Закон о шпионаже 1917 года (США)

Введение

Федеральный закон США

Закон о шпионаже 1917 года — федеральный закон США, принятый 15 июня 1917 года, вскоре после вступления США в Первую мировую войну. За эти годы в него многократно вносились поправки. Первоначально он содержался в Разделе 50 Кодекса США (Война и национальная оборона), но теперь находится в Разделе 18 (Преступления и уголовное судопроизводство). В частности, это (и далее). Он был разработан для запрета вмешательства в военные операции или набор личного состава, предотвращения неповиновения в армии и предотвращения поддержки врагов Соединенных Штатов во время войны. В 1919 году Верховный суд США единогласно постановил в деле «Шенк против Соединенных Штатов», что данный закон не нарушает свободу слова лиц, осужденных в соответствии с его положениями. Конституционность закона, его связь со свободой слова и толкование его формулировок с тех пор постоянно оспариваются в суде. Среди лиц, обвиняемых в совершении преступлений по этому закону, — австрийский конгрессмен-социалист и редактор газеты Виктор Л. Бергер, лидер рабочего движения и пятикратный кандидат от Социалистической партии Америки Юджин В. Дебс, анархисты Эмма Голдман и Александр Беркман, бывший президент Общества «Сторожевая башня» Джозеф Франклин Рутерфорд, коммунисты Джулиус и Этель Розенберг, разоблачительница секретных документов «Pentagon Papers» Дэниел Эллсберг, разоблачительница секретных документов «Cablegate» Челси Мэннинг, основатель WikiLeaks Джулиан Ассанж, сотрудник Агентства разведывательной информации Министерства обороны Генри Кайл Фрезе и разоблачитель-контрактник Агентства национальной безопасности (АНБ) Эдвард Сноуден. Приговор Рутерфорду был отменен в апелляционной инстанции. Хотя наиболее спорные разделы закона, набор поправок, обычно называемых Законом о разжигании мятежа 1918 года, были отменены 13 декабря 1920 года, первоначальный Закон о шпионаже остался в силе. В период с 1921 по 1923 год президенты Уоррен Г. Гардинг и Калвин Кулидж освободили всех, кто был осужден по Законам о разжигании мятежа и шпионаже.

Принятие

Закон о шпионаже 1917 года был принят вместе с законом о торговле с врагом сразу после вступления Соединенных Штатов в Первую мировую войну в апреле 1917 года. Он основывался на Законе о государственных секретах 1911 года, в особенности на положениях об получении или передаче информации, касающейся "национальной обороны", лицу, не имеющему на нее "права". Закон о шпионаже предусматривал значительно более суровые наказания, чем закон 1911 года, включая смертную казнь. Я смущен признать, что среди граждан Соединенных Штатов есть лица, родившиеся под другими флагами, но принятые нами благодаря нашим щедрым законам о натурализации в полной мере свободы и возможностей Америки, которые излили яд нелояльности в самые артерии нашей национальной жизни; которые стремились дискредитировать авторитет и доброе имя нашего правительства, разрушить нашу промышленность там, где это казалось им эффективным для достижения их мстительных целей, и опорочить нашу политику в интересах иностранного вмешательства.

Я настоятельно призываю вас принять такие законы в кратчайшие сроки и считаю, что, делая это, я призываю вас к единственному – спасти честь и достоинство нации. Эти порождения страсти, нелояльности и анархии должны быть подавлены. Их немного, но они бесконечно злонамеренны, и рука нашей власти должна немедленно обрушиться на них. Они плели заговоры с целью уничтожения собственности, вступали в сговоры против нейтралитета правительства и пытались проникнуть во все конфиденциальные операции правительства, чтобы служить чуждым нашим интересам. С этими явлениями можно эффективно бороться. Мне не нужно предлагать способы их решения. Конгресс действовал медленно. Даже после разрыва дипломатических отношений с Германией, когда Сенат принял соответствующий законопроект 20 февраля 1917 года, Палата представителей не успела проголосовать до окончания текущей сессии Конгресса. После объявления войны в апреле 1917 года обе палаты обсуждали проекты, предложенные администрацией Вильсона, которые включали цензуру прессы. Это положение вызвало сопротивление, поскольку критики утверждали, что оно устанавливает систему "предварительной цензуры" и делегирует президенту неограниченные полномочия. После нескольких недель прерывистых дебатов Сенат отклонил положение о цензуре всего одним голосом – 39 против 38. Вильсон по-прежнему настаивал на его необходимости: "Право осуществлять цензуру прессы абсолютно необходимо для общественной безопасности", но подписал закон без этого положения 15 июня 1917 года, после того как Конгресс принял его в тот же день. Генеральный прокурор Томас Уотт Грегори поддержал принятие закона, но рассматривал его как компромисс. Соперники президента в Конгрессе предлагали передать ответственность за контроль над прогерманской деятельностью, будь то шпионаж или любая форма нелояльности, из Министерства юстиции в Военное ведомство и создать военные трибуналы сомнительной конституционности. Принятый в итоге закон был гораздо более жестким и ограничительным, чем они хотели, но он заставил замолчать граждан, выступавших против войны. Чиновники Министерства юстиции, не проявлявшие особого энтузиазма к закону, тем не менее надеялись, что даже без многочисленных судебных преследований он поможет успокоить общественное мнение и снизить требования к более решительным действиям правительства в отношении тех, кого считали недостаточно патриотичными. Вильсону отказали в включении в закон положения, уполномочивающего исполнительную власть осуществлять цензуру прессы, но Конгресс включил положение о запрете распространения печатных материалов через почтовое отделение. Закон также запрещает передачу любого боевого военно-морского судна любой стране, участвующей в конфликте, в котором Соединенные Штаты сохраняют нейтралитет. Казалось бы, безобидное положение, когда закон был принят, впоследствии стало юридическим препятствием для администрации Франклина Д. Рузвельта, когда он стремился оказать военную помощь Великобритании до вступления Соединенных Штатов во Вторую мировую войну.

