Рой Харрис Дженкинс: Политик и президент Еврокомиссии

Введение

Рой Харрис Дженкинс, барон Дженкинс из Хиллхеда (11 ноября 1920 – 5 января 2003) был британским политиком и писателем, служившим шестым президентом Европейской комиссии с 1977 по 1981 год. В разное время он был членом парламента (MP) от Лейбористской партии, Социал-демократической партии (СДП) и Либеральных демократов, занимал должности канцлера казначейства и министра внутренних дел в правительствах Уилсона и Каллагана. Сын Артура Дженкинса, шахтера и лейбористского депутата, Дженкинс получил образование в Оксфордском университете и служил офицером разведки во время Второй мировой войны. Впервые избран депутатом от Саутварк-Централ в 1948 году, он затем представлял округ Бирмингем-Стечфорд с 1950 года. После избрания Гарольда Уилсона в 1964 году Дженкинс был назначен министром авиации. Год спустя он был повышен в кабинете министров и стал министром внутренних дел. На этом посту Дженкинс начал масштабную программу реформ, стремясь построить, как он выразился, «цивилизованное общество». Он инициировал меры, такие как фактическая отмена в Великобритании смертной казни и театральной цензуры, частичная декриминализация гомосексуальности, смягчение законодательства о разводе, приостановка телесных наказаний и либерализация законодательства об абортах. После девальвационного кризиса в ноябре 1967 года Дженкинс сменил Джеймса Каллагана на посту канцлера казначейства. На протяжении всего этого периода он проводил жесткую фискальную политику в попытке обуздать инфляцию и представил особенно жесткий бюджет в 1968 году, сопровождавшийся значительным повышением налогов. В результате в 1969 году текущий счет правительства впервые показал профицит. После неожиданного поражения лейбористов на выборах 1970 года Дженкинс был избран заместителем лидера Лейбористской партии в 1970 году. Он ушел в отставку с этого поста в 1972 году, когда Лейбористская партия решила выступить против вступления Великобритании в Европейские сообщества, которое он решительно поддерживал. После возвращения лейбористов к власти после выборов 1974 года Уилсон вновь назначил Дженкинса министром внутренних дел. Два года спустя, когда Уилсон ушел в отставку с поста премьер-министра, Дженкинс баллотировался на пост лидера партии, заняв третье место после Майкла Фута и победителя Джеймса Каллагана. Впоследствии он решил покинуть парламент и британскую политику, чтобы принять назначение первым британским президентом Европейской комиссии, приступив к исполнению обязанностей в январе 1977 года. По завершении срока на посту в Комиссии в 1981 году Дженкинс объявил о неожиданном возвращении в британскую политику. Разочарованный движением Лейбористской партии влево под руководством Майкла Фута, он стал одним из «четверки», влиятельных членов партии, которые покинули ее ряды и основали СДП. В 1982 году Дженкинс выиграл досрочные выборы и вернулся в парламент в качестве депутата от Гласгоу-Хиллхед, отняв место у консерваторов в результате громкой победы. Он стал лидером СДП перед выборами 1983 года, во время которых сформировал избирательный альянс с Либеральной партией. После разочарования результатами СДП на выборах он ушел в отставку с поста лидера. Впоследствии он потерял свое место в парламенте на выборах 1987 года, уступив его Джорджу Гэллоуэю из Лейбористской партии, и вскоре после этого получил пожизненное пэрство, заняв место в Палате лордов как либеральный демократ. Позже он был избран преемником бывшего премьер-министра Гарольда Макмиллана на посту канцлера Оксфордского университета после смерти последнего и занимал эту должность до своей собственной смерти шестнадцать лет спустя. В конце 1990-х годов он был близким советником премьер-министра Тони Блэра и возглавлял важную комиссию по избирательной реформе. Помимо политической карьеры, он также был известным историком, биографом и писателем. Дэвид Маркуанд описал автобиографию Дженкинса (1991) как книгу, которая «будет читаться с удовольствием еще долго после того, как большинство образцов этого жанра будут забыты».

British politician (1920–2003)

Roy Harris Jenkins, Baron Jenkins of Hillhead, (11 November 1920 – 5 January 2003) was a British politician and writer who served as the sixth president of the European Commission from 1977 to 1981. At various times a Member of Parliament (MP) for the Labour Party, Social Democratic Party (SDP) and the Liberal Democrats, he was Chancellor of the Exchequer and Home Secretary under the Wilson and Callaghan Governments. The son of Arthur Jenkins, a coal miner and Labour MP, Jenkins was educated at the University of Oxford and served as an intelligence officer during the Second World War. Initially elected as MP for Southwark Central in 1948, he moved to become MP for Birmingham Stechford in 1950. On the election of Harold Wilson after the 1964 election, Jenkins was appointed Minister of Aviation. A year later, he was promoted to the Cabinet to become Home Secretary. In this role, Jenkins embarked on a major reform programme; he sought to build what he described as "a civilised society", overseeing measures such as the effective abolition in Britain of both capital punishment and theatre censorship, the partial decriminalisation of homosexuality, relaxing of divorce law, suspension of birching and the liberalisation of abortion law. After the devaluation crisis in November 1967, Jenkins replaced James Callaghan as Chancellor of the Exchequer. Throughout his time at the Treasury, Jenkins oversaw a tight fiscal policy in an attempt to control inflation, and oversaw a particularly tough Budget in 1968 which saw major tax rises. As a result of this, the Government's current account entered a surplus in 1969. After Labour unexpectedly lost the 1970 election, Jenkins was elected as Deputy Leader of the Labour Party in 1970. He resigned from the position in 1972 after the Labour Party decided to oppose Britain's entry to the European Communities, which he strongly supported. When Labour returned to power following the 1974 election, Wilson appointed Jenkins as Home Secretary for the second time. Two years later, when Wilson resigned as Prime Minister, Jenkins stood in the leadership election to succeed him, finishing third behind Michael Foot and the winner James Callaghan. He subsequently chose to resign from Parliament and leave British politics, to accept appointment as the first ever British President of the European Commission, a role he took up in January 1977. After completing his term at the Commission in 1981, Jenkins announced a surprise return to British politics; dismayed with the Labour Party's move further left under the leadership of Michael Foot, he became one of the "Gang of Four", senior Labour figures who broke away from the party and founded the SDP. In 1982, Jenkins won a by election to return to Parliament as MP for Glasgow Hillhead, taking the seat from the Conservatives in a famous result. He became leader of the SDP ahead of the 1983 election, during which he formed an electoral alliance with the Liberal Party. After his disappointment with the performance of the SDP in the election, he resigned as leader. He subsequently lost his seat in Parliament at the 1987 election to Labour's George Galloway, and accepted a life peerage shortly afterwards; he sat in the House of Lords as a Liberal Democrat. He was later elected to succeed former Prime Minister Harold Macmillan as Chancellor of the University of Oxford following the latter's death; he would hold this position until his own death sixteen years later. In the late 1990s, he served as a close adviser to Prime Minister Tony Blair and chaired a major commission on electoral reform. In addition to his political career, he was also a noted historian, biographer and writer. David Marquand described Jenkins's autobiography, (1991), as one which "will be read with pleasure long after most examples of the genre have been forgotten".

Ранние годы жизни (19201945)

