Введение

Основной закон Специального административного района Гонконг Китайской Народной Республики является национальным законом Китая, который служит органическим законом для Специального административного района Гонконг (HKSAR). Состоящий из девяти глав, 160 статей и трех приложений, Основной закон был разработан для реализации Приложения I к Совместной китайско-британской декларации 1984 года. Основной закон был принят в соответствии с Конституцией Китая, когда он был утвержден Всекитайским собранием народных представителей 4 апреля 1990 года и вступил в силу 1 июля 1997 года после передачи Гонконга. Он заменил колониальную конституцию Гонконга, представленную патентными грамотами и королевскими инструкциями. Разработанный на основе Совместной декларации, Основной закон определяет основные принципы политики Китая в отношении Гонконга, включая принцип "одна страна, две системы", в соответствии с которым социалистическая система управления и экономическая система, практикуемые на материковой части Китая, не распространяются на Гонконг. Вместо этого Гонконг сохраняет свою капиталистическую систему и образ жизни до 2047 года. Основной закон также определяет источники права, взаимоотношения между Гонконгом и центральным правительством (Государственным советом), основные права и обязанности жителей Гонконга, а также структуру органов местного управления.

История

Вскоре после подписания китайско-британской совместной декларации, в 1985 году Национальный народный конгресс учредил Комитет по разработке Основного закона (BLDC), заложив основу передачи суверенитета над Гонконгом от Соединенного Королевства к Китаю. Комитет отвечал за разработку проекта Основного закона. В июне 1985 года Постоянный комитет Национального народного конгресса (НПСК) утвердил состав BLDC, который включал 36 членов от Китая и 23 члена от Гонконга, во главе с китайским дипломатом Цзи Пэнфэй. Двенадцать из 23 членов от Гонконга были связаны с деловыми и промышленными кругами города. В 1985 году также был создан Консультативный комитет по Основному закону (BLCC), состоящий из представителей гонконгского общества, для сбора мнений о проекте закона в Гонконге. Подобно BLDC, BLCC также доминировали представители бизнес- и профессиональной элиты. Первый проект был опубликован в апреле 1988 года, после чего последовала пятимесячная публичная дискуссия. Второй проект был опубликован в феврале 1989 года, а последующий период консультаций завершился в октябре 1989 года. Основной закон был провозглашен 4 апреля 1990 года Национальным народным конгрессом вместе с образцами регионального флага и региональной эмблемы САР Гонконг. 4 июня 1989 года единственные два члена BLDC, представлявшие зарождающийся демократический лагерь, Мартин Ли и Сето Ва, заявили о приостановке своего участия после подавления протестов на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. В сентябре 1989 года Ли объявил о своем возвращении в BLDC под давлением общественности Гонконга. Однако в октябре Пекин исключил Ли и Сето из BLDC, назвав их "подрывными элементами". Ли и Сето выразили поддержку студенческим активистам в Пекине и возглавили Гонконгский альянс в поддержку патриотических демократических движений в Китае, организацию, оказывавшую помощь политическим диссидентам в покидании Китая после подавления протестов 4 июня.

Основные принципы

Основные принципы управления Гонконгом под китайским суверенитетом соответствуют принципам, изложенным в Китайско-британской совместной декларации, и большинство из них закреплены в первой главе Основного закона. Постоянный комитет Всекитайского собрания народных представителей (ПКВСНП) определил статьи 1 и 12 как основополагающие положения Основного закона. Статья 1 провозглашает Гонконг частью Китайской Народной Республики, при этом сохраняя отличные от материкового Китая правовую и политическую системы до 2047 года. Гонконг обладает высокой степенью автономии и имеет собственные исполнительную, законодательную и судебную ветви власти. Судебная власть включает в себя право окончательного решения, которое заменило колониальную практику апелляции в Судебный комитет Тайного совета Соединенного Королевства апелляциями в Суд окончательной инстанции. Закон Гонконга о национальной безопасности, включенный в Приложение III к Основному закону, имеет приоритет над несовместимыми местными законами и позволяет судам материкового Китая рассматривать дела, касающиеся определенных преступлений, связанных с национальной безопасностью. Статья 5 предусматривает, что социалистическая система и политика не должны применяться в Гонконге, а капиталистическая система и образ жизни, существовавшие до передачи, должны сохраняться в течение 50 лет после передачи, то есть до 2047 года. Это вызвало критику со стороны многих жителей Гонконга, которые заявили, что коммунистическое руководство подрывает статью 8 Основного закона, отказываясь от своих обязательств по соблюдению политики, обеспечивающей демократический и автономный Гонконг под управлением Пекина.

