Рут Бенедикт: Жизнь и творчество американского антрополога и фольклориста.

Введение

Американский антрополог и фольклорист (1887–1948), американская антивоенная активистка, исследователь и журналистка.

Рут Фултон Бенедикт (5 июня 1887 – 17 сентября 1948) была американским антропологом и фольклористом. Она родилась в Нью-Йорке, училась в колледже Вассар и окончила его в 1909 году. После изучения антропологии в Новой школе социальных исследований под руководством Элси Клевс Парсонс, она поступила в аспирантуру Колумбийского университета в 1921 году, где училась у Франца Боаса. Она получила степень доктора философии и в 1923 году присоединилась к преподавательскому составу. Маргарет Мид, с которой она состояла в романтических отношениях, и Марвин Оплер были среди её учеников и коллег. Бенедикт была президентом Американской антропологической ассоциации и также видным членом Американского общества фольклора. Она стала первой женщиной, признанной выдающимся лидером в научной сфере. Её мать работала учительницей в городе, а отец был врачом-гомеопатом и хирургом. Болезнь отца заставила семью вернуться в Норвич, штат Нью-Йорк, на ферму дедушки и бабушки Рут по материнской линии, Шаттуков. В детстве Рут проявляла интерес к смерти. Когда ей было четыре года, бабушка взяла её посмотреть на недавно умершего младенца. Увидев лицо мертвого ребенка, Рут сказала, что это было самое прекрасное, что она когда-либо видела. Однако, благодаря чтению таких авторов, как Уолт Уитмен и Ричард Джеффриз, которые подчеркивали ценность, значимость и энтузиазм к жизни, она сохранила надежду на лучшее будущее. Она также начала работу над биографией Мэри Уолстонкрафт и других менее известных женщин, которые, по её мнению, заслуживали большего признания за свой труд и вклад. После работы с Голденвайзером в течение года, он направил её к Францу Боасу в Колумбийский университет в 1921 году для работы в качестве аспирантки. Она завязала близкую дружбу с Боасом, который стал для неё своего рода отцом. Бенедикт с любовью называла его "Папа Франц". Боас засчитал ей курсы, которые она прошла в Новой школе социальных исследований. Бенедикт написала диссертацию "Концепция духа-хранителя в Северной Америке" и получила докторскую степень по антропологии в 1923 году. Бенедикт начала преподавать свой первый курс антропологии в Колледже Барнарда в 1922 году, среди её студенток была Маргарет Мид. Бенедикт оказала значительное влияние на Мид. Боас считал Бенедикт ценным сотрудником антропологического факультета, и в 1931 году назначил её ассистент-профессором антропологии, что стало возможным только после её развода со Стэнли Бенедикт в том же году. Одной из студенток, особенно тепло относившейся к Рут Бенедикт, была Рут Ландес. В письмах, которые Ландес отправляла Бенедикт, она писала, что была очарована тем, как Бенедикт вела занятия и как заставляла студентов мыслить нестандартно. Бенедикт, разумеется, была оскорблена назначением Линтона, и факультет Колумбийского университета разделился между двумя соперничающими фигурами – Линтоном и Бенедикт, оба успешные антропологи с влиятельными публикациями, ни один из которых никогда не упоминал работы другого.

Ruth Fulton Benedict (June 5, 1887 – September 17, 1948) was an American anthropologist and folklorist. She was born in New York City, attended Vassar College, and graduated in 1909. After studying anthropology at the New School of Social Research under Elsie Clews Parsons, she entered graduate studies at Columbia University in 1921, where she studied under Franz Boas. She received her Ph. D. and joined the faculty in 1923. Margaret Mead, with whom she shared a romantic relationship, and Marvin Opler were among her students and colleagues. Benedict was president of the American Anthropological Association and also a prominent member of the American Folklore Society. She became the first woman to be recognized as a prominent leader of a learned profession. Her mother worked in the city as a school teacher, and her father was a homeopathic doctor and surgeon. His illness caused the family to move back to Norwich, New York, to the farm of Ruth's maternal grandparents, the Shattucks. Ruth had a fascination with death as a young child. When she was four years old, her grandmother took her to see an infant that had recently died. Upon seeing the dead child's face, Ruth claimed that it was the most beautiful thing she had ever seen. However, through reading authors like Walt Whitman and Richard Jefferies, who stressed a worth, importance, and enthusiasm for life, she held onto hope for a better future. She also began work on writing a biography of Mary Wollstonecraft and other lesser known women who (she felt) deserved more acknowledgement for their work and contributions. After working with Goldenweiser for a year, he sent her to work as a graduate student with Franz Boas at Columbia University in 1921. She developed a close friendship with Boas, who took on a role as a kind of father figure in her life. Benedict lovingly referred to him as "Papa Franz." Boas gave her graduate credit for the courses that she had completed at the New School for Social Research. Benedict wrote her dissertation, "The Concept of the Guardian Spirit in North America," and received the PhD in anthropology in 1923. Benedict taught her first anthropology course at Barnard College in 1922 and among the students was Margaret Mead. Benedict was a significant influence on Mead. Boas regarded Benedict as an asset to the anthropology department, and in 1931, he appointed her as assistant professor in anthropology, something that was impossible until her divorce from Stanley Benedict that same year. One student who felt especially fond of Ruth Benedict was Ruth Landes. Letters that Landes sent to Benedict state that she was enthralled by the way in which Benedict taught her classes and with the way that she forced the students to think in an unconventional way. Benedict was understandably insulted by Linton's appointment, and the Columbia department was divided between the two rival figures of Linton and Benedict, both accomplished anthropologists with influential publications, neither of whom ever mentioned the work of the other.