I urge you to enact such laws at the earliest possible moment and feel that in doing so I am urging you to do nothing less than save the honor and self respect of the nation. Such creatures of passion, disloyalty, and anarchy must be crushed out. They are not many, but they are infinitely malignant, and the hand of our power should close over them at once. They have formed plots to destroy property, they have entered into conspiracies against the neutrality of the Government, they have sought to pry into every confidential transaction of the Government in order to serve interests alien to our own. It is possible to deal with these things very effectually. I need not suggest the terms in which they may be dealt with. Congress moved slowly. Even after the U. S. broke diplomatic relations with Germany, when the Senate passed a version on February 20, 1917, the House did not vote before the then current session of Congress ended. After the declaration of war in April 1917, both houses debated versions of the Wilson administration's drafts that included press censorship. That provision aroused opposition, with critics charging it established a system of "prior restraint" and delegated unlimited power to the president. After weeks of intermittent debate, the Senate removed the censorship provision by a one vote margin, voting 39 to 38. Wilson still insisted it was needed: "Authority to exercise censorship over the press is absolutely necessary to the public safety", but signed the Act without the censorship provisions on June 15, 1917, after Congress passed the act on the same day. Attorney General Thomas Watt Gregory supported passage of the act but viewed it as a compromise. The President's Congressional rivals were proposing to remove responsibility for monitoring pro German activity, whether espionage or some form of disloyalty, from the Department of Justice to the War Department and creating a form of courts martial of doubtful constitutionality. The resulting Act was far more aggressive and restrictive than they wanted, but it silenced citizens opposed to the war. Officials in the Justice Department who had little enthusiasm for the law nevertheless hoped that even without generating many prosecutions it would help quiet public calls for more government action against those thought to be insufficiently patriotic. Wilson was denied language in the Act authorizing power to the executive branch for press censorship, but Congress did include a provision to block distribution of print materials through the Post Office. The Act also forbids the transfer of any naval vessel equipped for combat to any nation engaged in a conflict in which the United States is neutral. Seemingly uncontroversial when the Act was passed, this later became a legal stumbling block for the administration of Franklin D. Roosevelt, when he sought to provide military aid to Great Britain before the United States entered World War II.

Изменения

Закон был расширен 16 мая 1918 года Законом о подстрекательстве к мятежу 1918 года, который фактически представлял собой набор поправок к Закону о шпионаже, запрещавший многие формы выражения, включая "любые нелояльные, богохульные, клеветнические или оскорбительные высказывания о форме правления Соединенных Штатов или флаге Соединенных Штатов, или форме одежды Армии или Флота". В 1933 году, после того как эксперт по криптографии Герберт Ярдли опубликовал популярную книгу о взломе японских шифров, в закон были внесены поправки, запрещающие раскрытие иностранных шифров или чего-либо, переданного в зашифрованном виде. Закон был изменен в 1940 году для увеличения предусмотренных им наказаний, и снова в 1970 году. В конце 1940-х годов Кодекс США был реорганизован, и значительная часть Раздела 50 (Война) была перенесена в Раздел 18 (Преступления). Закон о внутренней безопасности Маккаррена был принят в 1950 году и вступил в силу в том же году.

Предлагаемые изменения

В 1989 году конгрессмен Джеймс Трафикант попытался внести поправку с целью расширить сферу применения смертной казни. В том же году сенатор Арлен Спектер предложил сопоставимое расширение использования смертной казни. В 1994 году Роберт К. Дорнан предложил ввести смертную казнь за раскрытие личности агента США.