Родился в Аберсихане, Монмутшире, в юго-восточном Уэльсе, единственным ребенком, Рой Дженкинс был сыном должностного лица Национального союза горняков, Артура Дженкинса. Его отец был заключен в тюрьму во время всеобщей забастовки 1926 года за предполагаемое участие в беспорядках. Позже Артур Дженкинс стал президентом Федерации горняков Южного Уэльса и членом парламента от Понтипула, парламентским частным секретарем Клемента Эттли и ненадолго министром в правительстве лейбористов 1945 года. Мать Роя Дженкинса, Хэтти Харрис, была дочерью бригадира сталелитейного завода. Дженкинс получил образование в начальной школе Пентвин, окружной грамматической школе Аберсихана, Университетском колледже Кардиффа и Баллиол-колледже Оксфорда, где дважды потерпел поражение на выборах в президенты Оксфордского союза, но получил степень с отличием в области политики, философии и экономики (PPE). Среди его университетских коллег были Тони Кросланд, Денис Хили и Эдвард Хит, и он подружился со всеми тремя, хотя с Хили он никогда не был особенно близок. В биографии Джона Кэмпбелла «Хорошо сбалансированная жизнь» подробно описаны романтические отношения между Дженкинсом и Кросландом. Другие известные личности, с которыми он познакомился в Оксфорде, включали Мадрона Селигмана, Николаса Хендерсона и Марка Бонэма Картера. Во время Второй мировой войны Дженкинс прошел офицерскую подготовку в Альтон Тауэрс и был направлен в 55-й Уэст-Сомерсетский йоменри в Уэст-Лавингтоне, Уилтшир. В апреле 1944 года, по протекции отца, Дженкинс был отправлен в Блетчли-Парк для работы дешифровщиком; там он подружился с историком Асой Бриггсом. Эттли предоставил Дженкинсу доступ к своим личным документам, чтобы он мог написать его биографию, которая вышла в 1948 году («Мистер Эттли: Предварительная биография»). Отзывы были в основном благоприятными, в том числе рецензия Джорджа Оруэлла в Tribune. В 1950 году он выступал за введение крупного налога на капитал, отмену частных школ и внедрение элементов промышленной демократии в национализированные отрасли в качестве ключевых политических целей лейбористского правительства. Здесь Дженкинс выступал за отмену крупных частных доходов путем их налогообложения, начиная с 50 процентов для доходов от 20 000 до 30 000 фунтов стерлингов и до 95 процентов для доходов свыше 100 000 фунтов стерлингов. Позже он описал эту «почти робеспьеровскую» брошюру как «апогей моего увлечения левыми». В 1953 году вышла книга «В погоне за прогрессом», призванная противостоять беванизму. Отступив от требований, изложенных в «Справедливой доле для богатых», Дженкинс теперь утверждал, что перераспределение богатства произойдет в течение поколения, и отказался от цели отмены частных школ. Он также выступал против нейтралистской внешней политики бевановцев: «Нейтралитет по сути является консервативной политикой, политикой поражения, объявлением миру, что нам нечего сказать, что мир будет слушать. Нейтралитет никогда не может быть приемлемым для тех, кто верит, что у него есть универсальная вера, которую он может проповедовать». Дженкинс утверждал, что лейбористское руководство должно противостоять и победить нейтралистов и пацифистов в партии; было бы лучше рискнуть расколом в партии, чем столкнуться с «уничтожением, возможно, на поколение, всего прогрессивного движения в стране». В период с 1951 по 1956 год он писал еженедельную колонку для индийской газеты The Current. Здесь он выступал за прогрессивные реформы, такие как равная оплата труда, декриминализация гомосексуализма, либерализация законов о непристойности и отмена смертной казни. «Пудель мистера Бальфура», краткий рассказ о кризисе Палаты лордов 1911 года, который завершился Актом о парламенте 1911 года, был опубликован в 1954 году. Среди положительных рецензентов были А. Дж. П. Тейлор, Гарольд Николсон, Леонард Вульф и Вайолет Бонэм Картер. По предложению Марка Бонэма Картера Дженкинс написал биографию викторианского радикала сэра Чарльза Дилька, которая вышла в октябре 1958 года. Во время Суэцкого кризиса 1956 года Дженкинс осудил «жалкую империалистическую авантюру» Энтони Идена на митинге лейбористов в ратуше Бирмингема. Три года спустя он заявил, что «Суэц был совершенно неудачной попыткой достичь неразумных и нежелательных целей методами, которые были одновременно безрассудными и аморальными; и последствия, как и было заслужено, были унизительными и катастрофическими». Дженкинс высоко оценил работу Энтони Кросланда 1956 года «Будущее социализма» как «самую важную книгу по социалистической теории» со времен «Политики демократического социализма» Эвана Дурбина (1940). С тем, что большая часть экономики теперь национализирована, Дженкинс утверждал, что социалистам следует сосредоточиться на ликвидации оставшихся очагов бедности и устранении классовых барьеров, а также на продвижении либертарианских социальных реформ. Дженкинс был главным спонсором законопроекта 1959 года, который стал либерализующим Законом об откровенных публикациях, ответственным за установление критерия «способного развращать и портить» в качестве основания для преследования подозрительных материалов и за указание литературной ценности в качестве возможной защиты. В июле 1959 года Penguin опубликовала книгу Дженкинса «Дело лейбористов», приуроченную к предстоящим выборам. Дженкинс утверждал, что главная опасность для Британии заключается в том, что она «угрюмо живет в прошлом, верит, что мир обязан поддерживать нас на привычном месте, и проявляет горькое негодование, если этого не происходит». Он добавил: «Наши соседи в Европе примерно равны нам в экономическом и военном отношении. Нам лучше жить с ними с достоинством, чем тратить наши ресурсы, пытаясь безуспешно угнаться за гигантами силы современного мира». Дженкинс утверждал, что правительство Эттли сосредоточилось «слишком сильно на справедливости и слишком мало на стимулах свободного потребительского выбора». Хотя он по-прежнему верил в ликвидацию бедности и большее равенство, Дженкинс теперь утверждал, что этих целей можно достичь за счет экономического роста. В заключительной главе («Цивилизована ли Британия?») Дженкинс представил список необходимых прогрессивных социальных реформ: отмена смертной казни, декриминализация гомосексуализма, отмена цензурных полномочий лорда-камергера в театре, либерализация лицензионных и букмекерских законов, либерализация законов о разводе, легализация абортов, декриминализация самоубийства и более либеральные законы об иммиграции. Дженкинс заключил:

Born in Abersychan, Monmouthshire, in southeastern Wales, as an only child, Roy Jenkins was the son of a National Union of Mineworkers official, Arthur Jenkins. His father was imprisoned during the 1926 General Strike for his alleged involvement in disturbances. Arthur Jenkins later became President of the South Wales Miners' Federation and Member of Parliament for Pontypool, Parliamentary Private Secretary to Clement Attlee, and briefly a minister in the 1945 Labour government. Roy Jenkins' mother, Hattie Harris, was the daughter of a steelworks foreman. Jenkins was educated at Pentwyn Primary School, Abersychan County Grammar School, University College, Cardiff, and at Balliol College, Oxford, where he was twice defeated for the Presidency of the Oxford Union but took a first class degree in Politics, Philosophy and Economics (PPE). His university colleagues included Tony Crosland, Denis Healey and Edward Heath, and he became friends with all three, although he was never particularly close to Healey. In John Campbell's biography A Well Rounded Life a romantic relationship between Jenkins and Crosland was detailed. Other figures whom he met at Oxford who would become notable in public life included Madron Seligman, Nicholas Henderson and Mark Bonham Carter. During the Second World War, Jenkins received his officer training at Alton Towers and was posted to the 55th West Somerset Yeomanry at West Lavington, Wiltshire. Through the influence of his father, in April 1944, Jenkins was sent to Bletchley Park to work as a codebreaker; while there he befriended the historian Asa Briggs. Attlee then granted Jenkins access to his private papers so that he could write his biography, which appeared in 1948 (Mr Attlee: An Interim Biography). The reviews were generally favourable, including George Orwell's in Tribune. In 1950, he advocated a large capital levy, abolition of public schools and introduction of a measure of industrial democracy to nationalised industries as key policy objectives for the Labour government. Here, Jenkins advocated the abolition of large private incomes by taxing them, graduating from 50 per cent for incomes between £20,000 and £30,000 to 95 per cent for incomes over £100,000. He later described this "almost Robespierrean" pamphlet as "the apogee of my excursion to the left". In 1953 appeared Pursuit of Progress, a work intended to counter Bevanism. Retreating from what he had demanded in Fair Shares for the Rich, Jenkins now argued that the redistribution of wealth would occur over a generation and abandoned the goal of public school abolition. He also opposed the Bevanites' neutralist foreign policy platform: "Neutrality is essentially a conservative policy, a policy of defeat, of announcing to the world that we have nothing to say to which the world will listen. Neutrality could never be acceptable to anyone who believes that he has a universal faith to preach". Jenkins argued that the Labour leadership needed to take on and defeat the neutralists and pacifists in the party; it would be better to risk a split in the party than face "the destruction, by schism, perhaps for a generation, of the whole progressive movement in the country". Between 1951 and 1956, he wrote a weekly column for the Indian newspaper The Current. Here he advocated progressive reforms such as equal pay, the decriminalisation of homosexuality, the liberalisation of the obscenity laws and the abolition of capital punishment. Mr Balfour's Poodle, a short account of the House of Lords crisis of 1911 that culminated in the Parliament Act 1911, was published in 1954. Favourable reviewers included A. J. P. Taylor, Harold Nicolson, Leonard Woolf and Violet Bonham Carter. After a suggestion by Mark Bonham Carter, Jenkins then wrote a biography of the Victorian radical, Sir Charles Dilke, which was published in October 1958. During the 1956 Suez Crisis, Jenkins denounced Anthony Eden's "squalid imperialist adventure" at a Labour rally in Birmingham Town Hall. Three years later he claimed that "Suez was a totally unsuccessful attempt to achieve unreasonable and undesirable objectives by methods which were at once reckless and immoral; and the consequences, as was well deserved, were humiliating and disastrous". Jenkins praised Anthony Crosland's 1956 work The Future of Socialism as "the most important book on socialist theory" since Evan Durbin's The Politics of Democratic Socialism (1940). With much of the economy now nationalised, Jenkins argued, socialists should concentrate on eliminating the remaining pockets of poverty and on the removal of class barriers, as well as promoting libertarian social reforms. Jenkins was principal sponsor, in 1959, of the bill which became the liberalising Obscene Publications Act, responsible for establishing the "liable to deprave and corrupt" criterion as a basis for a prosecution of suspect material and for specifying literary merit as a possible defence. In July 1959, Penguin published Jenkins' The Labour Case, timed to anticipate the upcoming election. Jenkins argued that Britain's chief danger was that of "living sullenly in the past, of believing that the world has a duty to keep us in the station to which we are accustomed, and showing bitter resentment if it does not do so". He added: "Our neighbours in Europe are roughly our economic and military equals. We would do better to live gracefully with them than to waste our substance by trying unsuccessfully to keep up with the power giants of the modern world". Jenkins claimed that the Attlee government concentrated "too much towards the austerity of fair shares, and too little towards the incentives of free consumers' choice". Although he still believed in the elimination of poverty and more equality, Jenkins now argued that these aims could be achieved by economic growth. In the final chapter ('Is Britain Civilised?') Jenkins set out a list of necessary progressive social reforms: the abolition of the death penalty, decriminalisation of homosexuality, abolition of the Lord Chamberlain's powers of theatre censorship, liberalisation of the licensing and betting laws, liberalisation of the divorce laws, legalisation of abortion, decriminalisation of suicide and more liberal immigration laws. Jenkins concluded:

