Введение

Эдмунд Кин (4 ноября 1787 – 15 мая 1833) – знаменитый британский театральный актёр, исполнявший, в частности, роли в шекспировских постановках в Лондоне, Белфасте, Нью-Йорке, Квебеке и Париже. Он был известен невысоким ростом, бурной личной жизнью и скандальным разводом.

Ранние годы

Кин родился в Вестминстере, Лондон. Его отцом, вероятно, был Эдмунд Кин, клерк в архитектурном бюро, а матерью – актриса Энн Кэри, дочь композитора и драматурга XVIII века Генри Кэри. Кина впервые увидели на сцене в возрасте четырех лет в роли Купидона в балете Жана Жоржа Новерра «Cymon». В детстве его живость, сообразительность и отзывчивость сделали его всеобщим любимцем, однако суровые жизненные обстоятельства и отсутствие дисциплины способствовали развитию самостоятельности и склонности к непослушанию. Около 1794 года несколько доброжелателей оплатили его обучение в школе, где он преуспевал; однако, находя ограничения невыносимыми, он отправился в море юнгой в Портсмут. Обнаружив, что жизнь на море еще более стеснена, он так искусно притворился глухим и хромым, что обманул врачей на Мадейре. По возвращении в Англию он попросил защиты у своего дяди Мозеса Кина, мима, вентрилока и разностороннего артиста, который, помимо продолжения его занятий пантомимой, познакомил его с творчеством Шекспира. Одновременно Шарлотта Тидсвелл, актриса, которая была особенно добра к нему с детства, обучила его основам актерского мастерства. После смерти дяди она взяла его под свою опеку, и он начал систематическое изучение главных шекспировских персонажей, проявляя своеобразную оригинальность своего гения в интерпретациях, совершенно отличающихся от тех, что предлагал Джон Филипп Кембл, считавшийся тогда выдающимся исполнителем этих ролей. Талант и привлекательная внешность Кина побудили миссис Кларк взять его на воспитание, но он обиделся на замечание посетителя и внезапно покинул ее дом, вернувшись в привычную среду.

Открытие

В 14 лет он получил приглашение сыграть главные роли в течение 20 вечеров в Йоркском театре, выступив в роли Гамлета, Гастингса и Катона. Вскоре после этого, будучи членом театра Ричардсона, странствующей театральной труппы, слухи о его таланте дошли до Георга III, который повелел ему выступить в Виндзорском замке. После этого он присоединился к цирку Сондерса, где, исполняя конный трюк, упал и сломал обе ноги. Эта авария оставила отёки в его лодыжках на всю жизнь. Примерно в это же время он брал уроки музыки у Чарльза Инклидона, танцев у Джеймса Харви Д’Эгвиля и фехтования у Генри Анджело. В 1807 году он играл главные роли в Белфастском театре вместе с Сарой Сиддонс, которая поначалу называла его "ужасным малым". По мере того, как она убеждалась в его способностях, она сказала, что он "играет очень, очень хорошо", но что "в нём слишком мало, чтобы стать великим актёром". Он начал свою карьеру с труппы миссис Бейкер. В 1808 году он присоединился к провинциальной труппе актёра Сэмюэля Батлера и 17 июля женился на Мэри Чемберс из Уотерфорда, ведущей актрисе. Его жена родила двоих сыновей, одним из которых был актёр Чарльз Кин.