Первая мировая война

Большая часть исполнения Закона была оставлена на усмотрение местных прокуроров Соединенных Штатов, поэтому его применение значительно различалось. Например, социалистка Кейт Ричардс О’Хара произнесла одну и ту же речь в нескольких штатах, но была осуждена и приговорена к пяти годам тюрьмы за произнесение этой речи в Северной Дакоте. Большинство действий по обеспечению соблюдения Закона происходило в западных штатах, где активно действовала организация «Индустриальные рабочие мира». Наконец, за несколько недель до окончания войны генеральный прокурор США дал указание прокурорам США не предпринимать никаких действий без его одобрения. Спустя год после принятия Закона Юджин В. Дебс, кандидат в президенты от Социалистической партии в 1904, 1908 и 1912 годах, был арестован и приговорен к 10 годам тюрьмы за речь, которая, по мнению суда, «препятствовала набору новобранцев». Он вновь баллотировался на пост президента в 1920 году прямо из тюрьмы. Президент Уоррен Г. Гардинг смягчил его приговор в декабре 1921 года, когда он отбыл почти пять лет заключения. В деле «Соединенные Штаты против киноплёнки» (1917) федеральный суд поддержал конфискацию правительством фильма под названием «Дух ’76» на том основании, что его изображение жестокости британских солдат во время Американской революции могло подорвать поддержку союзника Америки в военное время. Продюсер, Роберт Голдштейн, еврей немецкого происхождения, был привлечён к ответственности по статье XI Закона и получил десять лет тюрьмы плюс штраф в размере 5000 долларов. Приговор был снижен до трёх лет по апелляции. Генеральный почтмейстер Альберт С. Берлесон и его ведомство сыграли ключевую роль в обеспечении соблюдения Закона. Он сохранял свой пост, поскольку был лоялен к Демократической партии и близок к президенту и генеральному прокурору. В то время как в Министерстве юстиции работали десятки следователей, Почтовое ведомство располагало общенациональной сетью. На следующий день после принятия Закона Берлесон отправил секретный меморандум всем почтмейстерам, приказав им «тщательно следить за материалами, которые могут помешать правительству успешно вести войну». Почтовые мастера в Саванне, штат Джорджия, и Тампе, штат Флорида, отказались отправлять по почте «Джефферсониан», рупор Тома Уотсона, южного популиста, противника призыва, войны и меньшинств. Когда Уотсон попытался получить судебный запрет против почтмейстера, федеральный судья, рассматривавший дело, назвал его публикацию «ядом» и отклонил его просьбу. Правительственные цензоры возражали против заголовка «Гражданская свобода мертва». В Нью-Йорке почтмейстер отказался рассылать «Массы», социалистический ежемесячник, ссылаясь на «общий тон» публикации. «Массы» добились большего успеха в судах, где судья Лирнед Хэнд установил, что Закон применяется настолько расплывчато, что угрожает «традиции свободы англоязычных стран». Редакторов затем преследовали по обвинению в воспрепятствовании призыву, и издание прекратило существование после повторного отказа в доступе к почте. В конечном итоге, рьяное применение Закона Берлесоном зашло слишком далеко, когда он начал преследовать сторонников администрации. Президент предупредил его проявлять «максимальную осторожность», и этот спор положил конец их политической дружбе. В мае 1918 года в соответствии с Законом о шпионаже против президента Общества Сторожевой Башни Библии и трактатов Джозефа Рутерфорда и семи других директоров и должностных лиц Общества были выдвинуты обвинения в подстрекательстве к мятежу из-за заявлений, сделанных в книге Общества «Завершенная тайна», опубликованной годом ранее. Согласно книге Рэя Абрамса «Проповедники представляют оружие», особенно возмутительным был признан следующий отрывок (со страницы 247): «Нигде в Новом Завете не поощряется патриотизм (узколобое ненависть к другим народам). Везде и всегда убийство в любой форме запрещено. И все же под предлогом патриотизма гражданские правительства земли требуют от миролюбивых людей жертвовать собой и своими близкими и убивать своих собратьев, и приветствуют это как обязанность, предписанную законами небес». Офицеры Общества Сторожевой Башни были обвинены в попытке вызвать неповиновение, нелояльность, отказ от службы в вооруженных силах и воспрепятствовать набору и призыву в армию США во время войны. Книга была запрещена в Канаде с февраля 1918 года за то, что виннипегская газета назвала «подстрекательскими и антивоенными заявлениями», а генеральный прокурор Грегори охарактеризовал как опасную пропаганду. 21 июня семеро директоров, включая Рутерфорда, были приговорены к максимальному наказанию в виде 20 лет тюрьмы по каждому из четырех обвинений, которые должны были быть отбыты одновременно. Они отбыли девять месяцев в Атлантской тюрьме, прежде чем были освобождены под залог по распоряжению судьи Верховного суда Луиса Брандейса. В апреле 1919 года апелляционный суд постановил, что они не получили «непредвзятого и справедливого судебного разбирательства, на которое они имели право», и отменил их обвинительный приговор. В мае 1920 года правительство объявило об отказе от всех обвинений.

Much of the Act's enforcement was left to the discretion of local United States Attorneys, so enforcement varied widely. For example, Socialist Kate Richards O'Hare gave the same speech in several states but was convicted and sentenced to prison for five years for delivering her speech in North Dakota. Most enforcement activities occurred in the Western states where the Industrial Workers of the World was active. Finally, a few weeks before the end of the war, the U. S. Attorney General instructed U. S. Attorneys not to act without his approval. A year after the Act's passage, Eugene V. Debs, Socialist Party presidential candidate in 1904, 1908, and 1912 was arrested and sentenced to 10 years in prison for making a speech that "obstructed recruiting". He ran for president again in 1920 from prison. President Warren G. Harding commuted his sentence in December 1921 when he had served nearly five years. In United States v. Motion Picture Film (1917), a federal court upheld the government's seizure of a film called The Spirit of '76 on the grounds that its depiction of cruelty on the part of British soldiers during the American Revolution would undermine support for America's wartime ally. The producer, Robert Goldstein, a Jew of German origins, was prosecuted under Title XI of the Act and received a ten year sentence plus a fine of $5000. The sentence was commuted on appeal to three years. Postmaster General Albert S. Burleson and those in his department played critical roles in the enforcement of the Act. He held his position because he was a Democratic party loyalist and close to the President and the Attorney General. When the Department of Justice numbered its investigators in the dozens, the Post Office had a nationwide network in place. The day after the Act became law, Burleson sent a secret memo to all postmasters ordering them to keep "close watch on matter which is calculated to interfere with the success of the government in conducting the war". Postmasters in Savannah, Georgia, and Tampa, Florida, refused to mail the Jeffersonian, the mouthpiece of Tom Watson, a southern populist, an opponent of the draft, the war, and minority groups. When Watson sought an injunction against the postmaster, the federal judge who heard the case called his publication "poison" and denied his request. Government censors objected to the headline "Civil Liberty Dead". In New York City, the postmaster refused to mail The Masses, a socialist monthly, citing the publication's "general tenor". The Masses was more successful in the courts, where Judge Learned Hand found the Act was applied so vaguely as to threaten "the tradition of English speaking freedom". The editors were then prosecuted for obstructing the draft, and the publication folded when denied access to the mails again. Eventually, Burleson's vigorous enforcement overreached when he targeted supporters of the administration. The president warned him to exercise "the utmost caution", and the dispute proved the end of their political friendship. In May 1918, sedition charges were laid under the Espionage Act against Watch Tower Bible and Tract Society president "Judge" Joseph Rutherford and seven other Watch Tower directors and officers over statements made in the society's book, The Finished Mystery, published a year earlier. According to the book Preachers Present Arms by Ray H. Abrams, the passage (from page 247) found to be particularly objectionable reads: "Nowhere in the New Testament is patriotism (a narrowly minded hatred of other peoples) encouraged. Everywhere and always murder in its every form is forbidden. And yet under the guise of patriotism civil governments of the earth demand of peace loving men the sacrifice of themselves and their loved ones and the butchery of their fellows, and hail it as a duty demanded by the laws of heaven." The officers of the Watchtower Society were charged with attempting to cause insubordination, disloyalty, refusal of duty in the armed forces and obstructing the recruitment and enlistment service of the U. S. while it was at war. The book had been banned in Canada since February 1918 for what a Winnipeg newspaper described as "seditious and antiwar statements" and described by Attorney General Gregory as dangerous propaganda. On June 21 seven of the directors, including Rutherford, were sentenced to the maximum 20 years' imprisonment for each of four charges, to be served concurrently. They served nine months in the Atlanta Penitentiary before being released on bail at the order of Supreme Court Justice Louis Brandeis. In April 1919, an appeal court ruled they had not had the "intemperate and impartial trial of which they were entitled" and reversed their conviction. In May 1920 the government announced that all charges had been dropped.

