Эрнест Джон Смид Моран: Жизнь и творчество английского композитора

Введение

Английский композитор

Эрнест Джон Смид Моэран (31 декабря 1894 – 1 декабря 1950) – английский композитор, чье творчество находилось под сильным влиянием английской и ирландской народной музыки, которой он был усердным собирателем. В его произведения входят оркестровые сочинения, концерты, камерная и клавишная музыка, а также ряд хоровых и вокальных циклов и отдельные песни. Сын священника, Моэран учился в Королевском музыкальном колледже у Чарльза Вильерса Стэнфорда, после чего служил в армии во время Первой мировой войны, где был ранен. После войны он был учеником Джона Ирланда и быстро завоевал репутацию перспективного композитора, представив ряд успешно принятых работ. С 1925 по 1928 год он жил в коттедже с композитором Питером Уорлоком; богемный образ жизни и злоупотребление алкоголем в этот период на некоторое время прервали его творческую деятельность и заложили основу для алкоголизма, который омрачил его поздние годы. Он возобновил сочинение в 1930-х годах и восстановил свою репутацию серией крупных произведений, включая симфонию и скрипичный концерт. Начиная с 1934 года он проводил большую часть времени в Ирландии, преимущественно в прибрежном городке Кенмар. В 1945 году Моэран женился на виолончелистке Пирс Койтмор, для которой он написал несколько произведений для виолончели. Брак не был долгим, и последние годы Моэрана были одинокими. Он умер в Кенмаре 1 декабря 1950 года, упав в воду после кровоизлияния в мозг. Вторая симфония осталась незавершенной на момент его смерти. Композитор Энтони Пэйн утверждал, что «Моэран занимал скромное место в музыке своего времени, но его тщательно отточенная и безупречная техника не имеет себе равных среди его британских современников. Это мастерство проявляется в ясности его текстур и процессов, а также в великолепном звучании его оркестровых партитур».

Ранние годы

Моэран родился 31 декабря 1894 года в викариате Спринг-Гроув, Хестон, Миддлсекс, вторым сыном англо-ирландского священника, преподобного Джозефа Уильяма Райта Моэрана, викария церкви Святой Марии в Спринг-Гроув, и Ады Эстер Смид, урождённой Уолл, родом из Норфолка. Впоследствии Джозеф служил в нескольких сельских приходах на юге и востоке Англии, в том числе в Солхаусе, Норфолк, прежде чем выйти на пенсию по состоянию здоровья, когда Эрнесту было тринадцать лет. В семье царила культурная атмосфера; Ада была талантливой пианисткой и певицей, и Эрнест начал брать уроки музыки в пять или шесть лет. Первоначальное образование он получил дома под руководством гувернантки, после чего в 1904 году поступил в подготовительную школу Саффилд-Парк в Кромере. В 1908 году он поступил в школу Уппингхэм, где изучал музыку у Роберта Стерндейла Беннетта, внука композитора Уильяма Стерндейла Беннетта. Он стал опытным пианистом, научился играть на скрипке достаточно хорошо, чтобы участвовать в камерных ансамблях, и начал сочинять. В 1913 году он поступил в Королевский музыкальный колледж (RCM), сначала как студент-пианист, но после первого года обучения перешёл на отделение композиции к Чарльзу Вильерсу Стэнфорду. Он также стал членом Оксфордского и Кембриджского музыкального клуба – важной организации, в которую входили Воан Уильямс, Джордж Баттерворт и Адриан Боулт; Пэрри и Элгар были его почётными членами. Сохранились несколько набросков фортепианных композиций, созданных в этот довоенный период обучения в RCM, в рукописном виде.

