Конверсо: Евреи, принявшие католицизм в Испании и Португалии.

Введение

Конверсо (komˈbeɾso; kõˈvɛɾsu; женская форма conversa), "обращённый" (от латинского conversvs 'обращённый, обратившийся') – это еврей, принявший католицизм в Испании или Португалии, особенно в XIV и XV веках, или один из его потомков. Для защиты старохристианского населения и удостоверения в искренности веры обращённых "новых христиан" в Испании в 1478 году был учреждён Священный офис инквизиции. Католические монархи Испании Фердинанд и Изабелла изгнали оставшихся открыто исповедующих иудаизм по Алгамбрскому указу 1492 года, последовавшему за христианской Реконкистой (отвоеванием) Испании. Однако значительная часть этих оставшихся практикующих евреев предпочла присоединиться к уже многочисленному сообществу конверсо, нежели столкнуться с изгнанием. Конверсо, которые не приняли католицизм полностью или искренне, но продолжали тайно исповедовать иудаизм, назывались judaizantes ("иудаизирующие") и презрительно – marranos ("свиньи"). Новые христиане, обращённые из ислама, были известны как мориски. В отличие от еврейских конверсо, мориски подлежали указу об изгнании даже после обращения в католицизм, который был строго реализован в Валенсии и Арагоне, и в меньшей степени – в других частях Испании. Конверсо сыграли важную роль в восстании коммунерос 1520–1521 годов, народном восстании в Короне Кастилии против правления Карла V, императора Священной Римской империи.

История

Ферранд Мартинес, архидиакон Эчиа, возглавил тринадцатилетнюю кампанию против евреев, начавшуюся в 1378 году. Мартинес произнес серию провокационных проповедей, открыто осуждая евреев практически без какого-либо сопротивления. Он сплотил неевреев против евреев, создавая постоянное состояние страха посредством бунтов. Усилия Мартинеса привели к серии вспышек насилия 4 июня 1391 года, когда несколько синагог в Севилье были сожжены дотла, а на их месте возвели церкви. Во время этой вспышки многие евреи бежали из страны, некоторые из них в страхе приняли христианство, а других продали мусульманам. Мартинес положил начало самому масштабному насильственному массовому обращению евреев в Испании. Конверсо, теперь обладавшие всеми правами граждан, конкурировали во всех сферах экономики. Это привело к новой волне расового антисемитизма, направленного против конверсо. Этот антисемитизм вылился в мелкие и крупные беспорядки в Толедо в 1449 году, где угнетали уже не евреев христиане, а новых христиан (конверсо) – старые христиане. В 1478 году корона учредила инквизицию, контролировавшую религиозную верность новообращенных христиан (конверсо). Такое религиозное наблюдение распространялось и на потомков обращенных. Зачастую, из-за продолжающегося угнетения, евреи и конверсо бежали из Испании в Португалию, а затем, когда португальская корона ввела аналогичную антиеврейскую политику, они эмигрировали, особенно в Нидерланды. Другие создавали крипто-еврейские общины, чтобы обеспечить выживание иудаизма на Пиренейском полуострове, формально придерживаясь христианства. И христиане, и евреи называли их торнадизо (отступниками). Яков I, Альфонсо X и Иоанн I приняли законы, запрещающие использование этого прозвища. Это было частью более широкой системы королевского надзора: издавались законы для защиты их имущества, запрещающие попытки обратить их обратно в иудаизм или ислам, и регулирующие их поведение, предотвращая совместное проживание или даже трапезу с евреями, чтобы не спровоцировать обращение. Конверсо не пользовались юридическим равенством. Альфонсо VII запретил "новообращенным" занимать должности в Толедо. У них были сторонники и ярые противники в христианском обществе, но они становились мишенью для случайных погромов во времена социальных потрясений (например, во время эпидемии и после землетрясения). Они подвергались преследованиям со стороны испанской и португальской инквизиции. В то время как "чистая кровь" (limpieza de sangre), свободная от "порока" нехристианского происхождения, ценилась особенно среди знати, в XV веке, в своей защите конверсо, епископ Лопе де Барриентос перечислил то, что Рот называет "настоящим "Кто есть Кто" испанской знати", включая членов конверсо или потомков конверсо. Он отметил, что, учитывая почти повсеместное обращение иберийских евреев во времена вестготов, (цитируя Рота) "кто из христиан Испании может быть уверен, что он не является потомком этих конверсо?". Благодаря достижениям науки, позволяющим проследить родословную человека по ДНК, согласно широко опубликованному исследованию (декабрь 2008 года) в American Journal of Human Genetics, современные испанцы (и португальцы) имеют в среднем 19,8% примеси предков, происходящих с Ближнего Востока в исторические времена (то есть финикийцев, карфагенян, евреев и арабов Леванта) – по сравнению с 10,6% примеси берберов из Северной Африки. Однако, согласно исследованию, опубликованному в Nature Communications, эта доля может достигать 23% в случае латиноамериканцев. Возможно, более высокая доля значительного еврейского происхождения в латиноамериканском населении может быть связана с увеличением эмиграции конверсо в Новый Свет, чтобы избежать преследований со стороны испанской инквизиции. Чуэты – современная социальная группа на испанском острове Майорка в Средиземном море, потомки майоркских евреев, которые были конверсо (насильственно обращенными в христианство) или крипто-евреями, вынужденными скрывать свою религию. Они практиковали строгую эндогамию, заключая браки только внутри своей группы. Чуэты подвергались стигматизации до сегодняшнего дня на Балеарских островах. В конце XX века распространение свободы вероисповедания и секуляризма снизило как социальное давление, так и общинные связи. По оценкам, в XXI веке около 18 000 человек на острове носят фамилии Чуэтов. Традиционно церковь Святой Эулалии и церковь Монтесион (Сионская гора) в Пальме-де-Майорка использовались семьями обращенных евреев (Xuetas).

