Введение

Еврейская молитва Шема Исраэль (Shema Yisrael или Sh'ma Yisrael; Šəmaʿ Yīsrāʾēl, "Слушай, Израиль") – еврейская молитва (известная как Шема), являющаяся центральным элементом утреннего и вечернего еврейских богослужений. Её первый стих заключает в себе монотеистическую суть иудаизма: «Слушай, Израиль: Господь – Бог наш, Господь един» (Второзаконие 6:4). Первая часть может быть переведена как «Наш Бог» или «Господь – Бог наш», а вторая – как «Господь един» или «един» (в значении «единственный»), поскольку в иврите обычно не используется глагол-связка в настоящем времени, и переводчикам приходится определять уместность его добавления в английском переводе. Слово, используемое для обозначения Бога, – тетраграмматон YHVH.

Набожные евреи считают Шема наиболее важной частью молитвенного служения в иудаизме, а её двукратное ежедневное произнесение – мицвой (религиозной заповедью). Также, традиционно евреи произносят Шема как свои последние слова, а родители учат своих детей произносить её перед сном. Термин «Шема» в расширенном смысле используется для обозначения всей части ежедневных молитв, начинающейся с Шема Исраэль и включающей в себя отрывки из Второзакония, Псалмов и Чисел. Эти разделы Торы читаются в еженедельных разделах Торы Ваэ́тханан, Экев и Шлах соответственно.

История

Рецитация Шемы в литургии состоит из трех частей: Второзаконие 6:4–9, и Числа. Эти три части упоминаются в Мишне (Берахот 2:2). Три части связаны с основополагающими вопросами иудейской веры. В Мишне (Берахот 2:5) произнесение Шемы связывается с подтверждением личной связи с Божьим владычеством. Буквально произнесение Шемы определяется как «принятие Царства Небесного». ["Небо" – метафора Бога. В лучших изданиях Мишны, Кауфманна и Пармы, отсутствует добавление «ига», которое встречается в более поздних печатных Мишнах: «принять [иго] Царства Небесного». Изначальное утверждение, по-видимому, звучало как «принять Царство Небесное».] Кроме того, Талмуд указывает на то, что в этих трех частях можно найти скрытые отсылки к Десяти заповедям. Поскольку Десять заповедей были исключены из ежедневной молитвы в мишнаический период (70–200 гг. н.э.), Шема рассматривается как возможность помянуть Десять заповедей. В первом предложении содержатся две увеличенные буквы ('ayin ע и daleth ד), которые вместе образуют "עד". На иврите это означает «свидетель». Таким образом, идея заключается в том, что через рецитацию или провозглашение Шемы человек становится живым свидетелем, подтверждающим истинность ее послания. Современные каббалистические школы, в частности школа Ари, учат, что произнося последнюю букву слова эхад (אחד), означающего «один», следует намереваться, что человек готов «раствориться в Боге».

Варух Шем

Вторая строка – раввинское дополнение, которое произносится беззвучно во время коллективного богослужения (за исключением Йом Киппура, когда оно произносится вслух). В реформистском иудаизме его произносят вслух, но тише, чем остальную часть молитвы. Изначально это был литургический ответ, использовавшийся в Храме при произнесении имени Бога, и он имел форму "Барух шем к’вод л’олам" – "Благословенно имя Его славы вовеки" (Псалом 72:19). Однако со временем к нему были добавлены слова "мальхуто" ("Его царство") и "ва’эд" ("навеки веков"). "Мальхуто" было введено раввинами во времена римского правления в противовес притязаниям римских императоров на божественные почести. "Ва’эд" было введено во времена Второго Храма, чтобы противопоставить взгляд минимов (еретиков) об отсутствии жизни после смерти.

В'ахавта

Следующие стихи обычно называют «Вахавта», по первому слову стиха, следующего за Шемой, или, в классическом иврите, «Вахавта», что означает «и ты возлюбишь». В них содержится заповедь любить Бога всем сердцем, всей душой и всей силой своей (Второзаконие 6:5 (Ев)). Талмуд подчеркивает, что в какой-то момент, независимо от твоего выбора, ты будешь любить Бога, и поэтому использует форму будущего времени – «возлюбишь». Затем в 7-м стихе общине напоминается о необходимости помнить все заповеди и «усердно учить им своих детей, и говорить о них, когда сидишь дома, и когда идешь дорогой, когда ложишься и когда встаешь». Он также содержит повторение содержания первой части, но на этот раз обращено ко множественному лицу, в то время как первая часть обращена к отдельному человеку, теперь же – ко всей общине.