Первая мировая война

Моэран был 19 лет, когда его учеба в Королевском колледже музыки была прервана в августе 1914 года началом Первой мировой войны. Он поступил на службу моторизованным курьером в 6-й (велосипедный) батальон Королевского Норфолкского полка, а в следующем году получил звание второго лейтенанта. Он не оставил полностью музыкальную деятельность: в отпусках в Норфолке он начал собирать народную музыку. В начале 1917 года его подразделение было отправлено во Францию, и 3 мая, во время Второй битвы при Буллекурте, он получил ранение в голову. По нескольким свидетельствам, это ранение потребовало неотложной операции, включая введение металлической пластины в череп, и исследователи связывают последующую неустойчивость и странное поведение Моэрана, а также развитие у него алкоголизма, с примитивной операцией и последствиями этого ранения. Однако другие данные указывают на то, что ранение было менее серьезным, металлическая пластина не потребовалась, и он быстро выздоровел. В августе 1917 года он исполнил очень сложную фортепианную пьесу на лондонском концерте, что свидетельствует о его хорошем физическом состоянии в то время. После периода восстановления он вернулся к военной службе и провел остаток войны в Ирландии, в Бойле, графство Роскоммон, прикомандированный к транспортному подразделению Королевской ирландской констебюлярии. Этот период в Ирландии он использовал для изучения своих ирландских корней и сбора народных песен. В Лондоне, незадолго до увольнения из армии в январе 1919 года, Моэран познакомился с композитором Арнольдом Баксом, который описал его в то время как "очаровательного и привлекательного молодого офицера, какого только можно было пожелать встретить".

Новый композитор

После демобилизации в январе 1919 года Моэран вернулся в Англию. Некоторые источники сообщают, что он был ненадолго принят на работу музыкальным преподавателем в свою старую школу, в Уппингхэм, но школа не подтверждает эту информацию. По-видимому, он на некоторое время вернулся в Ирландию, прежде чем возобновить учебу в Королевском колледже музыки (RCM) под руководством Джона Ирландии. Его сотрудничество с RCM было недолгим, но он продолжал брать частные уроки композиции у Джона Ирландии. Биограф Моэрана, Джеффри Селф, отмечает, что с этого момента «основные влияния, звучащие в его музыке, окончательно сформировались: его учитель, его ирландское и восточноанглийское наследие и любовь к сельской Англии». Пособие от матери освободило Моэрана от необходимости зарабатывать на жизнь, и благодаря этой финансовой независимости он смог посвятить себя учебе и композиции. Оксфордский и Кембриджский музыкальный клуб предоставил ему возможность исполнять свои произведения. В течение пяти плодотворных лет после окончания войны он закрепил за собой репутацию композитора, постоянно создавая произведения в различных жанрах. По словам критика Герберта Фосса, эти ранние работы отличаются беглостью, которая часто отсутствовала в его более позднем творчестве. Среди них – многочисленные песни, ряд фортепианных и камерных произведений, а также первые опыты в оркестровом письме: симфоническая поэма «В горной стране» и две рапсодии. Эти ранние оркестровые произведения свидетельствуют о влиянии Делиуса и Вогана Уильямса, но также демонстрируют формирование самобытного, индивидуального голоса. В этот период Моэран собирал множество народных мелодий в сельских пабах Норфолка. Его вклад в эту область был признан в 1923 году, когда он был избран в комитет Общества народной песни. По мере роста его известности он завязал важные дружеские отношения с ведущими деятелями музыкального мира, в том числе с Гамильтоном Харти, который дирижировал исполнением второй оркестровой рапсодии Моэрана и впоследствии заказал молодому композитору симфонию. Моэран испытывал трудности с этой задачей, но на данном этапе карьеры не смог добиться желаемого результата, и проект был временно отложен. Еще одной важной дружбой, завязавшейся в это время, была дружба с писателем, критиком и композитором Филиппом Хеселтином (более известным под псевдонимом Питер Уорлок), современником Моэрана и, как и он, плодовитым автором песен. Хеселтин был большим поклонником Моэрана; в рецензии на ранние работы последнего в 1924 году он писал: «Нет британского композитора, от которого мы могли бы с большей уверенностью ожидать произведений прочного звучания и качества в ближайшие десять лет, чем от Джека Моэрана; и, безусловно, нет никого его возраста, кто уже достиг бы такого».