Отношения с Маргарет Мид

Маргарет Мид и Рут Бенедикт были двумя наиболее влиятельными и известными антропологами своего времени. Обе прекрасно ладили, разделяя страсть к работе друг друга и гордость за то, что были успешными работающими женщинами, в то время как это еще не было распространенным явлением. Они часто критиковали работы друг друга; их общение началось с совместной работы, но в ранний период оно также носило эротический характер. И Бенедикт, и Мид стремились разрушить распространенные стереотипы о женщинах и показать, что работающие женщины могут быть успешными, несмотря на то, что общество считало профессиональную сферу преимущественно мужской. В своих мемуарах о родителях, "Взгляд дочери", дочь Мид намекает на то, что отношения между Бенедикт и Мид имели сексуальную подоплеку. В 1946 году Бенедикт получила награду за достижения от Американской ассоциации университетских женщин. После смерти Бенедикт от сердечного приступа в 1948 году Мид поддерживала наследие ее работы, курируя проекты, которые Бенедикт вела бы, и редактируя и публикуя записи исследований, собранных Бенедикт на протяжении жизни. После войны она сосредоточилась на завершении своей книги "Хризантема и меч". Ее оригинальные заметки к лекции о синергии так и не были найдены после ее смерти. В 1947 году она была избрана членом Американской академии искусств и наук. Она продолжала преподавать после войны и получила звание полного профессора всего за два месяца до своей смерти в Нью-Йорке 17 сентября 1948 года.

