Еврейская диаспора Испании и Португалии

Сефардские евреи: история диаспоры Испании и Португалии, изгнание, рассеяние по миру и сохранение языка и культуры.

48 мин чтения

100%

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Сефардские евреи (, ; ), также известные как сефарды или сефардские евреи, и редко как иберийские евреи, – это еврейская диаспора, связанная с Пиренейским полуостровом (Испанией и Португалией). Многие изгнанные еврейские семьи из Иберии впоследствии искали убежища в еврейских общинах, что привело к их этнической и культурной интеграции на протяжении многих веков. Эти события сопровождались внутренней и внешней миграцией, массовыми обращениями в другую веру и казнями. К концу XV века сефардские евреи были в основном изгнаны из Испании и рассеялись по Северной Африке, Западной Азии, Южной и Юго-Восточной Европе, либо поселяясь рядом с существующими еврейскими общинами, либо становясь первыми поселенцами на новых территориях, например, вдоль Шелкового пути. Исторически языками сефардских евреев и их потомков были варианты испанского, португальского или каталонского, хотя они также принимали и адаптировали другие языки. Исторические формы испанского языка, на которых говорили различные сефардские общины, зависели от даты их отъезда из Иберии и их статуса в то время – новохристиан или евреев. Иудео-испанский, также называемый ладино, – это романский язык, произошедший от древнеиспанского, на котором говорили восточные сефардские евреи, поселившиеся в Восточном Средиземноморье после изгнания из Испании в 1492 году; хакетия (также известная как "тетуанское ладино" в Алжире) – это диалект иудео-испанского, испытавший влияние арабского языка, на котором говорили сефардские евреи из Северной Африки, поселившиеся в этом регионе после изгнания из Испании в 1492 году. В 2015 году, более чем через пять веков после изгнания, Испания и Португалия приняли законы, позволяющие сефардским евреям, доказавшим свое происхождение из этих стран, подавать заявления на получение гражданства. Закон Испании, предоставлявший гражданство потомкам сефардских евреев, истек в 2019 году, однако испанское правительство предоставило последующие продления – в связи с пандемией COVID-19 – для подачи незавершенных документов и подписания отложенных заявлений в присутствии нотариуса в Испании. В Португалии закон о гражданстве был изменен в 2022 году, и новые требования к заявителям-сефардам стали очень строгими, фактически исключив возможность успешного получения гражданства без доказательств личных поездок в Португалию – что равносильно предыдущему постоянному проживанию – или владения унаследованной недвижимостью или бизнесом на португальской территории.

Jewish diaspora of Spain and Portugal

Sephardic Jews (, ; ), also known as Sephardi Jews or Sephardim, and rarely as Iberian Peninsular Jews, are a Jewish diaspora population associated with the Iberian Peninsula (Spain and Portugal). Many Iberian Jewish exiled families also later sought refuge in those Jewish communities, resulting in ethnic and cultural integration with those communities over the span of many centuries. These actions resulted in a combination of internal and external migrations, mass conversions, and executions. By the late 15th century, Sephardic Jews had been largely expelled from Spain and scattered across North Africa, Western Asia, Southern and Southeastern Europe, either settling near existing Jewish communities or as the first in new frontiers, such as along the Silk Road. Historically, the vernacular languages of the Sephardic Jews and their descendants have been variants of either Spanish, Portuguese, or Catalan, though they have also adopted and adapted other languages. The historical forms of Spanish that differing Sephardic communities spoke communally were related to the date of their departure from Iberia and their status at that time as either New Christians or Jews. Judaeo Spanish, also called Ladino, is a Romance language derived from Old Spanish that was spoken by the eastern Sephardic Jews who settled in the Eastern Mediterranean after their expulsion from Spain in 1492; Haketia (also known as "Tetuani Ladino" in Algeria), an Arabic influenced variety of Judaeo Spanish, was spoken by North African Sephardic Jews who settled in the region after the 1492 Spanish expulsion. In 2015, more than five centuries after the expulsion, both Spain and Portugal enacted laws allowing Sephardic Jews who could prove their ancestral origins in those countries to apply for citizenship. The Spanish law that offered citizenship to descendants of Sephardic Jews expired in 2019, although subsequent extensions were granted by the Spanish government —due to the COVID 19 pandemic— in order to file pending documents and sign delayed declarations before a notary public in Spain. In the case of Portugal, the nationality law was modified in 2022 with very stringent requirements for new Sephardic applicants, effectively ending the possibility of successful applications without evidence of a personal travel history to Portugal —which is tantamount to prior permanent residence— or ownership of inherited property or concerns on Portuguese soil.

Этимология

Название «Сефард» означает «испанский» или «испаноязычный» и происходит от «Сефарада» – библейского названия местности. Местоположение библейского Сефарада указывает на Иберийский полуостров, который в то время был самым западным форпостом финикийской морской торговли. Считается, что еврейское присутствие в Иберии началось во времена правления царя Соломона, который взимал акцизы с иберийских изгнанников. Хотя точная дата прибытия евреев в Иберию остается предметом продолжающихся археологических исследований, существуют свидетельства существования еврейских общин уже в I веке н.э. В современной транслитерации иврита согласная פ (пе без точки дагеш в центре) романизируется как диграф ph, чтобы передать звук [fe] или единую фонему /f/ – английский глухой лабиодентальный фрикативный звук. В других языках и системах письма «Сефард» может переводиться как множественное число: lang es; Sefarditas; ; ; ; ; ; ; Σεφαρδίτες, Сефардиты; ; иудео-испанский: Sefaradies/Sefaradim; и سفارديون, Safārdiyyūn.

Узкое определение этнической принадлежности

В более узком этническом определении сефардский еврей – это потомок евреев, живших на Пиренейском полуострове в конце XV века, непосредственно перед изданием Альгамбрского указа 1492 года по приказу католических монархов Испании и указа 1496 года в Португалии по приказу короля Мануэла I. На иврите термин «Сефардим Техорим» (ספרדים טהורים, буквально «Чистые сефарды»), возникший из-за неправильного толкования аббревиатуры ס"ט («Самех Тет»), традиционно используемой в некоторых именах собственных (которая расшифровывается как *sofo tov* – «пусть его конец будет добрым» или *sin v'tin* – «ил и грязь»), в последнее время в некоторых кругах используется для обозначения «истинных» сефардов, «чьё происхождение восходит к иберийскому/испанскому населению», в отличие от сефардов в более широком религиозном смысле. Это различие также применяется к генетическим исследованиям XXI века, посвященным «чистым сефардам», в отличие от других еврейских общин, относящихся к широкой классификации сефардов. Этнические сефардские евреи оказались в Северной Африке, различных регионах Средиземноморья и Западной Азии в результате изгнания из Испании. Сефардские общины также существовали в Южной Америке и Индии.

Каталанский

Первоначально евреи использовали термин «Сефарад», имея в виду Аль-Андалус, а не весь Пиренейский полуостров, и не в том значении, которое он имеет сегодня в современном иврите, где он обозначает Испанию. Это привело к длительному недопониманию, поскольку традиционно вся иберийская диаспора рассматривалась как единая общность. Однако историографические исследования показывают, что это слово, воспринимавшееся как обозначающее однородную группу, на самом деле охватывало различные общины: сефарды, выходцы из стран Кастильской короны, говорящие на кастильском языке, и каталаним / каталани, изначально из Короны Арагона, говорящие на иудео-каталанском языке.

Широкое религиозное определение

Современное израильское определение сефардов гораздо шире и основано на религиозных принципах, обычно не учитывая этническую принадлежность. В своей основе это широкое религиозное определение сефарда относится к любому еврею, независимо от его этнического происхождения, который соблюдает обычаи и традиции Сефарада. В религиозных целях и в современном Израиле термин "сефарды" чаще всего используется именно в этом широком значении. Он включает в себя большинство неашкеназских евреев, которые не являются этническими сефардами, но в большинстве случаев имеют западноазиатское или североафриканское происхождение. Их относят к сефардам, поскольку они обычно используют сефардский строй богослужения; это составляет большинство евреев-мизрахи в XXI веке. Термин "сефарды" в широком смысле описывает *нусах* (на иврите, "литургическая традиция"), используемый сефардскими евреями в их *сидуре* (молитвеннике). *Нусах* определяется выбором молитв, порядком их чтения, текстом молитв и мелодиями, используемыми при их произнесении. Сефарды традиционно молятся по *Минхагу Сефарад*. Термин "Нусах Сефард" или "Нусах Сфарад" не относится к литургии, обычно используемой собственно сефардами или даже сефардами в широком смысле, а скорее к альтернативной восточноевропейской литургии, используемой многими хасидами, которые являются ашкеназами. Кроме того, эфиопские евреи, чья ветвь иудаизма известна как Хайманот, были включены под юрисдикцию уже широкого Сефардского Главного Раввината Израиля.

Восточные сефардцы

Восточные сефарды – это потомки изгнанных из Испании, покинувших страну как евреи в 1492 году или ранее. Эта подгруппа сефардов поселилась преимущественно в различных частях Османской империи, которая в то время включала территории на Ближнем Востоке Западной Азии, такие как Анатолия, Левант и Египет; в Юго-Восточной Европе, на некоторых островах Додеканеса и на Балканах. Они селились в европейских городах, находившихся под властью Османской империи, включая Салоники в современной Греции; Константинополь, ныне известный как Стамбул на европейской части современной Турции; и Сараево, в современной Боснии и Герцеговине. Сефардские евреи также жили в Болгарии, где они вливали в свои общины романьотов, уже проживавших там. Они также присутствовали в Валахии, на территории современной южной Румынии, где до сих пор существует действующая сефардская синагога. Их традиционный язык называется юдезмо («еврейский [язык]»). Это иудео-испанский, иногда также известный как ладино, состоявший из средневекового испанского и португальского языков, на которых они говорили в Иберии, с добавлением элементов иврита и окружающих языков, особенно турецкого. Этот иудео-испанский язык часто записывался еврейским шрифтом Раши. Что касается Ближнего Востока, некоторые сефарды продвинулись дальше на восток, в западноазиатские территории Османской империи, поселившись среди давно существовавших арабоязычных еврейских общин в Дамаске и Алеппо в Сирии, а также в Земле Израиля и до Багдада в Ираке. Хотя технически Египет был частью североафриканского османского региона, евреи, поселившиеся в Александрии, также включены в эту группу из-за культурной близости Египта к другим западноазиатским провинциям под османским правлением. В основном восточные сефарды не сохраняли собственные сефардские религиозные и культурные институты, отличные от уже существовавших еврейских. Вместо этого местные евреи перенимали литургические обычаи недавно прибывших сефардов. Восточные сефарды в европейских районах Османской империи, а также в Палестине сохранили свою культуру и язык, но те, кто поселился в других частях западноазиатского региона, отказались от своего языка и перешли на местный иудео-арабский диалект. Это явление – лишь один из факторов, приведших к более широкому и эклектичному религиозному определению сефардских евреев. Таким образом, еврейские общины в Палестине, Ливане, Сирии и Египте частично имеют испанское еврейское происхождение и считаются собственно сефардами. Подавляющее большинство еврейских общин в Ираке и все общины в Иране, Восточной Сирии, Йемене и Восточной Турции являются потомками ранее существовавших коренных еврейских народов. Они приняли сефардские обряды и традиции посредством культурной диффузии и правильно называются евреями-мизрахи. Зайдя еще дальше, в Южную Азию, некоторые восточные сефарды следовали торговым путям специй до побережья Малабар в южной Индии, где они поселились среди уже существовавшей кочинской еврейской общины. Их культура и обычаи были усвоены местными евреями. Кроме того, в португальской колонии Гоа существовала большая община евреев и крипто-евреев португальского происхождения. Первый архиепископ Гоа Гаспар Хорхе де Леао Перейра хотел подавить или изгнать эту общину, призвав к началу Гоаской инквизиции против сефардских евреев в Индии. В последнее время, особенно после 1948 года, большинство восточных сефардов переехали в Израиль, а другие – в США и Латинскую Америку. Восточные сефарды до сих пор часто носят распространенные испанские фамилии, а также другие специфически сефардские фамилии из Испании XV века с арабскими или еврейскими корнями (такие как Азулай, Абулафия, Абраванель), которые исчезли из Испании, когда конверсос, оставшиеся там, приняли исключительно испанские фамилии. Другие восточные сефарды также перевели свои испанские фамилии на языки регионов, в которых они поселились, или изменили их, чтобы они звучали более местно.