Following demobilisation in January 1919, Moeran returned to England. Some accounts report that he was briefly employed as a music master at his old school, Uppingham, but there is no evidence from the school for this. He appears to have returned to Ireland for a while before resuming his studies at the RCM, under John Ireland. His association with the RCM did not last long, but he continued to receive tuition in composition from John Ireland in a private capacity. Moeran's biographer Geoffrey Self observes that from this point "the main influences to be heard in his music were now in place: his teacher, his Irish and East Anglian heritages, and his love of rural England." An allowance from his mother relieved Moeran from the necessity of earning a living, and with this financial independence he was able to devote his time to study and composition. The Oxford & Cambridge Musical Club gave him the means by which his works could be performed. In five productive years following the end of the war, he established his reputation as a composer with a steady stream of works across a range of genres. According to the critic Herbert Foss, these early pieces display a fluency that was often absent in later years. They include numerous songs, a number of piano and chamber works and, on a larger canvas, his first attempts at orchestral writing, the symphonic In The Mountain Country and two Rhapsodies. These early orchestral pieces indicate the influences of Delius and Vaughan Williams, but also demonstrate the emergence of a distinct, individual voice. During this period, Moeran collected many folk tunes from rural pubs in Norfolk. His contribution to this area of work was recognised in 1923, when he was elected to the committee of the Folksong Society. As his reputation grew, he formed important friendships with leading figures on the musical scene, among whom was Hamilton Harty, who conducted a performance of Moeran's second orchestral Rhapsody and afterwards commissioned a symphony from the young composer. Moeran struggled with this challenge, but at this stage in his career was unable to deliver to his own satisfaction, and the project was set aside for the time being. Another important friendship formed around this time was with the writer, critic and composer Philip Heseltine (better known by his pseudonym Peter Warlock), Moeran's exact contemporary and like him a prolific songwriter. Heseltine was a great admirer of Moeran; in a 1924 review of the latter's early work, he wrote: "[T]here is no British composer from whom we may more confidently expect work of sound and enduring quality in the next ten years than from Jack Moeran; there is certainly no one of his years who has as yet achieved so much".

Хеселтин и Эйнсфорд

Дружба между Моэраном и Хеселтином окрепла, и в 1925 году они арендовали коттедж в Эйнсфорде, графство Кент, вместе с художником Халом Коллинзом. Коттедж привлекал множество гостей из мира музыки и искусства и вскоре стал печально известен как место бурных вечеринок и других излишеств, сопровождавшихся обильным употреблением алкоголя. Чрезмерное употребление алкоголя, казалось, мало влияло на Хеселтина, который продолжал продуктивно работать, но для Моэрана все было наоборот: его творчество вскоре начало угасать. Ему было трудно справляться с отвлекающими факторами в коттедже; его композиторская деятельность замедлилась и в конечном итоге прекратилась вовсе, и он отдалился от лондонской музыкальной жизни, перестав посещать Оксфордский и Кембриджский музыкальный клуб. Более того, он скатился в алкоголизм и находился под сильным влиянием яркой личности Хеселтина. Позже Моэран признался в потере веры в свои способности, осознав, что чем дольше он откладывал работу, тем труднее было к ней вернуться. Несколько произведений, завершенных в Эйнсфордские годы (1925–1928), включают его единственное сотрудничество с Хеселтином – пьяную песню под названием "Maltworms", написанную для исполнения на театральном фестивале в близлежащей деревне Шорхэм. Хеселтин написал мелодию для первых двух строк, Моэран продолжил следующими строками и так далее. Были написаны партии для деревенского духового оркестра, но в итоге песню сняли с фестиваля, и оркестровые партии были утеряны. Однако сохранилась версия с фортепианным аккомпанементом, которая была исполнена в деревенском пабе. Моэран покинул коттедж в 1928 году, но последствия его алкоголизма остались. В августе 1929 года магистраты Уотфорда оштрафовали его на 10 фунтов стерлингов за вождение автомобиля в нетрезвом виде; в том же году он вместе с Хеселтином и другими отправился во Францию, формально – для встречи с Делиусом. Поездка выродилась в пьяный запой, во время которого Моэран потерял сознание прямо на улице. Смерть Хеселтина в декабре 1930 года, предположительно от собственной руки, повергла Моэрана в отчаяние. Он написал матери Хеселтина: "Его потеря станет для меня невосполнимой утратой, когда я вернусь к нормальной жизни и пойму, что его больше нет".