Образцы культуры

Книга Бенедикта «Модели культуры» (1934) была переведена на четырнадцать языков и на протяжении многих лет издавалась многочисленными тиражами, являясь стандартным учебным пособием для курсов антропологии в американских университетах. Основная идея, изложенная в книге «Модели культуры», согласно предисловию Маргарет Мид, заключается в «ее убеждении, что человеческие культуры – это «личность в большом масштабе». Как писала Бенедикт в этой книге, «культура, как и индивид, представляет собой более или менее последовательную модель мышления и поведения» (46). Каждая культура, по ее мнению, выбирает из «великой дуги человеческих возможностей» лишь несколько характеристик, которые становятся доминирующими чертами личности людей, живущих в этой культуре. Эти черты составляют взаимозависимую совокупность эстетики и ценностей в каждой культуре, вместе формируя уникальный гештальт. Например, она описала акцент на сдержанности в культурах пуэбло американского Юго-Запада и акцент на бесшабашности в культурах коренных американцев Великих равнин. Она использовала ницшеанские противоположности «аполлонического» и «дионисийского» как стимул для своих размышлений об этих культурах коренных американцев. Она рассказала о том, как в Древней Греции поклонники Аполлона подчеркивали порядок и спокойствие в своих празднествах, а поклонники Диониса, бога вина, – дикость, разгул и самоотдачу, подобно коренным американцам. Она подробно описала контрасты в ритуалах, верованиях и личных предпочтениях людей разных культур, чтобы показать, что каждая культура обладает «личностью», которая поощряется в каждом ее представителе. Другие антропологи школы культуры и личности также развивали эти идеи, в частности Маргарет Мид в своей книге «Взросление в Самоа» (опубликованной до «Моделей культуры») и «Секс и темперамент в трех примитивных обществах» (опубликованной вскоре после выхода книги Бенедикта). Бенедикт была старшим учеником Франца Боаса, когда Мид начала учиться у них, и они оказывали друг на друга значительное и взаимное влияние. Эти идеи также повлияли на Абрама Кардинера, и со временем возникло понятие «модальной личности» – совокупности черт, которые чаще всего наблюдаются у людей данной культуры. В «Моделях культуры» Бенедикт выражает свою веру в культурный релятивизм. Она стремилась показать, что каждая культура имеет свои моральные императивы, которые можно понять только при изучении этой культуры как целого. Она считала неправильным принижать обычаи и ценности другой культуры, поскольку эти обычаи имели смысл для людей, которые их соблюдали, и их нельзя игнорировать или обесценивать. Другие не должны судить о людях, основываясь лишь на своих собственных стандартах. Мораль, по ее мнению, относительна к ценностям культуры, в которой действует человек. Описывая квакиутлов северо-западного побережья Тихого океана (на основе полевых исследований ее наставника Боаса), пуэбло Нью-Мексико (среди которых у нее был непосредственный опыт), народы Великих равнин и культуру добу Новой Гвинеи (в отношении которых она опиралась на полевые работы Мид и Рио Фортуна), она привела доказательства того, что их ценности, даже если они кажутся странными, понятны в контексте их собственных последовательных культурных систем и должны быть поняты и уважаемы. Это также стало центральным аргументом в ее более поздних работах о японцах после Второй мировой войны. Критики указывали на степень абстракции и обобщения, присущую подходу «культура и личность». Некоторые утверждали, что конкретные модели, которые она обнаружила, могут быть лишь частью или подмножеством целых культур. Например, Дэвид Френд Аберл пишет, что пуэбло могут быть спокойными, кроткими и склонными к ритуалам в одном настроении или при определенных обстоятельствах, но подозрительными, мстительными и воинственными – в других. В 1936 году она была назначена адъюнкт-профессором в Колумбийском университете. Однако Бенедикт уже помогала в обучении и наставничестве нескольких студентов Колумбийского университета, изучавших антропологию, включая Маргарет Мид и Рут Ландес. Бенедикт была одним из ведущих культурных антропологов, привлеченных правительством США для исследований и консультаций, связанных с войной, после вступления США во Вторую мировую войну.

Benedict's Patterns of Culture (1934) was translated into fourteen languages and was for years published in many editions and used as standard reading material for anthropology courses in American universities. The essential idea in Patterns of Culture is, according to the foreword by Margaret Mead, "her view that human cultures are 'personality writ large. As Benedict wrote in that book, "A culture, like an individual, is a more or less consistent pattern of thought and action" (46). Each culture, she held, chooses from "the great arc of human potentialities" only a few characteristics, which become the leading personality traits of the persons living in that culture. Those traits comprise an interdependent constellation of aesthetics and values in each culture which together add up to a unique gestalt. For example, she described the emphasis on restraint in Pueblo cultures of the American Southwest and the emphasis on abandon in the Native American cultures of the Great Plains. She used the Nietzschean opposites of "Apollonian" and "Dionysian" as the stimulus for her thought about these Native American cultures. She describes how in ancient Greece the worshipers of Apollo emphasized order and calm in their celebrations. In contrast, the worshipers of Dionysus, the god of wine, emphasized wildness, abandon, and letting go, like Native Americans. She described in detail the contrasts between rituals, beliefs, and personal preferences among people of diverse cultures to show how each culture had a "personality," which was encouraged in each individual. Other anthropologists of the culture and personality school also developed those ideas, notably Margaret Mead in her Coming of Age in Samoa (published before "Patterns of Culture") and Sex and Temperament in Three Primitive Societies (published just after Benedict's book came out). Benedict was a senior student of Franz Boas when Mead began to study with them, and they had extensive and reciprocal influence on each other's work. Abram Kardiner was also affected by these ideas, and in time, the concept of "modal personality" was born: the cluster of traits most commonly thought to be observed in people of any given culture. Benedict in Patterns of Culture, expresses her belief in cultural relativism. She desired to show that each culture has its own moral imperatives that can be understood only if one studies that culture as a whole. It was wrong, she felt, to disparage the customs or values of a culture different from one's own. Those customs had a meaning to the people who lived them that should not be dismissed or trivialized. Others should not try to evaluate people by their standards alone. Morality, she argued, was relative to the values of the culture in which one operated. As she described the Kwakiutl of the Pacific Northwest (based on the fieldwork of her mentor Boas), the Pueblo of New Mexico (among whom she had direct experience), the nations of the Great Plains, and the Dobu culture of New Guinea (regarding whom she relied upon Mead and Reo Fortune's fieldwork), she gave evidence that their values, even where they may seem strange, are intelligible in terms of their own coherent cultural systems and should be understood and respected. That also formed a central argument in her later work on the Japanese following World War II. Critics have objected to the degree of abstraction and generalization inherent in the "culture and personality" approach. Some have argued that particular patterns that she found may be only a part or a subset of the whole cultures. For example, David Friend Aberle writes that the Pueblo people may be calm, gentle, and much given to ritual in one mood or set of circumstances, but they may be suspicious, retaliatory, and warlike in other circumstances. In 1936, she was appointed an associate professor at Columbia University. However, Benedict had already assisted in the training and guidance of several Columbia students of anthropology including Margaret Mead and Ruth Landes. Benedict was among the leading cultural anthropologists who were recruited by the US government for war related research and consultation after the US entered World War II.