Красный страх, рейды Палмера, массовые аресты, депортации

Во время Красного страха 1918–1919 годов, в ответ на анархистские взрывы 1919 года, направленные против видных государственных чиновников и предпринимателей, генеральный прокурор США А. Митчелл Палмер, при поддержке Дж. Эдгара Гувера, тогдашнего главы Секции регистрации иностранцев-врагов Министерства юстиции, привлек к ответственности несколько сотен иностранных активистов, известных и подозреваемых в таковой, в Соединенных Штатах на основании Закона о разжигании мятежа 1918 года. Это расширило действие Закона о шпионаже, распространив его на более широкий спектр правонарушений. После вынесения приговора, в том числе Эмму Голдман и Александра Беркмана, были депортированы в Советский Союз на корабле, который пресса окрестила «Советским ковчегом». Шенк, социалист, выступавший против войны, был осужден за нарушение закона, когда он разослал антипризывные листовки мужчинам, подлежащим призыву. Хотя судья Верховного суда Оливер Венделл Холмс присоединился к большинству суда, поддержавшему приговор Шенку в 1919 году, он также выдвинул теорию о том, что наказание в подобных случаях должно ограничиваться политическими высказываниями, представляющими собой «непосредственную и явную опасность» для действий правительства, которые оспариваются. Мнение Холмса стало источником представления о том, что речь, эквивалентная «ложному крику о пожаре в переполненном театре», не защищена Первой поправкой. Судья Холмс начал сомневаться в своем решении из-за критики со стороны защитников свободы слова. Он также встретился с профессором права Гарвардского университета Захарией Чафи и обсудил его критику дела Шенка. Позднее, в 1919 году, в деле «Абрамс против Соединенных Штатов» Верховный суд подтвердил приговор человеку, распространявшему листовки против американского вмешательства в Россию после русской революции. Концепция «склонности к злу» была использована для оправдания ограничения свободы слова. Подсудимый был депортирован. Судьи Холмс и Брандейс выразили несогласие, причем последний утверждал, что «никто не может предположить, что тайная публикация глупой листовки неизвестным человеком сама по себе представляет какую-либо непосредственную опасность, что ее взгляды помешают успеху правительственных сил или окажут на это какое-либо ощутимое влияние». В марте 1919 года президент Уилсон, по предложению генерального прокурора Томаса Уотта Грегори, помиловал или смягчил приговоры примерно 200 заключенных, осужденных по Закону о шпионаже или Закону о разжигании мятежа. К началу 1921 года Красный страх утих, Палмер покинул правительство, а Закон о шпионаже пришел в относительное неиспользование.

During the Red Scare of 1918–19, in response to the 1919 anarchist bombings aimed at prominent government officials and businessmen, U. S. Attorney General A. Mitchell Palmer, supported by J. Edgar Hoover, then head of the Justice Department's Enemy Aliens Registration Section, prosecuted several hundred foreign born known and suspected activists in the United States under the Sedition Act of 1918. This extended the Espionage Act to cover a broader range of offenses. After being convicted, persons including Emma Goldman and Alexander Berkman were deported to the Soviet Union on a ship the press called the "Soviet Ark". Schenck, an anti war Socialist, had been convicted of violating the Act when he sent anti draft pamphlets to men eligible for the draft. Although Supreme Court Justice Oliver Wendell Holmes joined the Court majority in upholding Schenck's conviction in 1919, he also introduced the theory that punishment in such cases must be limited to such political expression that constitutes a "clear and present danger" to the government action at issue. Holmes' opinion is the origin of the notion that speech equivalent to "falsely shouting fire in a crowded theater" is not protected by the First Amendment. Justice Holmes began to doubt his decision due to criticism from free speech advocates. He also met the Harvard Law professor Zechariah Chafee and discussed his criticism of Schenck. Later in 1919, in Abrams v. United States, the Supreme Court upheld the conviction of a man who distributed circulars in opposition to American intervention in Russia following the Russian Revolution. The concept of bad tendency was used to justify speech restriction. The defendant was deported. Justices Holmes and Brandeis dissented, the former arguing "nobody can suppose that the surreptitious publishing of a silly leaflet by an unknown man, without more, would present any immediate danger that its opinions would hinder the success of the government arms or have any appreciable tendency to do so". In March 1919, President Wilson, at the suggestion of Attorney General Thomas Watt Gregory, pardoned or commuted the sentences of some 200 prisoners convicted under the Espionage Act or the Sedition Act. By early 1921, the Red Scare had faded, Palmer left government, and the Espionage Act fell into relative disuse.