The friendship between Moeran and Heseltine deepened, and in 1925 they rented a cottage at Eynsford in Kent, together with the artist Hal Collins. The cottage attracted many visitors from the musical and artistic worlds, and soon became notorious as a centre for wild parties and other extravagances, involving heavy drinking. The excessive alcoholic consumption seemed to have little effect on Heseltine, who continued to work productively, but the opposite was true of Moeran, whose creativity soon began to suffer. He found it difficult to cope with the distractions provided by the cottage; his compositional output tailed off and finally ceased altogether, and he dropped out of the London musical scene, no longer attending the Oxford and Cambridge Musical Club. Furthermore, he was falling into alcoholism, and was also under the spell of Heseltine's stronger personality. Moeran later admitted a loss of faith in his abilities, finding that the longer he delayed, the harder it was to resume work. The few works completed during the Eynsford years (1925–1928) include his single collaboration with Heseltine, a drinking song called "Maltworms", written for performance at a drama festival at the nearby village of Shoreham. Heseltine wrote a tune for the first two lines, Moeran continued with the next lines, and so on. Parts were scored for the village brass band, but in the event the song was withdrawn from the festival and the band parts have been lost, but a piano accompanied version survived and was performed in the village pub. Moeran left the cottage in 1928, but the effects of his alcoholism remained. In August 1929 he was fined £10 by the Watford magistrates for being drunk in charge of a motor vehicle; that same year he went with Heseltine and others to France, ostensibly to meet Delius. The trip degenerated into a drunken binge, during which Moeran passed out in the street. When Heseltine died in December 1930, probably by his own hand, Moeran was devastated. He wrote to Heseltine's mother: "His loss will mean a terrible gap to me when I get back to normal life and find he is no longer there".

Восстановление

После ухода из Эйнсфорда Моэран вернулся в дом родителей и вновь занялся композиторской деятельностью. Он не был окончательно забыт музыкальным сообществом; в январе 1930 года критик Хьюберт Фосс опубликовал переоценку ранних работ Моэрана, упомянув о «затянувшемся молчании» композитора, но выразив надежду на будущее: «Надеемся, что из этого собрания ранних произведений вырастет симфонический склад ума, который, сочетая интенсивность формы и выразительности, подарит нам настоящую музыку большого масштаба». Несчастный случай в начале 1930 года привел к периоду выздоровления, который дал Моэрану возможность пересмотреть свой стиль. Постепенно появлялись новые произведения: Соната для двух скрипок (1930), Струнное трио (1931), две оркестровые пьесы – «Тень Уайторна» (1931) и «Одинокие воды» (1932). В 1933 году последовало хоровое произведение «Песни весны» на семь стихотворений эпохи Елизаветы. «Тень Уайторна» была написана, возможно, в память о Хеселтине. Несколько песен, включая цикл из шести суффолкских народных песен, свидетельствовали о сохраняющейся важности фольклора для Моэрана, и в 1931 году он вновь вошел в состав комитета Общества народной песни. Он также писал духовную музыку, которую не ценил – «этот мусор для церкви», – называл он ее, добавляя, что делал это только ради денег. В 1930-е годы Моэран вел кочевой образ жизни, останавливаясь в разных домах родителей или у друзей. Однако по мере развития десятилетия он все больше интересовался своими ирландскими корнями и начал проводить большую часть года в коттедже в Кенмаре, графство Керри, где стал известной и популярной фигурой; Арнольд Бакс записал местное мнение: «Если бы когда-нибудь возникла необходимость избрать мэра этого города, Джек Моэран был бы первым выбором каждого». Спокойствие, которое он обрел в сельской Ирландии, вдохновило его в 1934 году вернуться к давно заброшенному проекту симфонии. На фоне этого творческого подъема Моэран продолжал бороться с алкоголизмом. В январе 1935 года ему было предписано провести девять месяцев в больнице после того, как его признали виновным в Кембридже в вождении автомобиля в нетрезвом виде. Это прервало, но не сорвало его работу над симфонией, которая была окончательно завершена в 1937 году и впервые исполнена в январе 1938 года в Королевском зале под управлением Лесли Хьюарда. В конце 1942 года Хьюард сделал получившую признание запись Симфонии с оркестром Галле. Последующие годы после исполнения симфонии были плодотворными и принесли ряд значительных произведений. Среди них – Концерт для скрипки (1937–41), написанный в основном в Ирландии и отражающий сильное ирландское влияние; мадригальная сюита «Филлида и Коридон» (1939), возможно, находящаяся под влиянием музыки Бернарда ван Дирена; Рапсодия ля-диез минор для фортепиано и оркестра (1943), написанная для пианистки Гарриет Коэн; короткая Увертюра к маске (1944), заказанная Ассоциацией национальной развлекательной службы (ENSA); и Sinfonietta (1944), частично вдохновленная холмами валлийско-английской границы в Радноршире, последним местом расположения семейного дома.