Eastern Sephardim comprise the descendants of the expellees from Spain who left as Jews in 1492 or earlier. This sub group of Sephardim settled mostly in various parts of the Ottoman Empire, which then included areas in West Asia's Near East such as Anatolia, the Levant and Egypt; in Southeastern Europe, some of the Dodecanese islands and the Balkans. They settled particularly in European cities ruled by the Ottoman Empire, including Salonica in present day Greece; Constantinople, which today is known as Istanbul on the European portion of modern Turkey; and Sarajevo, in what is today Bosnia and Herzegovina. Sephardic Jews also lived in Bulgaria, where they absorbed into their community the Romaniote Jews they found already living there. They had a presence as well in Walachia in what is today southern Romania, where there is still a functioning Sephardic Synagogue. Their traditional language is referred to as Judezmo ("Jewish [language]"). It is Judaeo Spanish, sometimes also known as Ladino, which consisted of the medieval Spanish and Portuguese they spoke in Iberia, with admixtures of Hebrew, and the languages around them, especially Turkish. This Judeo Spanish language was often written in Rashi script. Regarding the Middle East, some Sephardim went further east into the West Asian territories of the Ottoman Empire, settling among the long established Arabic speaking Jewish communities in Damascus and Aleppo in Syria, as well as in the Land of Israel, and as far as Baghdad in Iraq. Although technically Egypt was a North African Ottoman region, those Jews who settled in Alexandria are included in this group, due to Egypt's cultural proximity to the other West Asian provinces under Ottoman rule. For the most part, Eastern Sephardim did not maintain their own separate Sephardic religious and cultural institutions from pre existing Jews. Instead the local Jews came to adopt the liturgical customs of the recent Sephardic arrivals. Eastern Sephardim in European areas of the Ottoman Empire, as well as in Palestine, retained their culture and language, but those in the other parts of the West Asian portion gave up their language and adopted the local Judeo Arabic dialect. This latter phenomenon is just one of the factors which have today led to the broader and eclectic religious definition of Sephardi Jews. Thus, the Jewish communities in Palestine, Lebanon, Syria, and Egypt are partly of Spanish Jewish origin and they are counted as Sephardim proper. The great majority of the Jewish communities in Iraq, and all of those in Iran, Eastern Syria, Yemen, and Eastern Turkey, are descendants of pre existing indigenous Jewish populations. They adopted the Sephardic rites and traditions through cultural diffusion, and are properly termed Mizrahi Jews. Going even further into South Asia, a few of the Eastern Sephardim followed the spice trade routes as far as the Malabar coast of southern India, where they settled among the established Cochin Jewish community. Their culture and customs were absorbed by the local Jews. Additionally, there was a large community of Jews and crypto Jews of Portuguese origin in the Portuguese colony of Goa. Gaspar Jorge de Leão Pereira, the first archbishop of Goa, wanted to suppress or expel that community, calling for the initiation of the Goa Inquisition against the Sephardic Jews in India. In recent times, principally after 1948, most Eastern Sephardim have since relocated to Israel, and others to the US and Latin America. Eastern Sephardim still often carry common Spanish surnames, as well as other specifically Sephardic surnames from 15th century Spain with Arabic or Hebrew language origins (such as Azoulay, Abulafia, Abravanel) which have since disappeared from Spain when those that stayed behind as conversos adopted surnames that were solely Spanish in origin. Other Eastern Sephardim have since also translated their Hispanic surnames into the languages of the regions they settled in, or have modified them to make them sound more local.

Сефардские евреи Северной Африки

Сефардские североафриканцы – потомки изгнанных из Испании, которые также покинули страну как евреи в 1492 году. Эта ветвь поселилась в Северной Африке (за исключением Египта, см. Восточные сефарды выше). Поселившись преимущественно в Марокко и Алжире, они говорили на варианте иудео-испанского языка, известном как хакетия. В большинстве случаев они также использовали иудео-арабский язык. Они селились в районах, где уже существовали арабскоязычные еврейские общины в Северной Африке, и со временем слились с ними, образовав новые общины, основанные исключительно на сефардских обычаях. Некоторые марокканские евреи эмигрировали обратно на Пиренейский полуостров, став ядром гибралтарских евреев. В XIX веке современный испанский, французский и итальянский языки постепенно вытеснили хакетию и иудео-арабский как родной язык у большинства марокканских сефардов и других североафриканских сефардов. В последнее время, в связи с исходом евреев из арабских и мусульманских стран, особенно после создания Израиля в 1948 году, большинство североафриканских сефардов переселились в Израиль (общая численность населения оценивалась в 1,4 миллиона человек в 2015 году), а остальные – во Францию (361 000) и США (300 000), а также в другие страны. По состоянию на 2015 год значительная община все еще проживала в Марокко (10 000 человек). В 2021 году крупнейшие еврейские общины среди арабских стран находились в Марокко (около 2000 евреев) и в Тунисе (около 1000 евреев). Североафриканские сефарды до сих пор часто носят распространенные испанские фамилии, а также другие специфически сефардские фамилии из Испании XV века с арабскими или ивритскими корнями (например, Азулай, Абулафия, Абраванель), которые впоследствии исчезли из Испании, когда конверсос, оставшиеся там, приняли фамилии исключительно испанского происхождения. Другие североафриканские сефарды также перевели свои испанские фамилии на местные языки или изменили их, чтобы они звучали более местно.

Западносефардцы

Западные сефарды (также известные как "испанские и португальские евреи", "испанские евреи", "португальские евреи" и "евреи португальской нации") – это община еврейских экс-конверсо, чьи семьи изначально оставались в Испании и Португалии как номинальные новые христиане, то есть как анусимы или "принужденные [к принятию христианства]". Западные сефарды подразделяются на ветвь Старого Света и ветвь Нового Света. Генри Камен и Жозеф Перес оценивают, что из общей численности еврейского населения Испании на момент издания Альгамбрского указа, большинство – до 300 000 из общего числа 350 000 – предпочло остаться в Испании. Кроме того, значительное число вернулось в Испанию в годы, последовавшие за изгнанием, при условии обращения в католицизм, при этом корона гарантировала им возможность вернуть свою собственность по той же цене, по которой она была продана. Однако дискриминация в отношении этой большой общины конверсо сохранялась, и те, кто тайно исповедовал иудаизм, особенно сильно страдали от преследований инквизиции. Последний эпизод преследований произошел в середине XVIII века. Внешняя миграция с Пиренейского полуострова совпала с этими эпизодами усиления преследований инквизицией. В результате этой дискриминации и преследований небольшое число маран (конверсо, тайно продолжавших исповедовать иудаизм) впоследствии эмигрировали в более религиозно толерантные страны Старого Света за пределами иберийской культурной сферы, такие как Нидерланды, Бельгия, Франция, Италия, Германия и Англия. В этих странах конверсо возвращались к иудаизму, вновь присоединяясь к еврейской общине, иногда спустя три или даже четыре поколения после первоначальных указов об обращении, изгнании или смерти. Именно эти вернувшиеся к иудаизму составляют западных сефардов Старого Света. Среди этой общины сефардских евреев родился философ Барух Спиноза, происходивший из португальской еврейской семьи. Он также был, как известно, изгнан из этой общины из-за своих религиозных и философских взглядов. Западные сефарды Нового Света, напротив, являются потомками новохристианских конверсо еврейского происхождения, сопровождавших миллионы "старых" христиан – испанцев и португальцев, эмигрировавших в Америку. В частности, западные сефарды Нового Света – это те, чьи предки-конверсо мигрировали в различные неиберийские колонии в Америке, где они могли вернуться к иудаизму. Западные сефарды Нового Света противопоставляются другой группе потомков конверсо, поселившихся в иберийских колониях Америки, которые не могли вернуться к иудаизму. Они составляют связанную, но отличную группу, известную как сефардские Бней Анусим (см. раздел ниже). Из-за присутствия испанской и португальской инквизиции на территории Иберо-Америки, первоначально иммиграция конверсо была запрещена на большей части Иберо-Америки. Поэтому лишь немногие иммигранты-конверсо в иберийских американских колониях когда-либо возвращались к иудаизму. Из тех конверсо в Новом Свете, которые вернулись к иудаизму, большинство прибыло после кратковременного убежища в Нидерландах и/или поселилось в голландских колониях Нового Света, таких как Кюрасао и область, известная тогда как Новая Голландия (также называемая Голландской Бразилией). Голландская Бразилия была северной частью колонии Бразилия, которой голландцы управляли менее четверти века, прежде чем она также перешла под контроль португальцев, управлявших остальной частью Бразилии. Евреи, недавно вернувшиеся к иудаизму в Голландской Бразилии, снова были вынуждены бежать в другие голландские колонии в Америке, в том числе присоединиться к единоверцам в Кюрасао, а также мигрировать в Нью-Амстердам, на территории нынешнего Нижнего Манхэттена в Нью-Йорке. Старейшие общины в неиберийских колониальных владениях в Америке были основаны западными сефардами, многие из которых прибыли в тогдашний голландский Новый Амстердам, а их синагоги придерживались традиции "испанских и португальских евреев". В Соединенных Штатах, в частности, община Шеарит Исраэль, основанная в 1654 году в нынешнем Нью-Йорке, является старейшей еврейской общиной в Соединенных Штатах. Ее нынешнее здание датируется 1897 годом. Община "Иешуат Исраэль" в Ньюпорте, Род-Айленд, датируется временем после прибытия туда западных сефардов в 1658 году и до покупки в 1677 году общественного кладбища, известного сегодня как кладбище Туро. См. также Список старейших синагог в Соединенных Штатах. Периодическое пребывание в Португалии (после первоначального бегства из Испании) для предков многих западных сефардов (как Старого, так и Нового Света) является причиной того, что фамилии многих западных сефардов часто являются португальскими вариантами распространенных испанских фамилий, хотя некоторые все еще остаются испанскими. Среди известных личностей с корнями в западных сефардах – нынешний президент Венесуэлы Николас Мадуро и бывший судья Верховного суда США Бенджамин Н. Кардозо. Оба происходят из западных сефардов, покинувших Португалию ради Нидерландов, а в случае Мадуро – из Нидерландов на Кюрасао, а затем в Венесуэлу.

Western Sephardim (also known more ambiguously as "Spanish and Portuguese Jews", "Spanish Jews", "Portuguese Jews" and "Jews of the Portuguese Nation") are the community of Jewish ex conversos whose families initially remained in Spain and Portugal as ostensible New Christians, that is, as Anusim or "forced [converts]". Western Sephardim are further sub divided into an Old World branch and a New World branch. Henry Kamen and Joseph Perez estimate that of the total Jewish origin population of Spain at the time of the issuance of the Alhambra Decree, those who chose to remain in Spain represented the majority, up to 300,000 of a total Jewish origin population of 350,000. Furthermore, a significant number returned to Spain in the years following the expulsion, on condition of converting to Catholicism, the Crown guaranteeing they could recover their property at the same price at which it was sold. Discrimination against this large community of conversos nevertheless remained, and those who secretly practiced the Jewish faith specifically suffered severe episodes of persecution by the Inquisition. The last such episode of persecution occurred in the mid 18th century. External migrations out of the Iberian peninsula coincided with these episodes of increased persecution by the Inquisition. As a result of this discrimination and persecution, a small number of marranos (conversos who secretly still practiced Judaism) later emigrated to more religiously tolerant Old World countries outside the Iberian cultural sphere, such as the Netherlands, Belgium, France, Italy, Germany and England. In these lands conversos reverted to Judaism, rejoining the Jewish community sometimes up to the third or even fourth generations after the initial decrees stipulating conversion, expulsion, or death. It is these returnees to Judaism that represent Old World Western Sephardim. Among this community of Sephardic Jews, the philosopher Baruch de Spinoza was born from a Portuguese Jewish family. He was also, famously, expelled from said community over his religious and philosophical views. New World Western Sephardim, on the other hand, are the descendants of those Jewish origin New Christian conversos who accompanied the millions of Old Christian Spaniards and Portuguese that emigrated to the Americas. More specifically, New World Western Sephardim are those Western Sephardim whose converso ancestors migrated to various of the non Iberian colonies in the Americas in whose jurisdictions they could return to Judaism. New World Western Sephardim are juxtaposed to yet another group of descendants of conversos who settled in the Iberian colonies of the Americas who could not revert to Judaism. These comprise the related but distinct group known as Sephardic Bnei Anusim (see the section below). Due to the presence of the Spanish and Portuguese Inquisition in the Iberian American territories, initially, converso immigration was barred throughout much of Ibero America. Because of this, very few converso immigrants in Iberian American colonies ever reverted to Judaism. Of those conversos in the New World who did return to Judaism, it was principally those who had come via an initial respite of refuge in the Netherlands and/or who were settling the New World Dutch colonies such as Curaçao and the area then known as New Holland (also called Dutch Brazil). Dutch Brazil was the northern portion of the colony of Brazil ruled by the Dutch for under a quarter of a century before it also fell to the Portuguese who ruled the remainder of Brazil. Jews who had only recently reverted in Dutch Brazil then again had to flee to other Dutch ruled colonies in the Americas, including joining brethren in Curaçao, but also migrating to New Amsterdam, in what is today Lower Manhattan in New York City. The oldest congregations in the non Iberian colonial possessions in the Americas were founded by Western Sephardim, many who arrived in the then Dutch ruled New Amsterdam, with their synagogues being in the tradition of "Spanish and Portuguese Jews". In the United States in particular, Congregation Shearith Israel, established in 1654, in what is now New York City, is the oldest Jewish congregation in the United States. Its present building dates from 1897. Congregation Jeshuat Israel in Newport, Rhode Island, is dated to sometime after the arrival of Western Sephardim there in 1658 and prior to the 1677 purchase of a communal cemetery, now known as Touro Cemetery. See also List of the oldest synagogues in the United States. The intermittent period of residence in Portugal (after the initial fleeing from Spain) for the ancestors of many Western Sephardim (whether Old World or New World) is a reason why the surnames of many Western Sephardim tend to be Portuguese variations of common Spanish surnames, though some are still Spanish. Among a few notable figures with roots in Western Sephardim are the current president of Venezuela, Nicolás Maduro, and former Associate Justice of the Supreme Court of the United States, Benjamin N. Cardozo. Both descend from Western Sephardim who left Portugal for the Netherlands, and in the case of Maduro, from the Netherlands to Curaçao, and ultimately Venezuela.