Автономия под китайским суверенитетом

Основной закон гарантирует Гонконгу высокую степень автономии под управлением Китая, за исключением вопросов внешней политики и обороны, которые остаются в ведении Центрального народного правительства.

Центральные правительственные учреждения в Гонконге

В Гонконге действуют четыре ведомства центрального правительства. Управление комиссара Министерства иностранных дел было учреждено в соответствии со статьей 13 Основного закона и начало свою деятельность после передачи. В 2000 году Управление по связям Центрального народного правительства заменило Гонконгское отделение агентства Синьхуа, которое с 1947 года фактически выполняло функции дипломатической миссии Китая в Гонконге. Гонконгский гарнизон Народно-освободительной армии начал действовать после передачи. Управление по защите национальной безопасности было учреждено в июне 2020 года на основании Закона о национальной безопасности Гонконга. Статья 22 гласит, что "ни один орган Центрального народного правительства и ни одна провинция, автономный район или город центрального подчинения не могут вмешиваться в дела, которыми Специальный административный район Гонконг управляет самостоятельно в соответствии с настоящим Законом". В апреле 2020 года данное положение вызвало дискуссии после того, как Управление по связям и Управление по делам Гонконга и Макао подвергли критике продемократических законодателей за затягивание выборов председателя Комитета Законодательного совета. Продемократические законодатели заявили, что эти ведомства нарушили статью 22, комментируя выборы председателя местного законодательного органа. В ответ Управление по связям заявило, что оно само и Управление по делам Гонконга и Макао не подпадают под действие статьи 22, поскольку были уполномочены центральными властями специализироваться на работе с вопросами Гонконга и не относятся к тем органам, которые обычно понимаются под "органами Центрального народного правительства". На сайте Государственного совета КНР, также известного как Центральное народное правительство, Управление по делам Гонконга и Макао (国务院港澳事务办公室) и агентство Синьхуа (新华通讯社), чье отделение в Гонконге было предшественником Управления по связям, перечислены среди учреждений, отличных от структурных подразделений Государственного совета (国务院组成部门). Чжан Сяомин также заявил, что ограничения, предусмотренные статьей 22, не распространяются на Управление комиссара по национальной безопасности.

Действие национальных законов

За исключением Основного закона и Конституции, национальное законодательство не применяется в Гонконге, если оно не включено в Приложение III и не введено в действие посредством местных нормативных актов или законодательства. Когда национальные законы принимаются на местном уровне Законодательным советом, местная версия адаптируется к условиям Гонконга для обеспечения полной силы национального закона. Постоянный комитет Всекитайского собрания народных представителей (NPCSC) имеет право изменять законодательство, включенное в Приложение III, после консультаций со своим Комитетом по Основному закону и правительством Гонконга. Законы, включенные в Приложение III, должны касаться вопросов внешней политики, национальной обороны или вопросов, не входящих в сферу автономии Гонконга. По состоянию на июнь 2020 года Приложение III включает законы о статусе столицы, национальном флаге и гимне, территориальных претензиях, гражданстве, дипломатических привилегиях и иммунитете, размещении гарнизона Народно-освободительной армии и преступлениях, связанных с национальной безопасностью. В мае 2020 года Всекитайское собрание народных представителей объявило, что NPCSC примет закон о национальной безопасности, специально разработанный для Гонконга, в ответ на протесты в Гонконге в 2019–20 годах. Закон был добавлен в Приложение III и введен в действие без принятия Законодательным советом. Национальное законодательство может применяться, если оно затрагивает только определенную территорию в Гонконге. В 2018 году была завершена станция Гонконг – Западный Коулун высокоскоростной железнодорожной линии Гуанчжоу – Шэньчжэнь – Гонконг, включающая участок, где китайским должностным лицам разрешено применять китайское законодательство, что было направлено на сокращение времени, необходимого для прохождения иммиграционного контроля. В том же году эффективность китайского законодательства на территории Гонконга была оспорена в Окружном суде. Суд постановил, что Основной закон является гибкой конституцией и, как таковой, может быть истолкован в соответствии с потребностями экономической интеграции; соглашение о применении материкового китайского законодательства в Гонконге в целях таможенного, иммиграционного и карантинного контроля не противоречит принципу «одна страна, две системы». В то время как большая часть Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП) ратифицирована в Гонконге в виде Указа о Билле о правах Гонконга с практически идентичным текстом, эквивалентное законодательство для реализации Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (МПГПП) не было принято.