After leaving Eynsford, Moeran returned to his parents' home and began to pick up the threads of his compositional career. He had not been entirely forgotten by the musical establishment; in January 1930, the critic Hubert Foss wrote a reappraisal of Moeran's earlier works, referring to the composer's "over long silence", but saw hope for the future: "One hopes that out of this corpus of early works a symphonic mind may grow, one that with intensity of form as well as intensity of utterance, will give us real music on a big scale". An accident early in 1930 led to a period of convalescence which provided an opportunity for Moeran to reconsider his style. Gradually, new works were forthcoming: the Sonata for two violins (1930), the String Trio (1931), two orchestral pieces – Wythorne's Shadow (1931), and Lonely Waters (1932). A choral work, Songs of Springtime, a setting of seven Elizabethan poems, followed in 1933. Wythorne's Shadow was written possibly as a memorial for Heseltine. Several songs, including a cycle of six Suffolk folksongs, indicated the continuing importance of folk music to Moeran, and in 1931 he rejoined the committee of the Folksong Society. He also wrote some sacred music, to which he attached little value – "this tripe for the church", he called it, adding that he only did it for the money. Moeran led an itinerant life in the 1930s, staying at his parents' various homes or with friends. However, as the decade progressed, he became more interested in his Irish roots, and began to spend large parts of the year in a cottage in Kenmare, County Kerry, where he became a well known and popular figure; Arnold Bax recorded a local comment: "If ever there was a move to elect a mayor of this town, Jack Moeran would be everybody's first choice". The peace that he found in rural Ireland inspired him to return, in 1934, to the long abandoned symphony project. In the midst of this burgeoning creativity, Moeran continued to experience problems with alcoholism. In January 1935 he was ordered to spend nine months in a nursing home, having been found guilty in Cambridge of being drunk in charge of a motor vehicle. This interrupted but did not derail his work on the symphony, which was finally completed in 1937 and received its premiere in January 1938 in the Queen's Hall, under Leslie Heward. Heward went on to make an acclaimed recording of the Symphony with the Halle Orchestra at the end of 1942. The years following the performance of the symphony were fruitful, and produced a number of significant works. These included the Violin Concerto (1937–41), written largely in Ireland and reflecting strong Irish influences; the madrigal suite Phyllida and Corydon (1939), possibly influenced by the music of Bernard van Dieren; the Rhapsody in F ♯ for piano and orchestra (1943), written for the pianist Harriet Cohen; the short Overture for a Masque (1944), commissioned by the Entertainments National Service Association (ENSA); and the Sinfonietta (1944), inspired in part by the hills of the Welsh border country in Radnorshire, the latest location of the family home.

