Анархо-феминизм: Теория и история

Введение

Направление в анархизме, делающее особый акцент на феминизме.

Анархистский феминизм, также известный как анархистский феминизм или анархо-феминизм, – это система анализа, объединяющая принципы и анализ власти анархистской теории с феминизмом. Он тесно соотносится с интерсекциональным феминизмом. Анархистский феминизм обычно исходит из того, что патриархат и традиционные гендерные роли, как проявления недобровольной принудительной иерархии, должны быть заменены децентрализованной свободной ассоциацией. Анархистские феминистки считают, что борьба против патриархата является неотъемлемой частью классовой борьбы и анархистской борьбы против государства и капитализма. По сути, эта философия рассматривает анархистскую борьбу как необходимый элемент феминистской борьбы и наоборот. Л. Сьюзан Браун утверждает, что «поскольку анархизм – это политическая философия, выступающая против любых отношений власти, он по своей сути является феминистским».

Предыстория

Анархизм впервые возник как политическое течение в эпоху, когда гендерное неравенство систематически поддерживалось, а женщины были исключены из общественной жизни. Их существование ограничивалось традиционными гендерными ролями матерей и жён в рамках структуры ядерной семьи. Особенно женщины рабочего класса были лишены политических и экономических прав, что подтолкнуло их к социализму и политической борьбе. Они начали выступать за репродуктивные права и свободную любовь, что стало основой для анархистского феминизма. Первые сторонники анархизма поначалу не решались затрагивать тему феминизма: Пьер-Жозеф Прудон открыто враждебно относился к феминистским требованиям гендерного равенства и отстаивал традиционные семейные ценности; Пётр Кропоткин полагал, что феминистские цели должны быть подчинены классовой борьбе; а Бенджамин Такер возражал против требования «равной оплаты за равный труд». Только после того, как Михаил Бакунин включил отмену гендерного неравенства в цели Международного альянса социалистической демократии, права женщин стали одной из главных забот анархистского движения. Анархо-коммунисты восприняли критику семьи Фридриха Энгельса, который считал её источником как гендерного, так и экономического неравенства. Эта антиавторитарная критика власти в институтах брака и ядерной семьи стала привлекать многих феминисток к анархизму. Последующий синтез анархизма и феминизма, хотя в то время и не был явно обозначен как таковой, позднее получил название анархо-феминизма.

Первая волна (1880-е 1940-е годы)