Ваёмер

Третья часть посвящена вопросу искупления. В частности, она содержит закон о цицит (Числа 15:37-41) как напоминание о необходимости соблюдения всех заповедей Божьих, как предостережение от следования дурным помыслам и в память об исходе из Египта. Для пророков и раввинов исход из Египта является образцом еврейской веры в то, что Бог избавляет от всякого чужеземного угнетения. Этот отрывок можно найти в разделе Шлах Леха Книги Чисел.

Резюме

В общем, содержание проистекает из утверждения единства Божьего владычества. Таким образом, в первой части содержится заповедь любить Бога всем сердцем, всей душой и всей силой, а также помнить и учить детей этим важнейшим словам на протяжении всего дня. Вторая часть утверждает, что послушание этим заповедям приведет к награде, а непослушание – к наказанию. Чтобы обеспечить исполнение этих ключевых заповедей, Бог в третьей части повелевает практическое напоминание – ношение цицита, “чтобы вы помнили и исполняли все Мои заповеди и были святы для Бога вашего”. Вторая цитируемая строка, “Благословенно имя славного Царства Его во веки веков”, изначально была ответным возгласом общины на провозглашение единства Бога; поэтому она часто печатается мелким шрифтом и произносится тихо, как признание того, что сама по себе не является частью цитируемых библейских стихов. Третья часть Шемы заканчивается Книгой Чисел 15:41, но традиционные иудеи завершают чтение Шемы произнесением первого слова следующего благословения, “Эмет”, или “Истина”, без паузы.

Еврейские женщины и Шема

В ортодоксальном иудаизме женщины не обязаны ежедневно произносить Шма (как повеление из Торы), равно как и другие заповеди, привязанные ко времени, которые могут помешать их традиционным семейным обязанностям. Однако они обязаны молиться как минимум один раз в день, без строгих требований к литургии, и многие выполняют это обязательство, произнося Шма. Консервативный иудаизм в целом считает еврейских женщин обязанными произносить Шма в те же сроки, что и мужчин. Реформистский и реконструкционистский иудаизм не рассматривают традиционные еврейские ритуальные предписания, связанные с полом, как необходимые в современных условиях, включая обязанности для мужчин, но не для женщин, молиться определенными молитвами в определенное время. Вместо этого оба пола могут выполнять все предписания.

Сопутствующие благословения

Благословения, предшествующие и следующие за Шемой, традиционно приписываются членам Великого Собрания. Впервые они были введены в литургию Иерусалимского Храма. Согласно Талмуду, чтение Шемы утром и вечером исполняет заповедь «размышляй о ней день и ночь». Как только ребенок начинает говорить, его отцу предписывается учить его стиху: «Моисей заповедал нам закон, как наследие общины Яакова», и учить его читать Шему. Произнесение первого стиха Шемы называется «принятием ига царства небесного» (кабалат оль малхут шамаим). Иуда ха-Наси, который посвящал весь день изучению и преподаванию, читал лишь первый стих Шемы утром, «закрывая глаза руками», что, по-видимому, является происхождением обычая закрывать глаза правой рукой во время произнесения первого стиха. Первый стих Шемы произносится вслух одновременно хаззаном и общиной, которая отвечает раввинским установлением «Барух Шем» («Благословенно имя») в тишине, прежде чем продолжить чтение остальной части Шемы. Только в Йом Кипур этот ответ произносится вслух. Остальная часть Шемы читается беззвучно. Сефарды произносят всю Шему вслух, за исключением «Барух Шем». Реформистские иудеи также произносят вслух весь первый параграф Шемы.

Благословения

Во время Шахарита перед Шемой произносят два благословения, а после – одно. В еврейском законе обсуждается, относятся ли эти благословения к самой Шеме или окружают её. Принято считать, что они окружают Шемы, поскольку структура аналогична структуре благословений перед чтением Торы, и существует сомнение в том, что такие благословения действительно усиливают значение Шемы. Два благословения, произносимые перед Шемой, – это Йотцер Ор и Ахава Раба/Ахават Олам. Благословение после Шемы известно как Эмет Ваяцив. Во время Маарив произносят два благословения перед Шемой и два после неё.

Шемма перед сном

Перед сном произносят первый абзац Шмы. Это не только заповедь, непосредственно данная в Библии (в книге Второзакония 6:6–7), но и намекается в таких стихах, как «На ложе своём размышляйте в сердце вашем» (Псалом 4:4). Некоторые также имеют обычай читать все три абзаца вместе со множеством отрывков из Псалмов, Тахануна и других молитв. В совокупности это известно как Крия́т Шма́ ше аль а-мита́. По мнению Аризаля, чтение этой молитвы с глубокой концентрацией также эффективно очищает человека от грехов. Это обсуждается в «Танье».