Последние годы

Возможно, еще в 1930 году Моэран познакомился с виолончелисткой (Кэтлин) Пирс Койтмор. В 1943 году они возобновили общение, и между ними завязались отношения, вдохновившие Моэрана на создание двух важных поздних произведений: Концерта для виолончели (1945) и Сонаты для виолончели и фортепиано (1947). Они поженились 26 июля 1945 года. Хотя брак принес Моэрону некоторое первоначальное счастье и стабильность, амбиции Койтмор и востребованность ее таланта приводили к частым разлукам, и отношения становились все более напряженными. Моэран злоупотреблял алкоголем, что усугубляло отчуждение. К 1949 году, когда Койтмор отправилась в продолжительный тур по Южной Африке, Австралии и Новой Зеландии, брак фактически распался. Моэран создал еще три поздних произведения: «Фантастический квартет для гобоя и струнных» (1946), написанный для Леона Гуссенса; оркестровую Серенаду соль мажор (1948) и последний сборник песен «Песни из графства Керри» (1950). На протяжении этих лет он безуспешно пытался завершить вторую симфонию, и, хотя большая часть работы была написана, он постоянно оставался недоволен результатом. В 1949 году он вновь проходил лечение от алкоголизма; премьера симфонии первоначально планировалась на весну 1949 года, но затем была перенесена сначала на 1950 год, а затем еще на год. В марте 1950 года Моэран находился в Ирландии и писал Койтмор о надеждах закончить симфонию там. Сначала он поселился недалеко от Дублина, но к июню вернулся в Кенмар. К этому времени его психическое состояние ухудшилось, и он опасался, что теряет рассудок. Сведений о дальнейшей работе над симфонией не сохранилось. 1 декабря 1950 года, во время сильного зимнего шторма, Моэран покинул свой коттедж и пошел по пирсу в Кенмаре, где его видели падающим в воду. Его тело было извлечено. Первоначально предполагалось, что он утонул, возможно, покончив с собой, но медицинское заключение показало, что он перенес кровоизлияние в мозг и умер до того, как оказался в воде. После многочисленных прощальных церемоний он был похоронен на церковном кладбище в Кенмаре.

Possibly as early as 1930, Moeran had met the cellist (Kathleen) Peers Coetmore. In 1943 they renewed their acquaintance, and a relationship developed, which inspired two of Moeran's important late works: the Cello Concerto (1945), and the Sonata for Cello and Piano (1947). They were married on 26 July 1945. Although the marriage brought Moeran some initial happiness and stability, Coetmore's ambitions, and the demands for her services, meant that they were often apart, and the relationship became increasingly strained. Moeran was drinking heavily, which led to further estrangement. By 1949, when Coetmore departed for an extended tour of South Africa, Australia and New Zealand, the marriage was effectively over. Moeran produced three further late works: the Fantasy Quartet for oboe and strings (1946), written for Leon Goossens; the orchestral Serenade in G (1948), and a final song collection, Songs from County Kerry (1950). Throughout these years he struggled to complete a second symphony, and although he composed a large part of this work, he was repeatedly dissatisfied with the results. In 1949 he was under further treatment for alcoholism; the first performance of the symphony had originally scheduled for the spring of 1949 but this was put back, first until 1950 and then for a further year. In March 1950 Moeran was in Ireland, writing to Coetmore of his hopes for finishing the symphony there. He settled first in a place near Dublin, but by June he was back in Kenmare. By now his mental state was poor, and he worried that he was losing his mind. There is no record of further work on the symphony project. On 1 December 1950, during a heavy winter storm, Moeran left his cottage and walked along the Kenmare pier, where he was seen to fall into the water. His body was retrieved; at first it was thought that he had drowned, possibly in an act of suicide, but medical evidence indicated that he had suffered a cerebral haemorrhage and had died before entering the water. After a well attended funeral he was buried in the churchyard at Kenmare.