В 1880-х годах анархистский феминизм впервые был разработан каталонскими активистками Терезой Мане и Терезой Клармонт. К 1890-м годам анархистский феминизм распространился по всему миру, принесенный иммигрантами в Европу и из Европы. Анархистская пресса начала публиковать феминистские анализы гендерного равенства и критику брака, неполной семьи и проституции. Благодаря публикации Эрико Малатесты «La Questione Sociale», памфлеты Терезы Мане о женском образовании и гендерном неравенстве получили широкое распространение. Анархо-феминизм был также подхвачен американскими анархистами Вольтерриной де Клэр и Эммой Голдман, последнюю из которых стали считать «матерью-основательницей» анархо-феминизма. Люси Парсонс основала в Чикаго Профсоюз работниц и обеспечила участие женщин в Индустриальных рабочих мира как одного из ее основателей. В Англии анархистка Шарлотта Уилсон стала сторонницей «равной оплаты за равный труд» и продвигала женское образование. Анархистки занимали видные позиции в редакционных коллегиях журналов (таких как Mother Earth), в издании книг и в качестве публичных ораторов. Распространялись также специализированные феминистские публикации, включая Germinal, El Oprimido и La Voz de la Mujer, в которых анархистки отстаивали революционную форму феминизма. В качестве способа противостоять культуре домашнего очага, поддерживающей частную собственность неполной семьи, анархистки, такие как Шарлотта Уилсон, открывали свои дома как «квазиобщественные пространства» для политических встреч и совместных трапез. Анархистки даже участвовали в насильственных прямых действиях, включая попытку убийства Веры Засулич российского начальника полиции Федора Трепова; убийство Германой Бертон французского крайне правого политика Мариуса Плато; и заговор Канно Сугако на убийство японского императора Мэйдзи. Подъем анархистского феминизма вызвал антифеминистскую реакцию среди многих мужчин анархистского движения, которые принижали борьбу за права женщин, считая ее второстепенной по сравнению с классовой борьбой. В свою очередь, La Voz de la Mujer осудила этих мужчин как «ложных анархистов», которые ставили свое освобождение выше освобождения женщин. В китайском анархо-феминистском журнале Natural Justice Хэ Чжэнь также критиковала то, что она считала «стремлением мужчин к самовыражению под предлогом освобождения женщин». Анархо-феминистки в целом пришли к выводу, что враждебность мужчин к феминизму доказала их ненадежность в деле защиты прав женщин, и начали организовывать свое собственное движение для удовлетворения своих потребностей. Феминистки первой волны создавали женские группы как плоские организации, использующие принятие решений консенсусом, отражая «неосознанное либертарианское сознание». Анархистские женские группы были созданы по всему Соединенному Штату, в основном итальянскими иммигрантками, с целью достижения «эмансипации женщин» посредством взаимопомощи и самоорганизации. В Патерсоне, штат Нью-Джерси, Gruppo Emancipazione della Donna создала женские театральные и музыкальные клубы и публиковала работы анархистского феминизма, связывающие борьбу против патриархата с борьбой против власти. В отличие от итальянских анархистов, еврейские анархисты редко создавали отдельные женские группы, анархисты журнала Fraye Arbeter Shtime заявляли, что все они являются феминистками. Одной из самых заметных либертарианских женских групп была Mujeres Libres, анархистская феминистская организация, стремившаяся к освобождению женщин от их «тройного рабства» невежеством, эксплуатацией и дискриминацией. Основанная во время Испанской революции 1936 года Люсией Санчес Саорнил, Мерсе Компосадой и Ампаро Поч и Гаскон, Mujeres Libres реализовала программы женского образования, обучающие женщин техническим навыкам и повышающие грамотность женщин. Сама Санчес Саорнил писала стихи, призывающие женщин к действиям против их угнетения, что привлекло Эмму Голдман посетить Испанию и принять участие в работе Mujeres Libres в качестве сторонницы. Но анархистский феминизм того времени, сосредоточенный больше на развитии небольших активистских групп, чем на создании массового движения, не имел четкой стратегии для достижения прав женщин, поэтому мало что было предпринято в этом направлении. В начале 20-го века анархистский феминизм постепенно вытеснялся социалистическим феминизмом, который придерживался реформистского подхода к достижению женского избирательного права. К этому времени Шарлотта Уилсон сама отказалась от анархистской активности, занявшись защитой женского избирательного права, а затем вступив в Независимую лейбористскую партию. Анархистская феминистская критика семьи и авторитаризма ушла в ремиссию, чтобы быть переформулированной с появлением новой волны феминизма.