Другие случаи

Призыв Коэна к Израилю ополчиться против врага (который недействителен, когда Храм в Иерусалиме не стоит) также включает в себя молитву "Шма Исраэль". Согласно Талмуду, раввин Акива стойко переносил мучения, когда его плоть разрывали железными расческами, и умер, произнося "Шма". Он произнес последнее слово предложения, "Эхад" ("один"), с последним вздохом. С тех пор для евреев стало традицией произносить "Шма" в последние минуты жизни. В 2006 году майор Армии обороны Израиля Рой Клейн произнес "Шма" перед тем, как броситься на действующую гранату и погибнуть, спасая своих товарищей.

Музыка и кино

Арнольд Шёнберг использовал её как часть сюжета для своей повествовательной оркестровой работы «Выживший из Варшавы» (1947). В мюзикле «Парад», основанном на реальных событиях, главный герой Лео Франк, несправедливо обвиненный в убийстве ребёнка-работника на карандашной фабрике, которой он управлял, произносит «Шма Исраэль», когда группа линчевателей похищает и вешает его в финальных сценах произведения. Поп-версии были опубликованы Мордехаем бен Давидом и Сарит Хадад. В фильме «Пи» Макс Коэн и Ленни Майер произносят первые три стиха Шма. В романе «Обувь рыбака» Энтони Куинн в роли вымышленного папы Кирилла исследует тёмные улицы Рима, замаскированный под простого священника, и произносит Шма у постели умирающего римского еврея. Регги-исполнитель Матисияху произносит Шма в своих песнях «Got No water» и «Tel Aviv'n». Яаков Швекей в своей композиции «Шма Исраэль» использовал историю о том, как раввин Элиэзер Сильвер спасал еврейских детей, спрятанных в христианских монастырях после Холокоста, произнося первую строку Шма. Певец Джастин Бибер произносит Шма перед каждым публичным выступлением со своим менеджером Скутером Брауном, который является евреем. Итальянская пародийная группа Nanowar of Steel перефразировала её как «Shema Yggdrasil» в своём сингле «Valhallelujah» 2019 года.

Телевидение

В девятом эпизоде третьего сезона телесериала "Человек в высоком замке" персонаж Фрэнк Фринк произносит Шма незадолго до казни. В эпизоде "Кадиш для дяди Мэнни" сериала "Северная экспозиция" Джоэл Флейшман сомневается в искренности крупного странствующего лесоруба, прибывшего в ответ на предложение Мориса Миннифилда о бесплатной еде и ночлеге для участия в миньяне; он просит его произнести Шма, что тот и делает. В эпизоде "Тело под вопросом" Джоэл Флейшман произносит первый стих Шма, лежа больной в постели после того, как уснул в морозильной камере, где ему приснилось, что он беседовал с пророком Илией на пасхальном седере своего прадеда в Польше. В четвертом эпизоде второго сезона телесериала "Штизель" (2015) Ребецин Эрблих просит свою подругу Бубе Малку прочитать Шма вместе с ней, когда она готовится к смерти. В шестом эпизоде первого сезона телесериала "Песочный человек" Смерть приходит за старым еврейским мужчиной, Гарри, который произносит Шма перед смертью.