Музыка

Моэран вошёл в канон последних крупных британских композиторов, испытавших сильное влияние народной песни, и таким образом принадлежит к лирической традиции, представленной такими композиторами, как Делиус, Вон Уильямс и Ирландия. В его музыке также часто проявляется влияние природы и ландшафтов Норфолка и Ирландии. Некоторые из его крупных оркестровых произведений были сочинены (или, по крайней мере, задуманы) во время прогулок Моэрана по холмам западной Англии, особенно в Херефордшире и Ирландии, где величие горных хребтов Керри оказало на него значительное влияние. Моэран был способен передавать широкий спектр эмоций в своей музыке и не боялся использовать более мрачный и суровый стиль, когда это соответствовало его замыслу. Его стиль консервативен, но не является вторичным. Однако к моменту творчества Моэрана такой стиль уже считался несколько устаревшим, и он так и не добился широкого признания как композитор, несмотря на успех мрачной Симфонии в соль минор (1934–1937), которую обычно считают его шедевром. Эта симфония стоит в одном ряду с Симфонией № 1 сэра Уильяма Уолтона как одна из двух наиболее строгих и выверенных симфоний, созданных на Британских островах в межвоенный период. В первой части произведения Моэрана представлена прочная сонатная форма, а также неоднозначная гармоническая структура, которая на первый взгляд может показаться ортодоксальной, но при более глубоком анализе выявляет дихотомию интервала квинты (который является европейским диатоническим) и интервала кварты, который одновременно завершает европейскую квинту, но также вводит ирландский элемент, в котором кварта может быть преобладающим интервалом. Хотя Моэран впервые получил положительные отзывы критиков за свою камерную музыку и продолжал сочинять значительные произведения в этом жанре, его величайшие достижения в целом можно найти среди его немногочисленных крупномасштабных оркестровых работ, включая Скрипичный концерт, Концерт для виолончели, Симфониетту и Серенаду. Моэран проявлял большой интерес к "народной" музыке и использовал обширную коллекцию песен, которые он записал в пабах Норфолка, в качестве творческого материала. Он также активно использовал ирландскую музыку. Норфолкский колорит ощущается в фортепианных произведениях начала 1920-х годов. Ирландское влияние заметно во второй части Скрипичного концерта (Puck Fair at Killorglin?) и ещё более явно – во второй части Струнного квартета ми-бемоль мажор, а также в Концерте для виолончели, где отчетливо слышны фрагменты ирландской музыки, в частности "Звезда графства Даун" (также использованная Вон Уильямсом в его "Пяти вариациях на тему Дива и Лазаря"). Ещё одна грань музыки Моэрана – мадригал. Однажды он сказал другу, что если его арестуют и заставят назвать свою профессию, он должен будет сказать, что он мадригали́ст. Моэран был способен на поразительные гармонические изобретения, работая в мадригальной форме – в "Весне сладкой весне" гармонии переходят от мадригальных к гармониям в джазовом стиле, напоминающим музыку Дюка Эллингтона, полным противоречий и добавочных аккордов. "Серенада", оркестровое произведение, демонстрирует мадригальную гармонию, переработанную Моэраном в аскетичный стиль, в котором острые тональные и гармонические рисунки накладываются на мадригальную основу, создавая музыку выдающейся свежести и оригинальности, которая, безусловно, помещает Моэрана в ряд изобретательных композиторов двадцатого века, а не в "английскую пасторальную школу", которая сама по себе, возможно, является неточным определением. Хотя он не был особенно плодовитым церковным композитором, его литургии ре и ми-бемоль мажор до сих пор исполняются. В последнее время наблюдается повышенный интерес к произведениям Моэрана и вышло множество записей, но некоторые из них, такие как песни на стихи А. Э. Хаусмана и Джеймса Джойса, остаются относительно неизвестными. Более 40 его рукописей, включая незаконченную Вторую симфонию ми-бемоль мажор, были завещаны его вдовой Пирс Койтмор Викторианскому колледжу искусств, ныне входящему в состав Мельбурнского университета. Дирижёр Мартин Йейтс реконструировал и завершил Симфонию № 2 по эскизам. Запись этого произведения с Йейтсом, дирижирующим Королевским шотландским национальным оркестром, вышла в октябре 2011 года на лейбле Dutton Epoch (вместе с ранней увертюрой, основанной на симфонии соль мажор, и собственной оркестровкой Йейтса "Сарнии" Джона Ирландии).

