Введение

Неподтвержденное сообщение или рассказ – это тип сообщения.

Слух (американский английский) или rumour (британский английский; см. различия в орфографии; происходит от латинского rumorem – «шум») – это "небылица, представляющая собой объяснения событий, распространяемые из уст в уста и касающиеся объекта, события или вопроса, вызывающего общественную обеспокоенность". В социальных науках слух представляет собой утверждение, достоверность которого не может быть быстро или вообще подтверждена. Кроме того, некоторые исследователи рассматривают слухи как подвид пропаганды. Социология, психология и коммуникативные исследования предлагают различные определения слухов. Слухи также часто обсуждаются в контексте дезинформации и дизинформации (первая часто рассматривается как просто ложная, а вторая – как намеренно ложная, хотя обычно исходит от правительственного источника, переданного средствам массовой информации или иностранным правительством).

Ранние работы

Французские и немецкие исследования в области социальных наук относят современное научное определение слухов к новаторской работе немецкого ученого Вильгельма Штерна в 1902 году. Штерн проводил эксперименты со слухами, используя "цепочку испытуемых", которые передавали рассказ "из уст в уста" без права его повторения или объяснения. Он обнаружил, что к концу цепочки рассказ сокращался и изменялся. Его учеником был еще один пионер в этой области, Гордон Олпорт. Этот эксперимент аналогичен детской игре "Испорченный телефон".

Психология слухов (1947)

В исследовании 1947 года «Психология слухов» Гордон Олпорт и Лео Постман пришли к выводу, что «по мере распространения слухи становятся короче, более лаконичными, легче воспринимаются и пересказываются». Этот вывод был основан на эксперименте по диффузии сообщений между людьми, который показал, что около 70% деталей сообщения теряется в первые 5-6 передач из уст в уста. Этот же вывод был сделан на основе анализа архивных дискуссий на форумах, где высказывания были закодированы и проанализированы. Было обнаружено, что 29% (большинство) высказываний в этих дискуссиях можно отнести к категории «поиск смысла», включающей в себя «[ ] попытки решить проблему». В прошлом значительная часть исследований слухов опиралась на психологические подходы (как демонстрирует обсуждение работ Олпорта и ДиФонцио выше). Особое внимание уделялось тому, как утверждения сомнительной достоверности (кажущиеся абсолютно ложными некоторым слушателям) распространялись устно от человека к человеку. Научный интерес к политическим слухам восходит как минимум к «Риторике» Аристотеля; однако, только в последнее время устойчивое внимание и концептуальная разработка были направлены на политическое использование слухов вне контекста военных действий. До недавнего времени практически не изучалось, каким образом различные медиа и конкретные культурно-исторические условия могут способствовать распространению слухов. Недавнее появление Интернета как новой медиатехнологии продемонстрировало новые возможности для быстрого распространения слухов, о чем свидетельствуют сайты, разоблачающие ложную информацию, такие как Snopes.com, UrbanLegends.com и FactCheck.org. Предыдущие исследования также не учитывали специфическую форму или стиль намеренно распространяемых слухов в политических целях в определенных обстоятельствах (хотя значительное внимание уделялось силе слухов в распространении военной пропаганды через СМИ, начиная с Первой мировой войны; см. Лассуэлл, 1927).

Стратегическое общение

Подобно их роли и функциям в политической коммуникации, где слухи могут быть использованы для достижения конкретного негативного эффекта (слуховая бомба) или иным образом нанести ущерб репутации кандидата, слухи также играют важную роль в стратегической коммуникации. Стратегическая коммуникация – это процесс разработки сообщений для поддержки конкретных организационных целей и обычно связана с правительствами, военными и неправительственными организациями (НПО). Эффективная стратегическая коммуникация требует понимания историй, тенденций и мемов, циркулирующих в культуре. Слухи можно рассматривать как истории, кажущиеся рациональными, но основанные на спекуляциях и вплетенные в определенный нарративный ландшафт (широкий спектр культурного выражения, распространяющегося в сообществе или регионе). В своей книге «Наративные мины-ловушки: слухи, исламский экстремизм и борьба за стратегическое влияние» соавторы Дэниел Бернарди, Полин Хоуп Чонг, Крис Ландри и Скотт В. Растон ввели термин «нарративные мины-ловушки», чтобы объяснить функцию и опасность слухов в контексте стратегической коммуникации. Слухи, как нарративные мины-ловушки, являются недорогим и простым в использовании оружием коммуникации, которое может быть использовано кем угодно для подрыва усилий по коммуникации, гражданским операциям или информационным кампаниям, таким как те, что проводятся правительствами в кризисных ситуациях или военными при подавлении восстаний. Как отмечает Бернарди, «подобно своим взрывоопасным аналогам, слухи могут быть созданы и распространены практически кем угодно, требуют ограниченных ресурсов для использования, могут быть смертельными для тех, кто попадает под их воздействие, и способны вселять страх».