Документы Пентагона

В июне 1971 года Дэниел Эллсберг и Энтони Руссо были обвинены в уголовном преступлении по Закону о шпионаже 1917 года за публикацию секретных документов без надлежащего юридического основания, получивших известность как «Документы Пентагона». Верховный суд в деле New York Times Co. против Соединенных Штатов установил, что правительство не представило убедительных доводов для введения предварительной цензуры свободы слова, однако большинство судей постановило, что правительство все же может преследовать газеты Times и Post по обвинению в нарушении Закона о шпионаже при публикации этих документов. Эллсберг и Руссо не были оправданы по обвинению в нарушении Закона о шпионаже. Они были освобождены в связи с признанием судебного процесса недействительным из-за процессуальных нарушений со стороны правительства. Разделенный Верховный суд отклонил просьбу правительства о запрете на публикации в прессе. В своих мнениях судьи выразили различную степень поддержки прав прессы, гарантированных Первой поправкой к Конституции, и указали на «значительное бремя доказывания», которое правительство должно нести, чтобы установить, что у издателя были «основания полагать», что опубликованный материал «может нанести ущерб Соединенным Штатам или принести пользу какому-либо иностранному государству». Дело Соединенных Штатов против Дедеяна в 1978 году стало первым судебным преследованием по (Дедеян «не сообщил» о факте разглашения информации). Суды руководствовались прецедентом, установленным в деле Gorin против Соединенных Штатов (1941). Решение затронуло ряд конституционных вопросов, включая нечеткость формулировок закона и то, имела ли информация отношение к вопросам национальной обороны. Обвиняемый был приговорен к 3 годам лишения свободы.

1980-е годы

Альфред Зее, ученый из Восточной Германии, был арестован в Бостоне в 1983 году после того, как был пойман в ходе правительственной спецоперации, в рамках которой он ознакомился с секретными документами правительства США в Мексике и Восточной Германии. Его адвокаты безуспешно утверждали, что обвинение недействительно, заявляя, что Закон о шпионаже не распространяется на действия иностранного гражданина за пределами Соединенных Штатов. Зее признал себя виновным и был приговорен к 8 годам тюремного заключения. Он был освобожден в июне 1985 года в рамках обмена четырьмя гражданами Восточной Европы, удерживаемыми США, на 25 человек, удерживаемых в Польше и Восточной Германии, ни один из которых не был американцем. Один из адвокатов Зее утверждал, что его клиент был привлечен к ответственности в целях "поддержания "государства национальной безопасности" путем чрезмерного засекречивания документов, которые не имеют никаких оснований для сохранения в тайне, кроме преданности культу секретности ради самой секретности". СМИ назвали 1985 год "Годом шпиона". Гражданский служащий ВМС США Джонатан Поллард был обвинен в нарушении правил, за продажу секретной информации Израилю. Его соглашение о признании вины 1986 года не позволило ему избежать пожизненного заключения после "заявления о последствиях для жертв", включавшего заявление Каспара Вайнбергера. Ларри Ву Тай Чин, сотрудник ЦРУ, также был обвинен в нарушении правил за продажу информации Китаю. Рональд Пелтон был привлечен к ответственности за нарушение правил, продажу информации Советскому Союзу и вмешательство в операцию "Звоны плюща". Эдвард Ли Говард, бывший сотрудник Корпуса мира и бывший агент ЦРУ, был обвинен в связях с Советским Союзом. На сайте ФБР говорится, что 1980-е годы были "десятилетием шпионажа", с десятками арестов. Сеймур Херш написал статью под названием "Предатель", в которой выступал против освобождения Полларда.

Морисон

Сэмюэл Лоринг Морисон был аналитиком в сфере государственной безопасности, который подрабатывал в издательстве Jane's, британском военном и оборонном издательстве. Он был арестован 1 октября 1984 года, однако следователи так и не смогли доказать его намерения передать информацию враждебной разведке. Морисон заявил следователям, что отправил секретные спутниковые снимки Jane's, поскольку "общественность должна знать, что происходит по ту сторону", имея в виду, что новый советский атомный авианосец кардинально изменит военный потенциал СССР. Он утверждал, что "если бы американский народ знал, что делают советские, они бы увеличили оборонный бюджет". Источники британской разведки полагали, что его мотивы были патриотическими. Американские прокуроры акцентировали внимание на его финансовой выгоде и недовольстве работой в правительстве. Судебное преследование Морисона было использовано в более широкой кампании против утечек информации в качестве "лакмусовой бумажки" для применения закона к раскрытию информации прессе. В марте 1984 года в правительственном отчете отмечалось, что "несанкционированная публикация секретной информации – обычное ежедневное явление в США", но применимость Закона о шпионаже к подобным разоблачениям "не вполне ясна". 17 октября 1985 года Морисон был признан виновным в федеральном суде по двум пунктам обвинения в шпионаже и двум пунктам обвинения в краже государственной собственности. Верховный суд отказался рассматривать его апелляцию в 1988 году, несмотря на возражения ЦРУ против помилования. Успешное преследование Морисона было использовано в качестве предупреждения против публикации утечек информации. В мае 1986 года директор ЦРУ Уильям Кейси, не ссылаясь на конкретные нарушения закона, пригрозил возбудить уголовные дела против пяти новостных организаций – "Вашингтон пост", "Вашингтон таймс", "Нью-Йорк таймс", "Тайм" и "Ньюсуик".

Советские шпионы, конец XX века

Кристофер Джон Бойс из TRW и его сообщник Эндрю Долтон Ли продали информацию Советскому Союзу и были заключены в тюрьму в 1970-х годах. Их деятельность легла в основу фильма "Сокол и снежный человек". В 1980-х годах несколько членов шпионской группы Уокеров были преданы суду и признаны виновными в шпионаже в пользу Советского Союза. В 1980 году Дэвид Генри Барнетт стал первым действующим сотрудником ЦРУ, осужденным по этому закону. В 1994 году сотрудник ЦРУ Олдрич Эймс был осужден за шпионаж на пользу СССР; Эймс раскрыл КГБ личности нескольких американских источников в СССР, которые впоследствии были казнены. В конце 1990-х годов Вэнь Хо Ли из Лос-Аламосской национальной лаборатории (LANL) был обвинен в соответствии с этим законом. Он и другие специалисты по национальной безопасности позже утверждали, что он был сделан "козлом отпущения" в ходе правительственного расследования, чтобы выяснить, была ли информация о ядерной боеголовке W88 передана Китаю. Позже Ли выиграл более миллиона долларов в судебном процессе против правительства и нескольких газет за их несправедливое отношение к нему.