Moeran came late in the canon of last major British composers heavily influenced by folk song and thus belongs to the lyrical tradition of such composers as Delius, Vaughan Williams and Ireland. The influence of the nature and landscapes of Norfolk and Ireland are also often evident in his music. Some of his larger scale orchestral pieces were composed (or at least conceived) whilst Moeran walked the hills of western England, particularly in Herefordshire, and Ireland, where the grandness of the mountain ranges of Kerry inspired him greatly. Moeran was capable of conveying a wide range of emotions through his music and wasn't afraid of writing in a darker and harsher idiom when it suited him. His style is conservative but not derivative. By Moeran's time, however, such a style was already seen as somewhat dated and he never made a big breakthrough as a composer despite the success of the sombre, Sibelian Symphony in G minor (1934–1937) that is generally regarded as his masterpiece. The Symphony stands along with the Symphony No. 1 of Sir William Walton as one of the two tightest and most controlled symphonies emanating from the British Isles of the inter war era. The Moeran work demonstrates a robust sonata form in the first movement, along with a questioning harmonic structure, which, on first examination, may appear orthodox, but which on deeper analysis indicates the dichotomy of the interval of the fifth (which is European diatonic) with the interval of the fourth, which is both the completion of the European fifth, but also introduces the Irish dimension, in which the fourth can be the predominant interval. Though he first received favourable critical attention for his chamber music and continued to compose significant works in this genre, his greatest achievements in general are to be found among his few large scale orchestral works, including a Violin Concerto, Cello Concerto, Sinfonietta, and Serenade. Moeran was very interested in "folk" music and used an extensive collection of songs that he had notated in Norfolk pubs as part of his creative material. He also made great use of Irish music. The Norfolk material can be sensed in the piano works of the early 1920s. The Irish influence is seen within the second movement of the Violin Concerto (Puck Fair at Killorglin?) and even more so in the second movement of the String Quartet in E flat, as well as in the Cello Concerto, in which fragments of Irish music, in particular "The Star of County Down" (also used by Vaughan Williams in his Five Variants of Dives and Lazarus), are evident. Another facet to the music of Moeran is the madrigal. He once stated to a friend that if he were ever arrested and thus forced to state his profession, he would have to say it was that of being a madrigalist. Moeran was capable of staggering harmonic invention whilst working within the madrigal form – in Spring the Sweet Spring the harmonies progress from those of the madrigal into harmonies of a jazz style reminiscent of Duke Ellington; full of contradictions and added note chords. The Serenade, an orchestral work, evinces madrigalist harmony re worked by Moeran into an astringent style in which acerbic tonal and harmonic patterns are grafted onto the madrigalist basis to produce music of outstanding freshness and originality that surely places Moeran into the genre of inventive twentieth century music, rather than into the "English Pastoral School", which, in itself, is arguably a misnomer. Although he was not by any means a prolific church composer, his Services in D and E flat are still performed today. Recently, there has been more interest in and many recordings of Moeran's works, but some of them, such as the songs to poems by A. E. Housman and James Joyce, still remain relatively unknown. Over 40 of his manuscripts, including that of his unfinished Second Symphony in E flat, were bequeathed by his widow Peers Coetmore to the Victorian College of the Arts, now part of the University of Melbourne. Conductor Martin Yates has realised and completed the Symphony No. 2 from sketches. A recording of the work with Yates conducting the Royal Scottish National Orchestra was released in October 2011 on the Dutton Epoch label (together with the early Overture based on the G major Symphony, and Yates' own orchestration of Sarnia by John Ireland).