Божественное единство Шемы в хасидской философии

Вторая часть «Танья» представляет мистический панэнтеизм основателя хасидского иудаизма, Баал Шем Това, в философском осмыслении. В ней излагается хасидская интерпретация единства Бога в первых двух строках «Шемы», основанная на их понимании в Каббале. Акцент на Божественном Всеприсутствии и имманентности лежит в основе хасидской радости и девекута, а также их стремления преобразовывать материальное в духовное служение. В этой интериоризации каббалистических идей последователь хасидизма стремится раскрыть Единство и сокрытую святость во всех аспектах жизни. Средневековые рационалистические еврейские философы (сторонники рационального «исследования» – хакиры, исходящего из первопричин в подтверждение иудаизма), такие как Маймонид, описывают библейский монотеизм как утверждение о существовании единственного Бога, чья сущность представляет собой уникальное, простое, бесконечное Единство. Еврейская мистика представляет собой философский парадокс, разделяя Божественное Единство на сущность и эманацию Бога. В Каббале, и особенно в хасидизме, единство Бога означает, что ничто не существует независимо от Его сущности. Новая доктрина о Божьем цимцуме («стягивании») в лурианской Каббале получила различные толкования после Исаака Лурии – от буквального до метафорического. Для хасидизма и Шнеура Залмана, невозможно представить себе «стягивание» Бога, которое «позволило» Творению, в буквальном смысле. Парадокс цимцума относится лишь к Ору Эйн Соф («Бесконечному Свету»), но не к самому Эйн Соф (Божественной сущности). Бесконечность Бога проявляется как в дополняющей бесконечности (бесконечном свете), так и в конечности (конечном свете). «Стягивание» было лишь сокрытием Бесконечного Света в сущность Бога, чтобы позволить скрытому, потенциально конечному свету проявиться после Божественного ограничения – цимцума. Сам Бог остается неизменным («Ибо Я – Господь, и не изменяюсь», Малахия 3:6). Его сущность была Единой, единственной, до Творения, и остается Единой, единственной, после Творения, без каких-либо изменений. Поскольку цимцум ограничивает Бога лишь сокрытием, Божественное Единство остается вездесущим. В интерпретации Баал Шем Това, Божественное провидение влияет на каждую деталь Творения. «Движение листа на ветру» является частью раскрывающегося Божественного присутствия и необходимой частью полного Тикуна (исправления в Каббале). Это осознание любящего Божественного замысла и значимости каждого человека и его свободной воли пробуждает мистическую любовь и благоговение перед Богом. Шнеур Залман объясняет, что разделенное единство Бога имеет два уровня – неограниченный и ограниченный, которые парадоксально истинны оба. Основной текст средневековой Каббалы, «Зоар», описывает первый стих «Шемы» («Слушай, Израиль, Господь – Бог, Господь – Един») как «Верхнее Единство», а второй стих («Благословенно имя славы Его Царства вовеки») – как ограниченное «Нижнее Единство». Шнеур Залман дает хабадское объяснение этому. В его каббалистической философии, все Творение зависит от ограниченного, имманентного, потенциально конечного «Света, наполняющего все миры», который каждое творение получает непрерывно. Все нивелируется светом, хотя в нашем мире эта полная зависимость сокрыта. С этой точки зрения, Бог познает Творение на его собственных условиях, Творение существует, но истинная сущность чего-либо – лишь Божественная искра, непрерывно воссоздающая его из ничего. Бог – Един, поскольку ничто не имеет независимого существования без этого непрерывного потока Божественной Воли к Творению. Это пантеистическое Нижнее Единство. По отношению к сущности Бога, Творение не оказывает никакого влияния, не вызывает изменений или стягивания. Все Творение происходит «внутри» Бога. «Нет ничего, кроме Бога». Способность творить может исходить только от бесконечной Божественной сущности, представленной Тетраграмматоном – именем Бога. Однако, «сущность Божественного не в том, чтобы создавать миры и поддерживать их», поскольку эта способность лишь внешняя по отношению к Бесконечной сущности – «вне» Бога. Творение происходит лишь от откровения антропоморфной «речи» Бога (как в Бытии 1), и даже это не похоже на внешнюю речь человека, поскольку она также остается «внутри» Бога. С этой высшей точки зрения Бога, познающего себя на своих собственных условиях, созданное существование Творения не существует, поскольку оно ничтожно по отношению к философски сконструированному понятию сущности Бога Шнеура Залмана. Этот монистический акостизм – «Верхнее Единство», поскольку с этой точки зрения существует только Бог.

В христианстве

Шема – одно из изречений Ветхого Завета, цитируемое в Новом Завете. В Евангелии от Матфея говорится, что Иисус из Назарета считал начальное наставление Шемы первой из двух величайших заповедей и связывал его со второй (основанной на Левит 19:18б): «Первая из всех заповедей: слушай, Израиль, Господь Бог наш есть Господь единый; и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим, и всею силою твоею. Вторая же подобна ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя». В Шеме также соотносится с Левит 19:18. В Второзаконии 6:5 и Левит 19:18б оба текста начинаются со слов «веахавта» – «и ты будешь любить». В Евангелии от Луки видно, что эта связь между двумя стихами уже была частью культурной дискуссии или практики. Теологи Карл Фридрих Кель и Франц Делич отметили, что «сердце упоминается первым (в Второзаконии 6:5), как средоточие чувств вообще и любви в частности; затем следует душа (нефеш) как центр личности человека, чтобы показать, что любовь пронизывает всё самосознание; и к этому добавляется «со всей силой», то есть тела и души». Шема также включена в христианскую литургию и рассматривается в контексте Троицы. В латинской католической Литургии Часов Шема читается во время ночной молитвы или комплиния каждую субботу, завершая тем самым ежедневные молитвы. Англиканская Книга Общих Молитв, используемая в Канаде с 1962 года, содержит Шему в своем «Кратком изложении Закона». С 2012 года, когда англиканская редакция Книги Общих Молитв, Книга Божественного Служения, была адаптирована для использования в Канаде, она также читается католиками. Она включена в Божественное Служение: Миссал, представленная как «Краткое изложение Закона» в Мф 22:37-40 и читается либо священником, либо диаконом. Англиканская (и православная кельтская) церковь официально использует Шему в ежедневных богослужениях, в частности, вместе с Декалогом.