Давайте будем на стороне тех, кто хочет, чтобы люди были свободны жить своей жизнью, совершать свои ошибки и решать, в зрелой манере и при условии, что они не нарушают права других, кодекс, по которому они хотят жить; и на стороне экспериментов и яркости, лучших зданий и лучшей еды, лучшей музыки (джаза, а также Баха) и лучших книг, более полной жизни и большей свободы. В конечном счете, эти вещи будут важнее самой совершенной экономической политики. После поражения лейбористов на выборах 1959 года Дженкинс выступил на Panorama и заявил, что лейбористы должны отказаться от дальнейшей национализации, поставить под сомнение свою связь с профсоюзами и не отвергать более тесную ассоциацию с Либеральной партией. В ноябре он выступил с лекцией в Фабианском обществе, в которой обвинил поражение лейбористов в непопулярности национализации, и повторил это в статье для The Spectator. Его статья в The Spectator также призывала Британию принять свое уменьшенное место в мире, предоставить колониям свободу, тратить больше на государственные услуги и продвигать право отдельных лиц жить своей жизнью, свободной от ограничений популярных предрассудков и государственного вмешательства. Дженкинс позже назвал это «хорошей радикальной программой, хотя и не социалистической». В мае 1960 года Дженкинс присоединился к Кампании за демократический социализм, группе давления Гейтскеллита, призванной бороться с левым доминированием в Лейбористской партии. В июле 1960 года Дженкинс ушел со своего поста в руководстве, чтобы иметь возможность свободно выступать за членство Британии в Общем рынке. На конференции Лейбористской партии 1960 года в Скарборо Дженкинс высказался за пересмотр пункта IV…

Let us be on the side of those who want people to be free to live their own lives, to make their own mistakes, and to decide, in an adult way and provided they do not infringe the rights of others, the code by which they wish to live; and on the side of experiment and brightness, of better buildings and better food, of better music (jazz as well as Bach) and better books, of fuller lives and greater freedom. In the long run these things will be more important than the most perfect of economic policies. In the aftermath of Labour's 1959 defeat, Jenkins appeared on Panorama and argued that Labour should abandon further nationalisation, question its connection with the trade unions and not dismiss a closer association with the Liberal Party. In November he delivered a Fabian Society lecture in which he blamed Labour's defeat on the unpopularity of nationalisation and he repeated this in an article for The Spectator. His Spectator article also called for Britain to accept its diminished place in the world, to grant colonial freedom, to spend more on public services and to promote the right of individuals to live their own lives free from the constraints of popular prejudices and state interference. Jenkins later called it a "good radical programme, although not a socialist one". In May 1960, Jenkins joined the Campaign for Democratic Socialism, a Gaitskellite pressure group designed to fight against left wing domination of the Labour Party. In July 1960 Jenkins resigned from his frontbench role in order to be able to campaign freely for British membership of the Common Market. At the 1960 Labour Party conference in Scarborough, Jenkins advocated rewriting Clause IV of the party's constitution but he was booed. In November he wrote in The Spectator that "unless the Labour Party is determined to abdicate its role as a mass party and become nothing more than a narrow sectarian society, its paramount task is to represent the whole of the Leftward thinking half of the country—and to offer the prospect of attracting enough marginal support to give that half some share of power". During 1960–62, his main campaign was British membership of the Common Market, where he became Labour's leading advocate of entry. When Harold Macmillan initiated the first British application to join the Common Market in 1961, Jenkins became deputy chairman of the all party Common Market Campaign and then chairman of the Labour Common Market Committee. At the 1961 Labour Party conference Jenkins spoke in favour of Britain's entry. Since 1959, Jenkins had been working on a biography of the Liberal Prime Minister, H. H. Asquith. For Jenkins, Asquith ranked with Attlee as the embodiment of the moderate, liberal intelligence in politics that he most admired. Through Asquith's grandson, Mark Bonham Carter, Jenkins had access to Asquith's letters to his mistress, Venetia Stanley. Kenneth Rose, Michael Foot, Asa Briggs and John Grigg all favourably reviewed the book when it was published in October 1964. However, Violet Bonham Carter wrote a defence of her father in The Times against the few criticisms of Asquith in the book, and Robert Rhodes James wrote in The Spectator that "Asquith was surely a tougher, stronger, more acute man than Mr. Jenkins would have us believe. The fascinating enigma of his complete decline is never really analysed, nor even understood. We required a Sutherland: but we have got an Annigoni". John Campbell claims that "for half a century it has remained unchallenged as the best biography and is rightly regarded as a classic". After the 1964 general election Jenkins was appointed Minister of Aviation and was sworn of the Privy Council. While at Aviation he oversaw the high profile cancellations of the BAC TSR 2 and Concorde projects (although the latter was later reversed after strong opposition from the French Government). In January 1965 Patrick Gordon Walker resigned as Foreign Secretary and in the ensuing reshuffle Wilson offered Jenkins the Department for Education and Science; however, he declined it, preferring to stay at Aviation.

Канцлер казначейства (1967-1970)