"Расы человечества"

Одной из менее известных работ Бенедикт была брошюра «Расы человечества», которую она написала со своим коллегой из департамента антропологии Колумбийского университета Джин Велтфиш. Брошюра предназначалась для американских солдат и излагала простым языком, с использованием карикатурных иллюстраций, научные доводы против расистских убеждений. «Мир становится всё меньше», – начинают Бенедикт и Велтфиш. «Тридцать четыре нации сейчас объединены общей целью – победой над агрессией стран Оси, военным уничтожением фашизма» (стр. 1). Они продолжают, что в число наций, объединенных против фашизма, входят «люди самых разных физических типов». Авторы последовательно, раздел за разделом, приводят свои лучшие доказательства человеческого равенства. Они стремятся побудить людей всех типов объединиться и не враждовать друг с другом. «Все народы земли, – отмечают они, – составляют одну семью и имеют общее происхождение». У всех нас одинаковое количество зубов, коренных зубов, маленьких костей и мышц, и поэтому мы можем происходить только от одного предка, независимо от цвета кожи, формы головы или структуры волос. «Расы человечества – это братья, как сказано в Библии. В их телах запечатлена история их братства».

Хризантема и меч

Бенедикт известна не только своими ранними работами «Образцы культуры», но и своей позднейшей книгой «Хризантема и меч» – исследованием общества и культуры Японии, опубликованным ею в 1946 году с использованием результатов, полученных в ходе военных исследований. Эта книга является примером антропологии, осуществляемой на расстоянии. Изучение культуры посредством литературы, газетных вырезок, фильмов и записей и т.п. стало необходимым, когда антропологи оказывали помощь Соединенным Штатам и их союзникам во время Второй мировой войны. Не имея возможности посетить нацистскую Германию или Японию времен Хирохито, антропологи использовали доступные культурные материалы для проведения дистанционных исследований. Они стремились понять культурные модели, которые могли быть причиной агрессии, и надеялись выявить возможные слабые места или способы убеждения, которые ранее не были замечены. Военная работа Бенедикт включала в себя масштабное исследование, в основном завершенное в 1944 году, направленное на понимание японской культуры, содержащей вопросы, которые американцы не могли постичь. Например, американцы считали вполне естественным, что американские военнопленные хотят, чтобы их семьи знали, что они живы, и отказываются давать информацию о передвижениях войск и т.д. Однако японские военнопленные, по-видимому, охотно делились информацией и не пытались связаться со своими семьями. Почему так происходило? Почему азиатские народы не восприняли японцев как своих освободителей от западного колониализма и не приняли свое, как им казалось, законное место в иерархии, где японцы находились на вершине? Бенедикт сыграла ключевую роль в понимании места императора Японии в японской культуре и в разработке рекомендации президенту США Франклину Рузвельту о том, что сохранение института императорской власти должно стать частью условий капитуляции. Другие японские читатели, по словам Маргарет Мид, в целом сочли эту работу точной, хотя и несколько «морализаторской». Отдельные фрагменты книги упоминаются в книге Такео Дои «Анатомия зависимости», однако Дои резко критикует концепцию Бенедикт о том, что в Японии существует культура «стыда», в которой акцент делается на том, как моральное поведение человека воспринимается окружающими, в отличие от христианской американской культуры «вины», где главное – внутренняя совесть. Дои полагает, что это утверждение подразумевает явное превосходство последней системы ценностей над первой.