Сефардские Бней Анусимы

Сефардские Бней Анусим состоят из современных и в основном номинальных христианских потомков ассимилированных сефардских анусимов XV века. Эти потомки испанских и португальских евреев, вынужденных или принужденных к обращению в католицизм, остались в Иберии или переселились в иберийские колониальные владения в различных странах Латинской Америки во время испанской колонизации Америки. По историческим причинам и обстоятельствам, сефардские Бней Анусим не смогли вернуться к еврейской вере на протяжении последних пяти столетий, хотя в последнее время их число стало расти, особенно за последние два десятилетия. За исключением различных степеней сохранившихся как семейные традиции рудиментарных еврейских обычаев и традиций, сефардские Бней Анусим стали полностью ассимилированной подгруппой в христианском населении иберийского происхождения Испании, Португалии, Латинской Америки и Бразилии. Однако за последние 5–10 лет были созданы "организованные группы [сефардских] Бней Анусимов в Бразилии, Колумбии, Коста-Рике, Чили, Эквадоре, Мексике, Пуэрто-Рико, Венесуэле, Доминиканской Республике и в самой Сефараде [Иберии]", некоторые члены которых официально вернулись к иудаизму, что привело к появлению нео-западных сефардов (см. ниже). Еврейское агентство Израиля оценивает численность сефардских Бней Анусимов в миллионы. Их численность в несколько раз превышает общую численность трех интегрированных в еврейскую общину сефардских подгрупп: восточных сефардов, североафриканских сефардов и экс-конверсо западных сефардов (как ветви Нового Света, так и Старого Света). Несмотря на численное превосходство, сефардские Бней Анусим являются наименее известной или изученной подгруппой сефардских потомков. Сефардские Бней Анусим также более чем в два раза превышают численность всего мирового еврейского населения, которое включает ашкеназских евреев, мизрахийских евреев и различные другие небольшие группы. В отличие от анусимов ("принужденных [к обращению]"), которые были конверсо до третьего, четвертого или пятого поколения (в зависимости от еврейского галахического решения) и впоследствии вернулись к иудаизму, Бней Анусим ("[поздние] сыновья/дети/потомки [принужденных к обращению]") – это последующие поколения потомков анусимов, которые оставались скрытыми со времен Инквизиции на Пиренейском полуострове и в ее колониях Нового Света. По крайней мере, некоторые сефардские анусимы в испаносфере (в Иберии, но особенно в их колониях в Иберо-Америке) изначально пытались вернуться к иудаизму или, по крайней мере, сохранить крипто-еврейские практики в тайне. Однако это было невозможно в долгосрочной перспективе, поскольку иудействующие конверсо в Иберии и Иберо-Америке подвергались преследованиям, судебному преследованию и могли быть приговорены к казни. Сама Инквизиция была окончательно упразднена только в XIX веке. Исторические документы, проливающие новый свет на этнический состав иберийских иммигрантов в испанские колонии Америки в эпоху завоевания, позволяют предположить, что число новохристиан сефардского происхождения, активно участвовавших в завоевании и заселении, было более значительным, чем считалось ранее. Подтверждено, что ряд испанских завоевателей, администраторов и поселенцев были сефардского происхождения. Недавние открытия стали возможны благодаря современным данным ДНК и вновь обнаруженным записям в Испании, которые были утеряны или скрыты и касаются обращений, браков, крещений и судебных процессов Инквизиции в отношении родителей, бабушек и дедушек и прабабушек иберийских иммигрантов сефардского происхождения. В целом, по оценкам, до 20% современных испанцев и 10% колониальных иберийских поселенцев Латинской Америки могли быть сефардского происхождения, хотя региональное распределение их поселений было неравномерным по всем колониям. Таким образом, число иберийских поселенцев новохристианского сефардского происхождения варьировалось от нуля в большинстве районов до 1 из каждых 3 (приблизительно 30%) иберийских поселенцев в других районах. С учетом нынешнего населения Латинской Америки, составляющего около 590 миллионов человек, большая часть которого состоит из лиц полного или частичного иберийского происхождения (как испаноязычных, так и бразильцев, будь то криольос, метисы или мулаты), по оценкам, до 50 миллионов из них имеют сефардское еврейское происхождение в той или иной степени. В Иберии поселения Бней Анусимов с известным и подтвержденным населением включают поселения в Белмонте (Португалия) и шуетес (Xuetes) в Пальме-де-Майорке (Испания). В 2011 году раввин Ниссим Карелиц, ведущий раввин и галахический авторитет и председатель раввинского суда Бейт-Дин-Цэдек в Бней-Брак (Израиль), признал всю общину шуетес Бней Анусимов в Пальме-де-Майорке евреями. Численность этой общины составляла примерно 18 000–20 000 человек, что составляет чуть более 2% от всего населения острова. Провозглашение португальским королем автоматического принятия католицизма фактически привело к ассимиляции значительной части населения в португальское общество. То же самое справедливо и для Испании, помимо шуетес. Многие их потомки исповедуют синкретическую форму христианского культа, известную как христианство шуетес. Почти все сефардские Бней Анусим носят фамилии, которые использовались сефардами в XV веке. Однако почти все эти фамилии не являются специфически сефардскими, и большинство из них на самом деле являются фамилиями испанских или португальских неевреев, которые стали распространенными среди Бней Анусимов, поскольку они сознательно принимали их во время обращения в католицизм, чтобы скрыть свое еврейское происхождение. Поскольку обращение делало новохристиан подверженными преследованиям Инквизиции как католикам, крипто-евреи официально записывали христианские имена и нееврейские фамилии для публичного использования в нотариальных документах, отношениях с правительством и коммерческой деятельности, сохраняя при этом свои еврейские имена и фамилии в тайне. В результате очень мало сефардских Бней Анусимов носят фамилии, которые имеют специфически сефардское происхождение или встречаются исключительно среди Бней Анусимов.

The Sephardic Bnei Anusim consists of the contemporary and largely nominal Christian descendants of assimilated 15th century Sephardic anusim. These descendants of Spanish and Portuguese Jews forced or coerced to convert to Catholicism remained, as conversos, in Iberia or moved to the Iberian colonial possessions across various Latin American countries during the Spanish colonization of the Americas. Due to historical reasons and circumstances, Sephardic Bnei Anusim had not been able to return to the Jewish faith over the last five centuries, although increasing numbers have begun emerging publicly in modern times, especially over the last two decades. Except for varying degrees of putatively rudimentary Jewish customs and traditions which had been retained as family traditions among individual families, Sephardic Bnei Anusim became a fully assimilated sub group within the Iberian descended Christian populations of Spain, Portugal, Hispanic America and Brazil. In the last 5 to 10 years, however, "organized groups of [Sephardic] Benei Anusim in Brazil, Colombia, Costa Rica, Chile, Ecuador, Mexico, Puerto Rico, Venezuela, Dominican Republic and in Sefarad [Iberia] itself" have now been established, some of whose members have formally reverted to Judaism, leading to the emergence of Neo Western Sephardim (see group below). The Jewish Agency for Israel estimates the Sephardic Bnei Anusim population to number in the millions. Their population size is several times larger than the three Jewish integrated Sephardi descendant sub groups combined, consisting of Eastern Sephardim, North African Sephardim, and the ex converso Western Sephardim (both New World and Old World branches). Although numerically superior, Sephardic Bnei Anusim is, however, the least prominent or known sub group of Sephardi descendants. Sephardic Bnei Anusim are also more than twice the size of the total world Jewish population as a whole, which itself also encompasses Ashkenazi Jews, Mizrahi Jews and various other smaller groups. Unlike the Anusim ("forced [converts]") who were the conversos up to the third, fourth or fifth generation (depending on the Jewish responsa) who later reverted to Judaism, the Bnei Anusim ("[later] sons/children/descendants [of the] forced [converts]") were the subsequent generations of descendants of the Anusim who remained hidden ever since the Inquisition in the Iberian Peninsula and its New World franchises. At least some Sephardic Anusim in the Hispanosphere (in Iberia, but especially in their colonies in Ibero America) had also initially tried to revert to Judaism, or at least maintain crypto Jewish practices in privacy. This, however, was not feasible long term in that environment, as Judaizing conversos in Iberia and Ibero America remained persecuted, prosecuted, and liable to conviction and execution. The Inquisition itself was only finally formally disbanded in the 19th century. Historical documentation shedding new light on the diversity in the ethnic composition of the Iberian immigrants to the Spanish colonies of the Americas during the conquest era suggests that the number of New Christians of Sephardi origin that actively participated in the conquest and settlement was more significant than previously estimated. A number of Spanish conquerors, administrators, settlers, have now been confirmed to have been of Sephardi origin. Recent revelations have only come about as a result of modern DNA evidence and newly discovered records in Spain, which had been either lost or hidden, relating to conversions, marriages, baptisms, and Inquisition trials of the parents, grandparents and great grandparents of the Sephardi origin Iberian immigrants. Overall, it is now estimated that up to 20% of modern day Spaniards and 10% of colonial Latin America's Iberian settlers may have been of Sephardic origin, although the regional distribution of their settlement was uneven throughout the colonies. Thus, Iberian settlers of New Christian Sephardi origin ranged anywhere from none in most areas to as high as 1 in every 3 (approx. 30%) Iberian settlers in other areas. With Latin America's current population standing at close to 590 million people, the bulk of which consists of persons of full or partial Iberian ancestry (both New World Hispanics and Brazilians, whether they're criollos, mestizos or mulattos), it is estimated that up to 50 million of these possess Sephardic Jewish ancestry to some degree. In Iberia, settlements of known and attested populations of Bnei Anusim include those in Belmonte, in Portugal, and the Xuetes of Palma de Mallorca, in Spain. In 2011 Rabbi Nissim Karelitz, a leading rabbi and Halachic authority and chairman of the Beit Din Tzedek rabbinical court in Bnei Brak, Israel, recognized the entire Xuete community of Bnei Anusim in Palma de Mallorca, as Jews. That population alone represented approximately 18,000 to 20,000 people, or just over 2% of the entire population of the island. The proclamation of the Jews' default acceptance of Catholicism by the Portuguese king actually resulted in a high percentage being assimilated into the Portuguese population. Besides the Xuetas, the same is true of Spain. Many of their descendants observe a syncretist form of Christian worship known as Xueta Christianity. Almost all Sephardic Bnei Anusim carry surnames which are known to have been used by Sephardim during the 15th century. However, almost all of these surnames are not specifically Sephardic per se, and most are in fact surnames of gentile Spanish or gentile Portuguese origin which only became common among Bnei Anusim because they deliberately adopted them during their conversions to Catholicism, in an attempt to obscure their Jewish heritage. Given that conversion made New Christians subject to Inquisitorial prosecution as Catholics, crypto Jews formally recorded Christian names and gentile surnames to be publicly used as their aliases in notarial documents, government relations and commercial activities, while keeping their given Hebrew names and Jewish surnames secret. As a result, very few Sephardic Bnei Anusim carry surnames that are specifically Sephardic in origin, or that are exclusively found among Bnei Anusim.

До 1492 года

До 1492 года значительное еврейское население существовало в большинстве испанских и португальских провинций. Крупнейшие еврейские общины по численности населения находились в таких городах, как Лиссабон, Толедо, Кордова, Севилья, Малага и Гранада. Однако в этих городах евреи составляли лишь существенную часть населения. В то же время, в ряде небольших городов евреи составляли большинство или значительную часть населения, поскольку эти города были основаны или заселены преимущественно евреями. Среди них – Оканья, Гвадалахара, Буитраго-дель-Лозоя, Лусена, Рибадавия, Эрвас, Ллерена и Алмасан. В Кастилии крупные еврейские общины или альхамы располагались в Аранде-де-Дуэро, Авиле, Альбе-де-Тормесе, Аревало, Бургосе, Калаорре, Каррьоне-де-лос-Кондес, Куэльяре, Эррере-дель-Дуке, Леоне, Медине-дель-Кампо, Оренсе, Саламанке, Сеговии, Сории и Виллалоне. В Арагоне значительные еврейские общины существовали в каллах Жироны, Барселоны, Таррагоны, Валенсии и Пальмы (Майорки), при этом синагога Жироны являлась центром каталонского еврейства.

Первыми евреями, покинувшими Испанию, стали поселенцы на территории современного Алжира после преследований 1391 года.

