Беркут: Биология, генетика и распространение чёрного грифа.

Введение

Вид птицы

Беркут (Aegypius monachus) — крупный хищник из семейства Accipitridae, распространенный на большей части умеренной Евразии. Он также известен как чёрный гриф, монах-гриф и евразийский чёрный гриф. С длиной тела, размахом крыльев и максимальным весом, он является самым крупным грифом Старого Света и самым крупным представителем семейства Accipitridae. Aegypius monachus — одна из крупнейших хищных птиц, играющая огромную роль в различных экосистемах, питаясь падалью, что, в свою очередь, снижает распространение болезней. Из-за своих пищевых привычек грифы постоянно подвергаются воздействию множества патогенов. Исследование желудочно-кишечной и иммунной систем защиты, проведенное в 2015 году, секвенировало полный геном беркута. Сравнение беркута и белоголового орлана позволит выявить генетические вариации, подвергшиеся положительному отбору, связанные с дыханием, а также способностью иммунной системы беркута и секрецией желудочной кислоты переваривать падаль.

Таксономия

Название рода Aegypius происходит от греческого слова (αἰγυπιός), обозначающего «стервятника» или птицу, похожую на него; Элиан описывает aegypius как «нечто среднее между стервятником (гипсом) и орлом». Некоторые исследователи считают это удачным описанием бородатого грифа, другие – нет. Aegypius является эпонимом этого вида, каким бы он ни был в древнегреческом языке. Средние показатели веса для этого вида не публиковались, но медианные значения из двух источников составили и . В Корее крупное исследование диких чёрных грифов показало средний вес в , а среднюю общую длину – , что является единственной попыткой определить средние размеры свободно летающих взрослых особей этого вида, в отличие от птенцов или особей, содержащихся в неволе. В отличие от большинства ястребиных, самцы могут быть сопоставимы по размеру с самками, хотя самки нередко немного тяжелее. Внешне похожие, но не родственные американские кондоры могут иметь либо аналогичную площадь крыльев и массу тела, либо немного превосходить их по этим параметрам. Несмотря на ограниченную генетическую изменчивость внутри вида, размеры тела увеличиваются с запада на восток, согласно стандартным измерениям: птицы из юго-западной Европы (Испания и южная Франция) в среднем примерно на 10% меньше, чем грифы из центральной Азии (Маньчжурия, Монголия и северный Китай). Только их близкий родственник, гриф-капюшонник, с длиной клюва до около , может соперничать или превосходить клюв чёрного грифа по размеру. Они всегда встречаются в нетронутых, отдалённых районах с минимальным антропогенным воздействием. Они питаются падалью на различных типах местности, включая степи, другие луга, редколесья, вдоль пойменных местообитаний или в любом типе или градиенте горной местности. В пределах современного европейского ареала, а также на Кавказе и Ближнем Востоке, чёрные грифы встречаются на высоте от , в то время как в Азии они обычно обитают на больших высотах.

Поведение

Синешейный гриф – преимущественно одиночная птица, встречающаяся в одиночку или парами гораздо чаще, чем большинство других грифов Старого Света. У крупных туш или мест кормления могут собираться небольшие группы. Такие группы редко насчитывают более 12–20 особей, хотя в старых отчетах встречаются упоминания о 30–40 птицах. Огромное гнездо имеет ширину и глубину. Размер гнезда увеличивается по мере повторного использования его парой на протяжении многих лет, и оно часто украшается пометом и шкурами животных. Успешность гнездования у синешейных грифов относительно высока: около 90% яиц успешно вылупляются, и более половины птенцов первого года жизни доживают до взрослого возраста. Они преданные и активные родители, оба члена пары защищают гнездо и кормят птенцов поочередно, отрыгивая пищу. Зафиксирован один случай нападения испанского имперского орла на синешейного грифа в Испании в целях защиты собственного гнезда. Золотые орлы и филины могут изредка пытаться атаковать старшего птенца или даже взрослую особь из засады, однако эти виды не являются подтвержденной добычей для них, и такое событие, скорее всего, будет редким. Этот вид может жить до 39 лет, хотя 20 лет или меньше – более распространенный возраст, и у взрослых особей нет постоянных хищников, кроме человека. Исторически синешейные грифы на Пиренейском полуострове питались в основном тушами европейского кролика (Oryctolagus cuniculus), но после того, как вирусная геморрагическая пневмония (ВГП) опустошила некогда многочисленную популяцию кроликов, грифы теперь полагаются на туши домашних овец, дополняя свой рацион свиньями (Sus scrofa domesticus) и оленями. В Турции в рацион питания входили аргали (Ovis ammon) (92 туши), дикий кабан (Sus scrofa) (53 туши), домашние куры (Gallus gallus domesticus) (27 туш), серые волки (13 туш) и лисы (Vulpes vulpes) (13 туш). Необычно, но в помете из Турции было обнаружено большое количество растительного материала, особенно сосновых шишек. Среди грифов в своем ареале синешейный гриф лучше всего приспособлен к разрыванию плотной кожи туш благодаря своему мощному клюву. Он может даже разламывать кости, например ребра, чтобы добраться до мяса крупных животных. Он доминирует над другими падальщиками в своем ареале, даже над другими крупными грифами, такими как грифы рода Gyps, бородатые грифы или свирепыми наземными хищниками, такими как лисы. Синешейные грифы часто запугивают и доминируют над степными орлами (Aquila nipalensis), когда оба вида привлекаются к одной и той же добыче и туше во время зимовки в Азии. Редкий случай успешного клептопаразитизма на синешейном грифе был заснят в Корее, когда белоплечий орлан (Haliaeetus pelagicus) украл пищу у грифа. Его ближайшим живым родственником, вероятно, является гриф Лаппера, который иногда охотится на живую добычу. Этот вид охотится на черепах (которых грифы, вероятно, убивают, поднимая в воздух и бросая на камни, чтобы пробить панцирь; см. Эсхил#Смерть) и ящериц. Среди видов, на которых предположительно охотятся синешейные грифы, можно выделить аргали, сайгак (Saiga tatarica), монгольскую газель (Procapra gutturosa) и тибетскую антилопу (Pantholops hodgsonii).