С 1967 по 1970 год Дженкинс занимал пост канцлера казначейства, сменив Джеймса Каллагана после девальвационного кризиса в ноябре 1967 года. Главной целью Дженкинса как канцлера был экономический рост, который зависел от восстановления стабильности фунта стерлингов по новому курсу после девальвации. Этого можно было достичь только за счет обеспечения профицита платежного баланса, который на протяжении предыдущих пяти лет был дефицитным. Поэтому Дженкинс проводил политику дефляции, включая сокращение государственных расходов и повышение налогов, чтобы направить ресурсы на экспорт, а не на внутреннее потребление. В январе 1968 года Дженкинс предупредил Палату общин о том, что "впереди два года упорного труда". Он быстро приобрел репутацию жесткого канцлера, его бюджет 1968 года увеличил налоги на 923 миллиона фунтов стерлингов, что более чем вдвое превышало увеличение налогов по любому предыдущему бюджету. Дженкинс предупредил кабинет министров, что вторая девальвация произойдет через три месяца, если его бюджет не восстановит доверие к фунту стерлингов. Он восстановил плату за рецепты (отмененную после возвращения лейбористов к власти в 1964 году) и отложил повышение возраста окончания школы до 16 лет с 1971 на 1973 год. Планы жилищного строительства и дорожного строительства также были значительно сокращены, а также он ускорил вывод британских войск из-за Суэца. Дженкинс исключил повышение подоходного налога и вместо этого повысил налоги на: алкогольные напитки и сигареты (кроме пива), налог на добавленную стоимость, бензин, дорожный налог, на 50 процентов повысил избирательный налог на занятость и ввел единовременный специальный сбор с личных доходов. Он также компенсировал увеличение пособий на детей за счет сокращения налоговых льгот на детей. Несмотря на то, что Эдвард Хит назвал бюджет "жестким и холодным, без единого лучика тепла", первый бюджет Дженкинса был в целом тепло встречен, Гарольд Уилсон отметил, что "он был широко признан речью непревзойденного качества и элегантности", а Барбара Касл сказала, что он "захватил дух всех присутствующих". В своем бюджетном обращении 19 марта Дженкинс заявил, что Великобритания годами жила в "заблуждении", что она "слишком много импортирует, слишком мало экспортирует и слишком много платит себе", имея более низкий уровень жизни, чем во Франции или Западной Германии. Сторонники Дженкинса в Парламентской лейбористской партии стали известны как "дженкинситы". Обычно это были молодые, представители среднего класса и выпускники университетов, бывшие гайтскеллиты, такие как Билл Роджерс, Дэвид Оуэн, Рой Хэттерсли, Дик Таверн, Джон Маккинтош и Дэвид Маркуанд. В мае-июле 1968 года некоторые из его сторонников, во главе с Патриком Гордоном Уокером и Кристофером Мэйхью, замышляли заменить Уилсона Дженкинсом на посту лидера лейбористов, но он отказался бросить ему вызов. Год спустя его сторонники снова попытались убедить Дженкинса бросить вызов Уилсону за лидерство в партии, но он снова отказался. Позже он написал в своих мемуарах, что заговор 1968 года был "для меня эквивалентом того же сезона 1953 года для Рэба Батлера. Не решившись действовать из-за отсутствия целеустремленной жестокости, когда не было альтернативы самому себе, он затем устроился на карьеру, прерываемую все более крупными упущенными возможностями стать премьер-министром. Люди, которые эффективно захватывают пост премьер-министра – Ллойд Джордж, Макмиллан, миссис Тэтчер – не упускают такие моменты". В апреле 1968 года, когда британские резервы сокращались примерно на 500 миллионов фунтов стерлингов каждый квартал, Дженкинс отправился в Вашингтон, чтобы получить кредит в размере 1,4 миллиарда долларов от Международного валютного фонда. После очередного кризиса стерлингов в ноябре 1968 года Дженкинс был вынужден повысить налоги еще на 250 миллионов фунтов стерлингов. После этого валютные рынки начали медленно стабилизироваться, и его бюджет 1969 года был в основном продолжением той же политики, с увеличением налогов на 340 миллионов фунтов стерлингов для дальнейшего ограничения потребления. К маю 1969 года текущий счет Великобритании был профицитным благодаря росту экспорта, снижению общего потребления и, отчасти, исправлению внутренних доходов, которые ранее недооценили экспортные показатели. В июле Дженкинс также смог объявить, что размер британских валютных резервов увеличился почти на 1 миллиард долларов с начала года. В этот период Великобритания впервые с 1936–37 по 1987–88 годы добилась превышения государственных доходов над расходами. Благодаря этим успехам существовали большие ожидания, что бюджет 1970 года будет более щедрым. Однако Дженкинс опасался нестабильности восстановления Великобритании и решил представить более сдержанный и фискально нейтральный бюджет. Часто утверждается, что это, в сочетании с серией плохих показателей внешней торговли, способствовало победе консерваторов на всеобщих выборах 1970 года. Историки и экономисты часто хвалят Дженкинса за то, что он руководил преобразованием в финансовом и текущем счетах Великобритании к концу 1960-х годов. Эндрю Марр, например, назвал его одним из "самых успешных канцлеров" XX века. Государственные расходы в процентах от ВВП выросли с 44 процентов в 1964 году до примерно 50 процентов в 1970 году. Несмотря на предупреждения Дженкинса об инфляции, соглашения о заработной плате в 1969–70 годах увеличились в среднем на 13 процентов и способствовали высокой инфляции начала 1970-х годов, тем самым нивелировав большинство усилий Дженкинса по достижению профицита платежного баланса.

From 1967 to 1970 Jenkins served as Chancellor of the Exchequer, replacing James Callaghan following the devaluation crisis of November 1967. Jenkins' ultimate goal as Chancellor was economic growth, which depended on restoring stability to sterling at its new value after devaluation. This could only be achieved by ensuring a surplus in the balance of payments, which had been in a deficit for the previous five years. Therefore, Jenkins pursued deflation, including cuts in public expenditure and increases in taxation, in order to ensure that resources went into exports rather than domestic consumption. Jenkins warned the House of Commons in January 1968 that there was "two years of hard slog ahead". He quickly gained a reputation as a particularly tough Chancellor with his 1968 budget increasing taxes by £923 million, more than twice the increase of any previous budget to date. Jenkins had warned the Cabinet that a second devaluation would occur in three months if his budget did not restore confidence in sterling. He restored prescription charges (which had been abolished when Labour returned to office in 1964) and postponed the raising of the school leaving age to 16 to 1973 instead of 1971. Housing and road building plans were also heavily cut, and he also accelerated Britain's withdrawal East of Suez. Jenkins ruled out increasing the income tax and so raised the taxes on: drinks and cigarettes (except on beer), purchase tax, petrol duty, road tax, a 50 per cent rise in Selective Employment Tax and a one off Special Charge on personal incomes. He also paid for an increase in family allowances by cutting child tax allowances. Despite Edward Heath claiming it was a "hard, cold budget, without any glimmer of warmth" Jenkins' first budget broadly received a warm reception, with Harold Wilson remarking that "it was widely acclaimed as a speech of surpassing quality and elegance" and Barbara Castle that it "took everyone's breath away". In his budget broadcast on 19 March, Jenkins said that Britain had been living in a "fool's paradise" for years and that it was "importing too much, exporting too little and paying ourselves too much", with a lower standard of living than France or West Germany. Jenkins' supporters in the Parliamentary Labour Party became known as the "Jenkinsites". These were usually younger, middle class and university educated ex Gaitskellites such as Bill Rodgers, David Owen, Roy Hattersley, Dick Taverne, John Mackintosh and David Marquand. In May–July 1968 some of his supporters, led by Patrick Gordon Walker and Christopher Mayhew, plotted to replace Wilson with Jenkins as Labour leader but he declined to challenge Wilson. A year later his supporters again attempted to persuade Jenkins to challenge Wilson for the party leadership but he again declined. He later wrote in his memoirs that the 1968 plot was "for me the equivalent of the same season of 1953 for Rab Butler. Having faltered for want of single minded ruthlessness when there was no alternative to himself, he then settled down to a career punctuated by increasingly wide misses of the premiership. People who effectively seize the prime ministership – Lloyd George, Macmillan, Mrs Thatcher – do not let such moments slip". In April 1968, with Britain's reserves declining by approximately £500 million every quarter, Jenkins went to Washington to obtain a $1,400 million loan from the International Monetary Fund. Following a further sterling crisis in November 1968 Jenkins was forced to raise taxes by a further £250 million. After this the currency markets slowly began to settle and his 1969 budget represented more of the same with a £340 million increase in taxation to further limit consumption. By May 1969, Britain's current account position was in surplus, thanks to a growth in exports, a drop in overall consumption and, in part, the Inland Revenue correcting a previous underestimation in export figures. In July Jenkins was also able to announce that the size of Britain's foreign currency reserves had been increased by almost $1 billion since the beginning of the year. It was at this time that he presided over Britain's only excess of government revenue over expenditure in the period 1936–7 to 1987–8. Thanks in part to these successes there was a high expectation that the 1970 budget would be a more generous one. Jenkins, however, was cautious about the stability of Britain's recovery and decided to present a more muted and fiscally neutral budget. It is often argued that this, combined with a series of bad trade figures, contributed to the Conservative victory at the 1970 general election. Historians and economists have often praised Jenkins for presiding over the transformation in Britain's fiscal and current account positions towards the end of the 1960s. Andrew Marr, for example, described him as one of the 20th century's "most successful chancellors". Public expenditure as a proportion of GDP rose from 44 per cent in 1964 to around 50 per cent in 1970. Despite Jenkins' warnings about inflation, wage settlements in 1969–70 increased on average by 13 per cent and contributed to the high inflation of the early 1970s and consequently negated most of Jenkins' efforts to obtain a balance of payments surplus.