После 1492 года

Альгамбрский декрет (также известный как Эдикт об изгнании) был указом, изданным 31 марта 1492 года совместными католическими монархами Испании (Изабеллой I Кастильской и Фердинандом II Арагонским), повелевающим изгнать практикующих иудеев из королевств Кастилии и Арагона и их территорий и владений до 31 июля того же года. Основной целью было устранить их влияние на многочисленное население конверсо в Испании и обеспечить, чтобы они не вернулись к иудаизму. Более половины евреев Испании приняли обращение в результате религиозных преследований и погромов, произошедших в 1391 году, и поэтому не подпадали под действие Декрета или изгнания. Еще некоторое число оставшихся предпочло избежать изгнания в результате этого указа. В результате Альгамбрского декрета и преследований в предыдущие годы более 200 000 евреев обратились в католицизм, а от 40 000 до 100 000 были изгнаны, при этом неопределенное число вернулось в Испанию в последующие годы. Испанские евреи, выбравшие покинуть Испанию вместо обращения в христианство, рассеялись по региону Северной Африки, известному как Магриб. В этих регионах они часто смешивались с уже существовавшими арабскоязычными общинами мизрахи, став предками марокканских, алжирских, тунисских и ливийских еврейских общин. Многие испанские евреи бежали в Османскую империю, где им предоставили убежище. Султан Баязид II Османской империи, узнав об изгнании евреев из Испании, отправил османский флот, чтобы безопасно доставить евреев на османские земли, главным образом в города Салоники (ныне Салоники, в Греции) и Смирну (ныне Измир, в Турции). Некоторые полагают, что персидские евреи (иранские евреи), как единственная община евреев, живших под властью шиитов, вероятно, пострадали больше, чем любая сефардская община (персидские евреи не имеют сефардского происхождения). Многие из этих евреев также поселились в других частях Балкан, управляемых османами, таких как территории, которые сейчас являются Болгарией, Сербией и Боснией. На протяжении истории ученые приводили сильно различающиеся цифры изгнанных из Испании евреев. Однако минималистские ученые склонны считать, что эта цифра ниже 100 000, в то время как другие предполагают, что число тех, кто еще не обратился в христианство к 1492 году, могло колебаться от 40 000 до 200 000 (в то время как Дон Исаак Абарбанель утверждал, что вывел из Испании 300 000 евреев), получивших название "Мегорашим" ("Изгнанные", в отличие от местных евреев, которых они встретили и которых называли "Тошавим" – "Граждане") на иврите, на котором они говорили. Многие отправились в Португалию, где преследования продолжались лишь несколько лет. Еврейская община в Португалии (возможно, составлявшая тогда около 10% населения страны) была объявлена христианской королевским указом, если они не уедут. Эти цифры не включают значительное число евреев, вернувшихся в Испанию из-за враждебного приема, который они получили в странах убежища, особенно в Фесе. Ситуация возвращающихся была узаконена Указом от 10 ноября 1492 года, в котором устанавливалось, что гражданские и церковные власти должны быть свидетелями крещения, и в случае, если они были крещены до прибытия, требовалось доказательство и свидетели крещения. Кроме того, возвращающимся могли быть возвращены все их имущество по той же цене, по которой оно было продано. Возвращения задокументированы вплоть до 1499 года. С другой стороны, Постановление Королевского совета от 24 октября 1493 года устанавливало суровые санкции для тех, кто клеветал на этих новообращенных христиан, используя оскорбительные термины, такие как "торнадос". В результате недавнего исхода евреев из арабских стран многие сефардим техорим из Западной Азии и Северной Африки переехали в Израиль или Францию, где они составляют значительную часть еврейских общин сегодня. Другие значительные общины сефардов техорим также в последнее время мигрировали с Ближнего Востока в Нью-Йорк, Аргентину, Коста-Рику, Мексику, Монреаль, Гибралтар, Пуэрто-Рико и Доминиканскую Республику. Из-за бедности и нестабильности в Латинской Америке к другим латиноамериканцам, эмигрировавшим в США, Канаду, Испанию и другие страны Европы, присоединилась еще одна волна сефардских евреев.

The Alhambra Decree (also known as the Edict of Expulsion) was an edict issued on 31 March 1492, by the joint Catholic Monarchs of Spain (Isabella I of Castile and Ferdinand II of Aragon) ordering the expulsion of practicing Jews from the Kingdoms of Castile and Aragon and its territories and possessions by 31 July, of that year. The primary purpose was to eliminate their influence on Spain's large converso population and ensure they did not revert to Judaism. Over half of Spain's Jews had converted as a result of the religious persecution and pogroms which occurred in 1391, and as such were not subject to the Decree or to expulsion. A further number of those remaining chose to avoid expulsion as a result of the edict. As a result of the Alhambra decree and persecution in prior years, over 200,000 Jews converted to Catholicism, and between 40,000 and 100,000 were expelled, an indeterminate number returning to Spain in the years following the expulsion. The Spanish Jews who chose to leave Spain instead of converting dispersed throughout the region of North Africa known as the Maghreb. In those regions, they often intermingled with the already existing Mizrahi Arabic speaking communities, becoming the ancestors of the Moroccan, Algerian, Tunisian, and Libyan Jewish communities. Many Spanish Jews fled to the Ottoman Empire where they had been given refuge. Sultan Bayezid II of the Ottoman Empire, learning about the expulsion of Jews from Spain, dispatched the Ottoman Navy to bring the Jews safely to Ottoman lands, mainly to the cities of Salonika (currently Thessaloniki, now in Greece) and Smyrna (now known in English as İzmir, currently in Turkey). Some believe that Persian Jewry (Iranian Jews), as the only community of Jews living under the Shiites, probably suffered more than any Sephardic community (Persian Jews are not Sephardic in descent). Many of these Jews also settled in other parts of the Balkans ruled by the Ottomans such as the areas that are now Bulgaria, Serbia, and Bosnia. Throughout history, scholars have given widely differing numbers of Jews expelled from Spain. However, the figure is likely preferred by minimalist scholars to be below the 100,000 Jews while others suggest larger numbers who had not yet converted to Christianity by 1492, possibly as low as 40,000 and as high as 200,000 (while Don Isaac Abarbanel stated he led 300,000 Jews out of Spain) dubbed "Megorashim" ("Expelled Ones", in contrast to the local Jews they met whom they called "Toshavim" "Citizens") in the Hebrew they had spoken. Many went to Portugal, gaining only a few years of respite from persecution. The Jewish community in Portugal (perhaps then some 10% of that country's population) were then declared Christians by Royal decree unless they left. Such figures exclude the significant number of Jews who returned to Spain due to the hostile reception they received in their countries of refuge, notably Fez. The situation of returnees was legalized with the Ordinance of 10 November 1492 which established that civil and church authorities should be witness to baptism and, in the case that they were baptized before arrival, proof and witnesses of baptism were required. Furthermore, all property could be recovered by returnees at the same price at which it was sold. Returnees are documented as late as 1499. On the other hand, the Provision of the Royal Council of 24 October 1493 set harsh sanctions for those who slandered these New Christians with insulting terms such as tornados. As a result of the more recent Jewish exodus from Arab lands, many of the Sephardim Tehorim from Western Asia and North Africa relocated to either Israel or France, where they form a significant portion of the Jewish communities today. Other significant communities of Sephardim Tehorim also migrated in more recent times from the Near East to New York City, Argentina, Costa Rica, Mexico, Montreal, Gibraltar, Puerto Rico, and Dominican Republic. Because of poverty and turmoil in Latin America, another wave of Sephardic Jews joined other Latin Americans who migrated to the United States, Canada, Spain, and other countries of Europe.

Сефардские евреи остались в Испании

Согласно генетическому исследованию "Генетическое наследие религиозного разнообразия и нетерпимости: отцовские линии христиан, евреев и мусульман на Иберийском полуострове", проведенному в Университете Помпеу Фабра в Барселоне и Университете Лестера под руководством британца Марка Джоблинга, Франсеска Калафелля и Елены Бош и опубликованному в Американском журнале генетики человека, генетические маркеры свидетельствуют о том, что почти у 20% испанцев обнаружены сефардские еврейские маркеры (прямое мужское происхождение по Y-хромосоме, сопоставимый вклад женских митохондрий); среди жителей Каталонии этот показатель составляет около 6%. Это указывает на то, что в прошлом происходили браки между представителями еврейской этнической группы и другими испанцами, и, по сути, что часть евреев осталась в Испании. Подобным образом, исследование показало, что примерно у 11% населения присутствует ДНК, связанная с маврами.

Сефардцы в современной Иберии

Сегодня в Испании проживает около 50 000 признанных евреев, по данным Федерации еврейских общин Испании. Численность небольшой еврейской общины в Португалии оценивается от 1740 до 3000 человек. Хотя часть из них имеет ашкеназское происхождение, большинство – сефардские евреи, вернувшиеся в Испанию после завершения протектората над Северным Марокко. В Гибралтаре проживает община из 600 сефардских евреев. В 2011 году раввин Ниссим Карелиц, видный раввин, авторитет в области галахи и председатель раввинского суда Бейт-Дин-Цедек в Бней-Браке (Израиль), признал всю общину потомков сефардов в Пальме-де-Майорка, чуэтов, евреями. Однако община Белмонте, состоящая из бней анусим, в целом пока не получила такого же признания еврейства, как чуэты Пальмы-де-Майорка в 2011 году.

Испанское гражданство по иберийскому сефардскому происхождению

В 1924 году диктатура Примо де Ривера утвердила указ, позволяющий сефардским евреям получить испанское гражданство. Хотя изначально срок подачи документов истекал в конце 1930 года, дипломат Анхель Санс Брис использовал этот указ в качестве основания для выдачи испанского гражданства венгерским евреям во время Второй мировой войны, чтобы попытаться спасти их от нацистов. Сегодня испанское законодательство о гражданстве обычно требует определенного периода проживания в Испании перед подачей заявления на получение гражданства. Этот срок был значительно сокращен с десяти до двух лет для сефардских евреев, испаноязычных американцев и других лиц, имеющих исторические связи с Испанией. В этом контексте сефардские евреи рассматривались как потомки испанских евреев, изгнанных или бежавших из страны пять веков назад после изгнания евреев из Испании в 1492 году. В 2015 году правительство Испании приняло Закон 12/2015 от 24 июня, в соответствии с которым сефардские евреи, имеющие связь с Испанией, могли получить испанское гражданство путем натурализации без соблюдения обычного требования о проживании. Заявители должны предоставить доказательства своего сефардского происхождения и наличия связи с Испанией, а также сдать экзамены по языку, государственному устройству и культуре Испании. Закон устанавливает право на испанское гражданство для сефардских евреев, имеющих связь с Испанией и подающих заявление в течение трех лет с 1 октября 2015 года. В законе сефарды определяются как евреи, жившие на Иберийском полуострове до их изгнания в конце пятнадцатого века, и их потомки. Закон предусматривает продление срока на один год, до 1 октября 2019 года; он был продлен в марте 2018 года. В 2015 году закон был изменен с целью отмены положения, обязывающего лиц, приобретающих испанское гражданство по Закону 12/2015, отказываться от иного гражданства. Большинство заявителей должны сдать экзамены на знание испанского языка и испанской культуры, однако от этого освобождаются лица младше 18 лет или инвалиды. Резолюция, принятая в мае 2017 года, также освободила от этого требования лиц старше 70 лет. Закон о гражданстве сефардов должен был истечь в октябре 2018 года, но был продлен испанским правительством еще на один год. Закон гласит, что испанское гражданство будет предоставлено "иностранным гражданам сефардского происхождения, которые докажут свое [сефардское] происхождение и особую связь с нашей страной, даже если они не имеют законного места жительства в Испании, независимо от их [текущей] идеологии, религии или убеждений". Критерии для подтверждения сефардского происхождения включают: справку, выданную Федерацией еврейских общин Испании, или справку компетентного раввинского органа, юридически признанного в стране постоянного проживания заявителя, или иные документы, которые могут быть признаны уместными; или подтверждение включения в качестве потомка сефарда, или прямого потомка лиц, включенных в список защищенных сефардских семей в Испании, указанный в Декрете-законе от 29 декабря 1948 года, или потомков тех, кто получил натурализацию в соответствии с Королевским указом от 20 декабря 1924 года; или сочетание других факторов, включая фамилии заявителя, разговорный язык семьи (испанский, ладино, хакетия) и другие доказательства, подтверждающие сефардское происхождение и связь с Испанией. Одна лишь фамилия, язык или другие доказательства сами по себе не являются определяющими при предоставлении испанского гражданства. Связь с Испанией может быть установлена, если родство с семьей из списка сефардских семей в Испании недоступно, путем доказательства изучения испанской истории или культуры, подтверждения благотворительной, культурной или экономической деятельности, связанной с испанскими людьми или организациями, или сефардской культурой. Испанское правительство рассматривает каждое дело в течение примерно 8–10 месяцев. К марту 2018 года по этому закону испанское гражданство было предоставлено около 6432 человек. Срок выполнения требований был продлен до сентября 2021 года из-за задержек, вызванных пандемией COVID-19, но только для тех, кто подал предварительное заявление до 1 октября 2019 года. В ответном жесте Натан Шаранский, председатель квазигосударственного Еврейского агентства Израиля, заявил, что "государство Израиль должно облегчить их возвращение", имея в виду миллионы потомков конверсо в Латинской Америке и Иберии. Возможно, сотни тысяч людей изучают возможности возвращения к еврейскому народу. Португалия стала первой страной после Израиля, принявшей закон о праве на возвращение для евреев. 29 января 2015 года португальский парламент ратифицировал законодательство, предоставляющее двойное гражданство потомкам португальских сефардских евреев. Как и закон, принятый позднее в Испании, вновь установленные юридические права в Португалии распространяются на всех потомков португальских сефардских евреев, независимо от их нынешней религии, при условии, что потомок может продемонстрировать "традиционную связь" с португальскими сефардскими евреями. Это может быть подтверждено "фамилиями, семейным языком и прямым или косвенным родством". Португальское законодательство о гражданстве было изменено в этом отношении Декретом-законом № 43/2013 и дополнительно изменено Декретом-законом № 30 A/2015, вступившим в силу 1 марта 2015 года. «Заявители на португальское гражданство по этому пути оцениваются экспертами из одной из еврейских общин Португалии в Лиссабоне или Порту». В ответ на португальское законодательство Майкл Фрейнд, председатель Shavei Israel, заявил в 2015 году информационным агентствам, что он "призывает правительство Израиля разработать новый стратегический подход и обратиться к [сефардским] Бней Анусим, людям, чьи испанские и португальские еврейские предки были вынуждены принять католицизм более пяти веков назад". К июлю 2017 года португальское правительство получило около 5000 заявок, в основном из Бразилии, Израиля и Турции. 400 заявок были удовлетворены, при этом период между подачей заявки и принятием решения составлял около двух лет. К февралю 2018 года на рассмотрении находилось 12 000 заявок. Иудео-португальский язык использовался сефардами, особенно среди испанских и португальских евреев. Пиджин-формы португальского языка, на которых говорили рабы и их сефардские владельцы, оказали влияние на развитие папиаменто и креольских языков Суринама. Другие романские языки с еврейскими формами, исторически использовавшиеся сефардами, включают иудео-каталанский. Часто недооцениваемый, этот язык был основным языком, используемым еврейскими общинами в Каталонии, Балеарских островах и Валенсийском регионе. Сообщество Гибралтара оказало сильное влияние на гибралтарский диалект Льянито, внеся в этот английско-испанский патуа несколько слов. Другие языки, связанные с сефардскими евреями, в основном вымерли, например, корфиотский итальяно, ранее использовавшийся некоторыми сефардскими общинами в Италии. Иудео-арабский язык и его диалекты были широко распространенным языком для сефардов, поселившихся в североафриканских королевствах и арабоязычных частях Османской империи. Низкий немецкий (нижнесаксонский), ранее использовавшийся как разговорный язык сефардами в Гамбурге и Альтоне в Северной Германии, больше не используется как специфический еврейский разговорный язык. Благодаря своей диаспоре сефарды были многоязычным населением, часто изучавшим или обменивавшимся словами с языком принимающего населения, чаще всего итальянским, арабским, греческим, турецким и голландским. Они легко интегрировались в общества, которые их принимали. В последние столетия и, особенно, в XIX и XX веках, два языка стали доминирующими в сефардской диаспоре: французский, введенный сначала Альянсом Израиля Универселя, а затем путем поглощения новых иммигрантов во Францию после обретения независимости Тунисом, Марокко и Алжиром, и иврит в государстве Израиль.