21 век

В 2001 году отставной полковник резерва армии Джордж Трофимов, самый старший военный офицер США, обвиняемый в соответствии с законом, был признан виновным в шпионаже в пользу Советского Союза в 1970-х – 1990-х годах. Кеннет Уэйн Форд-младший был обвинен в том, что после увольнения из АНБ около 2004 года у него дома была обнаружена коробка с документами. В 2006 году он был приговорен к шести годам тюремного заключения. Франклину было назначено более 12 лет лишения свободы, но впоследствии приговор был сокращен до 10 месяцев домашнего ареста. При администрациях Обамы и Трампа по меньшей мере восемь уголовных дел, возбужденных в соответствии с законом о шпионаже, касались не традиционного шпионажа, а сокрытия информации или общения со средствами массовой информации. Из общего числа одиннадцати уголовных дел, возбужденных в соответствии с законом о шпионаже против государственных служащих, обвиняемых в передаче секретной информации прессе, семь были возбуждены после вступления Обамы в должность. "Утечки, связанные с национальной безопасностью, могут подвергать людей риску", – заявил он на пресс-конференции в 2013 году. "Они могут подвергнуть опасности военнослужащих, которых я отправил на поле боя. Я не думаю, что американцы ожидают от меня, как от главнокомандующего, безразличия к информации, которая может поставить под угрозу их миссии или привести к гибели". Джеффри Александр Стерлинг, бывший сотрудник ЦРУ, был обвинен в соответствии с законом в январе 2011 года в несанкционированном раскрытии информации об обороне Джеймсу Райзену, журналисту The New York Times, в 2003 году. Райзен опубликовал эту информацию в своей книге 2006 года "Состояние войны", в которой были раскрыты детали тайной разведывательной войны ЦРУ с Ираном. Райзен отказался раскрыть источник своей информации по двум запросам Министерства юстиции. В обвинительном заключении указывалось, что мотивом Стерлинга была месть за отказ ЦРУ разрешить ему опубликовать свои мемуары и отклонить его иск о расовой дискриминации против Агентства. Томас Эндрюс Дрейк – В апреле 2010 года Томас Эндрюс Дрейк, сотрудник АНБ, был обвинен в умышленном хранении информации об обороне. Дело возникло в связи с расследованием его контактов с Шивон Горман из The Baltimore Sun и Дианой Роарк из Комитета по разведке Палаты представителей в рамках его попыток обнародовать ряд проблем, включая проект Trailblazer АНБ. Расследовательский журналист Джейн Майер, комментируя преследование Дрейка, написала: "Поскольку журналисты часто сохраняют несанкционированные документы, осуждение Дрейка создаст юридический прецедент, позволяющий привлекать журналистов к ответственности как шпионов". Стивен Джин Ву Ким – В августе 2010 года Стивен Джин Ву Ким, подрядчик Государственного департамента и специалист по ядерному распространению, был обвинен в разглашении в июне 2009 года информации об обороне журналисту Джеймсу Розену из Fox News Channel, касающейся планов Северной Кореи по испытанию ядерного оружия. Челси Мэннинг – В 2010 году Челси Мэннинг, рядовой первого класса армии США, обвиняемая в самой масштабной утечке государственных секретов в истории США, была обвинена по статье 134 Единого кодекса военного правосудия, которая включает в себя положения закона о шпионаже. В то время критики опасались, что широкая формулировка закона может привести к преследованию новостных организаций и любого, кто сообщал, печатал или распространял информацию из WikiLeaks, хотя бывшие прокуроры возражали, ссылаясь на прецедент Верховного суда, расширяющий защиту Первой поправки. 30 июля 2013 года, после восьминедельного судебного разбирательства военным судом, армейский судья полковник Дениз Линд признала Мэннинг виновной по шести пунктам обвинения в нарушении закона о шпионаже, среди прочих нарушений. 17 января 2017 года президент Барак Обама смягчил приговор Мэннинг, сократив срок заключения почти на семь лет, начиная с даты ее ареста 27 мая 2010 года. Джон Кириаку – В январе 2012 года Джон Кириаку, бывший сотрудник ЦРУ, а затем сотрудник Демократической партии в Комитете Сената по международным отношениям, был обвинен в соответствии с законом в передаче информации журналистам об идентичности агентов под прикрытием, в том числе об одном, который предположительно участвовал в допросах с применением пыток Абу Зубайды, руководителя логистики "Аль-Каиды". Кириаку также предположительно раскрыл метод расследования, использованный для захвата Зубайды в Пакистане в 2002 году. 25 января 2013 года он был приговорен к 30 месяцам тюремного заключения и освобожден в 2015 году. Эдвард Сноуден – В июне 2013 года Эдвард Сноуден был обвинен в соответствии с законом о шпионаже после публикации документов, раскрывающих программу PRISM АНБ. В частности, ему были предъявлены обвинения в "несанкционированном сообщении информации об обороне" и "умышленном сообщении секретных разведывательных данных неавторизованному лицу". Реалити Ли Уиннер – В июне 2017 года Реалити Ли Уиннер была арестована и обвинена в "умышленном хранении и передаче информации об обороне", что является уголовным преступлением в соответствии с законом о шпионаже. Ее арест был объявлен 5 июня после публикации The Intercept статьи, описывающей попытки России вмешаться в президентские выборы 2016 года на основе секретных документов АНБ, переданных им анонимно. 8 июня 2017 года она не признала себя виновной и была взята под стражу, а 26 июня признала себя виновной в одном пункте обвинения в уголовной передаче информации об обороне. В соответствии с соглашением о признании вины с прокурорами, Уиннер должна была отбыть пять лет и три месяца тюремного заключения, а затем три года условного надзора. 23 августа 2018 года в федеральном суде в штате Джорджия Уиннер была приговорена к согласованному сроку за нарушение закона о шпионаже. Прокуроры заявили, что ее приговор является самым суровым, когда-либо вынесенным в федеральном суде за несанкционированное раскрытие правительственной информации средствам массовой информации. Гарольд Т. Мартин – бывший подрядчик АНБ, приговоренный к девяти годам тюремного заключения в 2017 году за кражу секретных документов и хранение их у себя дома в течение 20 лет. Терри Дж. Албури – Албури был обвинен в соответствии с законом о шпионаже 1917 года. В 2018 году он признал себя виновным и был приговорен к четырем годам тюремного заключения. Албури был 17-летним ветераном ФБР. Он заявил, что был мотивирован информировать общественность о систематической расистской и ксенофобской практике, свидетелем которой он был в качестве единственного чернокожего агента в полевом офисе Миннеаполиса, и сына эфиопского беженца, поскольку ему было поручено наблюдение за мусульманскими и иммигрантскими общинами. Нгиа Фо – сотрудник АНБ, который брал секретные документы домой, чтобы поработать ночью и в выходные дни. После того, как информация, по-видимому, была украдена российскими хакерами, он признал себя виновным в 2018 году и был приговорен к пяти с половиной годам тюремного заключения. Джулиан Ассанж – 23 мая 2019 года австралийский редактор, издатель и активист Джулиан Ассанж был обвинен в нарушении закона о шпионаже путем поиска секретной информации. Дело было описано как имеющее значительные последствия для свободы прессы и Первой поправки. В апреле 2021 года Хейл признал себя виновным по одному пункту обвинения в незаконном хранении и передаче "информации об обороне" в соответствии с законом о шпионаже. Прокуратура попросила отложить судебное разбирательство по остальным обвинениям до вынесения приговора. По данным The New York Times, некоторые участники чата с трудом понимали сводки или не воспринимали их всерьез. В октябре 2022 года Тейшейра предположительно опубликовал первый из нескольких наборов секретных документов на сервере. Роберт Л. Бирчум – 1 июня 2023 года отставной подполковник ВВС Роберт Бирчум был приговорен в соответствии с законом о шпионаже за незаконное владение и хранение секретных документов. Несмотря на отсутствие доказательств того, что он когда-либо несанкционированно раскрывал какие-либо материалы (включая более 300 документов, в том числе два классифицированных как "Совершенно секретно/SCI") и признал себя виновным, он был приговорен к трем годам тюремного заключения в федеральном суде в Тампе, штат Флорида. Дональд Трамп – 8 июня 2023 года бывший президент Дональд Трамп был обвинен по 31 статье...