During the 1880s, a current of anarchist feminism was first developed by the Catalan activists Teresa Mañé and Teresa Claramunt. By the 1890s, anarchist feminism had spread across the globe, brought by immigrants to and from Europe. The anarchist press started to publish feminist analyses on gender equality and critiques of marriage, the nuclear family and prostitution. Through Errico Malatesta's La Questione Sociale, Teresa Mañé's pamphlets on female education and gender inequality received widespread publication. Anarchist feminism was further taken up by the American anarchists Voltairine de Cleyre and Emma Goldman, the latter of whom came to be considered a "founding mother" of anarcha feminism. Lucy Parsons also established the Working Women's Union in Chicago and ensured women's participation in the Industrial Workers of the World as one of its founding members. In England, the anarchist Charlotte Wilson became an advocate for "equal pay for equal work" and promoted women's education. Anarchist women took prominent positions within the editorial boards of magazines (such as Mother Earth), in the publication of books, and as public speakers. Specifically feminist publications were also circulated, including Germinal, El Oprimido and La Voz de la Mujer, in which anarchist women defended a revolutionary form of feminism. As a way to counter the Culture of Domesticity, which upheld the private property of the nuclear family, anarchist women like Charlotte Wilson opened their homes into "quasi public spaces" for political meetings and communal meals. Anarchist women even took part in violent direct actions, including Vera Zasulich's attempted assassination of the Russian police chief Fyodor Trepov; Germaine Berton's murder of the French far right politician Marius Plateau; and Kanno Sugako's plot to assassinate the Japanese Emperor Meiji. The rise of anarchist feminism provoked an anti feminist reaction among many of the men of the anarchist movement, who deemphasised the struggle for women's rights as secondary to the class struggle. In turn, La Voz de la Mujer denounced these men as "false anarchists" who prioritised their own liberation over that of women. In the Chinese anarcha feminist journal Natural Justice, He Zhen also criticised what she saw as "men's pursuit of self distinction in the name of women's liberation". Anarcha feminists generally concluded that male hostility to feminism proved them unreliable to the cause for women's rights, and began to organise their own movement to address their own needs. First wave feminists established women's groups as flat organizations that used consensus decision making, reflecting an "unconscious libertarian consciousness". Anarchist women's groups were established throughout the United States, largely by Italian immigrant women, with the goal of pursuing "women's emancipation" through mutual aid and self organization. In Paterson, New Jersey, the Gruppo Emancipazione della Donna formed women's theater and music clubs, and publicised works of anarchist feminism that linked the struggle against the patriarchy with the struggle against the patria. In contrast to the Italian anarchists, Jewish anarchists rarely formed specific women's groups, with anarchists of the journal Fraye Arbeter Shtime declaring themselves to all be feminists. One of the most notable libertarian women's groups was the Mujeres Libres, an anarchist feminist organisation that aimed for women's liberation from their "triple enslavement" by ignorance, exploitation and discrimination. Founded during the Spanish Revolution of 1936 by Lucía Sánchez Saornil, Mercè Comaposada and Amparo Poch y Gascón, the Mujeres Libres implemented programmes of women's education that taught women technical skills and increased female literacy. Sánchez Saornil herself wrote poetry that called for women to take action against their oppression, which attracted Emma Goldman to visit Spain and participate in the work of the Mujeres Libres as an advocate. But the anarchist feminism of the time, focused more on developing small activist groups than creating a mass movement, lacked a precise strategy for achieving women's rights, so little action in that way was taken. During the early 20th century, anarchist feminism was progressively supplanted by socialist feminism, which took a reformist approach towards achieving women's suffrage. By this time Charlotte Wilson had herself abandoned anarchist activism, becoming involved in women's suffrage advocacy and later joining the Independent Labour Party. Anarchist feminist critiques of the family and authoritarianism went into remission, only to be reformulated when a new wave of feminism emerged.

Вторая волна (1960-е - 1980-е годы)