Гражданские права

Жители Гонконга равны перед законом. Жители Гонконга обладают, в частности, свободой слова, свободой печати и публикаций; свободой объединений, свободой собраний, свободой шествий, демонстраций, общения, передвижения, совести, религиозных убеждений и брака; а также правом и свободой создавать и вступать в профессиональные союзы и проводить забастовки. Беспрецедентное исчезновение человека из Гонконга и странные обстоятельства, его сопровождавшие, потрясли город и вызвали серьезную международную обеспокоенность по поводу возможного похищения граждан Гонконга сотрудниками китайских органов общественной безопасности и их вероятной экстрадиции, что является нарушением нескольких статей Основного закона и принципа "одна страна, две системы". Широко распространенные подозрения о том, что они содержатся под стражей на материковой части Китая, впоследствии подтвердились, по всей видимости, постановочными видеозаписями с "признаниями" и заявлениями этих людей о том, что они остаются в Китае по собственному желанию. Статья 95 предусматривает взаимную правовую помощь между Гонконгом и КНР; однако серьезные препятствия, такие как применение смертной казни, мешают достижению формального соглашения об экстрадиции. Кроме того, власти Гонконга установили, что статьи 6 и 7 Уголовного кодекса КНР не предоставляют Гонконгу исключительную юрисдикцию по уголовным делам, особенно когда преступление совершается через границы провинций или административных районов. В настоящее время Гонконг запрашивает выдачу жителей Гонконга, совершивших преступления в Гонконге и арестованных на материке. Однако, если житель материкового Китая совершит преступление в Гонконге и бежит обратно на материк, он будет судим там. В случаях одновременной юрисдикции центральное правительство потребовало, чтобы судебное разбирательство проводилось на материке. Ведущие эксперты, такие как профессор Альберт Чен и Гладис Ли, председатель Гонконгского отделения Международной комиссии юристов, считают, что эта ситуация серьезно подрывает независимость судебной власти в Гонконге.

Политические права

Постоянные жители Специального административного района Гонконг имеют право голосовать и быть избранными в соответствии с Основным законом. Положения Международного пакта о гражданских и политических правах, применимые к Гонконгу на момент вступления Основного закона в силу, остались действующими. Статья 45 предусматривает, что главный исполнитель избирается путем выборов или посредством местных консультаций и назначается Центральным народным правительством, с конечной целью избрания на основе всеобщего избирательного права путем выдвижения кандидатов представительным комитетом в соответствии с демократическими процедурами. Однако Гонконг до сих пор не внедрил всеобщее избирательное право для выборов, поскольку в Основном законе указано, что порядок выборов зависит от "реальной ситуации" в Гонконге и "принципа постепенного и упорядоченного прогресса". Вопрос о возможности проведения выборов главы исполнительной власти в 2007 году и выборов в Законодательный совет в 2008 году на основе всеобщего избирательного права был решен 26 апреля 2004 года, когда Постоянный комитет Всекитайского собрания народных представителей (ПК ВСНП) исключил такую возможность, посчитав, что Гонконг недостаточно подготовлен к таким выборам. В 2014 году Решение ПК ВСНП от 31 августа предусматривало, что начиная с 2017 года избрание главного исполнителя может осуществляться на основе всеобщего избирательного права путем выдвижения кандидатов широким представительным комитетом и при условии назначения Центральным народным правительством. В Решении также указывалось, что такой человек должен любить страну и Гонконг, и что должны быть предусмотрены гарантии соблюдения этого требования посредством конкретного механизма всеобщего избирательного права, при этом сами гарантии не были уточнены.