In 2001, retired Army Reserve Colonel George Trofimoff, the most senior U. S. military officer to be indicted under the Act, was convicted of conducting espionage for the Soviets in the 1970s–1990s. Kenneth Wayne Ford Jr. was indicted under for allegedly having a box of documents in his house after he left NSA employment around 2004. He was sentenced to six years in prison in 2006. Franklin was sentenced to more than 12 years in prison, but the sentence was later reduced to 10 months of home confinement. Under the Obama and Trump administrations, at least eight Espionage Act prosecutions were related not to traditional espionage but either withholding information or communicating with members of the press. Out of a total of eleven prosecutions under the Espionage Act against government officials accused of providing classified information to the press, seven have occurred since Obama took office. "Leaks related to national security can put people at risk", he said at a news conference in 2013. "They can put men and women in uniform that I've sent into the battlefield at risk. I don't think the American people would expect me, as commander in chief, not to be concerned about information that might compromise their missions or might get them killed." Jeffrey Alexander Sterling, a former CIA officer was indicted under the Act in January 2011 for alleged unauthorized disclosure of national defense information to James Risen, a reporter for The New York Times, in 2003. Risen published the leaked material in his 2006 book State of War, which revealed details about the CIA's covert spy war with Iran. Risen refused to reveal the source of his information when subpoenaed twice by the Justice Department. The indictment stated that Sterling's motive was revenge for the CIA's refusal to allow him to publish his memoirs and its refusal to settle his racial discrimination lawsuit against the Agency. Thomas Andrews Drake – In April 2010, Thomas Andrews Drake, an official with the NSA, was indicted under for alleged willful retention of national defense information. The case arose from investigations into his communications with Siobhan Gorman of The Baltimore Sun and Diane Roark of the House Intelligence Committee as part of his attempt to blow the whistle on several issues, including the NSA's Trailblazer project. Considering the prosecution of Drake, investigative journalist Jane Mayer wrote: "Because reporters often retain unauthorized defense documents, Drake's conviction would establish a legal precedent making it possible to prosecute journalists as spies." Stephen Jin Woo Kim – In August 2010, Stephen Jin Woo Kim, a contractor for the State Department and a specialist in nuclear proliferation, was indicted under for alleged disclosure in June 2009 of national defense information to reporter James Rosen of Fox News Channel, related to North Korea's plans to test a nuclear weapon. Chelsea Manning – In 2010, Chelsea Manning, the United States Army Private First Class accused of the largest leak of state secrets in U. S. history, was charged under Article 134 of the Uniform Code of Military Justice, which incorporates parts of the Espionage Act At the time, critics worried that the broad language of the Act could make news organizations, and anyone who reported, printed or disseminated information from WikiLeaks, subject to prosecution, although former prosecutors pushed back, citing Supreme Court precedent expanding First Amendment protections. On July 30, 2013, following a judge only trial by court martial lasting eight weeks, Army judge Colonel Denise Lind convicted Manning on six counts of violating the Espionage Act, among other infractions. On January 17, 2017, President Barack Obama commuted Manning's sentence to nearly seven years of confinement dating from her arrest on May 27, 2010. John Kiriakou – In January 2012, John Kiriakou, former CIA officer and later Democratic staffer on the Senate Foreign Relations Committee, was charged under the Act with leaking information to journalists about the identity of undercover agents, including one who was allegedly involved in waterboarding interrogations of al Qaeda logistics chief Abu Zubaydah. Kiriakou is alleged to have also disclosed an investigative technique used to capture Zubaydah in Pakistan in 2002. He was sentenced to 30 months in prison on January 25, 2013, and was released in 2015. Edward Snowden – In June 2013, Edward Snowden was charged under the Espionage Act after releasing documents exposing the NSA's PRISM Surveillance Program. Specifically, he was charged with "unauthorized communication of national defense information" and "willful communication of classified intelligence with an unauthorized person". Reality Leigh Winner – In June 2017, Reality Leigh Winner was arrested and charged with "willful retention and transmission of national defense information", a felony under the Espionage Act. Her arrest was announced on June 5 after The Intercept published an article describing Russian attempts to interfere with the 2016 presidential election, based on classified National Security Agency (NSA) documents leaked to them anonymously. On June 8, 2017, she pleaded not guilty and was denied bail. and on June 26 she pleaded guilty to one count of felony transmission of national defense information. Winner's plea agreement with prosecutors called for her to serve five years and three months in prison followed by three years of supervised release. On August 23, 2018, at a federal court in Georgia, Winner was sentenced to the agreed upon length of time for violating the Espionage Act. Prosecutors said her sentence was the longest ever imposed in federal court for an unauthorized release of government information to the media. Harold T. Martin former NSA contractor, sentenced to nine years in prison in 2017, for stealing classified documents and storing them in his home over a period of 20 years. Terry J. Albury – Albury was indicted under the Espionage Act of 1917. In 2018, he pled guilty and was sentenced to 4 years in prison. Albury was a 17 year veteran of the FBI. He stated that he was motivated to inform the public about the systematic racist and xenophobic practices he witnessed as the only black agent in the Minneapolis field office, and the son of an Ethiopian refugee as he was tasked with surveillance of Muslim and immigrant communities. Nghia Pho – An NSA employee who took classified documents home to get extra work done at night and on weekends. After the information was apparently stolen by Russian hackers, he pleaded guilty in 2018 and was sentenced to five and a half years in prison. Julian Assange – On May 23, 2019, Australian editor, publisher, and activist Julian Assange was charged with violating the Espionage Act by seeking classified information. The case has been described as having significant implications for press freedom and the First Amendment. In April 2021, Hale pleaded guilty to one count, under the Espionage Act, of unlawful retention and transmission of "national defense information". The prosecution asked that a trial on the remaining charges be postponed until after sentencing. According to The New York Times, some chat members struggled to understand the summaries or did not take them seriously. In October 2022, Teixeira is alleged to have posted the first of several sets of classified documents on the server. Robert L. Birchum – On June 1, 2023, retired USAF Lt. Col Robert Birchum was sentenced under the espionage act for unlawfully possessing and retaining classified documents. Though there was no evidence of his ever having made an unauthorized disclosure of any of the material (which included more than 300 documents in all, including two classified Top Secret/SCI) and pled guilty, he was sentenced to three years imprisonment in Federal court in Tampa, FL. Donald Trump – On June 8, 2023, former President Donald Trump was indicted on 31 counts of willful retention of national defense information, and a further six counts relating to obstruction, conspiracy, and concealing documents in a Federal investigation. He had been under investigation since at least May 2022, a grand jury subpoena was issued for return of the documents on May 11, 2022. On August 8, 2022, the FBI raided his Mar a Lago home and found classified material. That classified material allegedly included materials related to nuclear weapons. The Justice Department also became concerned that Trump was storing official presidential records at his home in violation of the Presidential Records Act which mandates that all presidential documents be preserved and submitted to the National Archives.