In 1924, the Dictatorship of Primo de Rivera approved a decree to enable Sephardi Jews to obtain Spanish nationality. Although the deadline was originally the end of 1930, diplomat Ángel Sanz Briz used this decree as the basis for giving Spanish citizenship papers to Hungarian Jews in the Second World War to try to save them from the Nazis. Today, Spanish nationality law generally requires a period of residency in Spain before citizenship can be applied for. This had long been relaxed from ten to two years for Sephardi Jews, Hispanic Americans, and others with historical ties to Spain. In that context, Sephardi Jews were considered to be the descendants of Spanish Jews who were expelled or fled from the country five centuries ago following the expulsion of the Jews from Spain in 1492. In 2015 the Government of Spain passed Law 12/2015 of 24 June, whereby Sephardi Jews with a connection to Spain could obtain Spanish nationality by naturalization, without the usual residency requirement. Applicants must provide evidence of their Sephardi origin and some connection with Spain, and pass examinations on the language, government, and culture of Spain. The Law establishes the right to Spanish nationality of Sephardi Jews with a connection to Spain who apply within three years from 1 October 2015. The law defines Sephardic as Jews who lived in the Iberian Peninsula until their expulsion in the late fifteenth century, and their descendants. The law provides for the deadline to be extended by one year, to 1 October 2019; it was extended in March 2018. It was modified in 2015 to remove a provision that required persons acquiring Spanish nationality by law 12/2015 must renounce any other nationality held. Most applicants must pass tests of knowledge of the Spanish language and Spanish culture, but those who are under 18, or handicapped, are exempted. A Resolution in May 2017 also exempted those aged over 70. The Sephardic citizenship law was set to expire in October 2018 but was extended for an additional year by the Spanish government. The Law states that Spanish citizenship will be granted to "those Sephardic foreign nationals who prove that [Sephardic] condition and their special relationship with our country, even if they do not have legal residence in Spain, whatever their [current] ideology, religion or beliefs." Eligibility criteria for proving Sephardic descent include: a certificate issued by the Federation of Jewish Communities of Spain, or the production of a certificate from the competent rabbinic authority, legally recognized in the country of habitual residence of the applicant, or other documentation which might be considered appropriate for this purpose; or by justifying one's inclusion as a Sephardic descendant, or a direct descendant of persons included in the list of protected Sephardic families in Spain referred to in the Decree Law of 29 December 1948, or descendants of those who obtained naturalization by way of the Royal Decree of 20 December 1924; or by the combination of other factors including surnames of the applicant, spoken family language (Spanish, Ladino, Haketia), and other evidence attesting descent from Sephardic Jews and a relationship to Spain. Surnames alone, language alone, or other evidence alone will not be determinative in the granting of Spanish nationality. The connection with Spain can be established, if kinship with a family on a list of Sephardic families in Spain is not available, by proving that Spanish history or culture have been studied, proof of charitable, cultural, or economic activities associated with Spanish people, or organizations, or Sephardic culture. The Spanish government takes about 8–10 months to decide on each case. By March 2018, some 6,432 people had been granted Spanish citizenship under the law. The deadline for completing the requirements was extended until September 2021 due to delays due to the COVID 19 pandemic, but only for those who had made a preliminary application by 1 October 2019. In what appeared to be a reciprocal gesture, Natan Sharansky, chairman of the quasi governmental Jewish Agency for Israel, said "the state of Israel must ease the way for their return", referring to the millions of descendants of conversos around Latin America and Iberia. Some hundreds of thousands maybe exploring ways to return to the Jewish people. Portugal thus became the first country after Israel to enact a Jewish Law of Return. On 29 January 2015, the Portuguese Parliament ratified the legislation offering dual citizenship to descendants of Portuguese Sephardic Jews. Like the law later passed in Spain, the newly established legal rights in Portugal apply to all descendants of Portugal's Sephardic Jews, regardless of the current religion of the descendant, so long as the descendant can demonstrate "a traditional connection" to Portuguese Sephardic Jews. This may be through "family names, family language, and direct or collateral ancestry." Portuguese nationality law was amended to this effect by Decree Law n.º 43/2013, and further amended by Decree Law n.º 30 A/2015, which came into effect on 1 March 2015. «Applicants for Portuguese citizenship via this route are assessed by experts at one of Portugal's Jewish communities in either Lisbon or Porto». In a reciprocal response to the Portuguese legislation, Michael Freund, Chairman of Shavei Israel told news agencies in 2015 that he "call[s] on the Israeli government to embark on a new strategic approach and to reach out to the [Sephardic] Bnei Anousim, people whose Spanish and Portuguese Jewish ancestors were compelled to convert to Catholicism more than five centuries ago." By July 2017 the Portuguese government had received about 5,000 applications, mostly from Brazil, Israel, and Turkey. 400 had been granted, with a period between application and resolution of about two years. By February 2018, 12,000 applications were in process. Judæo Portuguese was used by Sephardim — especially among the Spanish and Portuguese Jews. The pidgin forms of Portuguese spoken among slaves and their Sephardic owners were an influence in the development of Papiamento and the Creole languages of Suriname. Other Romance languages with Jewish forms, spoken historically by Sephardim, include Judeo Catalan. Often underestimated, this language was the main language used by the Jewish communities in Catalonia, Balearic Isles and the Valencian region. The Gibraltar community has had a strong influence on the Gibraltar dialect Llanito, contributing several words to this English/Spanish patois. Other languages associated with Sephardic Jews are mostly extinct, e. g. Corfiot Italkian, formerly spoken by some Sephardic communities in Italy. Judeo Arabic and its dialects have been a large vernacular language for Sephardim who settled in North African kingdoms and Arabic speaking parts of the Ottoman Empire. Low German (Low Saxon), formerly used as the vernacular by Sephardim around Hamburg and Altona in Northern Germany, is no longer in use as a specifically Jewish vernacular. Through their diaspora, Sephardim have been a polyglot population, often learning or exchanging words with the language of their host population, most commonly Italian, Arabic, Greek, Turkish, and Dutch. They were easily integrated with the societies that hosted them. Within the last centuries and, more particularly the 19th and 20th centuries, two languages have become dominant in the Sephardic diaspora: French, introduced first by the Alliance Israélite Universelle, and then by absorption of new immigrants to France after Tunisia, Morocco and Algeria became independent, and Hebrew in the state of Israel.

Евреи в мусульманской Иберии

После победы Тарика ибн Зияда в 711 году жизнь сефардов резко изменилась. Хотя исламский закон устанавливал ограничения для зимми (немусульман, исповедующих монотеистические религии), приход мавров в целом был встречен с одобрением евреями Иберии. Как мусульманские, так и христианские источники утверждают, что евреи оказали ценную помощь мусульманским завоевателям. После захвата Кордобы её оборона была оставлена в руках евреев, а Гранада, Малага, Севилья и Толедо – смешанной армии евреев и мавров. Хотя в некоторых городах евреи могли способствовать успеху мусульман, из-за их немногочисленности их влияние было ограничено. Несмотря на ограничения, наложенные на евреев как на зимми, жизнь под мусульманским правлением была полна возможностей, и евреи процветали, в отличие от периода правления христианских вестготов. Многие евреи прибывали в Иберию из христианского и мусульманского мира, рассматривая её как землю терпимости и возможностей. После первоначальных арабских побед, и особенно с установлением власти Омейядов при Абд ар-Рахмане I в 755 году, к местной еврейской общине присоединились евреи из остальной Европы, а также из арабских земель, от Марокко до Вавилона. Еврейские общины обогащались культурно, интеллектуально и религиозно благодаря смешению этих разнообразных еврейских традиций. Арабская культура, безусловно, также оказала значительное влияние на развитие сефардской культуры. Общая переоценка Писания была вызвана мусульманской антиеврейской полемикой и распространением рационализма, а также антираббинитской полемикой караимов. Культурные и интеллектуальные достижения арабов, и значительная часть научных и философских спекуляций древнегреческой культуры, наилучшим образом сохранившихся арабскими учеными, стали доступны образованным евреям. Тщательное отношение арабов к грамматике и стилю также стимулировало интерес к филологическим вопросам в целом среди евреев. Арабский язык стал основным языком сефардской науки, философии и повседневного бизнеса, как это было и у вавилонских геонимов. Такое широкое принятие арабского языка также значительно облегчило ассимиляцию евреев в мавританскую культуру, и еврейская активность в различных профессиях, включая медицину, торговлю, финансы и сельское хозяйство, возросла. К IX веку некоторые члены сефардской общины почувствовали себя достаточно уверенно, чтобы участвовать в прозелитизме среди христиан. Это включало в себя оживленную переписку между Бодо Элеазаром, бывшим христианским диаконом, принявшим иудаизм в 838 году, и епископом Кордовы Павлом Альбаром, обратившимся из иудаизма в христианство. Каждый из них, используя такие эпитеты, как «жалкий компилятор», пытался убедить другого вернуться к своей прежней вере, но безуспешно. Золотой век тесно связан с правлением Абд ар-Рахмана III (882–942), первого независимого халифа Кордовы, и особенно с карьерой его еврейского советника Хасдая ибн Шапрута (882–942). В этом контексте культурного покровительства процветали исследования иврита, литературы и лингвистики. Хасдай принес пользу мировому еврейству не только косвенно, создавая благоприятную среду для научных исследований в Иберии, но и используя свое влияние для вмешательства в интересах иностранных евреев: в своем письме византийской принцессе Елене он просил защиты для евреев под византийским правлением, свидетельствуя о справедливом отношении к христианам Аль-Андалуса и, возможно, указывая, что это зависело от обращения с евреями за рубежом. Одним из заметных вкладов в христианский интеллектуализм является неоплатонический «Фонс Витае» Ибн Габирола («Источник жизни», «Мекор Хайим»). Многие полагают, что это произведение было написано христианином, но оно пользовалось уважением христиан и изучалось в монастырях на протяжении всего Средневековья, хотя работы Соломона Мунка в XIX веке доказали, что автором «Фонс Витае» был еврей Ибн Габирол. Помимо создания оригинальных работ, сефарды были активны в качестве переводчиков. В основном в Толедо тексты переводились с греческого, арабского, иврита и латыни. Переводя великие произведения арабской, еврейской и греческой литературы на латынь, иберийские евреи сыграли важную роль в распространении науки и философии, которые легли в основу обучения эпохи Возрождения, на остальную часть Европы. В начале XI века централизованная власть, базирующаяся в Кордове, распалась после вторжения берберов и свержения Омейядов. На её месте возникли независимые тайфа, управляемые местными мувалладами, арабами, берберами или славянскими лидерами. Вопреки опасениям, распад халифата расширил возможности для евреев и других профессионалов. Услуги еврейских ученых, врачей, торговцев, поэтов и ученых ценились как мусульманскими, так и христианскими правителями региональных центров, особенно после восстановления порядка в недавно завоеванных городах. Рабби Самуил ха-Нагид (ибн Нагрела) был визирем Гранады. Ему наследовал его сын Иосиф ибн Нагрела, который был убит разбушевавшейся толпой вместе с большей частью еврейской общины. Оставшиеся бежали в Лусену. Первое крупное и наиболее жестокое преследование в исламской Испании – резню в Гранаде 1066 года, произошедшая 30 декабря, когда мусульманская толпа штурмовала королевский дворец в Гранаде, распяла еврейского визиря Иосифа ибн Нагрелу и перебила большую часть еврейского населения города после распространения слухов о том, что могущественный визирь замышляет убить слабоумного и пьяного короля Бадиса ибн Хабуса. Согласно Еврейской энциклопедии 1906 года: «Более 1500 еврейских семей, насчитывающих 4000 человек, погибли за один день, число, оспариваемое некоторыми историками, которые считают его примером «обычного преувеличения в числовых оценках, которым изобилует история». Упадок Золотого века начался еще до завершения Реконкисты, с проникновения и влияния альморавидов, а затем альмохадов, из Северной Африки. Эти более нетерпимые секты презирали либеральную исламскую культуру Аль-Андалуса, включая положение власти, которое некоторые зимми занимали над мусульманами. Когда альмохады предоставили евреям выбор между смертью и обращением в ислам, многие евреи эмигрировали. Некоторые, такие как семья Маймонида, бежали на юг и восток, в более терпимые мусульманские земли, в то время как другие отправились на север, чтобы поселиться в растущих христианских королевствах. Тем временем Реконкиста продолжалась на севере на протяжении XII века. По мере падения различных арабских земель перед христианами условия для некоторых евреев в возникающих христианских королевствах становились все более благоприятными. Как это происходило при восстановлении городов после распада власти Омейядов, услуги евреев использовались победившими христианскими лидерами. Знание сефардами языка и культуры врага, их навыки дипломатов и профессионалов, а также их стремление к облегчению невыносимых условий – те же причины, по которым они оказались полезны арабам на ранних этапах мусульманского вторжения, – делали их услуги очень ценными. Однако евреи из мусульманского юга не были полностью в безопасности во время своего продвижения на север. Старые предрассудки усугублялись новыми. Подозрения в сговоре с мусульманами были сильны, поскольку евреи иммигрировали, говоря на арабском языке. Однако многие из вновь прибывших евреев на севере процветали в конце XI и начале XII веков. Большая часть латинской документации, касающейся евреев в этот период, относится к их земельной собственности, полям и виноградникам. Во многом жизнь сефардов Аль-Андалуса вернулась к исходной точке. По мере того как условия становились все более угнетающими в XII и XIII веках, евреи снова искали облегчения в другой культуре. Христианские лидеры завоеванных городов предоставляли им широкую автономию, и еврейская ученость в некоторой степени восстановилась и развивалась по мере роста общин в размерах и...