Политическая структура

Судам Гонконга предоставлены полномочия пересматривать действия исполнительной или законодательной власти и объявлять их недействительными, если они противоречат Основному закону. Главный исполнительный директор Гонконга может быть избран путем выборов или посредством консультаций, проводимых на местном уровне, и назначается Центральным народным правительством. Вопрос о сроке полномочий нового главы исполнительной власти после отставки предшественника возник после того, как Тун Чхихва подал в отставку 10 марта 2005 года. Юридическое сообщество и сторонники демократии заявили, что срок полномочий нового главы исполнительной власти должен составлять пять лет, в соответствии со статьей 46. Однако правительство Гонконга, некоторые представители Пекина и пропекинский лагерь утверждали, что срок должен быть равен оставшемуся сроку полномочий первоначального главы исполнительной власти, ссылаясь на техническую деталь в китайской версии Основного закона и вводя понятие "оставшийся срок". Правительство Гонконга обратилось за разъяснением к Постоянному комитету ВСНП 6 апреля 2005 года. Постоянный комитет ВСНП постановил 27 апреля 2005 года, что согласно Приложению I к Основному закону, если глава исполнительной власти подаст в отставку в 2007 году или до этого, его преемник должен отработать оставшийся срок полномочий предшественника. Жители Гонконга, выступающие за автономию, рассматривают "разъяснение" Постоянного комитета как вмешательство центрального правительства в правовую систему Гонконга, нарушающее дух политики "Одна страна, две системы" и подрывающее верховенство закона. Основной закон также гарантирует благосостояние и льготы государственных служащих. В соответствии со статьей 100 Основного закона, государственные служащие могут продолжать работать на тех же условиях оплаты труда, надбавок, льгот и условий службы, не менее благоприятных, чем до передачи суверенитета. Статья 107 гласит, что правительство САР при составлении бюджета должно придерживаться принципа удержания расходов в пределах доходов. Возникал вопрос о том, допускаются ли сокращения заработной платы государственных служащих и дефицитный бюджет в соответствии с Основным законом. В период экономического спада после 1997 года наблюдался растущий бюджетный дефицит (а в 2007/08 годах – рекордный профицит). Правительство сократило заработную плату государственных служащих во время экономического спада, а затем резко повысило ее во время восстановления экономики.

Внешние дела

Основной закон предоставляет правительству Гонконга ограниченные полномочия для участия в международных делах. От имени "Гонконг, Китай" правительство Гонконга может заключать двусторонние соглашения с регионами, не входящими в состав Китая, и международными организациями в определенных областях, включая торговлю, связь, культуру, туризм и спорт. Кроме того, представители правительства, входя в состав китайской делегации, могут участвовать в дипломатических переговорах и работе международных организаций и конференций, непосредственно касающихся Гонконга.

Споры по поводу толкования

Толкование Основного закона судами Гонконга и Постоянным комитетом Всекитайского собрания народных представителей (NPCSC) является политически спорным вопросом. Альберт Чен описал интерпретации NPCSC как "основную причину конституционных разногласий" после передачи суверенитета. Решение по этому вопросу было принято Апелляционным судом через 28 дней после передачи. Истцы утверждали, что Временный Законодательный совет, сформированный в одностороннем порядке до передачи, был незаконным, а принятые им законы – недействительными. Суд отклонил этот аргумент, в частности, указав, что как местный суд, он не имеет полномочий пересматривать действия суверенного органа. Поскольку Китай имеет письменную конституцию, а Основной закон определяет взаимоотношения между Гонконгом и центральным правительством, в отличие от колониальных патентных грамот и королевских инструкций, Чан поставил под вопрос, в полной ли мере принцип парламентского верховенства применим в Гонконге после 1997 года. Можно утверждать, что толкования Основного закона Постоянным комитетом Всекитайского собрания народных представителей фактически являются "поправками" к Основному закону. Тем не менее, суд Гонконга признал, что интерпретации NPCSC имеют "дополнительный" законодательный эффект, соответствующий китайской юридической практике. Аналогичным образом, полномочия NPCSC по толкованию могут быть использованы для изменения практически неограниченного спектра местных законов без возможности обжалования в суды Гонконга или правительство Гонконга.