Введение

Жена Тарквина Старшего, пятого царя Рима.

Танаквиль (; этрусск. Thanchvil) была царицей Рима благодаря браку с Тарквинием Приском, пятым царем Рима.

Жизнь

Дочь могущественной этрусской семьи в Таркинии, Этрурия, Танакиль считала, что её муж станет хорошим правителем, но поскольку он был сыном иммигранта, он не мог получить власть в Таркинии, где они жили. Зная это, Танакиль убедила его переехать в Рим, где в то время не было сильной местной аристократии. Её пророческие способности помогли ей возвести Таркина на престол, а затем и Сервия Туллия – следующим королём. По дороге в Рим орёл унёс шляпу Таркина, а затем вернул её ему на голову. Танакиль истолковала это как знак того, что боги желают ему стать царём. Пророчество Танакили в конечном итоге сбылось для Таркина – он подружился с царём Анкусом Марцием, который сделал Таркина опекуном своих детей. Он правил с 616 по 579 год до н.э. У неё было четверо детей: две дочери и два сына – Луций Тарквиний Суперб, седьмой и последний король Рима, и Аррунс Тарквиний. Одна из её дочерей, Таркиния, вышла замуж за Сервия Туллия после того, как он сменил Таркиния Приска на престоле. Танакиль сыграла важную роль в возвышении Сервия Туллия, шестого короля Рима. Воспитывая его как собственного сына, Танакиль верила, что Сервий станет следующим наследником престола. Её предвидения оправдались, когда однажды, во время сна Сервия, его голову окружило пламя. Огонь танцевал вокруг его головы, не причиняя ему вреда, и когда Сервий проснулся, пламя исчезло. Восприняв это как предзнаменование, Танакиль поняла, что Сервий однажды станет царём. Когда Таркина убили, Танакиль скрыла его смерть от подданных, сообщив им, что Таркин был ранен, и сама назначила Сервия регентом до его выздоровления. Завоевав уважение народа и укрепив свою власть, Сервий и Танакиль объявили о смерти Таркина. Сенат провозгласил Сервия царём, а сыновья Танакили, Луций и Аррун, женились на дочерях Сервия, Туллиях.

Гая Кецилия

В другой традиции, о которой сообщают несколько римских хронистов, Танакиль изменила свое имя на Гайя Кецилия по прибытии в Рим. Под этим именем она считалась образцом женской добродетели, искусной в домашних ремеслах, особенно в прядении и ткачестве, и ее связывали с происхождением различных римских свадебных обычаев. Плиний сообщает, что в его время, спустя шестьсот лет, ее веретено и прялка хранились в Храме Санкуса, где стояла бронзовая статуя царицы, вместе с пурпурной туникой, которую она соткала для Сервия Туллия. В эпоху Возрождения Боккаччо упомянул Гаю Кецилию (под именем "Гая Кирилла") в своем труде "De Mulieribus Claris" ("О знаменитых женщинах") как образец бережливости и простого образа жизни римской античности.