With the victory of Tariq ibn Ziyad in 711, the lives of the Sephardim changed dramatically. Though Islamic law placed restrictions on dhimmis (non Muslim members of monotheistic faiths), the coming of the Moors was by and large welcomed by the Jews of Iberia. Both Muslim and Christian sources claim that Jews provided valuable aid to the Muslim conquerors. Once captured, the defense of Cordoba was left in the hands of Jews, and Granada, Malaga, Seville, and Toledo were left to a mixed army of Jews and Moors. Although in some towns Jews may have been helpful to Muslim success, because of the small numbers they were of limited impact. In spite of the restrictions placed upon the Jews as dhimmis, life under Muslim rule was one of great opportunity and Jews flourished as they did not under the Christian Visigoths. Many Jews came to Iberia, seen as a land of tolerance and opportunity, from the Christian and Muslim worlds. Following initial Arab victories, and especially with the establishment of Umayyad rule by Abd al Rahman I in 755, the native Jewish community was joined by Jews from the rest of Europe, as well as from Arab lands, from Morocco to Babylon. Jewish communities were enriched culturally, intellectually, and religiously by the commingling of these diverse Jewish traditions. Arabic culture, of course, also made a lasting impact on Sephardic cultural development. General re evaluation of scripture was prompted by Muslim anti Jewish polemics and the spread of rationalism, as well as the anti Rabbanite polemics of Karaites. The cultural and intellectual achievements of the Arabs, and much of the scientific and philosophical speculation of Ancient Greek culture, which had been best preserved by Arab scholars, was made available to the educated Jew. The meticulous regard the Arabs had for grammar and style also had the effect of stimulating an interest in philological matters in general among Jews. Arabic became the main language of Sephardic science, philosophy, and everyday business, as had been the case with Babylonian geonim. This thorough adoption of the Arabic language also greatly facilitated the assimilation of Jews into Moorish culture, and Jewish activity in a variety of professions, including medicine, commerce, finance, and agriculture increased. By the ninth century, some members of the Sephardic community felt confident enough to take part in proselytizing amongst Christians. This included the heated correspondences sent between Bodo Eleazar, a former Christian deacon who had converted to Judaism in 838, and the Bishop of Córdoba Paulus Albarus, who had converted from Judaism to Christianity. Each man, using such epithets as "wretched compiler", tried to convince the other to return to his former faith, to no avail. The Golden Age is most closely identified with the reign of Abd al Rahman III (882–942), the first independent Caliph of Cordoba, and in particular with the career of his Jewish councilor, Hasdai ibn Shaprut (882–942). Within this context of cultural patronage, studies in Hebrew, literature, and linguistics flourished. Hasdai benefitted world Jewry not only indirectly by creating a favorable environment for scholarly pursuits within Iberia, but also by using his influence to intervene on behalf of foreign Jews: in his letter to Byzantine Princess Helena, he requested protection for the Jews under Byzantine rule, attesting to the fair treatment of the Christians of al Andalus, and perhaps indicating that such was contingent on the treatment of Jews abroad. One notable contribution to Christian intellectualism is Ibn Gabirol's neo Platonic Fons Vitae ("The Source of Life;" "Mekor Hayyim"). Thought by many to have been written by a Christian, this work was admired by Christians and studied in monasteries throughout the Middle Ages, though the work of Solomon Munk in the 19th century proved that the author of Fons Vitae was the Jewish ibn Gabirol. In addition to contributions of original work, the Sephardim were active as translators. Mainly in Toledo, texts were translated between Greek, Arabic, Hebrew, and Latin. In translating the great works of Arabic, Hebrew, and Greek into Latin, Iberian Jews were instrumental in bringing the fields of science and philosophy, which formed much of the basis of Renaissance learning, into the rest of Europe. In the early 11th century, centralized authority based at Cordoba broke down following the Berber invasion and the ousting of the Umayyads. In its stead arose the independent taifa principalities under the rule of local Muwallad, Arab, Berber, or Slavonic leaders. Rather than having a stifling effect, the disintegration of the caliphate expanded the opportunities to Jewish and other professionals. The services of Jewish scientists, doctors, traders, poets, and scholars were generally valued by Christian and Muslim rulers of regional centers, especially as order was restored in recently conquered towns. Rabbi Samuel ha Nagid (ibn Naghrela) was the Vizier of Granada. He was succeeded by his son Joseph ibn Naghrela who was slain by an incited mob along with most of the Jewish community. The remnant fled to Lucena. The first major and most violent persecution in Islamic Spain was the 1066 Granada massacre, which occurred on 30 December, when a Muslim mob stormed the royal palace in Granada, crucified Jewish vizier Joseph ibn Naghrela and massacred most of the Jewish population of the city after rumors spread that the powerful vizier was plotting to kill the weak minded and drunk King Badis ibn Habus. According to the 1906 Jewish Encyclopedia, "More than 1,500 Jewish families, numbering 4,000 persons, fell in one day, a number contested by some historians who deem it to be an example of "the usual hyperbole in numerical estimates, with which history abounds." The decline of the Golden Age began before the completion of the Christian Reconquista, with the penetration and influence of the Almoravides, and then the Almohads, from North Africa. These more intolerant sects abhorred the liberality of the Islamic culture of al Andalus, including the position of authority some dhimmis held over Muslims. When the Almohads gave the Jews a choice of either death or conversion to Islam, many Jews emigrated. Some, such as the family of Maimonides, fled south and east to the more tolerant Muslim lands, while others went northward to settle in the growing Christian kingdoms. Meanwhile, the Reconquista continued in the north throughout the 12th century. As various Arab lands fell to the Christians, conditions for some Jews in the emerging Christian kingdoms became increasingly favorable. As had happened during the reconstruction of towns following the breakdown of authority under the Umayyads, the services of Jews were employed by the victorious Christian leaders. Sephardic knowledge of the language and culture of the enemy, their skills as diplomats and professionals, as well as their desire for relief from intolerable conditions — the very same reasons that they had proved useful to the Arabs in the early stages of the Muslim invasion — made their services very valuable. However, the Jews from the Muslim south were not entirely secure in their northward migrations. Old prejudices were compounded by newer ones. Suspicions of complicity with the Muslims were alive and well as Jews immigrated, speaking Arabic. However, many of the newly arrived Jews of the north prospered during the late 11th and early 12th centuries. The majority of Latin documentation regarding Jews during this period refers to their landed property, fields, and vineyards. In many ways life had come full circle for the Sephardim of al Andalus. As conditions became more oppressive during the 12th and 13th centuries, Jews again looked to an outside culture for relief. Christian leaders of reconquered cities granted them extensive autonomy, and Jewish scholarship recovered somewhat and developed as communities grew in size and importance. However, the Reconquista Jews never reached the same heights as had those of the Golden Age.

После Реконкисты

Среди сефардов было много потомков или глав богатых семейств, которые, будучи маранами, занимали видные посты в странах, которые они покинули. Некоторые были штатными чиновниками, другие занимали высокие должности в Церкви; многие возглавляли крупные банковские дома и торговые предприятия, а некоторые были врачами или учеными, преподававшими в высших школах. Испанский или португальский язык служил лингва франка, позволявшей сефардам из разных стран вести торговлю и дипломатию. Они свободно общались со своими равными, не обращая внимания на религию, но скорее на сопоставимый уровень образования, поскольку, как правило, были хорошо образованны, что стало традицией и ожиданием. Их принимали при дворах султанов, королей и князей и часто использовали в качестве послов, посланников или агентов. Значительное число сефардов внесли важный вклад в развитие различных стран, например, Самуэль Абраванель (или "Абраванель" – финансовый советник вице-короля Неаполя) или Моисей Куриэль (или "Джеромино Нуньес да Коста", агент португальской короны в Объединенных провинциях). Среди других упомянутых имен – Белмонте, Наси, Франсиско Пачеко, Блас, Педро де Эррера, Палаче, Пиментель, Азеведо, Сагасте, Сальвадор, Саспортас, Коста, Куриэль, Кансино, Шёненберг, Сапозник (Сапатеро), Толедо, Миранда, Толедано, Перейра и Тейшейра. Сефарды проявили себя как врачи и государственные деятели и снискали расположение правителей и князей как в христианском, так и в исламском мире. То, что сефарды избирались на видные должности в каждой стране, где они селились, было отчасти связано с тем, что испанский язык стал мировым благодаря экспансии Испании и созданию Испанской империи. Их космополитический культурный опыт, полученный в результате длительных связей с исламскими учеными, также делал их прекрасно образованными для своего времени, вплоть до европейского Просвещения. На протяжении долгого времени сефарды активно участвовали в испанской литературе, писали в прозе и стихах и были авторами богословских, философских, беллетристических (ориентированных на эстетику, а не на содержание), педагогических и математических трудов. Раввины, как и все сефарды, придавали большое значение чистому и благозвучному произношению иврита и произносили свои проповеди на испанском или португальском языках. Некоторые из этих проповедей были опубликованы. Их жажда знаний и свободное общение с внешним миром побудили сефардов создать новые образовательные системы. Везде, где они селились, они основывали школы, в которых испанский язык использовался в качестве языка обучения. Театр в Константинополе был на иудео-испанском языке, поскольку мусульманам это было запрещено. В Португалии сефардам были предоставлены важные роли в социально-политической сфере и определенная защита со стороны короны (например, Яхия Бен Яхия, первый "Рабин-Майор" Португалии и надзиратель государственных доходов первого короля Португалии, Д. Афонсу Энрикеша). Даже при растущем давлении со стороны Католической церкви это положение дел оставалось более или менее стабильным, и число евреев в Португалии росло за счет беженцев из Испании. Это изменилось с браком короля Португалии Д. Мануэля I с дочерью Католических монархов новообразованной Испании. В 1497 году был издан указ о высылке или насильственном обращении всех евреев, и сефарды либо бежали, либо скрывались под видом "Cristãos Novos", то есть новых христиан (этот указ был символически отменен португальским парламентом в 1996 году). Тем, кто бежал в Геную, разрешили высадиться только после крещения. Те, кому посчастливилось добраться до Османской империи, имели лучшую судьбу: султан Баязид II саркастически поблагодарил Фердинанда за то, что тот прислал ему одних из своих лучших подданных, тем самым "обедняя свои собственные земли, обогащая его (Баязида)". Евреи, прибывшие в Османскую империю, в основном были переселены в Салоники и его окрестности, а также в некоторой степени в Константинополь и Измир. За этим последовала массовая резня евреев в Лиссабоне в 1506 году и учреждение португальской инквизиции в 1536 году. Это привело к бегству португальской еврейской общины, которое продолжалось до ликвидации судов инквизиции в 1821 году; к тому времени в Португалии осталось очень мало евреев. В Амстердаме, где евреи были особенно заметны в 17 веке благодаря своему количеству, богатству, образованию и влиянию, они основали поэтические академии по испанским образцам: Академию Ситибундос и Академию Флоридос. В том же городе они также организовали первое еврейское учебное заведение с курсами, на которых, помимо талмудических исследований, преподавали иврит. Самая важная синагога, или Эснога, как ее обычно называют среди испанских и португальских евреев, – Амстердамская Эснога, которую обычно считают «материнской синагогой» и историческим центром амстердамского миньяга. Значительное сефардское сообщество поселилось в Марокко и других странах Северной Африки, которые были колонизированы Францией в 19 веке. Евреи в Алжире получили французское гражданство в 1870 году в соответствии с декретом Крёмье (ранее евреи и мусульмане могли подавать заявление на получение французского гражданства, но должны были отказаться от использования традиционных религиозных судов и законов, чего многие не хотели). Когда Франция вышла из Алжира в 1962 году, местные еврейские общины в основном переехали во Францию. Между этими общинами и более ранним французским еврейским населением (в основном ашкеназскими евреями), а также с арабскими мусульманскими общинами существуют некоторые напряженности.