Теневой кабинет (1970-1974)

После того, как лейбористы неожиданно потеряли власть в 1970 году, Дженкинс был назначен теневым канцлером казначейства Гарольдом Уилсоном. В июле 1970 года Дженкинс также был избран заместителем руководителя Лейбористской партии, победив будущего лидера партии Майкла Фута и бывшего лидера Палаты общин Фреда Пирта на первом туре голосования. В то время он казался естественным преемником Гарольда Уилсона, и многим представлялось, что это лишь вопрос времени, прежде чем он возглавит партию и получит возможность стать премьер-министром. Однако это полностью изменилось, поскольку Дженкинс отказался принять нарастающие антиевропейские настроения, которые стали преобладать в Лейбористской партии в начале 1970-х годов. После специальной конференции Лейбористской партии по вопросам ЕЭК, состоявшейся 17 июля 1971 года, на которой Дженкинсу было запрещено выступить, он произнес одну из самых ярких речей в своей карьере. 19 июля Дженкинс заявил на заседании парламентской фракции Лейбористской партии: «На конференции единственной альтернативой [ЕЭС], которую мы услышали, был «социализм в одной стране». Это всегда вызывает одобрение. Поднимите подъемный мост и революционизируйте крепость. Это тоже не политика: это просто лозунг, который становится не только неубедительным, но и лицемерным, когда он преподносится как наш лучший вклад в международный социализм». Это вновь открыло старый раскол между беванитами и гейтскеллитами в партии. На следующий день после речи Дженкинса Уилсон сказал Тони Бенну, что намерен разгромить Кампанию за демократический социализм. На конференции Лейбористской партии в Брайтоне в 1971 году предложение Исполкома (NEC) отклонить «условия консерваторов» для вступления в ЕЭС было принято подавляющим большинством голосов. Дженкинс заявил на побочном мероприятии, что это не повлияет на его неизменную поддержку вступления Великобритании. Бенн отметил, что Дженкинс был «доминирующей фигурой на этой конференции, в этом нет никаких сомнений». 28 октября 1971 года он возглавил 69 депутатов от Лейбористской партии через лобби в поддержку предложения правительства Хита о вступлении Великобритании в ЕЭС. Таким образом, они проигнорировали трехстрочный кнут и голосование с соотношением 5:1 на ежегодной конференции Лейбористской партии. Действия Дженкинса придали европейскому делу легитимность, которой бы не было, если бы этот вопрос рассматривался исключительно как партийный. Однако теперь левые считали его «предателем». Джеймс Маргач писал в Sunday Times: «Открытая цель левых сейчас — либо унизить Роя Дженкинса и его союзников до подчинения, либо вытеснить их из партии». Однако на этом этапе Дженкинс не стал полностью отказываться от своей позиции политического деятеля, находящегося у власти, и решил снова баллотироваться на пост заместителя руководителя партии, о чем его коллега Дэвид Маркуанд позже сожалел. В соответствии с партийной дисциплиной, Дженкинс 55 раз голосовал против законопроекта о Европейских сообществах. Однако в апреле 1972 года он подал в отставку с должностей заместителя руководителя и члена теневого кабинета после того, как партия взяла на себя обязательство провести референдум о членстве Великобритании в ЕЭС. Это привело к тому, что некоторые бывшие сторонники, в том числе Рой Хэттерсли, решили дистанцироваться от Дженкинса. Хэттерсли позже утверждал, что отставка Дженкинса была «моментом, когда старая лейбористская коалиция начала рушиться, и формирование новой партии центра стало неизбежным». В своем письме об отставке Уилсону Дженкинс заявил, что в случае проведения референдума «Оппозиция сформирует временную коалицию тех, кто, независимо от своих политических взглядов, будет против предлагаемого действия. Таким образом, мы создадим более мощное и постоянное оружие против прогрессивного законодательства, чем все, что мы знали в этой стране со времен ограничения абсолютной власти старой Палаты лордов». Роскошный образ жизни Дженкинса — Уилсон однажды назвал его «больше денди, чем социалистом» — уже оттолкнул от него значительную часть Лейбористской партии. В мае 1972 года он получил премию Карла Великого за продвижение европейского единства. В сентябре опрос общественного мнения, проведенный ORC, показал значительную общественную поддержку альянса между «умеренным» крылом Лейбористской партии и либералами: 35% заявили, что проголосуют за альянс лейбористов и либералов, 27% — за консерваторов и 23,5% — за «социалистических лейбористов». В The Times утверждалось, что существует «двенадцать миллионов дженкинситов». Весной и летом 1972 года Дженкинс выступил с серией речей, призванных продемонстрировать его лидерские качества. Они были опубликованы в сентябре под названием «Что важно сейчас», и пользовались хорошим спросом. В послесловии к книге Дженкинс заявил, что Лейбористская партия не должна быть узкой социалистической партией, пропагандирующей непопулярные левые идеи, а должна стремиться «представлять надежды и устремления всей левоориентированной половины страны», добавив, что «широко базированная, интернациональная, радикальная и великодушная партия может быстро завоевать воображение разочарованной и не вдохновленной британской общественности». После победы Дика Таверна на дополнительных выборах в 1973 году в Линкольне, где он баллотировался как «Демократические лейбористы» в оппозиции официальному кандидату от Лейбористской партии, Дженкинс выступил с речью в Оксфордском университетском клубе Лейбористской партии, осудив идею новой партии центра. В ноябре 1973 года Дженкинс был избран в теневой кабинет на должность теневого министра внутренних дел. Во время выборов в феврале 1974 года Дженкинс поддержал Лейбористскую партию, и его кампания, по словам Дэвида Батлера и Денниса Каванага, звучала «нотой цивилизованного идеализма». Дженкинс был разочарован тем, что кандидат от либералов в его округе получил 6000 голосов; он написал в своих мемуарах, что «я уже считал себя тайным либералом и наивно полагал, что почти все они должны были проголосовать за меня». Дженкинс написал серию биографических эссе, которые публиковались в The Times в период с 1971 по 1974 год и были опубликованы в виде книги «Девять властных людей» в 1974 году. Дженкинс выбрал Гейтскелла, Эрнеста Бевина, Стаффорда Криппса, Эдлая Стивенсона II, Роберта Ф. Кеннеди, Джозефа Маккарти, лорда Галифакса, Леона Блюма и Джона Мейнарда Кейнса. В 1971 году Дженкинс прочитал три лекции по внешней политике в Йельском университете, которые вышли в свет годом позже под названием «Послеполуденное время на Потомаке?».

After Labour unexpectedly lost power in 1970 Jenkins was appointed Shadow Chancellor of the Exchequer by Harold Wilson. Jenkins was also subsequently elected to the deputy leadership of the Labour Party in July 1970, defeating future Labour Leader Michael Foot and former Leader of the Commons Fred Peart at the first ballot. At this time he appeared the natural successor to Harold Wilson, and it appeared to many only a matter of time before he inherited the leadership of the party, and the opportunity to become Prime Minister. This changed completely, however, as Jenkins refused to accept the tide of anti European feeling that became prevalent in the Labour Party in the early 1970s. After a special conference on the EEC was held by the Labour Party on 17 July 1971, which Jenkins was forbidden to address, he delivered one of the most powerful speeches of his career. Jenkins told a meeting of the Parliamentary Labour Party on 19 July: "At conference the only alternative [to the EEC] we heard was 'socialism in one country'. That is always good for a cheer. Pull up the drawbridge and revolutionize the fortress. That's not a policy either: it's just a slogan, and it is one which becomes not merely unconvincing but hypocritical as well when it is dressed up as our best contribution to international socialism". This reopened the old Bevanite–Gaitskellite divide in the Party; Wilson told Tony Benn the day after Jenkins' speech that he was determined to smash the Campaign for Democratic Socialism. At the 1971 Labour Party conference in Brighton, the NEC's motion to reject the "Tory terms" of entry into the EEC was carried by a large majority. Jenkins told a fringe meeting that this would have no effect on his continued support for Britain's entry. Benn said Jenkins was "the figure dominating this Conference; there is no question about it". On 28 October 1971, he led 69 Labour MPs through the division lobby in support of the Heath government's motion to take Britain into the EEC. In so doing, they were defying a three line whip and a five to one vote at the Labour Party annual conference. Jenkins' action gave the European cause a legitimacy that would have otherwise been absent had the issue been considered solely as a party political matter. However, he was now regarded by the left as a "traitor". James Margach wrote in the Sunday Times: "The unconcealed objective of the Left now is either to humiliate Roy Jenkins and his allies into submission – or drive them from the party". At this stage, however, Jenkins would not fully abandon his position as a political insider, and chose to stand again for deputy leader, an act his colleague David Marquand claimed he later came to regret. In accordance with the party whip, Jenkins voted against European Communities Bill 55 times. However, he resigned both the deputy leadership and his shadow cabinet position in April 1972, after the party committed itself to holding a referendum on Britain's membership of the EEC. This led to some former admirers, including Roy Hattersley, choosing to distance themselves from Jenkins. Hattersley later claimed that Jenkins' resignation was "the moment when the old Labour coalition began to collapse and the eventual formation of a new centre party became inevitable". In his resignation letter to Wilson, Jenkins said that if there were a referendum "the Opposition would form a temporary coalition of those who, whatever their political views, were against the proposed action. By this means we would have forged a more powerful continuing weapon against progressive legislation than anything we have known in this country since the curbing of the absolute powers of the old House of Lords". Jenkins' lavish lifestyle — Wilson once described him as "more a socialite than a socialist" — had already alienated much of the Labour Party from him. In May 1972, he collected the Charlemagne Prize, which he had been awarded for promoting European unity. In September an ORC opinion poll found that there was considerable public support for an alliance between the 'moderate' wing of the Labour Party and the Liberals; 35 per cent said they would vote for a Labour–Liberal alliance, 27 per cent for the Conservatives and 23.5 per cent for 'Socialist Labour'. The Times claimed that there were "twelve million Jenkinsites". During the spring and summer of 1972, Jenkins delivered a series of speeches designed to set out his leadership credentials. These were published in September under the title What Matters Now, which sold well. In the book's postscript, Jenkins said that Labour should not be a narrow socialist party advocating unpopular left wing policies but must aim to "represent the hopes and aspirations of the whole leftward thinking half of the country", adding that a "broad based, international, radical, generous minded party could quickly seize the imagination of a disillusioned and uninspired British public". After Dick Taverne's victory in the 1973 Lincoln by election, where he stood as "Democratic Labour" in opposition to the official Labour candidate, Jenkins gave a speech to the Oxford University Labour Club denouncing the idea of a new centre party. Jenkins was elected to the shadow cabinet in November 1973 as Shadow Home Secretary. During the February 1974 election, Jenkins rallied to Labour and his campaign was described by David Butler and Dennis Kavanagh as sounding "a note of civilised idealism". Jenkins was disappointed that the Liberal candidate in his constituency won 6000 votes; he wrote in his memoirs that "I already regarded myself as such a closet Liberal that I naïvely thought they ought nearly all to have come to me". Jenkins wrote a series of biographical essays that appeared in The Times during 1971–74 and which were published as Nine Men of Power in 1974. Jenkins chose Gaitskell, Ernest Bevin, Stafford Cripps, Adlai Stevenson II, Robert F. Kennedy, Joseph McCarthy, Lord Halifax, Léon Blum and John Maynard Keynes. In 1971 Jenkins delivered three lectures on foreign policy at Yale University, published a year later as Afternoon on the Potomac?