Ferrand Martínez, Archdeacon of Écija, directed a 13 year anti Jewish campaign that began in 1378. Martínez used a series of provocative sermons, through which he openly condemned the Jews with little to no opposition. He rallied non Jews against the Jews, creating a constant state of fear through riots. Martínez's efforts led to a series of outbreaks of violence on 4 June 1391, where several synagogues in Seville were burned to the ground and churches were erected in their place. Amidst this outbreak, many Jews fled the country, some converted to Christianity in fear, and some were sold to Muslims. Martínez set in motion the largest forced mass conversion of Jews in Spain. Conversos, who were now fully privileged citizens, competed in all aspects of the economic sphere. This resulted in a new wave of racial anti Semitism that targeted conversos. This anti Semitism evolved into small and large riots in Toledo, 1449, that now oppressed not Jews by Christians, but New Christians (conversos) by the Old Christians. Thus, the Crown established an office of the Inquisition in 1478, monitored the religious loyalty a newly baptized Christian (converso). Such religious surveillance continued to the descendants of converts. Often due to continued oppression, some Jews and conversos fled Spain, going to Portugal, then when the Portuguese crown instituted similar anti Jewish policies as Spain's, they migrated particularly for the Netherlands. Others created crypto Jewish communities to ensure the survival of Judaism in the Iberian Peninsula, although outwardly practicing Christianity. Both Christians and Jews called them tornadizo (renegade). James I, Alfonso X and John I passed laws forbidding the use of this epithet. This was part of a larger pattern of royal oversight, as laws were promulgated to protect their property, forbid attempts to convert them back to Judaism or the Muslim faith, and regulate their behaviour, preventing their cohabitation or even dining with Jews, lest they convert back. Conversos did not enjoy legal equality. Alfonso VII prohibited the "recently converted" from holding office in Toledo. They had supporters and bitter opponents in the Christian secular of general acceptance, yet they became targets of occasional pogroms during times of social tension (as during an epidemic and after an earthquake). They were subject to the Spanish and Portuguese inquisitions. While "pure blood" (so called limpieza de sangre), free of the "taint" of non Christian lineage, would come to be placed at a premium, particularly among the nobility, in a 15th century defence of conversos, Bishop Lope de Barrientos would list what Roth calls "a veritable 'Who's Who' of Spanish nobility" as having converso members or being of converso descent. He pointed out that given the near universal conversion of Iberian Jews during Visigothic times, (quoting Roth) "[W]ho among the Christians of Spain could be certain that he is not a descendant of those conversos?" With advances in science able to trace individuals' ancestry via their DNA, according to a widely publicised study (December 2008) in the American Journal of Human Genetics, modern Spaniards (and Portuguese) have an average admixture of 19.8 percent from ancestors originating in the Near East during historic times (i. e. Phoenicians, Carthaginians, Jews and Levantine Arabs) – compared to 10.6 percent of North African – Berber admixture. This proportion could be as high as 23% in the case of Latin Americans, however, according to a study published in Nature Communications. The possibly higher proportion of significant Jewish ancestry in the Latin American population could stem from increased emigration of Conversos to the New World to avoid persecution by the Spanish Inquisition.]] The Chuetas are a current social group on the Spanish island of Majorca, in the Mediterranean Sea, who are descendants of Majorcan Jews that either were conversos (forcible converts to Christianity) or were Crypto Jews, forced to keep their religion hidden. They practiced strict endogamy by marrying only within their own group. The Chuetas has been stigmatized up until today in Balearic Islands. In the latter part of the 20th century, the spread of freedom of religion and laïcité reduced both the social pressure and community ties. An estimated 18,000 people in the island carry Chueta surnames in the 21st century. Traditionally, The church of Saint Eulalia and the church of Montesión (Mount Zion) in Palma de Mallorca have been used by the families of Jewish converts (Xuetas).

