроля над организацией. UPRONA впоследствии использовала образ Рвагасора для продвижения себя, игнорируя его видение партии, и в конечном итоге стала инструментом исключительной, тутси-элитарной однопартийной власти. Также, это был единственный самолет первой государственной авиакомпании страны, и Законодательное собрание учредило Орден принца Луи в качестве национальной награды. В 1966 году капитан Мишель Микомберо совершил военный переворот, свергнув монархию и превратив Бурунди в республику, став ее президентом. UPRONA впоследствии стала единственной легальной политической партией. Микомберо называл себя "преемником", а иногда и "младшим братом" Рвагасора. На протяжении всего срока своего пребывания в должности покойного премьер-министра часто чествовали на публичных церемониях, и его портрет оставался широко распространенным в общественных местах. В 1976 году Микомберо был свергнут и заменен полковником Жаном Батистом Багазой. Багаза стремился представить себя как модернизатора, и репутация Рвагасора, таким образом, конкурировала с ним. В результате он уменьшил упоминания о Рвагасоре и приостановил празднование праздника 13 октября. В 1987 году Багаза был свергнут майором Пьером Буйойей. После этнического насилия в 1988 году Буйоя провозгласил политику национального единства и использовал Рвагасора в качестве ее символа. При Буйое в общественных местах было вывешено больше портретов Рвагасора, мавзолей был отреставрирован, а также был создан Институт Рвагасора при поддержке UPRONA для содействия национальному примирению. В 1990-х годах Бурунди пережила демократический переход, который включал восстановление многопартийной системы. Прекращение монополии UPRONA на власть привело к снижению общественного празднования Рвагасора. Одна из ключевых зарождающихся оппозиционных партий, Фронт за демократию в Бурунди (Front pour la Démocratie au Burundi, FRODEBU), упоминала Рвагасора в своей официальной публикации, но избегала любых ассоциаций с ним и UPRONA. FRODEBU победила на парламентских и президентских выборах в 1993 году. Новый президент Мелхиор Ндадае не посетил официальные мероприятия в память о Рвагасоре в октябре. Ндадае был убит в результате попытки государственного переворота в конце того же месяца, что погрузило Бурунди в кризис, переросший в гражданскую войну. В этот период Рвагасора обычно упоминался только политиками в корыстных целях или газетами, призывающими к примирению. В конце 1990-х годов воюющие стороны в гражданской войне приняли участие в мирных переговорах. В результате Арushских соглашений была высоко оценена "харизматичное лидерство принца Луи Рвагасора и его соратников", которые уберегли Бурунди от "погружения в политическое противостояние на этнической основе". Реализация соглашений и дальнейшие переговоры в конечном итоге привели к избранию Пьера Нкурунзиза президентом в 2005 году. На протяжении всего срока своего пребывания в должности он посещал ежегодные празднования в память о Рвагасоре в октябре и часто упоминал его в своих речах. Его правительство также отремонтировало несколько памятников покойному премьер-министру и воздвигло новый, совместно посвященный ему и Ндадае, на кругу в Бужумбуре. В 2019 году он переименовал стадион Рвагасора, но заявил, что планируемое здание парламента, которое будет построено в Гитеге, будет носить имя Рвагасора.

Популярная репутация

После его смерти историк Эйдан Расселл написал, что репутация Рвагасора быстро превратилась в репутацию "героя и мученика", и что вокруг его личности развернулась "соревновательная агиография". В Бурунди его репутация пользуется почти всеобщей похвалой, а его речи часто цитируются в политических дебатах.