Дрюри Лейн и Нью-Йорк

В течение нескольких лет его перспективы были весьма мрачными, но в 1814 году комитет театра «Дрюри-Лейн», находившийся на грани банкротства, решил дать ему шанс в числе «экспериментов», которые они проводили, чтобы вернуть себе популярность. Когда приближалось ожидание его первого выступления в Лондоне, он был настолько взволнован, что воскликнул: «Если я преуспею, я сойду с ума». Поскольку он некоторое время не мог позволить себе медицинскую помощь, его старший сын умер на следующий день после подписания трехлетнего контракта с «Дрюри-Лейн». Его дебют в «Дрюри-Лейн» 26 января 1814 года в роли Шейлока вызвал у публики почти неконтролируемый восторг. Современники признали, что Кин привнес в образ этого персонажа достоинство и человечность. Джейн Остин упоминает о его популярности в письме к сестре Кассандре от 2 марта 1814 года: «Места в «Дрюри-Лейн» на субботу забронированы, но ажиотаж вокруг Кина настолько велик, что удалось достать только места в третьем и четвертом рядах». Последующие выступления в ролях Ричарда III, Гамлета, Отелло, Макбета и Короля Лира продемонстрировали его мастерство в передаче широкого спектра трагических эмоций. Его успех был настолько огромен, что он однажды сказал: «Я не чувствовал сцены под ногами». В 1817 году местный драматург Чарльз Бак представил свою пьесу «Итальянцы, или Роковой обвинение» театру «Дрюри-Лейн», в которой Кин должен был исполнить главную роль. Пьеса была хорошо принята как советом театра, так и актерами, пока Кин, по-видимому, не передумал и не стал делать несколько неосторожных замечаний о том, что его роль недостаточно значительна. Затем, после спектакля в феврале 1819 года, где Кин нарочно испортил премьеру пьесы Джейн Портер «Швейцария» – исторического романа, к автору которой он питал личную неприязнь, – Бак забрал пьесу из-за возмущения поведением Кина. После долгих уговоров со стороны сотрудников театра сыграть пьесу, мистер Бак позже переиздал ее с предисловием, посвященным этому инциденту, включая выдержки из переписки участников, которые впоследствии были оспорены в двух книгах: «Нападающий под ударом» и «Защита Эдмунда Кина». Результатом стала потеря репутации с обеих сторон, и пьеса все же была поставлена 3 апреля 1819 года, но потерпела полный провал из-за споров, окружавших ее, и предыдущего поведения Кина. 29 ноября 1820 года Кин впервые появился в Нью-Йорке в роли Ричарда III в театре на улице Энтони. Успех его визита в Америку был неоспорим, хотя он и вступил в острый конфликт с прессой. В 1821 году он выступил в Бостоне вместе с Мэри Энн Дафф в пьесе «Страдающая мать» Амброза Филипса, адаптации «Андромахи» Расина. 4 июня 1821 года он вернулся в Англию. Кин первым восстановил трагический финал шекспировского «Короля Лира», который с 1681 года на сцене заменялся счастливым финалом адаптации Нахума Тейта «История короля Лира». Кин ранее играл в «Лире» Тейта, но сказал своей жене, что лондонская публика «не имеет представления о том, на что я способен, пока не увидит меня над телом Корделии». Кин сыграл трагического Лира в нескольких спектаклях. Они не имели успеха, хотя один критик описал сцену его смерти как «глубоко трогательную». С сожалением Кин вернулся к версии Тейта.

Частная жизнь

Жизнь Кина стала препятствием для его карьеры. В результате его романа с Шарлоттой Кокс, женой лондонского олдермена, г-н Кокс подал на Кина в суд, требуя возмещения ущерба за прелюбодеяние (criminal conversation). Присяжные, совещавшиеся всего 10 минут, присудили ему выплатить 800 фунтов стерлингов. Газета "Таймс" обрушилась на него с резкой критикой. Неблагоприятное решение по делу Кокс против Кина о прелюбодеянии, вынесенное 17 января 1825 года, привело к тому, что жена покинула его, и вызвало такую ​​сильную неприязнь, что его освистывали и закидывали фруктами, когда он вновь появился на сцене в Дрюри-Лейн, что почти вынудило его навсегда уйти из общественной жизни. Многие годы он жил в доме Кейделл в Хорндине. Он также использовал коттедж "Walnut Tree" в качестве своего жилья в деревне Норт-Энд, графство Миддлсекс, который находился гораздо ближе к Лондону.

Второй американский визит

Второй визит в Америку в 1825 году во многом повторил преследования, которые он испытал в Англии. В некоторых городах к нему проявили милосердие, но многие зрители подвергали его оскорблениям и даже насилию. В Квебеке он был глубоко впечатлен добротой некоторых индейцев племени гуронов, посещавших его представления, и, по слухам, был удостоен звания почетного вождя племени, получив имя Аланиенуидет. Последний раз Кина видели в Нью-Йорке 5 декабря 1826 года в роли Ричарда III – роли, с которой он впервые предстал перед американской публикой.