Министр внутренних дел (1974-1976)

Когда лейбористы вернулись к власти в начале 1974 года, Дженкинс был назначен министром внутренних дел во второй раз. Ранее ему было обещано место канцлера казначейства, однако позднее Уилсон решил назначить Дениса Хили канцлером. Узнав от Бернарда Донугю, что Уилсон отказался от своего обещания, Дженкинс отреагировал с гневом. Сообщается, что, несмотря на то, что он находился на публичной лестнице, он закричал: «Передай Гарольду Уилсону, что он должен немедленно прийти ко мне, и если он не будет осторожен, я не войду в его проклятое правительство! Это типично для ужасного способа, которым Гарольд Уилсон делает вещи!» Дженкинситы были разочарованы отказом Дженкинса настаивать на должности канцлера и начали искать руководство в другом месте, что положило конец существованию группы Дженкинситов как единого целого. Дженкинс занимал пост с 1974 по 1976 год. Если во время его первого пребывания в должности министра внутренних дел в 1960-х годах атмосфера была оптимистичной и уверенной, то климат 1970-х годов был гораздо более напряженным и разочарованным. После того, как две сестры из Северной Ирландии, Мариан Прайс и Долорс Прайс, были приговорены к 20 годам тюремного заключения за взрыв в Олд-Бейли в 1973 году, они объявили голодовку, чтобы их перевели в тюрьму в Северной Ирландии. В телевизионном обращении в июне 1974 года Дженкинс заявил, что откажется удовлетворить их требования, хотя в марте 1975 года он тайно перевел их в тюрьму Северной Ирландии. Дженкинс также выступал против призывов к восстановлению смертной казни для террористов-убийц. 4 декабря он сообщил комитету Кабинета министров по делам Северной Ирландии, что «все, что он слышал, убеждало его в том, что Северная Ирландия не имеет никакого отношения к остальной части Великобритании». В 1991 году, рассматривая мемуары Гаррета Фицджеральда, Дженкинс провозгласил: «Мои естественные предрассудки, какими бы они ни были, гораздо больше склоняются к зеленому, чем к оранжевому. Я плохой юнионист, интуитивно полагая, что даже Пейсли и Хоги лучше справляются друг с другом, чем англичане с кем-либо из них». Закон о дискриминации по признаку пола 1975 года (который законодательно закреплял гендерное равенство и учредил Комиссию по равным возможностям) и Закон об отношениях между расами 1976 года (который распространил запрет на расовую дискриминацию на частные клубы и учредил Комиссию по расовому равенству) стали двумя заметными достижениями во время его второго пребывания в должности министра внутренних дел. Дженкинс выступал против попыток Майкла Фута предоставить пикетирующим право останавливать грузовики во время забастовок, и он был обеспокоен решением Энтони Кросленда предоставить амнистию 11 членам совета от Лейбористской партии в Клей-Кросс, которым были предъявлены требования о возмещении убытков за отказ повышать арендную плату в соответствии с Законом о жилищном финансировании консерваторов 1972 года. После того, как два профсоюзных деятеля, Рикки Томлинсон и Дес Уоррен (известные как «Шрусберийские двое»), были заключены в тюрьму за запугивание и хулиганство за участие в забастовке, Дженкинс отказался удовлетворить требования профсоюзного движения об их освобождении. Это продемонстрировало растущее отчуждение Дженкинса от большей части профсоюзного движения, и некоторое время его публично освистывали люди, скандирующие: «Освободите двоих!». Дженкинс также безуспешно пытался убедить Кабинет министров принять избирательную реформу в форме пропорционального представительства и либерализовать Закон об официальной тайне 1911 года, чтобы облегчить более открытое правительство. Хотя в это время он все больше разочаровывался тем, что он считал левым дрейфом партии, он был ведущей фигурой лейбористов на референдуме о ЕЭС в июне 1975 года (и также был президентом кампании «Да»). В сентябре 1974 года он поддержал Ширли Уильямс, заявив, что «не может оставаться в кабинете, который должен был осуществить выход» из ЕЭС. Во время кампании референдума Тони Бенн утверждал, что из-за членства Великобритании было потеряно 500 000 рабочих мест; Дженкинс ответил 27 мая, что «мне все труднее воспринимать мистера Бенна всерьез как министра экономики». Он добавил, что Британия, не входящая в ЕЭС, войдет в «дом престарелых для угасающих наций. Я даже не думаю, что это будет комфортным или приятным домом для престарелых. Мне не очень нравится вид некоторых будущих смотрителей». Оба мужчины обсудили членство Великобритании вместе в программе «Панорама», которую вел Дэвид Димблби. По словам Дэвида Батлера и Уве Китцингера, «они достигли гораздо более ясного и сложного уровня дискуссии, чем обычно можно увидеть на политическом телевидении». Дженкинсу было приятно работать с центристами от всех партий в ходе кампании, и кампания «Да» победила с перевесом в два к одному. После референдума Уилсон понизил Бенна в должности до министра энергетики и попытался сбалансировать понижение Бенна с увольнением министра правого толка Рега Прентиса из Министерства образования, несмотря на то, что ранее обещал Дженкинсу, что не намерен увольнять Прентиса. Дженкинс пригрозил уйти в отставку, если Прентиса уволят, заявив Уилсону, что тот «жалкий маленький человек, который использует жалкие аргументы, чтобы объяснить, почему он работает намного ниже уровня событий». Уилсон быстро отступил. В сентябре Дженкинс выступил с речью в избирательном округе Прентиса, Ньюхэме, чтобы выразить ему солидарность после того, как ему угрожали отстранением от должности левыми в партийной организации. Дженкинса освистывали как крайне левые, так и крайне правые демонстранты, и в него попала мучная бомба, брошенная членом Национального фронта. Дженкинс предупредил, что если Прентиса отстранят от должности, «это не только местная партия подорвет свои собственные основы, игнорируя убеждения и чувства простых людей, вся легитимная Лейбористская партия, как левая, так и правая, будет парализована, если экстремисты восторжествуют». Он добавил, что если «терпимость будет разрушена, последуют серьезные последствия. Члены парламента от Лейбористской партии либо должны будут стать трусливыми существами, скрывающими свои взгляды, подстраивающими паруса, принимающими приказы, усмиряющими свою совесть, либо все они должны будут стать людьми, намного левее тех, чьи голоса они ищут. Любое из этого сделает насмешкой над парламентской демократией». В январе 1976 года он еще больше отдалился от левых, выступив с речью в Англси, где отверг дальнейшее увеличение государственных расходов: «Я не думаю, что можно значительно поднять государственные расходы выше 60 процентов [ВНП] и поддерживать ценности плюралистического общества со достаточной свободой выбора. Мы здесь находимся близко к одному из рубежей социальной демократии». Бывший сторонник, Рой Хэттерсли, отдалился от Дженкинса после этой речи. В мае 1976 года он заявил на конференции Полицейской федерации: «будьте готовы сначала изучить доказательства и признать, насколько мало широкое использование тюрем уменьшает нашу преступность или эффективно справляется со многими из затронутых лиц». Он также ответил на предложения Федерации по вопросам правопорядка: «Я уважаю ваше право представлять их мне. Вы, несомненно, будете уважать мое право сказать вам, что, по моему мнению, все пункты в совокупности не составляют основу для рациональной пенитенциарной политики». Существует известная история о том, что когда один из сторонников Дженкинса опросил группу депутатов от шахтерских округов в чайной комнате Палаты общин, ему ответили: «Нет, парень, мы все здесь лейбористы». Дженкинс хотел стать министром иностранных дел, но Фут предупредил Каллахана, что партия не примет проевропейского Дженкинса на пост министра иностранных дел. Вместо этого Каллахан предложил Дженкинсу пост канцлера казначейства через шесть месяцев (когда будет возможно перевести Дениса Хили на пост министра иностранных дел). Дженкинс отклонил это предложение. Затем Дженкинс принял назначение на должность президента Европейской комиссии (сменив Франсуа Ксавье Ортоли) после того, как Каллахан назначил Энтони Кросленда на пост министра иностранных дел.