В Италии

Определенные группы конверсо покинули Испанию и Португалию после испанской инквизиции 1492 года в поисках лучшей жизни. Они отправились в другие части Европы, особенно в Италию, где к ним неизбежно относились с подозрением и подвергали преследованиям как в их прежних, так и в новых общинах. Впоследствии многие конверсо, прибывшие в итальянские города, не открыто возвращались к иудаизму, поскольку их привлекали преимущества, которые они могли получить в христианском мире. Первыми тремя городами, принявшими конверсо, открыто вернувшихся к иудаизму, были Флоренция, Феррара и Анкона. Большинство из них прибыло после 1536 года из Португалии, и большинство поселилось во Флоренции. В 1549 году герцог Козимо де Медичи разрешил португальским конверсо торговать и проживать во Флоренции. Большинство вернувшихся к иудаизму евреев жили во флорентийском гетто, и к 1705 году в городе насчитывалось 453 еврея. Конверсо прибыли в Феррару в 1535 году и смогли ассимилироваться с соседями, совершать обрезание и открыто вернуться к иудаизму благодаря патентам (Lettres Patentes), изданным герцогом Эрколе II. После чумы в 1505 году и падения Феррары в 1551 году многие из этих евреев переселились на север, в экономически стабильные порты Венеции. Венеция постепенно стала центром для конверсо, которые либо временно останавливались по пути в Турцию, либо оставались там на постоянное место жительства в портовом еврейском гетто. Венецианские лидеры были убеждены открыто принимать конверсо для исповедания иудаизма, поскольку понимали, что если конверсо не будут приняты в Венеции, они перенесут свою прибыльную торговлю в экономическое соперничество Турции. Один португальский конверсо в Венеции, Авраам де Алмеда, сохранял тесную связь с христианством, но обращался к членам своей еврейской семьи за финансовой поддержкой и моральной помощью. В результате многие конверсо в этот период испытывали внутренний конфликт между христианской и еврейской идентичностью. Конверсо в Анконе жили в тяжелых условиях под властью папы и в конечном итоге бежали в Феррару в 1555 году. Португальским конверсо в Анконе ложно сообщили, что их там приветствуют и что они смогут открыто вернуться к иудаизму. Их судьба была изменена следующим папой, Павлом IV. Конверсо в Анконе пережили глубокую эмоциональную травму после того, как папа заключил в тюрьму 102 конверсо, отказавшихся жить в гетто и носить знаки отличия. В 1588 году, когда герцог предложил им хартию о проживании в обмен на вклад конверсо в развитие экономики города, они отказались из-за накопившегося скептицизма.

Specific groups of conversos left Spain and Portugal after the Spanish Inquisition in 1492, in search for a better life. They left for other parts of Europe, especially Italy, where they were inevitably looked at with suspicion and harassment, both in their old and new communities. Subsequently, many conversos who arrived in Italian cities did not openly embrace their Judaism, since they were tempted by the advantages they could seek in the Christian world. The first three cities to accept the conversos who openly converted back to Judaism, were Florence, Ferrara, and Ancona. Most of these conversos appeared after 1536 from Portugal, and most lived in Florence. In 1549, Duke Cosimo de' Medici allowed the Portuguese conversos to trade and reside within Florence. Most of the re converted Jews lived in the ghetto of Florence, and by 1705 there were 453 Jews in the city. Conversos arrived to Ferrara in 1535, and were able to assimilate with their neighbours, perform circumcisions, and return openly to Judaism, due to the Lettres Patentes issued by Duke Ercole II. After the plague in 1505 and the eventual fall of Ferrara in 1551, many of these Jews relocated North towards the economically stable ports in Venice. Venice slowly became a center for conversos who either stopped temporarily on their way to Turkey or stayed permanently as residents in the ghetto Jewish community port. Venetian leaders were convinced to openly accept conversos to practice Judaism because they recognised that if conversos were not welcome in Venice, they would take their successful trades to the country's economic rival of Turkey. A Portuguese converso in Venice, named Abraham de Almeda, connected strongly with Christianity, however, turned to the Jewish members of his family when in need of financing for moral support. As a result, many of the conversos during this period struggled with their Christian and Jewish identities. Conversos in the city of Ancona faced difficult lives living under the pope and eventually fled to Ferrara in 1555. Portuguese conversos in Ancona were falsely misled that they were welcome to Ancona and that they could openly convert back to Judaism. Their fate was overturned by the succeeding pope, Pope Paul IV. The conversos in Ancona faced traumatic emotional damage after the pope imprisoned 102 conversos who refused to reside in the ghetto and wear badges to distinguish themselves. In 1588, when the duke granted a charter of residence in return for the conversos building up the city's economy, they refused, due to accumulated scepticism.