Упадок и смерть

Он вернулся в Англию и был в конечном итоге принят благосклонно, но к тому времени он настолько пристрастился к стимуляторам, что постепенная утрата таланта стала неизбежной. Тем не менее, его выдающиеся способности в моменты вдохновения превосходили полное истощение физических сил. Его выступление в Париже провалилось из-за приступа пьянства. В 1827 году он вернулся на сцену в "Друри Лейн", сыграв главную роль Бена Назира в пьесе Томаса Колли Граттана, но пьеса не имела успеха. Он отказался от роли Альфреда Великого в пьесе Джеймса Шеридана Ноулза, которую получил Уильям Макреди. В 1831 году он возглавил театр Ричмонда в Суррее и оставался его управляющим до самой смерти два года спустя. Он жил в доме рядом с театром. Его последнее появление на сцене состоялось 15 марта 1833 года в Ковент-Гардене, где он сыграл Отелло, а роль Яго исполнил его сын, Чарльз Кин, также талантливый актер. Произнося слова "Злодей, будь уверен" в третьем акте, третьей сцене, он внезапно прервался, и, дрожащим голосом воскликнув: "О, Боже, я умираю. Скажи им, Чарльз!", потерял сознание и упал в объятия сына. Он скончался через несколько недель в Суррее. Память о нем увековечена в приходской церкви, где установлена мемориальная доска на полу, отмечающая его могилу, а также настенная доска, первоначально находившаяся снаружи, но перемещенная внутрь и значительно отреставрированная во время работ по реставрации в 1904 году. Он похоронен в приходской церкви Всех Святых в деревне Кэтерингтон, графство Гэмпшир. По преданию, его последними словами были: "Умирать легко, а комедия – сложно". В Дублине Густав Вон Брук заменил Кина в роли Вильгельма Телля.

Художественное наследие

Согласно «Энциклопедии Британника» одиннадцатого издания, именно в воплощении величайших творений гения Шекспира наиболее полно проявлялись разнообразие красоты и величие актерского мастерства Кина, хотя, возможно, его самой сильной ролью был сэр Джайлс Оверрич в пьесе Филиппа Массинджера «Новый способ платить старые долги». Эффект от его первого исполнения был настолько силен, что зрители в партере поднялись как один, и даже сами актеры и актрисы были потрясены мощной драматической иллюзией. Главным недостатком Кина как актера был его небольшой рост. Колридж говорил: «Наблюдать за его игрой – все равно что читать Шекспира в ослепительных вспышках молнии».

Эксцентричность

Его причуды на пике славы были многочисленны. Он выбирал себе ужин в зависимости от роли, которую ему предстояло играть: свинину – для тирана, говядину – для убийцы и баранину – для любовника. Порой он безрассудно скакал на своем коне, Шейлоке, всю ночь напролет. Ему подарили прирученного льва, с которым его можно было застать играющим в гостиной. Среди его гостей были известные боксеры Мендоза и Ричмонд Черный, а Генри Грэтан был его верным другом.

Оценки

В ранние годы Франсуа Тальма сказал о нем: "Он великолепный необработанный алмаз; отшлифуйте и придайте ему форму, и он станет совершенным трагиком". Уильям Макреди, который был глубоко впечатлен "Ричардом III" в исполнении Кина и встретил актера за ужином, описывает его "скромные манеры, в некоторой степени смущенные" и "трогательную грацию" его пения. Исполнение Кином трех слов "Я отвечаю – Нет!" в роли сэра Эдварда Мортимера в пьесе "Железный ларец" повергло Макреди в отчаяние от осознания невозможности соперничать с ним в этой роли. Жизнь Эдмунда Кина настолько насыщена драматическими событиями, что послужила основой для пьесы "Кин" Жана Поля Сартра, а также пьесы Александра Дюма "Кин, или Беспорядок и гений", в которой актер Фредерик Леметр достиг одного из своих величайших триумфов. В 1924 году режиссер Александр Волков экранизировал пьесу Дюма, создав французский немой художественный фильм с участием русского актера Ивана Мосжукина, проживавшего тогда в Париже. "Кин: Гений или негодяй" (итал. Kean Genio e sregolatezza) – итальянская драматическая постановка о жизни Кина, снятая в 1956 году. Она основана на пьесе Александра Дюма "Кин" (1836) и ее адаптации, выполненной Жан-Полем Сартром в 1953 году. Фильм был представлен на кинофестивале в Локарно в 1957 году. Декорации к фильму разработал художник-постановщик Джанни Полидори. Значительная часть фильма была снята в театре "Валле" в Риме.

Культурное влияние

У известного британского актера театра и кино Питера О’Тула, прославившегося во второй половине 20-го века, было кольцо, некогда принадлежавшее Кину, которое он использовал как литературное вдохновение при написании второго тома своей автобиографии «Блуждая с намерением: ученик» (1997). О’Тул произнес фразу: «Умирать легко, а комедия – это сложно» и приписал ее последним словам Кина в фильме 1982 года «Мой любимый год».