К концу 1960-х годов вторая волна феминизма возникла из Нового левого движения, как часть широкой волны борьбы с угнетением, включавшей движение за гражданские права и достигшей кульминации в протестах 1968 года. Опираясь на социалистический феминизм, эта вторая волна стремилась поощрять солидарность между женщинами, объединяя их в "сестринство", основанное на их общем опыте. В этот период феминистки заново открыли работы анархистских феминисток первой волны, таких как Эмма Голдман, и вскоре женское освободительное движение начало преобразовывать анархистское движение. Многие феминистки второй волны стали рассматривать анархизм как "логически последовательное выражение феминизма" благодаря его синтезу борьбы за индивидуальную свободу и борьбу за социальное равенство. Пегги Корнеггер утверждала, что феминистки уже были "бессознательными анархистками в теории и на практике" и являлись единственным активистским течением, которое "практиковало то, что проповедует анархизм". Распространенная атмосфера сексизма во многих секциях Нового левого движения послужила импульсом для создания женских групп в рамках стратегии феминистского сепаратизма, что привело к появлению и принятию термина "анархо-феминистка" анархистками. Анархистские феминистки второй волны разработали собственные группы по интересам, основанные на кооперативных, децентрализованных и федералистских принципах, как альтернативу как патриархальным, так и бесструктурным организациям. Стремление анархо-феминисток учитывать эти иерархические формы организации особенно подверглось влиянию эссе Джо Фриман 1972 года "Тирания безструктурности", которое поощряло организованное эгалитарное течение в движении. Вторая волна анархистского феминизма также характеризовалась часто насильственной радикальностью, как это проявилось в "Манифесте SCUM". Анархо-феминистки, такие как Энн Хансен, участвовали в бомбовых терактах, организованных городской партизанской группой Direct Action, которая нацеливалась на компании, производящие детали для военного оружия, и на сеть видеомагазинов, распространяющих snuff-фильмы и педофилическую порнографию. К 1980-м годам феминистские сексуальные войны привели к расколу во второй волне феминизма, которая распалась на множество различных течений, в то время как многие бывшие феминистки перешли в академическую карьеру.

By the late 1960s, second wave feminism had emerged from the New Left, as part of a broad wave of anti oppression activism that included the civil rights movement and culminated with the protests of 1968. Drawing from socialist feminism, this second wave sought to encourage solidarity between women, bringing them together into a "sisterhood" based on their shared experiences. During this period, feminists rediscovered the work of first wave anarchist feminists like Emma Goldman and before long the women's liberation movement began to reshape the anarchist movement. Many second wave feminists came to consider anarchism to be the "logically consistent expression of feminism", due to its synthesis of the struggle for individual liberty with that for social equality. Peggy Kornegger claimed that feminists had already been "unconscious anarchists in both theory and practice" and were the only activist tendency to be "practic[ing] what anarchism preaches". The pervasive environment of sexism within many sections of the New Left gave an impulse to the establishment of women's groups as part of a strategy of feminist separatism, which led to the coining and adoption of the term "anarcha feminist" by anarchist women. Second wave anarchist feminists developed their own affinity groups according to cooperative, decentralist and federalist principles, as an alterative to both patriarchal and structureless organisations. The anarcha feminist drive to reckon with these hierarchical forms of organisation was particularly influenced by Jo Freeman's 1972 essay The Tyranny of Structurelessness, which encouraged an organized egalitarian tendency within the movement. The second wave of anarchist feminism was also characterised by an often violent militancy, as displayed in the SCUM Manifesto. Anarcha feminists such as Ann Hansen participated in the bombing attacks by the urban guerrilla group Direct Action, which targeted companies that produced parts for weapons of war and a chain video store that was distributing snuff films and paedophilic pornography. By the 1980s, the feminist sex wars had caused a divide within second wave feminism, which fragmented into multiple different tendencies, while many former feminists moved into academic careerism.

Четвертая волна (2012 настоящее время)

Четвертая волна феминизма возникла на основе развития постфеминизма, уделяя внимание объективации женщин рыночными силами и характеризуясь использованием социальных сетей. Особенно сильное влияние на четвертую волну анархистского феминизма оказал постмодернистский феминизм. В статье 2017 года Кьяра Боттичи утверждала, что анархо-феминизм оставался недостаточно обсуждаемым в публичных дебатах и академической среде, отчасти из-за общей враждебности к анархизму, но также из-за сложностей в разграничении тенденции анархо-феминизма и более широкой философии анархизма. Боттичи утверждала, что риск экономического редукционизма, свойственный марксистскому феминизму, где угнетение женщин понимается исключительно в экономических категориях, "всегда был чужд анархо-феминизму"; в связи с этим она считает, что анархизм лучше подходит для союза с феминизмом, чем марксизм.