Критика

Некоторые критикуют применение закона о шпионаже в отношении лиц, раскрывающих информацию о национальной безопасности. Исследование, проведенное Американским центром ПЕН в 2015 году, показало, что почти все представители неправительственных организаций, с которыми они беседовали, включая активистов, юристов, журналистов и осведомителей, "считали, что закон о шпионаже был использован неправомерно в случаях утечек, представляющих общественный интерес". Центр ПЕН писал: "Эксперты описывали его как 'слишком грубый инструмент', 'агрессивный, широкий и репрессивный', 'инструмент запугивания', 'охлаждающий свободу слова' и 'неподходящее средство для привлечения к ответственности информаторов и разоблачителей'". Профессор Вашингтонского юридического колледжа Американского университета и эксперт в области права национальной безопасности Стивен Владек заявил, что закон "не обладает признаками тщательно и четко сформулированного законодательного ограничения свободы слова". Тревор Тимм, исполнительный директор Фонда свободы прессы, сказал: "По сути, любая информация, которую осведомитель или источник захочет представить в суде, чтобы доказать свою невиновность в нарушении закона о шпионаже, не будет услышана присяжными. Практически наверняка, из-за широкой формулировки закона, их признают виновными, несмотря ни на что". Он добавил, что, по оценкам, организация юридической защиты по делу, связанному с законом о шпионаже, обойдется "от 1 до 3 миллионов долларов". В интервью Fairness & Accuracy in Reporting журналист Чип Гиббонс заявил, что "практически невозможно, если вообще возможно, организовать защиту" от обвинений в соответствии с законом о шпионаже. Гиббонс отметил, что подсудимым запрещено использовать термин "разоблачитель", ссылаться на Первую поправку, поднимать вопрос о чрезмерной секретности документов или объяснять мотивы своих действий.