When Labour returned to power in early 1974, Jenkins was appointed Home Secretary for the second time. Earlier, he had been promised the treasury; however, Wilson later decided to appoint Denis Healey as Chancellor instead. Upon hearing from Bernard Donoughue that Wilson had reneged on his promise, Jenkins reacted angrily. Despite being on a public staircase, he is reported to have shouted "You tell Harold Wilson he must bloody well come to see me and if he doesn't watch out, I won't join his bloody government This is typical of the bloody awful way Harold Wilson does things!" The Jenkinsites were dismayed by Jenkins' refusal to insist upon the Chancellorship and began to look elsewhere for leadership, thus ending the Jenkinsites as a united group. Jenkins served from 1974 to 1976. Whereas during his first period as Home Secretary in the 1960s the atmosphere had been optimistic and confident, the climate of the 1970s was much more fractious and disillusioned. After two Northern Irish sisters, Marian Price and Dolours Price, were imprisoned for 20 years for the 1973 Old Bailey bombing, they went on hunger strike in order to be transferred to a prison in Northern Ireland. In a television broadcast in June 1974, Jenkins announced that he would refuse to give in to their demands, although in March 1975 he discreetly transferred them to a Northern Irish prison. Jenkins also resisted calls for the death penalty to be restored for terrorist murderers. On 4 December he told the Cabinet committee on Northern Ireland that "everything he heard made him more convinced that Northern Ireland had nothing to do with the rest of the UK". When reviewing Garret FitzGerald's memoirs in 1991, Jenkins proclaimed: "My natural prejudices, such as they are, are much more green than orange. I am a poor unionist, believing intuitively that even Paisley and Haughey are better at dealing with each other than the English are with either". The Sex Discrimination Act 1975 (which legislated for gender equality and set up the Equal Opportunities Commission) and the Race Relations Act 1976 (which extended to private clubs the outlawing of racial discrimination and founded the Commission for Racial Equality) were two notable achievements during his second time as Home Secretary. Jenkins opposed Michael Foot's attempts to grant pickets the right to stop lorries during strikes and he was dismayed by Anthony Crosland's decision to grant an amnesty to the 11 Labour councillors at Clay Cross who had been surcharged for refusing to increase council rents in accordance with the Conservatives' Housing Finance Act 1972. After two trade unionists, Ricky Tomlinson and Des Warren (known as the "Shrewsbury Two"), were imprisoned for intimidation and affray for their part in a strike, Jenkins refused to accede to demands from the labour movement that they should be released. This demonstrated Jenkins' increasing estrangement from much of the labour movement and for a time he was heckled in public by people chanting "Free the Two". Jenkins also unsuccessfully tried to persuade the Cabinet to adopt electoral reform in the form of proportional representation and to have the Official Secrets Act 1911 liberalised to facilitate more open government. Although becoming increasingly disillusioned during this time by what he considered the party's drift to the left, he was the leading Labour figure in the EEC referendum of June 1975 (and was also president of the 'Yes' campaign). In September 1974 he had followed Shirley Williams in stating that he "could not stay in a Cabinet which had to carry out withdrawal" from the EEC. During the referendum campaign, Tony Benn claimed that 500,000 jobs had been lost due to Britain's membership; Jenkins replied on 27 May that "I find it increasingly difficult to take Mr Benn seriously as an economics minister". He added that Britain outside the EEC would enter "an old people's home for fading nations. I do not even think it would be a comfortable or agreeable old people's home. I do not much like the look of some of the prospective wardens". The two men debated Britain's membership together on Panorama, which was chaired by David Dimbleby. According to David Butler and Uwe Kitzinger, "they achieved a decidedly more lucid and intricate level of discussion than is commonly seen on political television". Jenkins found it congenial to work with the centrists of all parties in the campaign and the 'Yes' campaign won by two to one. After the referendum, Wilson demoted Benn to Energy Secretary and attempted to balance the downgrading of Benn with the dismissal of the right wing minister Reg Prentice from the Department of Education, despite already promising Jenkins that he had no intention of sacking Prentice. Jenkins threatened to resign if Prentice was sacked, telling Wilson that he was "a squalid little man who was using squalid little arguments in order to explain why he was performing so much below the level of events". Wilson quickly backed down. In September Jenkins delivered a speech in Prentice's constituency of Newham to demonstrate solidarity with him after he was threatened with deselection by left wingers in the constituency party. Jenkins was heckled by both far left and far right demonstrators and he was hit in the chest by a flour bomb thrown by a member of the National Front. Jenkins warned that if Prentice was deselected "it is not just the local party that is undermining its own foundations by ignoring the beliefs and feelings of ordinary people, the whole legitimate Labour Party, left as well as right, is crippled if extremists have their way". He added that if "tolerance is shattered formidable consequences will follow. Labour MPs will either have to become creatures of cowardice, concealing their views, trimming their sails, accepting orders, stilling their consciences, or they will all have to be men far far to the left of those whose votes they seek. Either would make a mockery of parliamentary democracy". In January 1976, he further distanced himself from the left with a speech in Anglesey, where he repudiated ever higher public spending: "I do not think you can push public expenditure significantly above 60 per cent [of GNP] and maintain the values of a plural society with adequate freedom of choice. We are here close to one of the frontiers of social democracy". A former supporter, Roy Hattersley, distanced himself from Jenkins after this speech. In May 1976, he told the Police Federation conference to "be prepared first to look at the evidence and to recognize how little the widespread use of prison reduces our crime or deals effectively with many of the individuals concerned". He also responded to the Federation's proposals on law and order: "I respect your right to put them to me. You will no doubt respect my right to tell you that I do not think all the points in sum amount to a basis for a rational penal policy". A famous story alleged that when one of Jenkins' supporters canvassed a group of miners' MPs in the Commons' tea room, he was told: "Nay, lad, we're all Labour here". Jenkins had wanted to become Foreign Secretary, but Foot warned Callaghan that the party would not accept the pro European Jenkins as Foreign Secretary. Callaghan instead offered Jenkins the Treasury in six months' time (when it would be possible to move Denis Healey to the Foreign Office). Jenkins turned the offer down. Jenkins then accepted an appointment as President of the European Commission (succeeding François Xavier Ortoli) after Callaghan appointed Anthony Crosland to the Foreign Office.