Теория

Анархо-феминизм включает в себя широкий спектр идей, но в целом характеризуется принципами женской автономии, свободной любви и интерсекциональности. Анархо-феминистки стремятся к расширению прав и возможностей женщин в социальной и политической сферах, выступая против капитализма и государства как основных инструментов институциональной дискриминации в отношении женщин.

Антиавторитаризм

Анархо-феминизм развил традиционные анархистские принципы антигосударственности, антиклерикализма и антикапитализма, показав их роль в институциональной дискриминации, такой как сексизм, расизм и гомофобия. В своем эссе 1895 года «Сексуальное рабство» Вольтеррайн де Клэр утверждала, что сексизм вызван институциональным авторитаризмом, поддерживаемым духовенством и государством. Анархо-феминистки рассматривают патриархат и государство как два проявления одной и той же системы угнетения и пришли к выводу, что уничтожение всех форм патриархата неизбежно потребует упразднения государства. Сама Эмма Голдман провела пересекающий анализ государства, рассматривая его как инструмент сексуального подавления и, следовательно, отвергла стратегию реформизма. Таким образом, первая волна анархистских феминисток критиковала призывы к избирательному праву для женщин, считая их недостаточными для достижения гендерного равенства. Хэ Чжэнь скептически относилась к ограниченному гендерному равенству, достигнутому в западных либеральных демократиях, которое она описывала как «ложную свободу и показное равенство», и даже критиковала движение за избирательное право женщин и феминисток-мужчин за приверженность к «пустой риторике эмансипации».

Свободная любовь

Анархистские феминистки разработали подход к межличностным отношениям, основанный на отсутствии принуждения, который особенно подчеркивает важность согласия. Анархистские феминистки, такие как Вольтерра де Клэр и Эмма Голдман, остро критиковали институт брака, считая его по своей сути угнетающим для женщин из-за отсутствия добровольного согласия. Эта критика брака побудила их выступать за и практиковать свободную любовь, которую они рассматривали как средство преодоления социального отчуждения женщин. Свободная любовь, основанная на добровольном согласии, давала женщинам возможность переосмыслить свою сексуальность, ставя в центр их собственную субъектность и автономию. Сама Эмма Голдман рассматривала сексуальность как "важную социальную силу" свободного самовыражения и отстаивала права геев, что побудило некоторых исследователей строить предположения о её собственной сексуальной ориентации. Однако свободная любовь вызывала возражения у Люси Парсонс, которая критиковала её за несовместимость с анархизмом и повышенный риск беременности и заболеваний, передающихся половым путем, предлагая взамен форму "моногамии без брака".

Межсекторальность

С момента возникновения анархо-феминизма как направления, анархо-феминистки взаимодействовали с другими формами борьбы, пересекающимися с женскими вопросами, участвуя в различных антирасистских и антиколониальных движениях. Особое направление антирасистского анархо-феминизма было разработано в 1970-х годах Роксанн Данбар Ортис и её организацией Cell 16. В 1976 году заявление, составленное коллективом реки Комбахи, заложило основу для развития интерсекциональности. С третьей волны интерсекциональность стала одной из ключевых концепций анархо-феминизма, который использует её как метод для разработки феминистской этики самоорганизации против всех форм угнетения. Группы в рамках активистской сети "Никто не является незаконным" (NOII) впоследствии занимались антирасистским анархо-феминизмом в рамках своей деятельности против пограничного контроля, которая, в свою очередь, основывалась на антигосударственной критике институционального сексизма и расизма в государственных иммиграционных системах. Опираясь на постструктурализм, постколониализм и критическую теорию, Дерик Шеннон предложил современное понимание анархо-феминизма, которое взаимодействует с каждой из этих теорий, сочетая антикапитализм с комплексной интерсекциональной позицией против всех форм угнетения.