Among the Sephardim were many who were the descendants, or heads, of wealthy families and who, as Marranos, had occupied prominent positions in the countries they had left. Some had been stated officials, others had held positions of dignity within the Church; many had been the heads of large banking houses and mercantile establishments, and some were physicians or scholars who had officiated as teachers in high schools. Their Spanish or Portuguese was a lingua franca that enabled Sephardim from different countries to engage in commerce and diplomacy. With their social equals they associated freely, without regard to religion and more likely with regard to equivalent or comparative education, for they were generally well read, which became a tradition and expectation. They were received at the courts of sultans, kings, and princes, and often were employed as ambassadors, envoys, or agents. The number of Sephardim who have rendered important services to different countries is considerable as Samuel Abravanel (or "Abrabanel"—financial councilor to the viceroy of Naples) or Moses Curiel (or "Jeromino Nunes da Costa" serving as Agent to the Crown of Portugal in the United Provinces). Among other names mentioned are those of Belmonte, Nasi, Francisco Pacheco, Blas, Pedro de Herrera, Palache, Pimentel, Azevedo, Sagaste, Salvador, Sasportas, Costa, Curiel, Cansino, Schönenberg, Sapoznik (Zapatero), Toledo, Miranda, Toledano, Pereira, and Teixeira. The Sephardim distinguished themselves as physicians and statesmen, and won the favor of rulers and princes, in both the Christian and the Islamic world. That the Sephardim were selected for prominent positions in every country where they settled was only in part due to the fact that Spanish had become a world language through the expansion of Spain into the world spanning Spanish Empire—the cosmopolitan cultural background after long associations with Islamic scholars of the Sephardic families also made them extremely well educated for the times, even well into the European Enlightenment. For a long time, the Sephardim took an active part in Spanish literature; they wrote in prose and in rhyme, and were the authors of theological, philosophical, belletristic (aesthetic rather than content based writing), pedagogic (teaching), and mathematical works. The rabbis, who, in common with all the Sephardim, emphasized a pure and euphonious pronunciation of Hebrew, delivered their sermons in Spanish or in Portuguese. Several of these sermons have appeared in print. Their thirst for knowledge, together with the fact that they associated freely with the outer world, led the Sephardim to establish new educational systems. Wherever they settled, they founded schools that used Spanish as the medium of instruction. Theatre in Constantinople was in Judæo Spanish since it was forbidden to Muslims. In Portugal, the Sephardim were given important roles in the sociopolitical sphere and enjoyed a certain amount of protection from the Crown (e. g. Yahia Ben Yahia, first "Rabino Maior" of Portugal and supervisor of the public revenue of the first King of Portugal, D. Afonso Henriques). Even with the increasing pressure from the Catholic Church, this state of affairs remained more or less constant and the number of Jews in Portugal grew with those running from Spain. This changed with the marriage of D. Manuel I of Portugal with the daughter of the Catholic Monarchs of the newly born Spain. In 1497 the Decree ordering the expulsion or forced conversion of all the Jews was passed, and the Sephardim either fled or went into secrecy under the guise of "Cristãos Novos", i. e. New Christians (this Decree was symbolically revoked in 1996 by the Portuguese Parliament). Those who fled to Genoa were only allowed to land provided they received baptism. Those who were fortunate enough to reach the Ottoman Empire had a better fate: the Sultan Bayezid II sarcastically sent his thanks to Ferdinand for sending him some of his best subjects, thus "impoverishing his own lands while enriching his (Bayezid's)". Jews arriving in the Ottoman Empire were mostly resettled in and around Thessalonica and to some extent in Constantinople and İzmir. This was followed by a great massacre of Jews in the city of Lisbon in 1506 and the establishment of the Portuguese Inquisition in 1536. This caused the flight of the Portuguese Jewish community, which continued until the extinction of the Courts of Inquisition in 1821; by then there were very few Jews in Portugal. In Amsterdam, where Jews were especially prominent in the 17th century on account of their number, wealth, education, and influence, they established poetical academies after Spanish models; two of these were the Academia de Los Sitibundos and the Academia de Los Floridos. In the same city they also organized the first Jewish educational institution, with graduate classes in which, in addition to Talmudic studies, the instruction was given in the Hebrew language. The most important synagogue, or Esnoga, as it is usually called amongst Spanish and Portuguese Jews, is the Amsterdam Esnoga—usually considered the "mother synagogue", and the historical center of the Amsterdam minhag. A sizable Sephardic community had settled in Morocco and other Northern African countries, which were colonized by France in the 19th century. Jews in Algeria were given French citizenship in 1870 by the décret Crémieux (previously Jews and Muslims could apply for French citizenship, but had to renounce the use of traditional religious courts and laws, which many did not want to do). When France withdrew from Algeria in 1962, the local Jewish communities largely relocated to France. There are some tensions between some of those communities and the earlier French Jewish population (who were mostly Ashkenazi Jews), and with Arabic Muslim communities.

В эпоху открытий

Большая часть испанских евреев, изгнанных в 1492 году, бежала в Португалию, где несколько лет избежала преследований. Еврейская община в Португалии составляла тогда, возможно, около 15% населения этой страны. В 1579 году Луис де Карвахаль-и-де-ла-Куэва, португалец по происхождению, конверсо и чиновник испанской короны, получил в управление обширную территорию в Новой Испании, известную как Нуэво-Рейно-де-Леон. Он основал поселения вместе с другими конверсо, которые впоследствии стали Монтерреем. В частности, евреи установили связи между голландцами и Южной Америкой. Они способствовали созданию Голландской Западно-Индийской компании в 1621 году, и некоторые входили в её директориум. Амбициозные планы голландцев по завоеванию Бразилии были реализованы при посредстве португальского капитана Франсиску Рибейру, который, по слухам, имел еврейские связи в Нидерландах. Спустя несколько лет, когда голландцы в Бразилии обратились к Нидерландам за мастерами всех видов, многие евреи отправились в Бразилию. Около 600 евреев покинули Амстердам в 1642 году в сопровождении двух выдающихся ученых – Исаака Абоаба да Фонсеки и Моисея Рафаэля де Агилара. Евреи поддержали голландцев в борьбе между Нидерландами и Португалией за обладание Бразилией. В 1642 году Абоаб да Фонсека был назначен раввином в синагоге Кахал-Зур-Исраэль в голландской колонии Пернамбуку (Ресифи), Бразилия. Большинство белых жителей города были сефардскими евреями из Португалии, изгнанными португальской инквизицией на другую сторону Атлантического океана. Колония была оккупирована голландцами в 1624 году. Став раввином общины, Абоаб да Фонсека стал первым назначенным раввином в Америке. Его община называлась Кахал-Зур-Исраэль, и в ней были синагога, миква и йешива. Однако, во время его пребывания на посту раввина в Пернамбуку, португальцы вновь заняли это место в 1654 году после девятилетней борьбы. Абоаб да Фонсека смог вернуться в Амстердам после повторной оккупации. Члены его общины эмигрировали в Северную Америку и были среди основателей Нью-Йорка, но некоторые евреи нашли убежище в Сериду. Сефардская кехилла в Замостье в XVI и XVII веках была уникальной для всей Польши того времени. Это было автономное учреждение, и до середины XVII века оно не подчинялось высшему органу еврейского самоуправления в Речи Посполитой – Совету Четырех Земель. Помимо торговцев, среди испанских евреев в Амстердаме было много врачей: Самуэль Авраванель, Давид Нието, Элия Монтальто и семья Буэно; консультацию у Жозефа Буэно брал принц Морис (апрель 1623 года). Евреи принимались в университет в качестве студентов, где изучали медицину как единственную науку, имевшую для них практическую ценность, поскольку им не разрешалось заниматься юридической практикой, а присяга, которую они должны были принести, исключала их из числа профессоров. Евреев также не принимали в торговые гильдии: решение, принятое городом Амстердамом в 1632 году (города были автономными), исключало их. Однако исключения делались для ремесел, связанных с их религией: печать, книготорговля, продажа мяса, птицы, бакалеи и лекарств. В 1655 году еврею было разрешено открыть сахарный завод. Джонатан Рэй, профессор еврейских теологических исследований, утверждает, что сефардская община сформировалась скорее в XVII веке, чем в средневековый период. Он объясняет, что до изгнания испанские еврейские общины не имели единой идентичности в том смысле, в котором она развилась в диаспоре. Они не принесли с собой в изгнание какой-либо особой испано-еврейской идентичности, но определенные общие культурные черты способствовали формированию диаспоральной общины из исторически независимых общин.

The largest part of Spanish Jews expelled in 1492 fled to Portugal, where they eluded persecution for a few years. The Jewish community in Portugal was perhaps then some 15% of that country's population. In 1579 Luis de Carvajal y de la Cueva a Portuguese born Converso, Spanish Crown officer, was awarded a large swath of territory in New Spain, known as Nuevo Reino de León. He founded settlements with other conversos that would later become Monterrey. In particular, Jews established relations between the Dutch and South America. They contributed to the establishment of the Dutch West Indies Company in 1621, and some were members of the directorate. The ambitious schemes of the Dutch for the conquest of Brazil were carried into effect through Francisco Ribeiro, a Portuguese captain, who is said to have had Jewish relations in the Netherlands. Some years afterward, when the Dutch in Brazil appealed to the Netherlands for craftsmen of all kinds, many Jews went to Brazil. About 600 Jews left Amsterdam in 1642, accompanied by two distinguished scholars—Isaac Aboab da Fonseca and Moses Raphael de Aguilar. Jews supported the Dutch in the struggle between the Netherlands and Portugal for possession of Brazil. In 1642, Aboab da Fonseca was appointed rabbi at Kahal Zur Israel Synagogue in the Dutch colony of Pernambuco (Recife), Brazil. Most of the white inhabitants of the town were Sephardic Jews from Portugal who had been banned by the Portuguese Inquisition to this town at the other side of the Atlantic Ocean. In 1624, the colony had been occupied by the Dutch. By becoming the rabbi of the community, Aboab da Fonseca was the first appointed rabbi of the Americas. The name of his congregation was Kahal Zur Israel Synagogue and the community had a synagogue, a mikveh and a yeshiva as well. However, during the time he was a rabbi in Pernambuco, the Portuguese re occupied the place again in 1654, after a struggle of nine years. Aboab da Fonseca managed to return to Amsterdam after the occupation of the Portuguese. Members of his community immigrated to North America and were among the founders of New York City, but some Jews took refuge in Seridó. The Sephardic kehilla in Zamość in the 16th and 17th centuries was the one of its kind in the entire Poland of that time. It was an autonomous institution, and until the mid 17th century it was not under the authority of the highest organ of the Jewish self government in the Republic of Poland the Council of Four Lands. Besides merchants, a great number of physicians were among the Spanish Jews in Amsterdam: Samuel Abravanel, David Nieto, Elijah Montalto, and the Bueno family; Joseph Bueno was consulted in the illness of Prince Maurice (April 1623). Jews were admitted as students at the university, where they studied medicine as the only branch of the science of practical use to them, for they were not permitted to practice law, and the oath they would be compelled to take excluded them from the professorships. Neither were Jews taken into the trade guilds: a resolution passed by the city of Amsterdam in 1632 (the cities being autonomous) excluded them. Exceptions, however, were made in the case of trades that related to their religion: printing, bookselling, and the selling of meat, poultry, groceries, and drugs. In 1655 a Jew was, exceptionally, permitted to establish a sugar refinery. Jonathan Ray, a professor of Jewish theological studies, has argued that the community of Sephardim was formed more during the 1600s than the medieval period. He explains that prior to expulsion Spanish Jewish communities did not have a shared identity in the sense that developed in diaspora. They did not carry any particular Hispano Jewish identity into exile with them, but certain shared cultural traits contributed to the formation of the diaspora community from what had historically been independent communities.