Benedict is known not only for her earlier Patterns of Culture but also for her later book The Chrysanthemum and the Sword, the study of the society and culture of Japan that she published in 1946, incorporating results of her wartime research. This book is an instance of anthropology at a distance. The study of a culture through its literature, newspaper clippings, films and recordings, etc. was necessary when anthropologists aided the United States and its allies during World War II. Unable to visit Nazi Germany or Japan under Hirohito, anthropologists used the cultural materials to produce studies at a distance. They attempted to understand the cultural patterns that might be driving their aggression and hoped to find possible weaknesses or means of persuasion that had been missed. Benedict's war work included a major study, largely completed in 1944, aimed at understanding Japanese culture, which had matters that Americans found themselves unable to comprehend. For instance, Americans considered it quite natural for American prisoners of war to want their families to know they were alive and to keep quiet when asked for information about troop movements, etc. However, Japanese prisoners of war apparently gave information freely and did not try to contact their families. Why was that? Why, too, did Asian peoples neither treat the Japanese as their liberators from Western colonialism nor accept their own supposedly just place in a hierarchy that had Japanese at the top? Benedict played a major role in grasping the place of the Emperor of Japan in Japanese popular culture, and formulating the recommendation to US President Franklin Roosevelt that permitting continuation of the Emperor's reign had to be part of the eventual surrender offer. Other Japanese who have read this work, according to Margaret Mead, found it on the whole accurate but somewhat "moralistic." Sections of the book were mentioned in Takeo Doi's book, The Anatomy of Dependence, but Doi is highly critical of Benedict's concept that Japan has a "shame" culture, whose emphasis is on how one's moral conduct appears to outsiders in contradistinction to the Christian American "guilt" culture in which the emphasis is on the individual's internal conscience. Doi considered that claim to imply clearly that the former value system is inferior to the latter one.

Наследие

Американская антропологическая ассоциация ежегодно присуждает премию имени Бенедикт. Премия Рут Бенедикт имеет две категории: за монографии, написанные одним автором, и за сборники статей под редакцией. Премия отмечает "выдающиеся достижения в научной книге, написанной с антропологической точки зрения и посвященной темам лесбиянок, геев, бисексуалов или трансгендеров". 20 октября 1995 года в ее честь была выпущена почтовая марка серии "Великие американцы" номиналом 46 центов. Колледж Бенедикта при Университете Стоуни Брук назван в ее честь. В 2005 году Бенедикт была удостоена чести быть включенной в Национальный Зал славы женщин.

Общая библиография

Американская академия искусств и наук. Баннер, Лоис У. 2003. Переплетенные жизни: Маргарет Мид, Рут Бенедикт и их круг. Vintage. Бенедикт, Рут. 1905–1948. Колледж Вассар. Архивы и специальные коллекции Библиотеки.
Бенедикт, Рут. 1931. Рассказы индейцев Кочити. Бюро американской этнологии.
Бенедикт, Рут. 1959. Антрополог на работе: сочинения Рут Бенедикт. Под редакцией Маргарет Мид. Бостон: Houghton Mifflin Company.
Бенедикт, Рут. 1989. Хризантема и меч: очерки японской культуры. С предисловием Эзры Ф. Фогеля. Houghton Mifflin.
Бенедикт, Рут. 1989. Узоры культуры. Предисловие Маргарет Мид; предисловие Мэри Кэтрин Бейтсон. Houghton Mifflin.
Кэффри, Маргарет М. Рут Бенедикт: чужачка в этой стране. 1989. Остин: Издательство Техасского университета.
Яньевски, Долорес Э. и Лоис В. Баннер (ред.). 2004. Чтение Бенедикт/чтение Мид: феминизм, раса и имперские взгляды – новые исследования в американской интеллектуальной и культурной истории. JHU Press.
Луткехаус, Нэнси. 2008. Маргарет Мид: создание американской иконы. Издательство Принстонского университета.
Максель, Ребекка. 2004. [Рецензия на «Переплетенные жизни: Маргарет Мид, Рут Бенедикт и их круг»]. Women's Review of Books, 1 января 2004 г., 21(4):15–16.
Маслоу, Абрахам Х., Хонигманн, Джон Дж. и Мид, Маргарет. 1970. Синергия: некоторые заметки о Рут Бенедикт. American Anthropologist, 72(2): 320–333.
Мид, Маргарет. 1959. Предисловие к «Узорам культуры» Рут Бенедикт в Бенедикт 1959 (указано выше).
Мид, Маргарет. 1959. «Поиски: 1920–1930». В Бенедикт 1959 (Антрополог на работе: сочинения Рут Бенедикт, указано выше).
Модель, Джудит Шахтер. 1983. Рут Бенедикт: жизненные узоры. Издательство Пенсильванского университета.
Смитсоновский институт, Департамент антропологии. Руководство по коллекциям Национального антропологического архива (#L1).
Янг, Вирджиния Хейер. 2005. Рут Бенедикт: за пределами относительности, за пределами шаблона. Линкольн: Издательство Небрасского университета.