Президент Европейской Комиссии (1977-1981)

В интервью газете The Times в январе 1977 года Дженкинс сказал: "Мое желание – построить эффективную объединенную Европу. Я хочу двигаться к более эффективно организованной Европе в политическом и экономическом плане, и, насколько мне известно, я хочу идти быстрее, а не медленнее". Основным достижением, за которым наблюдала Комиссия Дженкинса, стало развитие Экономического и валютного союза Европейского Союза с 1977 года, которое началось в 1979 году как Европейская валютная система, предшественник единой валюты, или евро. Его биограф называет Дженкинса "крестным отцом евро" и утверждает, что среди его преемников только Жак Делор оказал большее влияние. В своей речи во Флоренции в октябре 1977 года Дженкинс утверждал, что валютный союз будет способствовать "более эффективной и развитой рационализации промышленности и торговли, чем это возможно только в рамках Таможенного союза". Он добавил, что "новая крупная международная валюта" сформирует "общий и альтернативный столп мировой денежной системы", что приведет к большей международной стабильности. Денежный союз также будет бороться с инфляцией, контролируя денежную массу. Дженкинс признал, что это будет означать уменьшение национального суверенитета, но отметил, что "правительства, которые не дисциплинируют себя, уже признают, что они подвергаются очень жесткому надзору" со стороны МВФ. Денежный союз также будет способствовать занятости и уменьшению региональных различий. Дженкинс закончил свою речь цитатой Жана Монне о том, что политика – это "не только искусство возможного, но и искусство сделать возможным завтра то, что сегодня может показаться невозможным". Президент Дженкинс был первым президентом, который принял участие в саммите G8 от имени Сообщества. В 1978 году он получил почетную степень доктора юридических наук в Университете Бата. В октябре 1978 года Tribune сообщила (ошибочно), что Дженкинс и его жена не платили взносы в Лейбористскую партию в течение нескольких лет. После того, как это было повторено в национальной прессе, Дженкинс подготовил письмо своей жены в The Times, опровергавшее обвинение. Дженкинс обвинил в этой истории "злобных троцкистов из Северной Кенсингтонской лейбористской партии". Он не голосовал на выборах 1979 года. После победы консерваторов на выборах Маргарет Тэтчер рассматривала возможность назначения Дженкинса канцлером казначейства, основываясь на его успехе в сокращении государственных расходов, когда он занимал эту должность. Однако его друг Вудроу Уайатт утверждал, что Дженкинсу "есть чем заняться, кроме этого". Генеральный директор BBC, Ян Третован, пригласил Дженкинса выступить с лекцией Ричарда Димблби за 1979 год, которую он прочитал 22 ноября. Название, которое Дженкинс дал своей лекции, "Домашние мысли из-за рубежа", было взято из стихотворения Роберта Браунинга. Он произнес ее в Королевском обществе искусств, и ее транслировали в прямом эфире по телевидению. Дженкинс проанализировал упадок двухпартийной системы с 1951 года и раскритиковал чрезмерную партийность британской политики, которая, по его словам, отчуждала основную часть избирателей, которые были более центристскими. Он выступал за пропорциональное представительство и принятие "широкой линии разделения между государственным и частным секторами", средний путь между тачеризмом и беннизмом. Дженкинс сказал, что частный сектор должен быть поощрен без чрезмерного вмешательства для создания как можно большего богатства, "но использовать созданное таким образом богатство, чтобы обеспечить отдачу от предпринимательства и распространить выгоды по всему обществу таким образом, чтобы избежать искажений бедности, придать полный приоритет государственному образованию и здравоохранению и поощрять сотрудничество, а не конфликт в промышленности и во всем обществе". Затем он повторил свою давнюю приверженность либертарианству: Вы также должны убедиться, что государство знает свое место по отношению к гражданину. Вы за право на инакомыслие и свободу частного поведения. Вы против ненужной централизации и бюрократии. Вы хотите передать принятие решений, где это разумно. Вы хотите, чтобы нация была уверенной в себе и смотрела на мир вокруг, а не замкнутой, ксенофобной и подозрительной. Вы хотите, чтобы классовая система исчезла, не заменив ее ни агрессивным и нетерпимым пролетариатом, ни господством наглых и эгоистичных ценностей общества "быстрого обогащения". Это некоторые из целей, которые, по моему мнению, можно было бы достичь путем укрепления радикального центра. The Listener перепечатала текст вместе с оценками Эноха Пауэлла, Пола Джонсона, Джека Джонса, Дж. А. Г. Гриффита, Бернарда Крика, Нила Киннока и Джо Гримонда. Все они были критичны; Киннок считал его заблуждающимся, поскольку Британия уже пострадала от центристского правления в течение тридцати лет, а Гримонд жаловался, что призыв Дженкинса прозвучал на 20 лет позже. Последний год Дженкинса в качестве президента Европейской комиссии был омрачен борьбой Маргарет Тэтчер за возврат части взноса Британии в бюджет ЕЭС. Он считал, что спор был ненужным и сожалел, что он испортил отношения Британии с Сообществом на долгие годы. В ноябре 1980 года Дженкинс выступил с мемориальной лекцией имени Уинстона Черчилля в Люксембурге, где он предложил решение британского бюджетного вопроса. Доля бюджета Сообщества, расходуемая на сельское хозяйство, должна быть сокращена за счет расширения расходов Сообщества на новые области, где Британия получит больше выгоды, такие как региональные расходы. Размер бюджета Сообщества, по его плану, должен быть утроен за счет передачи от национальных государств Сообществу компетенции в области социальной и промышленной политики.

In an interview with The Times in January 1977, Jenkins said that: "My wish is to build an effective united Europe. I want to move towards a more effectively organized Europe politically and economically and as far as I am concerned I want to go faster, not slower". The main development overseen by the Jenkins Commission was the development of the Economic and Monetary Union of the European Union from 1977, which began in 1979 as the European Monetary System, a forerunner of the Single Currency or Euro. His biographer calls Jenkins "the godfather of the euro" and claims that among his successors only Jacques Delors has made more impact. In speech in Florence in October 1977, Jenkins argued that monetary union would facilitate "a more efficient and developed rationalisation of industry and commerce than is possible under a Customs Union alone". He added that "a major new international currency" would form "a joint and alternative pillar of the world monetary system" which would lead to greater international stability. Monetary union would also combat inflation by controlling the money supply. Jenkins conceded that this would involve the diminution of national sovereignty but he pointed out that "governments which do not discipline themselves already find themselves accepting very sharp surveillance" from the IMF. Monetary union would also promote employment and diminish regional differences. Jenkins ended the speech by quoting Jean Monnet's statement that politics was "not only the art of the possible, but the art of making possible tomorrow what may seem impossible today". President Jenkins was the first President to attend a G8 summit on behalf of the Community. He received an Honorary Degree (Doctor of Laws) from the University of Bath in 1978. In October 1978, Tribune reported (falsely) that Jenkins and his wife had not paid their Labour Party subscription for several years. After this was repeated in the national press, Jenkins' drafted his wife's letter to The Times that refuted the allegation. Jenkins blamed the story on a "malicious Trot in the North Kensington Labour Party". He did not vote in the 1979 election. After the Conservatives won the election Margaret Thatcher contemplated appointing Jenkins Chancellor of the Exchequer on the strength of his success at cutting public expenditure when he was Chancellor. However, his friend Woodrow Wyatt claimed that Jenkins "had other and fresh fish to fry". The Director General of the BBC, Ian Trethowan, invited Jenkins to deliver the Richard Dimbleby Lecture for 1979, which he did on 22 November. The title Jenkins gave to his lecture, "Home Thoughts from Abroad", derived from a Robert Browning poem. He delivered it in the Royal Society of Arts and it was broadcast live on television. Jenkins analysed the decline of the two party system since 1951 and criticised the excessive partisanship of British politics, which he claimed alienated the bulk of voters, who were more centrist. He advocated proportional representation and the acceptance of "the broad line of division between the public and private sectors", a middle way between Thatcherism and Bennism. Jenkins said that the private sector should be encouraged without too much interference to create as much wealth as possible "but use the wealth so created both to give a return for enterprise and to spread the benefits throughout society in a way that avoids the disfigurements of poverty, gives a full priority to public education and health services, and encourages co operation and not conflict in industry and throughout society". He then reiterated his long standing commitment to libertarianism:

You also make sure that the state knows its place in relation to the citizen. You are in favour of the right of dissent and the liberty of private conduct. You are against unnecessary centralization and bureaucracy. You want to devolve decision making wherever you sensibly can. You want the nation to be self confident and outward looking, rather than insular, xenophobic and suspicious. You want the class system to fade without being replaced either by an aggressive and intolerant proletarianism or by the dominance of the brash and selfish values of a 'get rich quick' society. These are some of the objectives which I believe could be assisted by a strengthening of the radical centre. The Listener reprinted the text along with assessments by Enoch Powell, Paul Johnson, Jack Jones, J. A. G. Griffith, Bernard Crick, Neil Kinnock and Jo Grimond. They were all critical; Kinnock thought him misguided as Britain had already suffered from centrist rule for thirty years and Grimond complained that Jenkins' clarion call had come 20 years too late. Jenkins' last year as President of the European Commission was dominated by Margaret Thatcher's fight for a rebate on Britain's contribution to the EEC budget. He believed that the quarrel was unnecessary and regretted that it soured Britain's relationship with the Community for years. In November 1980 Jenkins delivered the Winston Churchill memorial lecture in Luxembourg, where he proposed a solution to the British budgetary question. The proportion of the Community's budget spent on agriculture should be reduced by extending Community spending into new areas where Britain would receive more benefit, such as regional spending. The size of the Community's budget would, in his scheme, be tripled by transferring from the nation states to the Community competence over social and industrial policy.