Холокост

Холокост, опустошивший европейское еврейство и практически уничтоживший его многовековую культуру, также уничтожил крупные европейские центры сефардского еврейства и привел к почти полному исчезновению его уникального языка и традиций. Сефардские еврейские общины от Франции и Нидерландов на северо-западе до Югославии и Греции на юго-востоке почти исчезли. Накануне Второй мировой войны европейская сефардская община была сосредоточена в странах Юго-Восточной Европы – Греции, Югославии и Болгарии. Ее главные центры находились в Салониках, Сараево, Белграде и Софии. Опыт еврейских общин в этих странах во время войны сильно различался и зависел от типа режима, под который они попали. Еврейские общины Югославии и северной Греции, включая 50 000 евреев Салоники, оказались под прямой немецкой оккупацией в апреле 1941 года и понесли всю тяжесть и интенсивность нацистских репрессивных мер – от лишения имущества, унижений и принудительного труда до взятия заложников и, в конечном итоге, депортации в концентрационный лагерь Освенцим и уничтожения. Еврейское население южной Греции находилось под юрисдикцией итальянцев, которые избегали принятия антиеврейского законодательства и, по возможности, сопротивлялись попыткам Германии перевести их в оккупированную Польшу, пока капитуляция Италии 8 сентября 1943 года не привела к переходу евреев под немецкий контроль. Сефардские евреи в Боснии и Хорватии с апреля 1941 года находились под властью созданного немцами Независимого государства Хорватия, которое подвергло их действиям, напоминающим погромы, прежде чем поместить в местные лагеря, где они были убиты вместе с сербами и цыганами (см. Пораймос). Евреи Македонии и Фракии находились под контролем болгарских оккупационных войск, которые, лишив их гражданства, окружили и передали немцам для депортации. Наконец, евреи собственно Болгарии находились под властью союзника нацистской Германии, который подверг их разрушительным антиеврейским законам, но в конечном итоге уступил давлению болгарских парламентариев, духовенства и интеллектуалов, чтобы не депортировать их. Таким образом, более 50 000 болгарских евреев были спасены. Евреи в Северной Африке идентифицировали себя только как евреи или европейские евреи, испытав влияние вестернизации, привнесенной французской и итальянской колонизацией. Во время Второй мировой войны и до операции «Факел» евреи Марокко, Алжира и Туниса, находившиеся под управлением пронацистской Франции Виши, страдали от того же антисемитского законодательства, что и евреи на территории самой Франции. Однако они не подверглись более крайним антисемитским мерам нацистской Германии, как и евреи в итальянской Ливии. Еврейские общины в этих странах Северной Африки, в Болгарии и Дании были единственными, кому удалось избежать массовой депортации и массового уничтожения, постигших другие еврейские общины. Операция «Факел» таким образом спасла более 400 000 евреев в европейской Северной Африке.

The Holocaust that devastated European Jewry and virtually destroyed its centuries old culture also wiped out the great European population centers of Sephardi Jewry and led to the almost complete demise of its unique language and traditions. Sephardi Jewish communities from France and the Netherlands in the northwest to Yugoslavia and Greece in the southeast almost disappeared. On the eve of World War II, the European Sephardi community was concentrated in Southeastern Europe countries of Greece, Yugoslavia, and Bulgaria. Its leading centers were in Salonika, Sarajevo, Belgrade, and Sofia. The experience of Jewish communities in those countries during the war varied greatly and depended on the type of regime under which they fell. The Jewish communities of Yugoslavia and northern Greece, including the 50,000 Jews of Salonika, fell under direct German occupation in April 1941 and bore the full weight and intensity of Nazi repressive measures from dispossession, humiliation, and forced labor to hostage taking, and finally deportation to the Auschwitz concentration camp and extermination. The Jewish population of southern Greece fell under the jurisdiction of the Italians who eschewed the enactment of anti Jewish legislation and resisted whenever possible German efforts to transfer them to occupied Poland, until the surrender of Italy on 8 September 1943 brought the Jews under German control. Sephardi Jews in Bosnia and Croatia were ruled by a German created Independent State of Croatia state from April 1941, which subjected them to pogrom like actions before herding them into local camps where they were murdered side by side with Serbs and Roma (see Porajmos). The Jews of Macedonia and Thrace were controlled by Bulgarian occupation forces, which after rendering them stateless, rounded them up and turned them over to the Germans for deportation. Finally, the Jews of Bulgaria proper were under the rule of a Nazi ally that subjected them to ruinous anti Jewish legislation, but ultimately yielded to pressure from Bulgarian parliamentarians, clerics, and intellectuals not to deport them. More than 50,000 Bulgarian Jews were thus saved. The Jews in North Africa identified themselves only as Jews or European Jews, having been westernized by French and Italian colonization. During World War II and until Operation Torch, the Jews of Morocco, Algeria, and Tunesia, governed by pro Nazi Vichy France, suffered the same antisemitic legislation that Jews suffered in France mainland. They did not, however, directly suffer the more extreme Nazi Germany antisemitic policies, and nor did the Jews in Italian Libya. The Jewish communities in those European North Africa countries, in Bulgaria, and in Denmark were the only ones who were spared the mass deportation and mass murder that afflicted other Jewish communities. Operation Torch therefore saved more than 400,000 Jews in European North Africa.

Позднейшая история и культура

Евреям во Французском Алжире было предоставлено французское гражданство декретом Кремье в 1870 году. Поэтому они считались частью европейского сообщества *pieds-noirs*, несмотря на многовековое проживание в Северной Африке, а не подвергались статусу *indigénat*, наложенному на их бывших мусульманских соседей. Большинство из них переехали во Францию в конце 1950-х – начале 1960-х годов после обретения независимости Тунисом, Марокко и Алжиром, и теперь составляют большинство французской еврейской общины. Сегодня сефарды сохранили романсы, древние мелодии и песни Испании и Португалии, а также большое количество старых португальских и испанских пословиц. Многие детские пьесы, например, «Эль Кастильо», по-прежнему популярны среди них, и они по-прежнему питают слабость к блюдам, характерным для Иберии, таким как *pastel* или *pastelico* – своего рода мясной пирог, и *pan de España* или *pan de León*. На своих праздниках они следуют испанскому обычаю раздавать *dulces* или *dolces* – сладости, завернутые в бумагу с изображением Маген Давида (шестиконечной звезды). В Мексике сефардская община происходит в основном из Сирии, Турции, Греции и Болгарии. В 1942 году в сотрудничестве с семьей ашкеназов был основан Colegio Hebreo Tarbut, где обучение велось на идише. В 1944 году сефардская община основала отдельный Colegio Hebreo Sefaradí с 90 студентами, где обучение проводилось на иврите и дополнялось занятиями по еврейским обычаям. К 1950 году число студентов достигло 500. В 1968 году группа молодых сефардов создала Tnuat Noar Jinujit Dor Jadash в поддержку создания государства Израиль. В 1972 году был создан институт Majazike Tora, целью которого является подготовка молодых евреев к бар-мицве. Хотя сегодня большинство американских евреев – ашкеназы, в колониальные времена сефарды составляли большинство еврейского населения. Например, 1654 еврея, прибывшие в Новый Амстердам, бежали из колонии Ресифи (Бразилия) после захвата ее португальцами у голландцев. На протяжении большей части XVIII века американские синагоги вели и записывали свои дела на португальском языке, даже если в повседневной жизни использовали английский. Лишь после массовой немецкой иммиграции в США в XIX веке ситуация изменилась, и ашкеназы (первоначально из Германии, но к XX веку – из Восточной Европы) стали доминировать в американском еврейском сообществе. Сефарды обычно следуют общим правилам испанских и португальских имен. Многие носили португальские и испанские имена, однако стоит отметить, что большое количество сефардских имен имеет еврейские и арабские корни и полностью отсутствует в иберийских отчествах, поэтому их часто считают типично еврейскими. Многие из этих имен связаны с нееврейскими (христианскими) семьями и отдельными лицами и ни в коем случае не являются исключительными для евреев. После 1492 года многие *маранoс* изменили свои имена, чтобы скрыть еврейское происхождение и избежать преследований, приняв профессии и даже переводя отчества на местные языки, такие как арабский и даже немецкий. Было принято выбирать имя приходской церкви, где они были крещены в христианскую веру, например, Санта-Крус, или распространенное название слова «Мессия» (Спаситель/Сальвадор), или имя своих христианских крестных родителей. Исследование доктора Марка Хилтона, проведенное с помощью ДНК-тестирования IPS, показало, что фамилия *маранo*, связанная с местоположением местного прихода, коррелировала в 89,3% случаев.

The Jews in French Algeria were awarded French citizenship by 1870 Crémieux Decree. They were therefore considered part of the European pieds noirs community in spite of having been established in North Africa for many centuries, rather than subject to the Indigénat status imposed on their Muslim former neighbors. Most consequently moved to France in the late 1950s and early 1960s after Tunisia, Morocco and Algeria became independent, and they now make up a majority of the French Jewish community. Today, the Sephardim have preserved the romances and the ancient melodies and songs of Spain and Portugal, as well as a large number of old Portuguese and Spanish proverbs. A number of children's plays, like, for example, El Castillo, are still popular among them, and they still manifest a fondness for the dishes peculiar to Iberia, such as the pastel, or pastelico, a sort of meat pie, and the pan de España, or pan de León. At their festivals, they follow the Spanish custom of distributing dulces, or dolces, a confection wrapped in paper bearing a picture of the magen David (six pointed star). In Mexico, the Sephardic community originates mainly from Syria, Turkey, Greece, and Bulgaria. In 1942 the Colegio Hebreo Tarbut was founded in collaboration with the Ashkenazi family and instruction was in Yiddish. In 1944 the Sephardim community established a separate "Colegio Hebreo Sefaradí" with 90 students where instruction was in Hebrew and complemented with classes on Jewish customs. By 1950 there were 500 students. In 1968 a group of young Sephardim created the group Tnuat Noar Jinujit Dor Jadash in support of the creation of the state of Israel. In 1972 the Majazike Tora institute is created aiming to prepare young male Jews for their Bar Mitzvah. While the majority of American Jews today are Ashkenazim, in Colonial times Sephardim made up the majority of the Jewish population. For example, the 1654 Jews who arrived in New Amsterdam fled from the colony of Recife, Brazil after the Portuguese seized it from the Dutch. Through most of the 18th century, American synagogues conducted and recorded their business in Portuguese, even if their daily language was English. It was not until widespread German immigration to the United States in the 19th century that the tables turned and Ashkenazim (initially from Germany but by the 20th century from Eastern Europe) began to dominate the American Jewish landscape. The Sephardim usually have followed the general rules for Spanish and Portuguese names. Many used to bear Portuguese and Spanish names; however, it is noteworthy that a large number of Sephardic names are of Hebrew and Arabic roots and are totally absent in Iberian patronyms and are therefore often seen as typically Jewish. Many of the names are associated with non Jewish (Christian) families and individuals and are by no means exclusive to Jews. After 1492, many marranos changed their names to hide their Jewish origins and avoid persecution, adopting professions and even translating such patronyms to local languages like Arabic and even German. It was common to choose the name of the Parish Church where they have been baptized into the Christian faith, such as Santa Cruz or the common name of the word "Messiah" (Savior/Salvador) or adopted the name of their Christian godparents. Dr. Mark Hilton's research demonstrated in IPS DNA testing that the last name of Marranos linked with the location of the local parish was correlated 89.3%

В отличие от ашкеназских евреев, которые не называют новорожденных детей именами живых родственников, сефардские евреи часто называют своих детей именами дедушек и бабушек, даже если те еще живы. Первого сына и дочь традиционно называют в честь бабушки и дедушки по отцовской линии, затем следуют имена родителей по материнской линии для остальных детей. После этого имена других детей, так сказать, «свободны», то есть можно выбирать любое имя, не имея никаких «обязательств по имени». Единственный случай, когда сефардские евреи не называют детей именами своих родителей, – это когда один из супругов имеет общее имя с матерью или отцом супруга (поскольку евреи не называют своих детей своими именами). Однако бывают случаи, когда «свободные» имена используются в память об умершем родственнике, умершем молодым или бездетным. Эти противоречивые правила именования могут быть проблематичными, когда дети рождаются в смешанных ашкеназско-сефардских семьях. Примечательным исключением из различных ашкеназских и сефардских традиций именования является практика, сложившаяся среди голландских евреев, где ашкеназы на протяжении веков следовали традиции, обычно приписываемой сефардам. См. Chuts.

Законы о гражданстве в Испании и Португалии

С апреля 2013 года сефарды, являющиеся потомками изгнанных во время инквизиции, имеют право на получение португальского гражданства при условии, что они "принадлежат сефардской общине португальского происхождения, связанной с Португалией". Поправка к "Закону о гражданстве" Португалии была единогласно одобрена 11 апреля 2013 года и продолжает принимать заявления по состоянию на lc=yes. Аналогичный закон был одобрен в Испании в 2014 году и вступил в силу в 2015 году. К дате окончания приема заявлений, 30 сентября 2019 года, Испания получила 127 000 заявок, преимущественно из стран Латинской Америки.

Отношения с ашкеназами

В средневековый период значительное число евреев-ашкеназов из исторической области "Ашкеназ" (Германия и Франция) перебрались на Иберийский полуостров для изучения Каббалы и Торы под руководством сефардских раввинов. Эти ашкеназские евреи, ассимилировавшиеся в сефардском обществе, со временем стали получать фамилии "Ашкенази", если происходили из Германии, и "Зарфати", если из Франции. Отношения между сефардами и ашкеназами временами были напряжены из-за расовой розни, при этом обе стороны заявляли о неполноценности другой, основываясь на таких признаках, как физические особенности и культура. В некоторых случаях сефардские евреи вливались в ашкеназские общины и заключали браки с их членами.