Введение

Область исследования в аналитической философии – дисциплина социальная эпистемология – охватывает широкий спектр подходов в эпистемологии (изучении знания), рассматривающих человеческое знание как коллективное достижение. Другой способ охарактеризовать социальную эпистемологию – это оценка социальных аспектов знания или информации. Как область исследования в аналитической философии, социальная эпистемология занимается вопросами знания в социальных контекстах, то есть в ситуациях, когда атрибуция знания не может быть объяснена путем изучения индивидуумов вне связи друг с другом. Наиболее часто обсуждаемые темы в современной социальной эпистемологии включают свидетельства (например, «Когда убеждение в истинности x, возникшее в результате сообщения «x истинно», можно считать знанием?»), разногласия с коллегами (например, «Когда и как мне следует пересматривать свои убеждения, учитывая, что другие люди придерживаются противоположных взглядов?») и групповую эпистемологию (например, «Что означает приписывать знание группам, а не отдельным индивидам, и когда такая атрибуция уместна?»). Этот диалог включает аргумент Сократа о том, способен ли кто-либо проверить истинность утверждения другого человека о том, что он что-то знает. Поскольку изучение зависимости от авторитетных источников является частью социальной эпистемологии, это подтверждает существование идеологии в сознании задолго до того, как ей дали название. В 1936 году Карл Мангейм трансформировал теорию идеологии Карла Маркса (которая интерпретировала «социальный» аспект в эпистемологии как политический или социологический) в анализ развития и функционирования человеческого общества в этой связи. В частности, этот марксистский анализ побудил Мангейма написать «Идеологию и утопию», в которой он исследовал классическую социологию знания и конструкт идеологии. Термин «социальная эпистемология» впервые был введен библиотековедами Маргарет Иган и Джесси Шерой в статье, опубликованной в журнале Library Quarterly при Высшей библиотечной школе Чикагского университета в 1950-х годах. Этот термин использовался Робертом К. Мертоном в статье 1972 года в American Journal of Sociology, а затем Стивеном Шапином в 1979 году. Однако современное понимание «социальной эпистемологии» начало формироваться лишь в 1980-х годах.

Возникновение социальной эпистемологии

В 1980-х годах наблюдался значительный рост интереса среди философов к таким темам, как эпистемическая ценность свидетельств, природа и функции экспертизы, надлежащее распределение когнитивного труда и ресурсов между индивидами в сообществах, а также статус группового мышления и знания. В 1987 году философский журнал «Синтез» опубликовал специальный выпуск, посвященный социальной эпистемологии, в котором были представлены работы двух авторов, впоследствии определивших развитие эпистемологии в двух различных направлениях: Элвина Голдмана и Стива Фуллера. Фуллер основал журнал «Социальная эпистемология: журнал знаний, культуры и политики» в 1987 году и опубликовал свою первую книгу «Социальная эпистемология» в 1988 году. Книга Голдмана «Знание в социальном мире» («Knowledge in a Social World») вышла в 1999 году. Голдман отстаивает тип эпистемологии, который иногда называют «веритистической эпистемологией» из-за его сильного акцента на истине. Этот тип эпистемологии иногда рассматривается как склоняющийся к «эссенциализму» в отличие от «мультикультурализма». Позиция Фуллера поддерживает понимание социальной эпистемологии как критики контекста, особенно в его подходе к «обществу знаний» и «университету» как неотъемлемым контекстам современного обучения. Утверждается, что это выразилось в переформулировке тезиса Дюэма-Куайна об недоопределенности теории эмпирическими данными.

Кун, Фуко и социология научного знания

Основной взгляд на знание, который послужил толчком к возникновению социальной эпистемологии в том виде, в котором она понимается сегодня, восходит к работам Томаса Куна и Мишеля Фуко, получившим признание в конце 1960-х годов. Оба автора напрямую обратились к историческим вопросам при рассмотрении проблем, традиционно связанных с философией науки. Наиболее важным из этих вопросов была природа истины, которую Кун и Фуко описывали как относительное и зависящее от обстоятельств понятие. На этом фоне продолжающиеся исследования в области социологии научного знания (SSK) и истории и философии науки (HPS) смогли заявить о своих эпистемологических последствиях, что наиболее заметно проявилось в создании сильной программы в Эдинбургском университете. Если рассматривать два направления социальной эпистемологии, то Фуллер проявляет большую чувствительность и восприимчивость к этой исторической траектории (хотя и не всегда согласен с ней), чем Голдман, чья "веритистическая" социальная эпистемология может быть обоснованно истолкована как систематическое опровержение наиболее радикальных утверждений, связанных с Куном и Фуко.

Социальная эпистемология как область

В современном понимании этого термина социальная эпистемология является областью аналитической философии. Она фокусируется на социальных аспектах создания и распространения знаний. Что именно составляют эти социальные аспекты и оказывают ли они положительное или отрицательное влияние на возможности создания, получения и распространения знаний – является предметом непрерывных дебатов. Наиболее часто обсуждаемыми темами в современной социальной эпистемологии являются свидетельства (например, "Когда убеждение в том, что 'x истинно', возникшее в результате сообщения о том, что 'x истинно', можно считать знанием?"), разногласия с коллегами (например, "Когда и как мне следует пересматривать свои убеждения, учитывая, что другие люди придерживаются противоположных взглядов?"), и групповая эпистемология (например, "Что значит приписывать знания группам, а не отдельным индивидам, и когда такие приписывания знаний оправданы?"). Растущее значение приобретают разработки в области социальной эпистемологии в контексте трансдисциплинарности, проявляющиеся в медиаэкологии.