The cinereous vulture is a largely solitary bird, being found alone or in pairs much more frequently than most other Old World vultures. At large carcasses or feeding sites, small groups may congregate. Such groups can rarely include up to 12 to 20 vultures, with some older reports of up to 30 or 40. The huge nest is across and deep. The nest increases in size as a pair uses it repeatedly over the years and often comes to be decorated with dung and animal skins. The nesting success of cinereous vultures is relatively high, with around 90% of eggs successfully hatching and more than half of yearling birds known to survive to adulthood. They are devoted, active parents, with both members of a breeding pair protecting the nest and feeding the young in shifts via regurgitation. There is a single case of a Spanish imperial eagle attacking and killing a cinereous vulture in an act of defense of its own nest in Spain. Golden eagles and Eurasian eagle owls may rarely attempt to dispatch an older nestling or even adults in an ambush, but the species is not verified prey for either and it would be a rare event in all likelihood if it does occur. This species may live for up to 39 years, though 20 years or less is probably more common, with no regular predators of adults other than man. Historically, cinereous vultures in the Iberian Peninsula fed mostly on European rabbit (Oryctolagus cuniculus) carcasses, but since viral hemorrhagic pneumonia (VHP) devastated the once abundant rabbit population there, the vultures now rely on the carrion of domestic sheep, supplemented by pigs (Sus scrofa domesticus) and deer. In Turkey, the dietary preferences were argali (Ovis ammon) (92 carrion items), wild boar (Sus scrofa) (53 items), chickens (Gallus gallus domesticus) (27 items), gray wolves (13 items) and red foxes (Vulpes vulpes) (13 items). Unusually, a large amount of plant material was found in pellets from Turkey, especially pine cones. Among the vultures in its range, the cinereous is best equipped to tear open tough carcass skins thanks to its powerful bill. It can even break apart bones, such as ribs, to access the flesh of large animals. It is dominant over other scavengers in its range, even over other large vultures such as Gyps vultures, bearded vultures or fierce ground predators such as foxes. Cinereous vultures frequently bully and dominate steppe eagles (Aquila nipalensis) when the two species are attracted to the same prey and carrion while wintering in Asia. A rare successful act of kleptoparasitism on a cinereous vulture was filmed in Korea when a Steller's sea eagle (Haliaeetus pelagicus) stole food from the vulture. Its closest living relative is probably the lappet faced vulture, which takes live prey on occasion. This species has hunted tortoises (which the vultures are likely to kill by carrying in flight and dropping on rocks to penetrate the shell; cf. Aeschylus#Death) and lizards. Species believed to be hunted by cinereous vultures have included argali, saiga antelope (Saiga tatarica), Mongolian gazelle (Procapra gutturosa) and Tibetan antelope (Pantholops hodgsonii).

Статус и сохранение

За последние 200 лет популяция стервятника-падальщика сократилась на большей части своего ареала, отчасти из-за отравления, вызванного употреблением отравленной приманки, предназначенной для уничтожения собак и других хищников, а также из-за повышения санитарных стандартов, что привело к уменьшению количества доступной падалью; в настоящее время вид классифицируется как вызывающий наименьшие опасения. Стервятники всех видов, хотя и не являются целью отравлений, могут быть застрелены местными жителями. Отлов и охота на стервятников-падальщиков особенно распространены в Китае и России. В последнее время, благодаря природоохранным мероприятиям и организации подкормочных площадок, наблюдается восстановление численности в некоторых регионах, особенно в Испании, где к 1992 году количество пар увеличилось примерно до 1000 после снижения до 200 пар в 1970 году. Эта колония распространила свои места гнездования на территорию Португалии. В других частях Европы небольшие, но растущие популяции размножаются в Болгарии и Греции, а во Франции реализуется программа реинтродукции. Динамика небольших популяций на Украине (в Крыму) и в Европейской России, а также в азиатских популяциях, изучена недостаточно. На территории бывшего СССР виду по-прежнему угрожает незаконный отлов для зоопарков, а в Тибете – применение родентицидов. Зимой в небольшом количестве он регулярно встречается в прибрежных районах Пакистана. По состоянию на начало XXI века, общая численность стервятников-падальщиков в мире оценивается в 4500–5000 особей.