Индивидуализм

Анархо-феминизм основывается на принципе, что "личное – это политическое", развивая критику повседневной жизни, направленную на подрыв социальной и политической власти в стремлении к обществу, где каждый человек контролирует "[свою] собственную жизнь и ничью другую". Анархо-феминистки считали, что ядерная семья является корнем всех гендерных неравенств, и, следовательно, равенство может быть достигнуто только через расширение личной автономии и экономической независимости женщин. Хотя институт частной собственности подвергался резкой критике со стороны анархо-коммунистов, таких как Эмма Голдман, Вольтеррайн де Клэр отстаивала его как средство экономической эмансипации женщин. Анархистские феминистки, такие как Ито Ноэ, поддерживали идеал "новой женщины", призывая женщин утверждать свою индивидуальность и развивать самостоятельное мышление. Эмма Голдман представляла себе революцию, происходящую как в сознании каждого человека, так и в обществе. Голдман выступала за то, чтобы женщины осуществляли свою автономию, преодолевая своих собственных "внутренних тиранов", будь то мнение членов семьи или традиционные социальные нормы. По мнению Марты Хьюит, анархо-феминистское понимание революции – это "процесс, трансформирующая практика мышления, чувств и коллективной социальной деятельности". В книге 1993 года "Политика индивидуализма" анархо-феминистка Л. Сьюзан Браун разработала концепцию "экзистенциального индивидуализма", которая отстаивала индивидуальную автономию и добровольное сотрудничество.

Репродуктивные права

В конце XIX века анархистские женщины одними из первых откликнулись на призыв к репродуктивным правам, в рамках анархистской феминистской оппозиции традиционной семье. Анархистские феминистки распространяли информацию и средства контрацепции, за что многие были брошены в тюрьму. Работая акушеркой в 1890-х годах, Эмма Голдман стала известным сторонником репродуктивных прав женщин, выступая за право женщин на планирование семьи и публично поддерживая Маргарет Сэнгер. В то же время, другие анархистские феминистки, такие как Ито Ноэ, выступали против абортов с гуманистических позиций, полагая, что жизнь начинается с момента зачатия. Анархистская поддержка контрацепции усилилась после Первой мировой войны, поскольку эта практика была запрещена в таких странах, как Франция и Соединенные Штаты, что анархистские феминистки критиковали как способ дальнейшего увеличения населения для ведения войны. Анархистские феминистки продолжали прямое действие в поддержку контрацепции даже после частичной легализации абортов, поскольку такие группы, как "феминистские вне закона" – Коллектив Джейн, предоставляли продукты питания и медицинскую помощь женщинам, не имеющим доступа к безопасным методам контрацепции. Анархистские феминистки также участвовали в движении за репродуктивную справедливость, которое ставило во главу угла телесную автономию и репродуктивное самоопределение женщин разных рас и этнических групп.

Секс-работа

Анархо-феминистки находились в авангарде защиты прав секс-работниц с конца XIX века, когда анархистки в Германии и Франции вели кампанию за декриминализацию секс-работы. Луиза Мишель обвиняла капитализм в создании экономических условий, толкающих женщин к секс-работе, и утверждала, что положить этому конец можно лишь посредством социальной революции. Ито Ноэ также считала, что коренная причина, заставляющая женщин заниматься секс-работой, – это бедность, и что вместо кампании за отмену секс-работы следует устранять причины бедности. Эмма Голдман также публично критиковала аболиционистов секс-работы за использование мужских правовых систем для криминализации женщин, что она считала формой классовой дискриминации. После второй волны феминизма борьбу за права секс-работниц подхватили анархо-феминистки, сами занимавшиеся секс-работой. Grisélidis Réal организовала секс-работниц и провела ряд прямых действий в защиту их прав, а затем создала архив истории секс-работы. Канадские анархистки, работающие в сфере секс-услуг, также участвовали в кампании по защите прав, которая завершилась провозглашением "Международного дня борьбы с насилием в отношении секс-работниц".